Подопытный кролик

Держа в руках две эссенции, я осознал, что превратился одновременно в охранника, повара, горничную, посудомойщика и няньку. С другой стороны, я находился в относительной безопасности, и большую часть дня меня никто не беспокоил. Иному легионеру подобное показалось бы унизительным, но я чувствовал себя скорее Альфредом. Теперь, когда у меня появились две малые эссенции – ловкости и земли, – я был полностью готов к экспериментам. У меня не было малой эссенции для ментальных характеристик, но в этом я видел отличную возможность опробовать в деле эти две малые физические величины. Начинать с малого всегда полезно: так я смогу проверить, удастся ли мне эффективно усвоить обе эссенции одновременно. Если всё пройдёт успешно, то следующими на очереди станут две большие.

Я уселся на кровати, скрестив ноги, и сосредоточился на своём эфирном ядре и слегка ноющих эфирных каналах. В эфирном ожоге был по крайней мере один плюс – благодаря ему было очень легко отслеживать потоки энергии в теле. Понаблюдав за ними больше часа, я принял обе эссенции разом.

Ощущения оказались совершенно иными, нежели обычно. Стоило мне закрыть глаза, как перед мысленным взором заплясали цвета, причём каждый цвет вызывал чёткие сенсорные ассоциации. Коричневые вспышки отдавали цитрусовым вкусом, а белые приносили с собой отчётливый запах сосновой хвои. Я заставил себя не обращать внимания на эту странную перегрузку чувств и сосредоточился на энергии, которую эссенции разносили по телу. Она мчалась по моим эфирным каналам, словно по скоростному шоссе, укрепляя одни участки и насыщая другие. Я пытался заметить, не рассеивается ли сила впустую, но всё происходило слишком быстро, и не успел я опомниться, как процесс завершился.

Открыв глаза, я потянулся к планшету-считывателю и убрал с него ткань. Направив крошечный импульс эфира, я активировал артефакт и углубился в изучение результатов. Моё родство с землёй поднялось с 13 до 14, а показатель ловкости увеличился с 43/61 до 44/61. Что ж, хорошая новость заключалась в том, что обе малые эссенции сработали одновременно. Плохая – я так и не смог понять, снижается ли их эффективность по сравнению с раздельным приёмом.

В теле ощущались лёгкая тяжесть в желудке и утомление, но куда меньшие, чем после поглощения одной большой эссенции. Конечно, я впервые так пристально следил за работой эссенций, так что сравнивать мне было особо не с чем. Я снова накрыл планшет-считыватель и задумался о прежних результатах от малых эссенций. Иногда мне перепадала единичка к потенциалу, но это случалось крайне редко. Обычно прибавлялось одно-два очка к самой характеристике. Я решил, что завтра ночью попробую принять две большие эссенции и посмотрю, что из этого выйдет.

Затем я пролистал три кулинарные книги и дюжину рукописных рецептов, чтобы перенести их в Мир Грёз. Вряд ли мне когда-нибудь придётся принимать орков на званом ужине, но изучить на досуге их гастрономические пристрастия казалось делом любопытным. Судя по всему, автором поваренной книги был какой-то путешественник: каждый рецепт сопровождался подробным рассказом о том, где именно он его разузнал и как это блюдо связано с традициями орочьего общества. Кулинария определённо была весьма необычным способом исследовать культуру чужой расы.

Из этих записей становилось ясно, что у орков всё устроено довольно сложно. Одно блюдо, к примеру, разрешалось есть только детям. Другое подавали исключительно перед битвой. А третье и вовсе относилось к их брачным ритуалам: его вкушали и мужчина, и женщина, после чего устраивали борцовский поединок – и тот, кто побеждал в схватке, признавался главой семьи.

Быстро ополоснувшись под прохладным душем, я погрузился в Мир Грёз. Там я воссоздал кулинарные справочники и ещё несколько книг каэлорианских кузнецов. Как только я скопирую все эти труды, надо будет как-то от них избавиться и освободить свой пространственный карман.

Возможно, Игнис знает кого-нибудь, кому они пригодятся. Она обещала сохранить в тайне, откуда у меня паучий шёлк, но до конца я ей не доверял. Среди книг мне попалась одна с множеством чертежей – похоже, там описывалась технология изготовления какого-то замысловатого чайника. Даже если Игнис это не заинтересует, по ней я смогу хотя бы прощупать почву.

