– Большой аппетит

Глава 349: «Большой аппетит.»

Было очевидно, что в этой колдунье-полурослике жила неистребимая тяга к каверзам. Возможно, она раздосадовалась, когда не нащупала в моих карманах ничего, чем можно было бы поживиться. И все же я оказался именно там, где хотел. Если мне снова придется иметь дело с этой девицей, я без колебаний прикинусь дурачком. Гораздо проще просчитывать шаги окружающих, когда они считают тебя глупее, чем ты есть на самом деле, – особенно с ее породой, которая мнит себя венцом интеллектуального творения.

Я отвесил поклон и обратился к нему на эльфийском:

— Мастер-архивариус Доррель Элали. Для меня большая честь получить доступ в вашу библиотеку. Я пришел просить вашего позволения изучить здешние книги.

— Не позволено. И передай этой проныре-полурослику, что ей здесь тоже не рады, — злобно выплюнул темный эльф.

Что ж, возможно, мне действительно стоит как-нибудь проучить эту девицу. Сварливый эльф требовал иного подхода, и я сменил тактику:

— Я хотел изучить происхождение подземелий, а мне говорили, что эти Архивы – лучшие на всем континенте.

Он презрительно хмыкнул:

— И что же тебе известно о происхождении подземелий?

Остальные писцы и каталогизаторы прервали свою работу, предвкушая зрелище.

Я не видел ничего дурного в том, чтобы поделиться своими знаниями:

— Их создали Титаны, чтобы обуздать эфир и путешествовать в другие миры.

Насмешка Дорреля тут же сменилась удивлением. Он словно заново переоценил меня, медленно покачивая головой и пристально разглядывая. Должно быть, он тоже принял меня за неотёсанного громилу, как и та колдунья. Мой лучший костюм слегка поизносился и стал тесноват с тех пор, как я купил его в Телхе, отчего моя и без того внушительная фигура казалась еще более массивной. Пожалуй, пришло время обновить гардероб.

Доррель кивнул:

— Лишь древнейшие из подземелий были сотворены Титанами. За прошедшие тысячелетия многие из них были стерты с лица земли. — Он сузил свои абсолютно белые глаза. — А что тебе известно про Пакт? — Спросил он, испытывая мои знания.

Из всего, что упоминала Намао, смысл имел лишь один ответ:

— Это было соглашение между малыми расами и подземельями, чтобы обучить и снарядить их для борьбы с Титанами.

На губах эльфа промелькнула едва заметная улыбка, и я понял, что лед тронулся.

— Я провожу занятия дважды в неделю, по крупной серебряной монете за урок. Можешь приходить, — наконец дружелюбно произнес он.

— И я смогу беспрепятственно изучать ваши Архивы? — Спросил я.

Он залился смехом, пораженный очевидной нелепостью моей просьбы:

— Нет, если только ты не решишь стать одним из моих смотрителей.

— А если я поведаю вам то, чего вы не знаете? — Прощупал я его жажду знаний.

Его лицо приняло благодушное выражение:

— Что-то, касающееся подземелий, а не посторонних вещей, — лукаво уточнил он.

Неужели он решил, что я пытаюсь его одурачить?

— Идет, — я усмехнулся. — Титаны пытались уничтожить подземелья, потому что в Дезию вторгались демоны.

Его глаза загорелись:

— Любопытные сведения, но в этих Архивах я могу показать тебе добрый десяток прочитанных мною трудов, которые подтверждают эту теорию.

Я мысленно перебрал все, что знал, и решился выложить самый малоизвестный факт, какой только мог вспомнить:

— Первые подземелья – это разум Титанов, которые жаждали обрести вечную жизнь.

Было видно, что Доррель приготовился заявить, будто ему и это давно известно, но тут он совершенно растерялся. Он шагнул ближе и склонился ко мне. От его дыхания отчетливо веяло чесноком.

— Откуда тебе это известно? С тобой говорило одно из подземелий?

Я подумал было солгать и сказать, что узнал это от Хрисоса, но это повлекло бы за собой слишком много лишних вопросов.

— Провидица с острова Каменной Горы. Она воссоздала эту картину по своим видениям прошлого, — ответил я, и он замолчал, словно взвешивая мои слова и оценивая их правдивость. Неужели провидица поделилась со мной этим знанием, предвидя, что оно мне пригодится?

Он медленно закивал:

— Мы знаем, что для создания нового подземелья требуется разумная душа. Поначалу мы полагали, что и первые подземелья возникли так же, но считали их рабами Титанов. Думали, именно поэтому они заключили Пакт, чтобы восстать против угнетателей.

Его мысли явно унеслись далеко, он погрузился в раздумья, осмысливая значение моих слов.

— Так у меня есть разрешение самостоятельно изучать Архивы? — Спросил я, прерывая его размышления.

