–

Глава 357:

Матео проснулся рядом с Клариссой, вдовой, которую он встретил по возвращении из Бутанского Халифата. После того как ее муж сгинул в море, женщина отчаянно пыталась выжить и продавала на рынке дикий лук, а вокруг нее так и вились трое маленьких детей. Матео купил тогда весь ее товар за серебряную монету – вдесятеро больше того, что она просила за эту охапку. Дикий лук он просто отдал Леркину в «Приют Адриана», чтобы тот пустил его на ужин. Путешествуя с Эриком, Матео заработал слишком много серебра, а единственной его обязанностью теперь были вечерние тренировки с другими бойцами отряда под началом Блейза, так что эти траты он считал вполне оправданными.

Следующие три дня он возвращался и делал то же самое, хотя охапка с каждым разом становилась все меньше. К огромному облегчению Клариссы, она больше не сокрушалась, что ей переплачивают за урожай, и с благодарностью принимала серебро, чтобы прокормить детей.

Когда Матео узнал, что она на рассвете уводит троих малышей в лес копать лук, он поначалу растерялся, но затем, повинуясь порыву помочь молодой матери, предложил присмотреть за ними. Сперва Кларисса отнеслась к Матео с подозрением, ведь Анна, Мейбл и Оливер были всей ее жизнью. Им было девять, восемь и шесть лет соответственно, а уводить их за мили от города было опасно. К тому же без необходимости постоянно следить за ними она могла бы собрать куда больше лука.

Кларисса была всего на год старше двадцатипятилетнего Матео, и его привлекала ее преданность детям. В первый раз, когда он остался с ними, он совершенно разбаловал ребят: купил им чистую поношенную одежду и досыта накормил. Кларисса от удивления лишилась дара речи, и в голову ей пришла лишь одна мысль, как отплатить за его щедрость. Матео отказался, и она разрыдалась, решив, что дело в ее уродстве.

Матео и вправду считал ее нос слишком маленьким, песочные волосы – чересчур растрепанными, а линию челюсти – излишне резкой, но отказался он из чувства вины. Ему хотелось помочь, а не покупать ее услуги. После того как он долго и путано объяснил свои мотивы, она успокоилась. С тех пор Матео взял на себя обязанности няньки, обычно приводя троицу в «Приют Адриана», где снимал комнату. Другие бойцы отряда привязались к детям не меньше Матео, обучая и развлекая их в течение дня.

Матео потянулся в постели. Обнаженная Кларисса прижалась к нему плотнее. После месяца заботы о детях и подбадриваний со стороны Кастилии и Сильф Матео наконец разделил с ней ложе. С этого момента плотину прорвало, и он по-настоящему влюбился в эту женщину. Днем он по-прежнему приглядывал за детьми, но устроил Клариссу на работу к Леркину в «Приют Адриана». Она прекрасно знала город и без труда доставала все необходимое для кухни, выторговывая отличные скидки.

— Обожаю твои мускулы, — прошептала Кларисса ему на ухо, очерчивая пальцем его грудную мышцу. Матео в ответ погладил ее по волосам.

— Мы могли бы провести в постели весь день, — многозначительно предложил он.

— Это ты мог бы! А мне нужно обойти трех мясников и как-то раздобыть сотню яблок, для которых сейчас совсем не сезон! — Театрально возмутилась она. На самом деле Кларисса любила трудные задачи и не жаловалась.

— Будь здесь Эрик, он бы просто сотворил их из воздуха и протянул тебе, вот так, — Матео щелкнул пальцами.

Кларисса закатила глаза:

— Если верить Бенито, твой Эрик может прыгнуть в пасть дракону, выйти с другого конца и все равно пахнуть летним бризом.

— Скорее всего, так бы и было, — ухмыльнулся Матео, и Кларисса шутливо шлепнула его. Она наслушалась стольких невероятных историй об Эрике, что уже сомневалась, существует ли он вообще – или это просто собирательный образ из десятка разных людей.

— Я хочу есть, Майо, — раздался в дверях голос болезненно худой Мейбл. Стоявший за ее спиной младший брат согласно закивал. У Мейбл были трудности со звуком «т», так как у нее выпали передние зубы, поэтому она звала его Майо. Матео приподнялся на локтях и увидел Анну, которая прибиралась в общей комнате их небольшой квартирки.

— Хорошо. Обувайтесь, и я отведу вас к Грэнни. — Лица детей просветлели, и они наперебой бросились стаскивать ночные рубашки и одеваться. «У Грэнни» – так назывался маленький трактир, где всего за несколько медных монет подавали отличные сытные завтраки. Матео не отличался бережливостью, но ему нравилась одинокая старушка, державшая это заведение.