Время в Мире Грёз я делил между заучиванием структуры заклинания «Голос земли» и тренировками с улучшенным Константином. Его мастерство выросло вдвое только благодаря тому, что я подсмотрел на тренировочном плацу Империи во время визита к кузнецу. Это даже немного пугало: моё подсознание явно зафиксировало куда больше деталей за тот короткий миг, что я наблюдал за солдатами. В будущем мне обязательно нужно найти мастеров копья и понаблюдать за их тренировками, чтобы улучшить свои навыки владения чёрным копьём.

Похоже, мне даже не хватало вечных придирок и замечаний Константина, ведь сегодня вечером я тренировался с ним в полном молчании. Интересно, как там Мейвит и остальные? Им уже скоро пора отправляться на сопровождение магистрата.

Выйдя из Мира Грёз, я снова принялся отрабатывать ката с мечом и копьём в гостиной. Пожалуй, стоит освободить под тренировки одну из просторных гостевых спален. Там как раз была одна с большим балконом, выходящим на город.

С Рассветом я вернулся в алхимическую лабораторию, чтобы закончить уборку. Ближе к полудню трое носильщиков доставили три ящика с пыльными алхимическими трудами. Всего двадцать семь книг. Я расчистил полку в алхимической комнате и расставил их там. Похоже, это было полное собрание учебных материалов для студента Магической Академии. Чаще всего попадались книги по сборке лабораторных аппаратов и очистке ингредиентов. Пролистав коллекцию, я вернулся к уборке.

Я так ушёл в работу, что не заметил, как наступил полдень, когда в дверях появились сияющие Флора и Ливия. Девушкам не терпелось рассказать, за что именно их наказали. Оказывается, они положили слишком много соуса к своим ньокки и умудрились заляпать мантию Первого Гражданина. Прежде чем Луция успела обрушить на них свой гнев, вмешалась канцлер Зайна и в наказание отправила их на неделю драить свои апартаменты. По их словам, Зайна устроила в столовой целое представление, и Флора призналась, что от страха даже немного намочила штаны.

Я мысленно поморщился. Зайна умело завоевывала доверие этих двух юных девчат. Теперь Ливия будет чувствовать себя обязанной ей и, скорее всего, сама вызовется пойти на любую миссию, которую задумала Антония, стоит только Зайне попросить. И как же трудно было удержаться, чтобы не предостеречь их.

Поболтав с восторженными ученицами магии, я сменил тряпку на поварешку. Сегодня я твердо решил улучшить свои навыки выпечки и разобраться, как регулировать температуру в печи. Я открыл книгу о хлебе, которую добавил в Мир Грёз, и так и застыл, поражённый обилием видов и сортов. Мало того что хлеб пекли далеко не только из пшеничной муки, так тут были и лепешки, и фокачча, и пышные караваи. И, судя по всему, одним из важнейших ингредиентов были правильные дрожжи.

Я отыскал два рецепта лепешек, которые показались мне достаточно простыми. Один – уже знакомая мне пита, которую часто подавал Леркин, а второй – что-то вроде пшеничных тортилий. Оставив обычное тесто подниматься на дрожжах, я сосредоточился на лепешках, которые пеклись на сковороде. К закату у меня были готовы и тортильи, и свежая пита. Быстро нарезав овощи и курицу, я приготовил отличную начинку для рулетов.

Появление Зайны застало меня врасплох.

— Ренна сегодня так и не пришла. С ней всё в порядке? — Обеспокоенно спросил я, подавая Зайне свернутую тортилью с начинкой из яблочно-ягодного подземельного джема.

— Она всё ещё бьётся над заклинанием огненного копья, — ответила Зайна. — Ей нужен хороший стимул, чтобы стараться сильнее. Она – редчайший талант, который рождается раз в поколение, и со временем вполне может стать верховным магом. Но едва выучив первое заклинание, она тут же расслабилась. — Она откусила кусочек сладкого рулета и довольно улыбнулась, смакуя вкус. — Алхимические книги доставили? — Поинтересовалась она с набитым ртом.

— Да, привезли. Вот только в этой коллекции одни простые рецепты зелий. Сомневаюсь, что умение варить снадобья от бородавок мне как-то пригодится, — фыркнул я.