Он перевел взгляд на меня, и его совершенно белые глаза показались мне довольно жутковатыми.

— Да. Но за тобой будет присматривать один из моих каталогизаторов. Впрочем, ты волен читать здесь все, что пожелаешь, если только будешь бережно обращаться с фолиантами.

Доррель провел еще несколько часов, пытаясь выудить из меня другие сведения, но я больше не выдал ему ничего выдающегося и уж точно не собирался признаваться, что встречался с Хрисосом.

Покинув Архивы, я заметил Лесну за столом в компании двух людей и эльфа. Я задержался у их стола, приковав к себе все взгляды:

— Спасибо, Лесна. Доррель согласился впускать меня в свою библиотеку в любое удобное время.

У нее от удивления отвисла челюсть, как и у остальных сидевших за столом. Я лучезарно улыбнулся, похлопал ее по плечу и пошел прочь. Она даже не заметила, что со стола прямо перед ней исчезла стопка примерно из десятка крупных медных монет. Это не было кражей – я собирался вернуть их при следующей встрече, не упустив возможности немного поглумиться.

Когда поздним вечером я вернулся на постоялый двор, Раэлия уже сидела среди кучи тарелок с полусъеденными яствами, расставленных по всей комнате. Я понимал искушение отведать диковинные блюда чужой земли, но стоило ли заказывать все и сразу?

— Проголодалась? — Весело и громко спросил я.

И Раэлия, и Бальдо пребывали в состоянии сытой полудремы. При моем появлении Бальдо лишь слегка шевельнулся, лениво проверяя, не исходит ли от меня угроза, и снова улегся. Раэлия полулежала на постели и даже не открыла глаз. Сонным голосом она пробормотала:

— Мне хотелось красного мяса, но я никак не могла решить, с какими специями его взять.

Я тихонько усмехнулся: судя по всему, на каждой тарелке еще недавно действительно лежало по куску мяса.

Я отправил в рот кусочек чего-то, напоминающего жареный картофель. Он был пережаренным и хрустящим – судя по вкусу, его готовили на беконе. Расправившись с картошкой, я присел на край кровати. Похоже, на особое внимание сегодня рассчитывать не приходилось. В последнее время наша близость стала совсем редкой и нерегулярной; возможно, я начинал ей надоедать.

— Я собираюсь задержаться в Годоке на несколько месяцев. Снял для нас комнату в Зале Искателей Приключений, — сказал я, принимаясь разминать ей плечи.

Она мгновенно распахнула глаза и уставилась на меня с легкой паникой:

— Зачем? На сколько месяцев?

— Я убедил архивариуса в Зале Искателей Приключений открыть мне доступ к их исследованиям подземелий. Чтобы изучить эти десять тысяч с лишним книг, может уйти месяца три, — объяснял я, пытаясь разогнать напряжение в ее плечах. Взгляд Раэлии заметался из стороны в сторону, словно она лихорадочно о чем-то думала.

— А как же Кастилия? — Спросила она.

— Константин и Гильда могут доставить эссенции ей. Уверен, он довезет их в целости и сохранности.

При этих словах Раэлия села и отстранилась от меня.

— Раз уж ты собираешься провести здесь несколько месяцев, я могла бы вернуться к брату и маме, чтобы все им объяснить. Да, — она согласно кивнула собственным мыслям. — Я и так слишком долго это откладывала. За последние три месяца отправила им всего одно послание. Мы можем встретиться в Грэмни через год, — тихо произнесла она, устремив задумчивый взор в пустоту.

Я знал, что она тоскует по семье, но она никогда прежде не заговаривала о возвращении. Я просто полагал, что из-за долголетия эльфы иначе воспринимают разлуку.

— Если ты подождешь, я поеду с тобой, — поддержал я ее.

— Нет, — отрезала она слишком поспешно. — То есть я не хочу ждать.

Она не заметила, как исказилось от боли мое лицо – ее слова больно ранили меня. Было очевидно, что она не горит желанием знакомить меня с братом или матерью.

— Это всего лишь год разлуки. Я смогу провести пару месяцев в обществе родных и потренировать Бальдо вместе с прирученными грифонами.

Заметив мою тень уныния, она истолковала ее неверно:

— Не переживай, меня больше не призовут на службу как наездницу на грифоне. Даже если война продолжится, в Бартирадии берут только добровольцев.

Она поднялась с постели, придерживая переполненный желудок. Натягивая сапоги, она добавила:

— Пойду разузнаю, какие корабли идут в Эзенхем и Бартирадию. Присмотри за Бальдо, пока меня не будет.

