Блуждания по подземелью

Мейвит выпил исцеляющее зелье, и его лицо мгновенно расслабилось. Должно быть, он испытывал жуткую боль, судя по тому, какое блаженное выражение теперь появилось на его лице. Он начал вращать торсом, широко улыбаясь. Затем поднял свой молот и взмахнул им по дуге над головой, ухмыляясь во весь рот. Его глубокий голос эхом разнесся по комнате:

— Спасибо, Эрик. Теперь я могу помочь тебе сражаться с тварями подземелья.

Взгляд Мейвита сфокусировался на стейке из медвежатины. Он облизал свои темно-синие, испачканные ягодами губы:

— Хочешь, чтобы я это приготовил? — Я вытащил наши Стаи и термальный камень, и Мейвит принялся за готовку. — Жаль, что у нас нет соли и перца, — с сожалением добавил он.

— Есть, — сказал я и опустил один из трех пятифунтовых мешков с морской солью и мешочек с черным перцем горошком на покрытую мхом землю. У Мейвита глаза на лоб полезли. Я объяснил, почему не достал их раньше:

— Я не видел смысла приправлять наши скудные запасы в присутствии компании. Если бы я показал это в таверне, остальные узнали бы о моем огромном пространственном кармане. Кастилия смогла сделать так, чтобы отряд не проведал о моих истинных возможностях.

— Кастилия знает? — Спросил Мейвит, благоговейно беря в руки соль и перец. Думаю, появление двух самых обычных специй удивило его больше, чем огромный эльфийский резной стол. По крайней мере, им он обрадовался куда сильнее.

— Кастилия, Делмар и Адриан, — я запнулся. — Теперь только Кастилия и Адриан. — Мейвит тщательно отсчитывал горошины перца для измельчения, словно уже экономил их. — У меня есть еще два мешка соли, но это весь перец, что остался. — Мейвит кивнул, но все его внимание было сосредоточено на том, чтобы растолочь горошины и не потерять ни единой крупицы драгоценной специи.

Пока Мейвит готовил, я попробовал одну из ягод. На вкус она напоминала чернику, но сок был более густым, по консистенции похожим на сироп. Убедившись, что они не ядовиты, я начал есть их горстями. Мейвит разогрел термальный камень, нарезал мясо кубиками примерно по дюйму, слегка приправил и обжарил со всех шести сторон до румяной корочки. Он протянул мне первый кусочек, и тот практически растаял у меня во рту, взорвавшись вкусом, а серединка осталась едва розоватой. Я не знал, переносят ли медведи из подземелья трихинеллез, как медведи в моем мире, но рассудил, что с магией и повышенными характеристиками мы прорвемся, да и Мейвит совсем не беспокоился, так что я тоже расслабился. Я уже и забыл, как соль и перец обостряют вкусовые рецепторы. Вкусы буквально танцевали на языке и оставляли долгое послевкусие после того, как я проглотил первый кусок.

Следующим попробовал Мейвит, и вскоре мясо закончилось, так что он принялся за вторую порцию, чтобы дожарить весь стейк. — После этого нам стоит разделать медведя. Это одно из лучших медвежьих мяс, что я когда-либо готовил, — увлеченно проговорил Мейвит, переворачивая мясные кубики.

Большую часть второй порции медвежатины я уступил Мейвиту, после чего мы свернули лагерь и отправились свежевать тушу. Прошло почти два часа с тех пор, как я убил зверя, и мне было интересно, на месте ли он еще. — Куда ведет этот проход? — Спросил Мейвит, указывая на боковое ответвление на полпути к залу с медвежьей берлогой.

— Я еще не исследовал его. Лучше не усложнять и осматривать по одной комнате за раз, — посоветовал я. Не то чтобы я сам был опытным исследователем подземелий. Едва мы добрались до зала, я сразу понял: что-то не так. Медведь должен был быть виден издалека, но туши нигде не было.

— Это что, яблони? — Радостно воскликнул Мейвит, не замечая тревоги на моем лице из-за пропавшего зверя.

— Погоди, Мейвит. Медведь исчез. Оставайся здесь, — я шагнул в комнату, ожидая, что огненный медведь мог возродиться. Обойдя зал по внешнему периметру, я добрался до противоположной стороны. В холме прямо напротив нашего входа виднелся зев пещеры. С расстояния я забросил туда свет-камень – пещера оказалась неглубокой и совершенно пустой, просто обычное логово.

— Все в порядке, Мейвит. Можешь входить, — Мейвит тут же сорвал яблоко и с хрустом вонзил в него зубы, шумно жуя и наслаждаясь вкусом. У меня промелькнула циничная мысль: за неимением Константина моим дегустатором ядов стал Мейвит. Я понимал, что не должен так думать, ведь считал его другом, но ничего не мог с собой поделать. — Нарви немного яблок, и давай вернемся в черничную комнату.

— Зачем? Разве мы не должны идти дальше вглубь подземелья? — Спросил Мейвит, усердно работая челюстями над вторым яблоком.