Зайна тоже тихонько хмыкнула, поспешно пряча улыбку, так как в арке показались Ливия и Флора. Обе чумазые и с вожделением смотрящие на ломящийся от еды стол. Я махнул им рукой:

— Угощайтесь. Кладите ложку курицы с овощами на лепешку, посыпайте сыром и сворачивайте в рулет.

Девчонки тут же набросились на еду, уплетая её с таким шумом прямо при нас, словно боялись, что их в любой момент могут прогнать.

— Это в сто раз вкуснее, чем вчера, — пробормотала Флора с набитым ртом.

Прежде чем насытиться, каждая из них умяла по три штуки. Даже Зайна решила попробовать рулет, и, судя по её удивлённому лицу, угощение ей понравилось. Чтобы получилась настоящая фахита, мне следовало добавить побольше специй, но и так вышло недурно. Вдруг Флора принюхалась:

— Ой, а чем это пахнет? Что-то горит?

Я мысленно выругался – в печи горела моя буханка хлеба. Очередная неудача. Девчонки и Зайна с весёлым любопытством наблюдали, как я метнулся на кухню, пытаясь спасти выпечку. Когда я вернулся с дымящимся чёрным кирпичом, учениц магии уже и след простыл.

Зайна с улыбкой посмотрела на мою кислую мину:

— Проблемы с печью?

— Нагрев какой-то неровный. Если нужно печь что-то дольше десяти минут, у меня никак не получается удержать постоянную температуру.

Зайна поднялась и уверенно прошла на кухню. Осмотрев печь, она повернулась ко мне:

— Здесь не хватает рунического клапана. Он регулирует приток воздуха. Без него печь со временем просто продолжает раскаляться всё сильнее и сильнее. Я достану замену. А когда вернусь, принесу тебе ещё и книгу рецептов ядов первого ранга. Меня не будет следующие пять дней, так что ты остаёшься за хозяина. У тебя есть всё необходимое?

Я удивлённо спросил:

— Куда вы направляетесь и почему я не еду с вами?

— Я просто наведаюсь на свою виллу в прибрежном поселении, которым управляю. Нужно уладить дела перед долгим пребыванием здесь и подготовить людей к эвакуации на юг, если поблизости высадятся орки или эльфы, — объяснила Зайна, но я уловил в её голосе едва заметную неохоту. Кажется, ей было невыразимо грустно оставлять свой народ. Я вспомнил, какая ярость кипела в ней, когда она явилась охотиться на Призывателя, который наслал бурю на её рыбацкую деревню.

Мне всё ещё казалось, что я должен поехать с ней, но настаивать я не стал.

— Я справлюсь. Могу я освободить южную гостевую комнату под тренировочный зал? — Спросил я. На этом этаже было несколько пустующих кладовых, куда можно было перетащить мебель.

— Можешь делать всё, что душе угодно, в любой комнате, кроме хозяйской спальни. Я и не думала, что когда-нибудь снова здесь поселюсь. Для меня это место всегда было просто ночлегом. — Было очевидно, что с этим домом у Зайны связано куда больше воспоминаний, чем она говорит. Но делиться ими она явно не собиралась, поэтому я лишь кивнул, и она удалилась в купальню.

Позднее вечером в моих руках оказались две большие эссенции: земли и ловкости. Насколько я знал, это был огромный шаг вперёд по сравнению с малыми, ведь большие эссенции превосходили их по эффективности в десять раз. Погрузившись в медитативное состояние, я принял обе эссенции одновременно.

На этот раз прилив силы оказался куда мощнее, и, пока эссенции усваивались, я, кажется, даже почувствовал разницу в их чистоте. Мне пришлось заставить себя не обращать внимания на круговерть цветов, запахов, вкусов и покалываний в теле. Они вновь сработали так стремительно, что уследить за процессом было почти невозможно, но я был уверен, что на этот раз усвоил не всё. Вопрос заключался лишь в том, было ли это обычным избытком энергии или же я потерял часть потенциальной силы.

Спустя пару минут я уже стоял над планшетом-считывателем. Желудок крутило, а перед глазами плыли тёмные пятна, которые я пытался поймать взглядом, чтобы хоть как-то унять головокружение. Восстановление после поглощения заняло больше времени, чем обычно, но я всё равно сжал в руке считыватель.

