– Что-то находишь, что-то теряешь

Я переписал концовку предыдущей главы в сцене взаимодействия с Навеком. Также сегодня выложил еще три главы в сборник финальной редактуры четвертой книги.

Глава 339: «Что-то находишь, что-то теряешь.»

Остальные ждали меня. Я стряхнул легкое головокружение от перехода и сразу повернулся к Константину:

— Как тебе удалось убедить Навека? — Спросил я, сомневаясь, что тот согласился бы по доброй воле.

— Это я его убедил, — раздался густой бас Мейвита. — Сказал, что ты самый надежный человек из всех, кого я знаю.

Я слегка поморщился от укола совести. Отпускать Навека я не планировал, пока мы не соберем достаточно эссенций направления для Кастилии.

— Что ж, теперь нас четверо, может, проходить комнаты станет полегче, — пробормотал Константин. — Времени до перезапуска лабиринта полно, успеем вернуться в безопасную зону.

Он не стал ждать, подхватил вещи и зашагал прочь.

Мы пошли обратно через выгоревшую комнату с гусеницами-бабочками. Я наотрез отказался складывать обугленных червей в свой пространственный карман, чтобы съесть их позже. Заодно я высыпал камни и гравий, которые набрал снаружи у входа. Мы быстро продвигались по лабиринту. По пути нам попался один из отбившихся козлов, но с ним покончили без труда. Чувствуя вину, я приберег эссенцию для Навека.

Золотой инжир еще не вырос заново, но с вершины утеса будет видно, когда это произойдет. Мы поднялись по серпантину, обошли ловушку и вошли в безопасную комнату. Без молодого грифона и молчаливого Навека отряд устраивал лагерь в тишине. Теперь это место станет нашей опорной базой на все время долгого пребывания в подземелье.

Отдохнув и поев, мы вернулись в комнату-джунгли.

— Я вижу только двух черных кошек, — объявил Мейвит, когда мы изучили обстановку.

Поскольку теперь нас было всего четверо, мы надеялись, что подземелье снизит сложность комнаты до первоначальной.

— Нет, теневой охотник где-то там, — уверенно произнес Константин. — Видите, обе кошки ждут нас на этой стороне комнаты? Значит, когда мы ввяжемся в бой, наши спины будут обращены к той, другой стороне.

Константин оказался прав: две крупные пантеры на этот раз вели себя куда заметнее, чем раньше.

— Справитесь втроем с двумя кошками? А я возьму на себя другую сторону, — предложил я.

Мейвит так сжал молот, что хрустнули пальцы:

— Одну я возьму на себя.

Константин уже обнажил оба клинка:

— Если мне удастся провести успешный удар Ударной Волной, со второй я разберусь.

— Ударной Волной? — Переспросил я, вспомнив мультфильм из детства.

— У могучего рунического оружия должно быть имя, — буркнул он.

Я не стал спорить. У Константина всегда было особое отношение к своему оружию. Мейвит вошел первым, держа свет-камень, за ним последовал Константин. Я скользнул следом, а Раэлия прикрывала сзади, готовая помочь любому, кому потребуется. Сердцеед лежал в моей руке, пока я всматривался в подлесок улучшенным зрением. Мейвит кряхтел, кошка взвыла и зашипела. Послышался глухой удар клинков Константина, в нос ударил запах озона. Где же теневой охотник?

Пока кипела битва, одна из толстых ветвей надо мной неестественно прогнулась. Движения я не заметил, но все же направил Сердцеед вверх, выдвигая его навстречу врагу. Крупная ветка качнулась, и я почувствовал, как кошка прыгнула. Мерцающий силуэт хищника быстро проступил сквозь маскировку, когда тот уже летел на меня. Времени едва хватило, чтобы выставить воздушные щиты по обе стороны от древка копья. Сердцеед вошел кошке прямо в шею и вышел со спины, перебив позвоночник. Воздушный щит уберег меня от удара при падении туши. Я повернулся и увидел, что схватка позади меня тоже окончена.

— Это было просто, — обрадовалась Раэлия. Она убрала клинки в ножны с таким видом, будто сама участвовала в бою.

Я убедился, что сундук появился, и никто не ранен.

— Отличная работа, команда, — объявил я, высвобождая копье. — По крайней мере, комната не стала сложнее.