Матео нехотя оделся и на прощание поцеловал Клариссу. Он поделился с ней своим зельем-ополаскивателем – удовольствие от близости с лихвой окупало затраты. Еще одна полезная вещь, которой он научился у Эрика. Вскоре он уже шагал по улице в окружении троих неугомонных ребятишек, приветствуя знакомых. Трактир Грэнни находился на окраине трущоб, но Матео это мало беспокоило. Бенито, Леркин, Блейз, Хелена, Сильф и он сам изрядно потрепали одну из местных банд, когда поймали тех на использовании сирот для детского труда. К тому же за их спинами стояли две магини – Кастилия и Селена.

Он устроился за столом в трактире, выложив четыре медные монеты за завтрак. Грэнни улыбнулась беззубым ртом, сгребла медяки и поставила перед ними четыре большие миски овсянки с сухофруктами и по увесистой колбаске, которую детям пришлось делить. Следом за еще один медяк появился кувшин разбавленного эля. Анна ела чинно, в то время как Мейбл стремительно запихивала еду в рот. Шестилетний Оливер с трудом доносил переполненную ложку до рта. Матео улыбнулся, неторопливо наслаждаясь своей порцией. Малыши напоминали ему собственных братьев и сестер, вот только теперь он сам каким-то образом оказался взрослым в этой компании.

— Мы будем сегодня играть с Мариусом и Кларой? — Спросила Анна, стараясь держать спину прямо и расправив плечи. Мариус и Клара были детьми Виридии и иногда заглядывали в «Приют Адриана», но жили и учились они в верхнем городе. Анна пыталась подражать манерам Клары, мечтая однажды войти в высшее общество.

— Думаю, нет. У Мариуса сегодня уроки фехтования, а Клара, скорее всего, помогает матери нянчиться с малышом, — терпеливо ответил Матео. В больших голубых глазах Анны отразилось разочарование, но он ничего не мог поделать. Он сосредоточился на простой каше, подслащенной фруктами, и слегка усмехнулся, зная, чей это ребенок. Ему не терпелось увидеть лицо отца, когда тот вернется и узнает, что обзавелся потомством – таким же упрямым и несносным, как и он сам.

— Майо, а можно нам медовых пирожных? — Спросила Мейбл, чья миска уже каким-то образом опустела. Как в этой девчушке, похожей на виспа, помещалось столько еды, оставаясь при этом незаметным для ее фигуры, оставалось загадкой.

— Мы купим их вечером и поделимся с мамой, — сдался он перед перепачканным, невинным личиком ребенка. Мейбл просияла, празднуя победу.

Внезапно у Матео сработало чувство опасности. Он замер и окинул взглядом комнату. В полумрак трактира вошли трое мужчин в плащах с накинутыми капюшонами. Грэнни не могла позволить себе свет-камень, и свет проникал внутрь лишь сквозь матовые стекла окон. Один из вошедших повернулся к их столу. Даже в тени Матео узнал это лицо. Что здесь делает Ферт? Ферт направился к ним, а его спутники разошлись: один двинулся к запасному выходу, другой встал у дверей.

У Матео похолодело внутри. На поясе у него висели длинный нож и легионерский топор. Меч был слишком ценной вещью, чтобы таскать его по городу. Ферт подошел к столу и сел прямо между Мейбл и Анной. Обе девочки возмущенно уставились на незнакомца, ожидая, что Матео разберется с ним.

— Матео, сколько лет, сколько зим, — произнес Ферт, бесцеремонно придвигая к себе миску Анны и принимаясь за еду.

— Что ты здесь делаешь и кто эти люди? — Спокойно спросил Матео. Чутье подсказывало, что, пока дети рядом, он связан по рукам и ногам. — Ребята, идите в трактир и ждите меня там.

— Почему мы должны идти в «Приют Адриана»? — Захныкал Оливер. Ферт ухмыльнулся, и Матео внутренне поморщился.

— «Приют Адриана»? Какое чудесное название. Нет, пожалуй, не стоит, — Ферт приобнял обеих девочек за плечи. С их хрупким телосложением они не смогли бы вырваться.

— Чего тебе нужно, Ферт? — Матео процедил слова сквозь зубы от бессильной ярости.

Ферт устало выдохнул:

— Надо же, я пересек весь континент, чтобы повидаться с друзьями, а ты так нерадушен. — Взгляд Матео ожесточился. Ферт оставил попытки подсластить свои речи – это никогда не было его сильной стороной. — Ладно. Мне нужно доставить Кастилию к Императору Октавиану. И я бы предпочел привезти ее живой, а не мертвой.