Мой показатель ловкости увеличился с 44/61 до 46/62. А родство с землей поднялось с 14 до 16. Обычный прирост, словно я принял каждую большую эссенцию по отдельности. У меня не было больших эссенций для ментальных характеристик, чтобы проверить совместимость сразу трёх штук. Порывшись в запасах, я обнаружил, что единственной ментальной эссенцией у меня была высшая эссенция проницательности. Что ж, завтра вечером я попробую поднять планку ещё выше и приму высшую эссенцию земли вместе с большой эссенцией ловкости.

Я уже чувствовал по своим тренировкам, что даже небольшая прибавка к ловкости заметно улучшает контроль над оружием и точность ударов. Ещё одним аргументом в пользу ловкости было то, что я знал: подвижность пальцев напрямую влияет на скорость и точность начертания рунических схем для сотворения заклинаний. Маги учились, сначала выводя пальцами контуры заклинаний прямо в воздухе. С опытом они могли обходиться и без этого, но, насколько я знал из книг, сотворение чар всегда происходило путём направления эфира через руки.

Дни потекли своим чередом: тренировки в Мире Грёз, утро, повседневные заботы. Алхимическая лаборатория постепенно принимала приличный вид, всю ненужную стеклянную посуду я выбросил и составил список ингредиентов для единственного известного мне рецепта – мятного ополаскивателя. Мне в любом случае нужно было пополнить запасы. После полудня пришли Флора и Ливия, а вот Ренна так и не появилась. Похоже, я не увижу её до возвращения Зайны – пока она наконец не освоит огненное копьё.

Флора и Ливия постепенно привыкали ко мне и всё охотнее рассказывали о своей жизни в качестве учениц магии. Меня удивляло, что они почти не упоминали о трудностях. Я знал, что над ними издеваются, но обсуждать это со мной они явно не хотели. Рано или поздно я встречусь с их обидчиками, но как именно себя вести, я пока не решил.

Приятно было и то, что девчонкам нравилась моя стряпня – глядишь, моими стараниями хоть немного округлятся. Сейчас я вовсю экспериментировал с приправами, пытаясь приготовить приличную фахиту или буррито, чтобы забить ими свой пространственный карман про запас. С наступлением темноты девушки ушли, и я снова остался один.

Я принял высшую эссенцию земли и большую эссенцию ловкости. Последовавшая за этим сенсорная перегрузка оказалась куда сильнее всех предыдущих. Моё эфирное ядро отреагировало на резкий скачок родства с землёй хуже всего. Я ведь только недавно открыл эту стихию, а теперь непрерывно её усиливал. В эфирном ядре бушевал настоящий ураган энергии, которой некуда было деться и которую постоянно подпитывала эссенция земли.

Секунды тянулись бесконечно долго. Меня бросило в холодный пот, конечности онемели, но вскоре тело и эфирные каналы вслед за ядром начали успокаиваться. То, что заняло мгновения, показалось мне вечностью. Я даже не заметил, как бешено колотилось сердце, пока я был полностью сосредоточен на внутренних потоках энергии.

Наконец дыхание выровнялось, а тело и эфирное ядро окончательно пришли в норму. Похоже, это был мой предел. Одна высшая и одна большая эссенция. Возможно, я бы справился и с тремя большими за раз, но для такого эксперимента мне сперва нужно раздобыть по одной большой эссенции из физической, ментальной и магической категорий.

Сделав нетвёрдый шаг к считывателю, я восстановил равновесие. Мелкая моторика слегка притупилась, но быстро вернулась в норму. Я проверил показатели. Родство с землёй выросло сразу на три единицы – до 19. Ловкость поднялась с 46/62 до 47/63. Это заставило меня призадуматься: вчера вечером я получил +2 к ловкости и +2 к земле, а сегодня лишь +1 и +1. При этом я не чувствовал, чтобы эта большая эссенция земли дала меньший эффект, чем вчерашняя. Зайна упоминала о законе убывающей полезности эссенций, так что именно этим я и объяснил скромный результат. Просто не ожидал, что это произойдёт так быстро.

Этот опыт ясно дал понять, что с эссенциями земли нужно повременить несколько дней, как бы ни манила возможность поднять родство до 25 и наконец выучить заклинание. Я вернулся к привычным делам, устроился на мягком меху ласки с амулетом Мира Грёз и направил в него эфир.