— Я просто хочу проверить, исчезли ли тела. Подземелье быстро поглотило медведя, но в черничной комнате мы провели полдня, и трупы так и не пропали, — поделился я своими мыслями. Под одной из яблонь я бросил пару грязных носков из своего кармана, чтобы проверить, заберет ли их подземелье к нашему возвращению.

Вскоре Мейвит собрал около сорока яблок на брезент, и мы покинули комнату. Я помедлил в коридоре, Мейвит остановился следом. Носки под деревом медленно погрузились в землю и исчезли. Подземелью потребовалось всего несколько секунд, чтобы поглотить их, едва мы вышли. — Ты видел это? — Спросил я Мейвита.

— Видел. — Он на секунду задумался:

— Нам нельзя ничего оставлять после себя, — заметил он, доедая очередное яблоко. Я кивнул, подумав, как же нам повезло, что мы не оставили резной стол или бочку с ягодами во время вылазки. В этом было что-то жуткое. Могло ли подземелье поглотить нас самих в любой момент? Теперь я точно знал, что послужит пищей для моих кошмаров.

Мы вернулись к черничной комнате, но заходить не стали. Тела перевертышей исчезли. Они не ожили – в открытой комнате не было никакого движения, да и спрятаться там было негде. — Кажется, кусты снова полны ягод, — взволнованно заметил Мейвит. — Я обобрал каждый куст дочиста, чтобы наполнить бочку, а они опять усыпаны черникой! — Это казалось невероятно быстрым, но с другой стороны, подземелья подпитывались эфиром из магических лей-линий.

Я решил не входить, и мы вернулись в комнату огненного медведя. На яблонях, с которых Мейвит только что собирал плоды, висели совсем крошечные яблоки, словно они были в самом разгаре роста, по сравнению с теми крупными, размером с кулак, что он уже сорвал. Вопрос заключался в том, сколько времени требуется тварям для возрождения? Если мы никогда не покинем комнату, вернутся ли они вообще? Нет, я помнил свой первый поход в подземелье – там существовали особые безопасные зоны, вроде входного зала.

— Мейвит, нам нужно отыскать остальных и найти безопасную комнату. Это такое место, похожее на то, где мы вошли, с эльфийскими письменами на стене.

В этот момент Мейвит внезапно издал долгий, влажный звук порчи воздуха. Он поспешно стянул кожаные поножи и присел на корточки неподалеку. Устраиваясь поудобнее, он прохрипел:

— Я в порядке. Просто съел слишком много ягод и яблок, — его слова сопровождались весьма недвусмысленными звуками, эхом разносившимися по залу, пока он облегчал кишечник. Похоже, он действительно умял пару фунтов ягод и яблок вдобавок к медвежьему стейку. Я ждал и собирал яблоки, пока Мейвит кряхтел, удобряя земляной пол. Я твердо решил держаться подальше от этой части зала. И понимал, что мое собственное время для серьезного визита в кусты тоже не за горами.

Я попытался отвлечься мыслями о наших насущных нуждах. Нам требовалась вода, а значит, нужно было найти комнату с источником. Моих двадцати галлонов при высокой активности хватило бы максимум дней на двадцать. Но разве яблоки не состоят в основном из воды? На деревьях оставалось еще две или три сотни яблок, может, больше. Мейвит закончил свои дела, и мы потратили еще пару часов, чтобы собрать три бушеля плодов.

Сбор яблок заставил меня немного соскучиться по Джинджер, но я был рад, что она не пошла с нами. Если бы она выжила и добралась до библиотеки, ее, скорее всего, пустили бы на прокорм отряда. Мейвит выглядел гораздо здоровее и двигался без всякой боли.

Спрятав все яблоки в свое хранилище, я объявил:

— При исследовании мы всегда будем сворачивать в правый коридор. — Мейвит согласно кивнул, и мы двинулись по коридору, противоположному логову огненного медведя.

Через сорок шагов мы вышли к Т-образному перекрестку. Оба прохода выглядели совершенно одинаково. Мы повернули направо, как и договаривались, и вышли к небольшой комнате футов тридцати в поперечнике. Мы изучили ее, не переступая порога. Пол был из темно-синего мрамора, а свет лился только с потолка. В каждой из трех стен имелось по просторной нише, густо заросшей лозами. Лозы были усыпаны мелкими красными цветами с желтыми прожилками. Мейвит стоял за моей спиной, пока мы вдвоем осматривали комнату.

— Я не вижу никаких тварей, — эхом отозвался глубокий голос Мейвита. Тяжелый молот уже был у него в руке.

— Заросли довольно густые, там легко может кто-то прятаться… или сами лозы опасны, — сказал я, вспоминая болотных монстров. — Тебе знакомы эти растения? — Спросил я своего спутника.

Он замялся:

— Нет. Никогда не видел ничего подобного. И из этой комнаты нет другого выхода.

— Это вполне может быть безопасная комната, — предположил я. — Но я предлагаю не рисковать и повернуть назад. — Я посмотрел снизу вверх на Мейвита, и тот согласно кивнул. Мы оставили комнату с лозами нетронутой, вернулись по коридору к развилке и пошли по другому пути.