Она стремительно выскользнула за дверь, а Бальдо лишь лениво покосился на меня со своего места. Его взгляд скользнул по обилию тарелок, но в итоге он просто снова улегся, на удивление сытый, чтобы просить добавки. Пока я копался в остатках еды, в дверь постучал Константин. Я отступил, впуская его:

— Угощайся. Раэлия решила отведать все меню сразу.

Было кстати, что он заглянул – я как раз мог поделиться своими планами.

Константин пересек комнату и остановил свой выбор на чем-то, похожем на куриные ножки, запеченные с кучей разнообразных трав. Кожица аппетитно хрустнула под его зубами. Прожевав, он сообщил:

— Я нашел большое купеческое судно, отплывает в ближайшее время. Четыре золотых и десять серебряных за три лучшие каюты. У них в команде три опытных мага погоды, так что путь обещает быть спокойным.

— Я не плыву, — сказал я.

Куриная ножка так и застыла у него во рту.

— Я собираюсь изучать подземелья в местном Зале Искателей Приключений в течение нескольких месяцев, а уже потом вернусь в Грэмни.

В моей руке появился мешочек из шкуры мантикоры с эссенциями, и я протянул его Константину. Тот не спешил его брать, став жевать гораздо медленнее.

— Что ж, полагаю, Кастилия может подождать еще пару месяцев. Несколько городских сект утверждают, что у них тренируются лучшие мечники в мире. Я бы не отказался испытать себя в бою с ними.

Он повернулся ко мне спиной и принялся накладывать себе еду из других тарелок.

— Я и сам могу о себе позаботиться, — твердо произнес я.

Константин лишь хмыкнул, водрузил на тарелку внушительную пирамиду из еды и молча покинул комнату. Я и так знал, что если бы он остался, то непременно затащил бы меня на тренировку, заставляя использовать амулет Мира Грёз для практики. Интересно, что обо всем этом думает Гильда?

Я наполнил три тарелки для себя и отправил их в свой пространственный карман, после чего позвал трактирщицу, чтобы она убрала остальное. Женщина, собиравшая посуду, с опаской обходила спящего Бальдо, но даже не заметила исчезновения трех тарелок среди почти двадцати пяти блюд и подносов.

Я с нетерпением ждал возвращения Раэлии. Быть может, она передумает и позовет меня познакомиться со своей семьей? Я не стал бы давить на нее, ведь это ее выбор. С тех пор как мы выбрались из подземелья, наши отношения немного охладели, но мы по-прежнему любили поддразнивать друг друга и ценили компанию друг друга.

Она вернулась поздно, с выражением облегчения на лице. Бальдо радостно поднялся навстречу, преданно тычась головой и клювом в ее раскрытые объятия и нежно прижимая ее к двери.

— Все прошло успешно? — Спросил я.

— Более чем. Я нашла корабль посла из Эзенхема. Имя моей тети имеет вес даже в этих краях. После сытного ужина он согласился отплыть на неделю раньше срока. Мы отбываем завтра вечером.

Она буквально светилась от счастья, но я не был уверен, что использовать имя Маэралии Главиен было хорошей затеей. Раэлия бросила свою тетю, чтобы помочь Мейвиту, а затем отправилась с нами на остров Каменной Горы. По нашей единственной встрече я не заметил, чтобы эта женщина отличалась всепрощением.

— А это разумно? Использовать судно Эзенхема? — Осторожно поинтересовался я.

— Он просто немного сдвинул свой график возвращения в Эзенхем на будущий год. Его преемник уже в городе. Он доставит меня в порт Камбал в Бартирадии. А оттуда я легко доберусь до мамы и брата, — отмахнулась она. Я кивнул и стал ждать продолжения, но она больше ничего не добавила.

Следующий день мы провели в уединенных купальнях, где разделили наш последний миг близости перед долгой разлукой. Я улавливал в этом мгновении нечто необычное, но никак не мог понять, что именно. Раэлия то и дело поддразнивала меня, повторяя, что мы расстаемся всего на год, и мне незачем вести себя так, словно мы видимся в последний раз.

Когда ближе к вечеру она взошла на борт изящного эльфийского военного корабля, она помахала мне с палубы, а Бальдо послушно сидел подле нее. Было видно, что бедный грифон недоумевает, почему меня нет рядом. А может, дело было в том, что человек с неиссякаемым запасом лакомств оставался на берегу. Я провожал взглядом корабль, уходящий из гавани.

— Если ты закончил тосковать по ней, я договорился о тренировке в секте, которая специализируется на копьях, — раздался из-за моего плеча голос Константина.

Мне не следовало удивляться его внезапному появлению.

— Идем, Эрик; это поможет тебе отвлечься.

Я в последний раз взглянул на корабль и повернулся вслед за старым ветераном. Он был прав. Мне нужно было выместить накопившуюся досаду – сначала я потерял Мейвита, а теперь и Раэлию.