–

Следующую ночь мы провели в заброшенном городке, одном из самых северных поселений у подножия Драконьего хребта. В отличие от прежних мест, здесь высились четыре оборонительные башни и тянулась невысокая каменная стена. Восточная стена сохранила следы когтей какого-то огромного чудовища, но нападение, судя по всему, удалось отбить. Накатанная дорога, уходящая на запад, говорила о том, что люди покинули эти места совсем недавно.

— Это Осколок Шпиля, — произнес Киреник, пока мы объезжали поселение кругом. — В дне пути отсюда, в горах, есть подземелье. Могу предположить, что искателям приключений стало слишком опасно добираться туда. А без их золота и поддержки жители просто побросали дома. — Окруженный стеной городок был невелик, от силы на триста-четыреста жителей, а главным зданием здесь явно служил Зал Искателей Приключений.

Спустя несколько часов после того, как мы миновали этот город-призрак, я спросил у Киреника:

— Сколько еще до границы? — Осколка Шпиля не было на моих картах, вокруг весь день тянулся однообразный пейзаж, а гномы не утруждали себя дорожными указателями.

— Два дня. Гномы считают Пасть северным пределом своих владений, — ответил Киреник.

— Что еще за Пасть? — Донесся сзади голос Алхара. У него был поразительный слух, раз он сумел расслышать наш разговор. Я обернулся в седле и увидел, что он держится непривычно далеко позади.

— Горная гряда, чьи вершины напоминают острые клыки. На востоке эти горы становятся совершенно непроходимыми. Там же стоит крепость – Каменный Дозор. В ней несет службу двухтысячный гарнизон гномов. Там мы и найдем братьев моего ордена, которые помогают с охраной границ, — с надеждой произнес Киреник.

Было очевидно, что патрулировать здесь больше некому, раз все гномьи поселения опустели. В основном это были мелкие шахтерские общины, но их закрытие нанесет тяжелый удар по добыче руды во всем регионе. Похоже, тот городок, где на нас напали холмные великаны, тоже готовился к исходу. На улицах сиротливо громоздились брошенные телеги, а скот, судя по всему, согнали вместе перед самым нападением.

Стада диких животных разбегались в стороны при нашем приближении, и крупных хищников на пути пока не попадалось. Впрочем, судить об этом было трудно: земля размокла от недавних ливней, и разобрать следы не представлялось возможным. Редкие дороги, что пересекали наш путь, вели исключительно на запад и были совершенно пусты.

Мы решили держаться подальше от склонов и двигались на север примерно в трех милях от горного хребта. Иви время от времени заглядывала в глубь ущелий и предупреждала о возможных опасностях. Я велел ей особо высматривать следы нашасари, опасаясь погони. Вместо них она обнаружила гнездовье ветряных дрейков, пещеру огра с разбросанными у входа костями, троицу грифонов, круживших над какой-то тушей в глубине ущелья, и лагерь хобгоблинов в глубоком овраге – числом не более десятка.

Когда спустя несколько дней впереди наконец показался Каменный Дозор, справа от нас отчетливо проступили девять одинаковых, остроконечных вершин. Пасть и впрямь походила на челюсть гигантского хищника. На одной из этих скал, четко выделяясь на фоне вечернего неба, грелся на солнце дракон, широко расправив крылья. Сперва мы приняли его за обычного дрейка, но зеркало Иви быстро развеяло сомнения. Зверь выглядел величественно, его синяя чешуя отливала сапфиром в лучах заходящего солнца. Впрочем, он казался совсем крошечным по сравнению с тем древним красным исполином, которого нам с Киреником и Блейзом довелось увидеть раньше.

— Это молодой синий, — нарушил молчание Киреник, когда мы вдоволь налюбовались зрелищем, а Иви устала поддерживать чары. — На вид футов тридцать, еще слишком молод, чтобы покидать эти горы. С закатом он наверняка отправится на охоту в предгорья. Нам лучше укрыться за стенами Каменного Дозора до того, как стемнеет.

— Первый настоящий дракон, которого я вижу вживую. — Мейвит уважительно кивнул в сторону Иви. — Они часто здесь встречаются? — Спросил он, обращаясь скорее к пустоте.

— Только молодые. Они охотятся на овец, диких лошадей и оленей. Но даже в таком возрасте они куда опаснее дрейков. Их разум и ледяное дыхание делают их грозными противниками. Наш отряд он не тронет, если только мы не окажемся единственной добычей поблизости, а он будет очень голоден, — уверенно произнес Киреник. — Они достаточно умны, чтобы понимать: если они начнут охотиться на людей, люди объявят охоту на них.

— А какое дыхание у синих драконов? — Поинтересовалась Баэлира.