Мейвит заметил это первым:

— Коридор изгибается. Кажется, мы плавно забираем вправо.

— Не знаю, хорошо это или плохо, — пробормотал я, раздосадованный тем, как мало знаю о подземельях. Я горько пожалел, что не прочитал ни одной книги о подземельях в библиотеке герцогини. После первой сотни шагов я сбился со счета, пока мы шли по плавно изгибающемуся коридору. В конце концов он выпрямился, но конца и края ему видно не было. По моим ощущениям, мы прошли уже почти четверть мили, не встретив ни боковых проходов, ни комнат.

— Может, повернем назад? — Спросил Мейвит, которому тоже стало не по себе от этого монотонного пейзажа.

Я немного подумал, прежде чем ответить:

— Давай дойдем до конца. — Еще через триста шагов впереди наконец показался просвет комнаты. Теперь я гораздо сильнее беспокоился о размерах этого подземелья и о том, как нам отыскать остальных членов отряда.

— Вода, — тихо произнес Мейвит за моей спиной, и в тот же миг я тоже услышал этот звук. Мы приблизились к проходу и замерли от изумления. Огромный куполообразный зал футов триста в поперечнике сверху орошался водопадом, бьющим из самого зенита. Водопад создавал вокруг влажную дымку, из-за чего в лучах светящегося потолка переливалось множество радуг. Центр зала занимало большое озеро, окруженное травой по пояс.

— Видишь каких-нибудь тварей? — Спросил я, напряженно всматриваясь вглубь.

Мейвит, который был выше меня больше чем на фут, прищурился:

— В траве что-то есть. — Из-за шума падающей в озеро воды мы ничего не могли расслышать.

Вдруг над травой показалась голова. Она походила на странную гигантскую курицу с желто-красным хохолком из перьев. Тварь захлопала крыльями – кожистыми, темно-серыми и лишенными перьев. — Может, здесь водится кто-то покрупнее, кто ими питается? — Предположил я.

В другой части поляны из травы высунулась голова второй переросшей курицы. Она повернулась в нашу сторону, и в тот же миг широкая ладонь Мейвита закрыла мне все лицо. От его руки разило чем-то мерзким, когда он потащил меня назад. От неожиданности я даже не стал сопротивляться. — Это не курицы, Эрик, — в его голосе сквозила паника. Я позволил ему протащить себя футов двадцать, прежде чем вырвался из его хватки и сплюнул мерзкий привкус.

— Что случилось, Мейвит? — Потребовал я объяснений его столь бесцеремонному поведению.

— Кокатрисы, — прохрипел Мейвит своим глубоким, но дрожащим от тревоги голосом. Увидев мой непонимающий взгляд, он поспешил объяснить:

— У них взгляд Медузы. Они могут превратить тебя в камень, обратить плоть в гранит.

Я порывался оглянуться, но Мейвит ухватил меня за плечи и удержал. — Я видел, как их продавали в городе Балса с мешками на головах. На равнинах они сущий бич, а знать охотится на них ради забавы и ради мяса для пиров. Охотиться на них нужно либо с повязкой на глазах, либо обладая магическим зрением. С этим водопадом у нас нет ни единого шанса одолеть их. Нужно искать другой путь, — взмолился он.

Я согласно кивнул:

— Сколько ты их видел? — Спросил я голиафа, который все еще не мог успокоиться.

— Минимум троих, но трава высокая. Их может быть гораздо больше. Пожалуйста, скажи, что мы не пойдем в эту комнату, — взмолился Мейвит.

Я взвесил все за и против и наконец кивнул. Из мифологии я прекрасно знал, кто такая медуза, и превращаться в статую мне совсем не улыбалось. — На противоположной стороне зала был коридор. Возможно, это наш единственный выход.

— А мы не можем просто уйти из подземелья? — Жалобно спросил Мейвит, все еще пребывая в ужасе от кокатрисов.

Я напомнил ему:

— Нет. Нам нужно найти Кастилию и Котел Душ, чтобы вернуться в Каэлору. Иначе нас просто разорвут призраки.

Мы двинулись обратно к комнате огненного медведя. Выждав время, мы убедились, что он не возродился, прежде чем войти. На деревьях уже начали наливаться новые яблоки. Вместо того чтобы возвращаться в комнату перевертышей, мы повернули направо, в неисследованный коридор. Тот закончился Y-образной развилкой, и я обрадовался, что у нас появились новые варианты. Мы выбрали правое ответвление и вскоре вышли к прямоугольной комнате.

— Ну, это выглядит не так паршиво, как кокатрисы, — весело пробормотал Мейвит, чей страх мгновенно испарился. Он снял молот с поясной петли.

— Мейвит, я ненавижу пауков, — простонал я, сетуя на наше невезение. Вся комната от пола до потолка была затянута густой паутиной, которая тускло мерцала в свете, исходящем от потолка и пола. Плотные нити слегка вибрировали от движений невидимых пауков, притаившихся внутри.