Матео хмыкнул и покачал головой:

— И кто же ты теперь – Гончая? Я ни за что не стану тебе помогать.

— Вообще-то, да, я Гончая, — Ферт осклабился. — И теперь возглавляю собственную маленькую Стаю охотников. — Он лукаво улыбнулся. — Ну же. Ступай и скажи Кастилии, что мы пришли за ней. Если она пойдет добровольно, ее доставят к Императору живой. А я пока присмотрю за твоей… — он окинул взглядом троих детей, — …семьей?

Матео постарался сохранить бесстрастное выражение лица, но за эти полгода они действительно стали для него семьей.

— Если ты тронешь Кастилию, Эрик отрубит тебе голову своей магией! — Выкрикнула Анна, пытаясь вырваться из его рук.

На лице Ферта отразилось замешательство. — Эрик мертв… — пробормотал он, словно обращаясь к пустоте.

Анна, не понимая, что творит, выпалила:

— Нет! Дядя Бенито сказал, что он отправился на другой край света, чтобы спасти голиафов!

Она задергалась сильнее, и Ферт крепче сжал ее плечо, заставив девочку пискнуть от боли. Из кухни с криками выбежала Грэнни, но тут же получила удар в живот от Гончей, стоявшей у двери. Старушка рухнула на пол, скорчившись и завывая от боли, обхватив руками ребра. Гнев Матео вызвал мощный прилив адреналина, но здравый смысл удержал его от безрассудства ради безопасности детей.

— Анна, успокойся. Мейбл, Оливер, оставайтесь здесь с этим человеком, но если он попытается увести вас – кричите во все горло. — Ферт цыкнул на Матео, но промолчал. Матео медленно поднялся, убирая нож. Еще мгновение назад он был готов перемахнуть через стол, чтобы защитить детей.

Уже у самой двери он услышал, как Ферт спрашивает:

— Ну-ка, расскажи мне поподробнее об этом герое, Эрике.

Выйдя на улицу, Матео огляделся и заметил еще одну фигуру в темном плаще, но уже с откинутым капюшоном. Уайли тоже был здесь. В отряде он всегда был шестеркой Ферта. Матео подумал было подойти и воззвать к его разуму, но передумал, развернулся и быстро зашагал к «Приюту Адриана».

Он знал, что за ним следят, но пытаться оторваться не было смысла. Теперь они знали, куда он направляется. Он ворвался в трактир. Бенито играл в карты с местными, на столе громоздились стопки медных монет. — В городе Гончие! — Рявкнул он Бенито. — Где Кастилия?

Бенито мгновенно вскочил, опрокинув стул:

— Она обедает с Эларо в его вилле.

— Сиськи гарпии! Это Ферт, Уайли и другие Гончие! — Закричал Матео.

— Какого черта Ферт и Уайли связались с Гончими? — Растерялся Бенито.

— Они и есть Гончие! — В ярости проорал Матео, бросаясь за стойку и хватая припрятанные там баклер и клинок. Его собственный меч лежал под кроватью наверху. Из кухни вышел Леркин, его фартук был перепачкан кровью от разделки мяса. Следом показалась Кларисса – должно быть, она только что принесла часть сегодняшних припасов.

— Что происходит? — Встревоженно спросила Кларисса. — Где дети?

Матео на мгновение проигнорировал ее вопрос:

— Где Блейз? — Он знал, что Хелена и Сильф ушли с Селеной на какое-то тайное задание.

Леркин уже доставал свое оружие из-под стойки:

— Он ушел относить наши доспехи мастеру. — Дело было в том, что большинство из них за последнее время раздобрели, и им то и дело приходилось носить броню к Игнис на «подгонку».

В дверях показался Уайли, и местные посетители поспешили на выход. Он беспрепятственно выпустил их. Городская стража вряд ли вмешалась бы до того, как прольется первая кровь. Леркин, Матео и Бенито встали лицом к лицу с Уайли, который когда-то был их верным товарищем. Уайли изменился: взгляд стал жестче, исчезло прежнее добродушие. — Император требует, чтобы Кастилия ответила за свои преступления. Ферт считает, что ее пощадят и просто оставят под стражей в назидание другим, если мы доставим ее живой.

— Гончие не доставляют людей живыми, Уайли, — сплюнул Леркин. — Почему ты не ушел с нами?