Я читал о драконах достаточно, чтобы ответить ей и блеснуть знаниями прежде, чем это сделает Киреник. — Даже такой молодой синий дракон способен изрыгать потоки эфирных молний, способных плавить металл. Чем крупнее дракон, тем дальше и шире бьет его дыхание. На самом деле они выводят потомство далеко на юге, но возвращаются сюда, чтобы отложить яйца в самых недоступных ущельях Драконьего хребта. Вылупившись, детеныши предоставлены сами себе. Лишь окрепнув, они примыкают к стаям, летящим на юг, где проводят десятилетия, прежде чем завоевать право на спаривание.

Киреник согласно кивнул, подтверждая мои слова, но все же не упустил случая перехватить инициативу. — В юности мне довелось наблюдать одну такую битву титанов в небесах, — мечтательно произнес он.

— На юге, в землях Братства? — Спросила Баэлира.

— Еще дальше, за пределами земель Братства Мицры. Действующих драконов на свете куда меньше, чем принято думать. Говорят, убить дракона под силу лишь другому дракону. Многие древние ящеры, наевшись досыта, впадают в спячку на долгие годы. И нам повезло, иначе они давно прибрали бы к рукам все континенты, — ответил Киреник и пришпорил коня, направляя его к крепости.

Ворота Каменного Дозора распахнулись при нашем приближении. Гномья твердыня поражала воображение: посреди диких земель высился правильный каменный четырехугольник со сторонами не менее ста ярдов и стенами высотой футов в тридцать. По стенам прохаживались гномьи стражники с арбалетами – излюбленным оружием их расы, ведь короткие руки не позволяли им эффективно стрелять из луков. Толщина стен, мимо которых мы проезжали, составляла тридцать футов, но почти все это пространство занимали казармы и склады, выходящие во внутренний двор.

Во дворе царила суматоха: всюду сновали лошади, толпились беженцы. Навстречу нам вышла гномка с золотистой бородой. На этот раз я был почти уверен, что это женщина. Она с нескрываемым любопытством оглядела нашу разношерстную компанию – ведь о нашем прибытии никто не мог ее предупредить. И внимание ее привлек даже не великан Мейвит, а юная Иви, которая смотрелась здесь менее всего уместно. — Добро пожаловать в Каменный Дозор. Что привело вас в такую глушь? — Спросила она басом.

— Мы держим путь вдоль хребта в Тельхианскую Империю, командир. Мы – посольская делегация, — ответил за всех Киреник.

— Посольская? — Усмехнулась она, оглядывая нас и явно сомневаясь в правдивости слов рыцаря. — Как бы то ни было, сейчас не лучшее время для путешествий, рыцарь, — добавила она уже строже. — Я командор Тигра.

— Я принес тревожные вести о том, что творится в мире, командор. Я рыцарь Киреник. — Он протянул руку, и они обменялись крепким рукопожатием. — Здесь есть другие братья моего ордена? — Спросил Киреник, спешиваясь.

— Они повели отряд беженцев в Тейрос. Должны вернуться через неделю за этой группой, которая, скорее всего, станет последней, — честно ответила гномка.

— У вас тут поблизости дракон летает, — нетерпеливо вмешалась Иви, указывая на Пасть, пока за нашими спинами закрывались ворота. Солнце уже зашло, и в сумерках силуэт ящера едва угадывался. Кажется, Иви надеялась поразить командора своими чарами. Надо будет поговорить с ней о том, что свои козыри не стоит раскрывать первому встречному.

— Мы зовем его Сумрачным Светом, — улыбнулась гномка, глядя на девочку. — Если подняться на стену ночью, можно увидеть далекие вспышки там, где он охотится. За последний год он не раз пролетал над крепостью, но хлопот нам не доставлял. Идемте, о ваших лошадях позаботятся, а вы разделите со мной трапезу и поведаете свои тревожные новости. А я поделюсь теми ужасами, что доходят до нас, — мрачно пообещала она.

Я предоставил Киренику право рассказать о демоне, угрозе нашасари и холмных великанах, которых мы встретили несколько дней назад. Для командора Тигры это известие стало тяжелым ударом: она лично знала Горима Каргана, командира гномьей конницы, павшего от рук исполинов. Мы почтили его память глотком крепкого эля с приятным ореховым привкусом.

Генерал Тигра предложила дать нам в сопровождение два десятка бойцов, но Киреник вежливо отказался. — Орки сочтут это военным отрядом, и мы лишь привлечем к себе лишнее внимание, — пояснил он.

Командор признала его правоту. — Орки-следопыты больше не суются так далеко на юг. Полагаю, у Халифата сейчас не меньше забот из-за тварей, лезущих из Бесконечной Тьмы. По мере продвижения на север вы вряд ли встретите следопытов, пока не доберетесь до их собственных границ. Королевство Брайтмантл заявляет права на земли в сотне миль к северу от Каменного Дозора, но мы прекратили отправлять туда патрули еще несколько недель назад – все силы брошены на эвакуацию людей из предгорий. — Командор подробно описала тварей, спускающихся с гор. Нам еще повезло отделаться лишь холмными великанами: в этих краях видели чудовищ куда крупнее и опаснее.