Эссенции разочаровали: большая эссенция природы с теневого охотника и две большие эссенции силы с крупных пантер. Силовые эссенции достались Раэлии и Мейвиту, а природная – Константину. Если нам придется ходить через эту комнату постоянно, то эссенций природы в будущем будет в избытке. Я с легким чувством вины подумал, что отсутствие Навека – это даже к лучшему: меньше товарищей, с которыми нужно делиться добычей.

Украшенный наградной сундук на ощупь немного отличался от прежних. Дерево казалось светлее, а угловые соединения были выполнены «ласточкиным хвостом», а не прямым шипом. Я осторожно открыл его, опасаясь ловушки, но обошлось без сюрпризов. На горсти серебряных монет лежали два флакона. Зелье исцеления и зелье выносливости. Это был уже третий или четвертый тип зелий, которые мы получали в этой комнате. Я был благодарен за то, что лечебное зелье оставалось неизменной частью награды, но теперь к нему добавилось зелье выносливости вместо невидимости и малого эфирного восстановителя.

Зелья из подземелья ценились как минимум в десять раз дороже обычного алхимического варева. Возможно, если мы зачистим эту комнату достаточное количество раз, у нас соберется приличный запас полезных эликсиров.

— Это для Бальдо, но пока пусть отдыхает, — сказал я, протягивая лечебное зелье Раэлии. — Мейвит, это твое. — Я передал ему зелье выносливости. Возможно, я вел себя эгоистично, приберегая самое полезное на будущее.

— Будем разделывать кошек? — Поинтересовался Мейвит.

— Только теневого охотника, — ответил я, обходя заросли в поисках ценных цветов.

Мы быстро закончили дела в этой комнате и направились к мантикорам. К нашему изумлению, одна мантикора беззаботно резвилась в пруду в центре зала. Она нас не замечала, пытаясь выловить крупную рыбу со дна. Наконец она выбралась на берег, гордо держа добычу в непомерно широкой пасти, и отряхнула гриву, подняв тучу брызг.

Зверь все еще не обращал на нас внимания, когда появилась вторая мантикора. Мокрая хищница выронила добычу, а второй монстр сожрал рыбу в два шумных укуса.

— Самка и самец, — прошептал Мейвит. Однако его шепот оказался слишком громким. Мантикоры повернулись в нашу сторону, удивленные вторжением. Тварь поменьше взмыла в воздух и устроилась на скальном выступе над прудом, а вторая хлестнула хвостом, осыпав нас градом ядовитых шипов.

Я рефлекторно выставил воздушный щит, но это не понадобилось: шипы потеряли инерцию у самого входа и с грохотом посыпались на пол.

— Почему их теперь две? — Спросил Мейвит.

— Ну, теперь мы хотя бы знаем, откуда берутся самки, — предположил я. — Помнишь мантикору, которая улетала в расщелину? Когда она вернулась, с ней была самка. Возможно, в этой комнате они жили парой. Самка просто ждала, пока самец все разведает, прежде чем выбраться наружу.

— Тогда почему при первом нашем визите здесь была только одна мантикора? — Возразил Константин.

— Не знаю, я просто гадаю. Может, мы застали подземелье врасплох своим появлением, и оно не успело подготовиться к нашему приходу? — Рассуждал я, пока мантикора перелетала на утес поближе к своему предполагаемому партнеру. Обе твари пристально наблюдали за нами, ожидая, когда мы войдем.

— Два разумных существа – это втрое сложнее, — не слишком обнадеживающе заметил Константин. Звери переговаривались на своем гортанном наречии, обсуждая наше появление. Это были не каменные гиганты, но они явно умели общаться.

— Мейвит, попробуй заговорить с ними на языке каменных гигантов, — велел я.

Мейвит оскалился в улыбке и зычно крикнул:

— Не хотите сыграть в шашки?

Два уродливых создания в замешательстве переглянулись. Мейвит пояснил:

— Наверное, они не поняли. В их языке нет слова «шашки», поэтому я использовал тельхианское.

— Ты действительно хочешь сыграть в шашки с мантикорой? — Спросила Раэлия, едва сдерживая смех.

— Нет, но я подумал, что это хороший способ завязать беседу, — серьезно ответил он. Впрочем, я слишком хорошо знал своего друга, чтобы понять, что он шутит. Мантикоры к диалогу явно не стремились, лишь хрипло переругиваясь между собой.