В общий зал вошли еще двое мужчин в плащах и встали по обе стороны от Уайли. — Будьте благоразумны, — взмолился Уайли. — Никому не нужно умирать. — Стоявший слева от него боец хмыкнул, что явно разозлило Уайли. Противостояние длилось недолго: вскоре появился Ферт в сопровождении двух Гончих, которые были с ним у Грэнни. С ними была только Мейбл, ее глаза были полны ужаса.

— Где Кастилия? — Раздраженно спросил Ферт, недовольный встречей со старыми знакомыми. — Будьте начеку, девчонка сказала, что Блейз тоже где-то в городе.

— Где мои дети? — В ужасе закричала Кларисса. Прежде чем кто-то успел ее остановить, она бросилась к Мейбл. Из-под плаща Гончей, стоявшего справа от Ферта, блеснула сталь, со свистом рассекая воздух и перерезая ей горло. Зажав рану руками, женщина упала на колени.

Ферт попытался крикнуть:

— Нет! — Но было уже поздно. В то же мгновение Матео с яростным ревом бросился в бой. Бенито атаковал ближайшего врага, парировал удар и повалил его на пол. Они покатились по земле, запутавшись в плаще Гончей.

Матео нужно было пробиться к Клариссе и напоить ее исцеляющим зельем, пока она не истекла кровью. Но дорогу ему преградили двое противников. Уайли застыл как вкопанный, не в силах пошевелиться. Матео пропустил удар по руке от правого противника, одновременно парируя выпад левого. Игнорируя боль, он сделал выпад и пронзил горло тому самому мерзавцу, что ударил Клариссу. Затем он прикрылся его телом от следующей атаки.

Леркин схватился с Фертом, который был взбешен самоуправством своих людей. Зал наполнился стонами, криками и звоном стали. Мейбл опустилась на колени в лужу материнской крови и трясла Клариссу за плечи прямо посреди бушующей схватки.

Бенито поднялся на ноги, его предплечье было глубоко рассечено, но его противник был мертв. На него тут же набросился другой враг. Матео отчаянно пытался прорваться к Клариссе, но не мог отделаться от наседавшей Гончей. Ферт крикнул опешившему Уайли:

— Сражайся, черт тебя дери! — Тот вышел из оцепенения и бросился на помощь Ферту против Леркина. За последний год повар отряда немного раздобрел, но все еще оставался сильным и подвижным.

Когда Уайли ввязался в бой, Ферт активировал свое заклинание и резко ускорился, поймав момент для удара. Его рунический клинок пробил окровавленный кожаный фартук Леркина и вошел ему под ребра. Бенито закричал, но было поздно. Матео всем телом навалился на своего противника, приняв скользящий удар на здоровую руку. Пошатнувшийся враг заставил Ферта и Уайли отступить от оседающего на пол Леркина.

Бенито повезло: его противник поскользнулся на крови, открыв брешь, и Бенито мгновенно воспользовался этим, полоснув его по шее. Лицо Ферта багровело от ярости. — Нет. Все не должно было так закончиться! — Трое его людей были мертвы, а Леркин едва дышал. — Отступаем! — Выплюнул он с досадой и отвращением. Уайли подчинился без колебаний, но Квинтис, еще одна Гончая, замялся. Матео вот-во истек бы кровью, и численное преимущество было бы три к одному на стороне врагов. Но раз уж Ферт и Уайли отступали, ему оставалось только следовать за ними. Магиню они так и не нашли.

Бенито не стал их преследовать и бросился за барную стойку. Там хранилось единственное исцеляющее зелье из подземелья. Он сорвал деревянную панель, выхватил флакон, но, обернувшись, в нерешительности замер.

Матео, пытавшийся зажать свои раны, крикнул:

— Дай его Клариссе!

Бенито посмотрел на Леркина, который лежал на спине и прерывисто дышал. — Делай, как он говорит! — Прохрипел тот, брызгая кровью. Бенито опустился на колени, сорвал печать с флакона, капнул немного на рану на шее Клариссы, а остальное влил ей в рот. К его облегчению, рана затянулась, после чего женщина закашлялась, выплевывая сгустки крови прямо в лицо Бенито.

— Зовите целителя! — Крикнул с пола Леркин, все еще надеясь выжить. Он с облегчением смотрел, как Мейбл прижалась к плачущей матери. Грудь Клариссы снова начала мерно вздыматься. Бенито пулей выскочил из трактира, но целитель не успел прийти вовремя, чтобы спасти Леркина от смертельных ран.

Блейз, Бенито, Матео и Кастилия обыскали весь город в поисках Ферта и его Гончих, но нашли лишь следы того, что те спешно покинули город через Западные Врата.