К концу ужина беседа приняла более непринужденный оборот. Иви принялась расспрашивать Киреника о его былых приключениях – тех, о которых он еще не успел поведать за долгие дни в седле. Порой его рассказы казались чересчур невероятными. Но раз уж их рассказывал сам Киреник, я верил ему на слово. Как-то раз он преследовал торговца через пять королевств, чтобы вернуть фамильную реликвию – пару зачарованных ножниц, которые сын ткача продал по ошибке. В другой раз он положил конец столетней вражде двух благородных семейств, вызволив их сыновей из плена работорговцев. На самом деле примирению способствовала дружба, которую мальчишки завязали в неволе, но без вмешательства Киреника это спасение никогда бы не состоялось. Рыцарь за свою жизнь успел повидать немало и совершил столько бескорыстных добрых дел, сколько мне и за сто лет не сделать.

В тот вечер мы впервые за долгое время почувствовали себя в полной безопасности под защитой двух тысяч гномьих солдат. Нам отвели лучшие покои, которые, хоть и отличались простотой, оказались весьма уютными. Чтобы уместиться на кровати, мне пришлось лечь по диагонали, а Мейвиту, похоже, и вовсе пришлось устроиться на полу. И все же здесь я чувствовал себя достаточно спокойно, чтобы воспользоваться амулетом Мира Грёз.

Первым делом я освежил в памяти все, что знал о драконах – не хотелось снова уступать Киренику в познаниях, если нам встретится еще один ящер. Затем я принялся переносить в Мир Грёз карты, которые изучал в Петросе. Мои нынешние карты Гептархии были составлены еще во времена расцвета Тельхианской Империи, добрую тысячу лет назад. К северу от этих мест империя когда-то потеснила орков и заселила земли своими людьми. Те орки бежали под крыло бутанских орков. Но со временем тельхианские поселения пришили в упадок – слишком далеко они находились от центра империи, чтобы Легион мог их защитить.

Судя по нашему маршруту, мы должны были пройти неподалеку от Формики и моего первого подземелья. Именно там я когда-то раздобыл амулет Мира Грёз. Сейчас то подземелье прочно удерживал Халифат. И возвращать туда амулет я, разумеется, не планировал.

Впереди нас ждало много неясного. Как встретят нас орки? Пропустят ли через свои земли? А когда мы вступим в пределы империи, неизвестно, как там отнесутся к двум нашим эльфам. Мейвита примут без проблем, а вот судьба Баэлиры и Алхара будет зависеть от того, в каких отношениях империя сейчас находится с Эзенхемом. Если война возобновилась, а мы об этом не знаем, дела наши плохи.

Утром мы выступили в путь, пополнив запасы и получив карту с отмеченными ориентирами. Это должно было уберечь нас от лишних неприятностей на пути к землям Халифата. Впрочем, последующие дни не обошлись без происшествий.

Мы по неосторожности разбили лагерь у озера, где обитал водный элементаль. Схватка оказалась недолгой, но одна из лошадей захромала, и Киренику пришлось потратить на нее исцеляющее зелье. Лишь благодаря магии Баэлиры, замедлившей чудовище, нам удалось избежать более серьезных травм. За это я отдал ей большую эссенцию воды, которую сотворил собиратель.

Поскольку ночевать приходилось в чистом поле, я брал на себя долгие ночные дежурства, непрерывно сканируя окрестности с помощью голоса земли. Пока я посылал импульсы сквозь земную толщу, мои глаза то и дело обращались к небу. Хотелось верить, что тот синий дракон останется единственным на нашем пути, но в небесах хватало и других крылатых хищников. Как-то морозной ночью к нашему лагерю подобралась огромная кошка, размерами превосходившая Джинджер. Я втайне надеялся, что она нападет на лошадей – тогда я смог бы применить свой пространственный карман и прикончить ее на месте, но Алхар прогнал хищника, даже не спросив меня.

Местность постепенно сменялась холмистой полупустыней. Редкие деревья выглядели чахлыми и больными. Горы начали отступать и наконец повернули на восток. Именно туда мне и нужно было: я наконец-то приближался к Раэлии и своему сыну.

День спустя мы впервые заметили орков. Дозорный или следопыт приметил нас с далекого холма и тут же умчался прочь – должно быть, к своему отряду или в поселение. — Иви, проследи за ним, — велел я. Нам не следовало спешить за ним следом, чтобы не выглядеть угрожающе. Всадник петлял среди холмов, пытаясь запутать следы, и не подозревал, что мы видим каждый его шаг.

Когда он спешился и скрылся в небольшом каменном строении, Иви последовала за ним внутрь. Пятеро следопытов, чьи тела покрывали характерные татуировки, сидели вокруг стола и выслушивали доклад верхового. На таком расстоянии звук доносился смутно, но я все же сумел разобрать слова.

Всадник говорил сбивчиво и тяжело дышал от быстрой езды. Похоже, отряд следопытов решил лично встретить нас: они уже выходили наружу и седлали коней.