Мы принялись планировать атаку. Константин кивнул, подбадривая меня. Я озвучил очевидное:

— В первый раз нас было пятеро против одного, и на нашей стороне был эффект неожиданности. Сейчас нас четверо против двоих, у них преимущество в дистанции, и они знают, что мы идем. Лучше всего, если я отвлеку их внимание на себя, а вы втроем расправитесь со второй на расстоянии. Я смогу защищаться достаточно долго, пока вы ее добиваете.

— Может, позовем Навека на помощь? — Негромко предложил Мейвит.

Было ясно, что остальные ждут решения от меня.

— Нет, — твердо отрезал я. — Если все пойдет плохо, попробуем еще раз, но у нас есть лечебные зелья.

Мы потратили еще немного времени на обсуждение тактики и подготовку. Наконец я вошел первым, быстро смещаясь влево. Как только самец взлетел в мою сторону, остальные бросились вправо, побросав лишнее снаряжение. Я сосредоточился на своем противнике, доверяя спутникам разобраться со второй мантикорой. Самец стремительно пикировал на меня, его хвост выстрелил тучей отравленных игл. На этот раз я присел, чтобы воздушный щит закрывал меня целиком.

Атака сорвалась, и мантикора прервала пике, чтобы перегруппироваться. Я воспользовался моментом и метнул тяжелое копье Сердцеед. Оно задумывалось как двуручное, и мне было трудно управляться с ним из-за толщины древка, когда в другой руке был щит. Копье лишь задело бок твари, но зачарованное оружие пробило глубокую рану. Мантикора взревела от ярости и боли, пролетая надо мной.

Пользуясь передышкой, я бросил быстрый взгляд на остальных. Самка оставалась на уступе, используя его как укрытие от стрел. Раэлия уже формировала огненный шар. Моя цель, истекая кровью, спикировала в сторону остальных, целясь в спину Раэлии. Проклятье! Я выкрикнул предупреждение, но Константин уже разворачивался, чтобы выпустить стрелу в зверя. Я оттолкнулся от каменистой земли и бросился вперед, чтобы подобраться поближе и сделать то, чего изо всех сил старался избегать.

Пользуясь своим пространственным карманом, я мысленно растянул его границы от угла до дальнего угла и буквально вырезал небольшой кусок из груди летящей мантикоры. Скорость ее полета и мой собственный бег сильно усложняли задачу. Мне чертовски повезло, что я не промахнулся и не зачерпнул один лишь воздух. Из раны зверя хлынул поток крови, и он рухнул на землю, так и не задев моих товарищей. Я раскрыл один из своих козырей перед подземельем, но это было необходимо. Я поднял глаза на огромный яркий свет-камень в потолке, гадая, поняло ли подземелье, что я только что провернул.

Мой эфирный щит вспыхнул, когда самка осыпала меня своими иглами. Она яростно взревела, оплакивая гибель партнера, но в этот момент прямо над ней взорвался огненный шар Раэлии, заставив ее умолкнуть. Самка все еще была жива, так как сундук с наградой не появлялся. Мейвит и Константин выпустили свои последние стрелы в затихшее чудовище.

— Рассредоточиться! — Скомандовал я. — Пусть сама идет к нам.

Ждать пришлось недолго: вскоре посреди комнаты материализовался наградной сундук. Бой вышел грязным, но чистыми они и не бывают.

Я взобрался на утес к самке и обнаружил, что она умерла от стрелы Мейвита, вонзившейся ей в шею. Я махнул рукой, показывая, что все чисто, и применил собиратель на туше мерзкой твари. Мои надежды рухнули, когда добычей оказалась лишь большая эссенция направления. Наш поход завершился бы куда быстрее, принеси она высшую эссенцию. Я спустился к остальным; самец тоже дал лишь большую эссенцию направления.

Константин при виде эссенций заметно приуныл:

— Может, нам стоит делать более долгие перерывы между зачистками?

Я лишь пожал плечами, не понимая, почему первая мантикора дала высшую эссенцию, а эти две – только большие. К сундуку никто не прикоснулся, так что я сам подошел к нему, чувствуя легкое разочарование. Я почти ожидал увидеть там очередную книгу заклинаний, но вместо этого по серебряным монетам покатилась высшая эссенция. Она была мутно-серого цвета, и мое сердце бешено забилось при виде этой редкой магической эссенции – высшей эссенции формирования эфира.