Мучение Орка

Только один орк еще дышал. Он лежал без сознания – мое копье перебило ему позвоночник. Когда я начал высвобождать оружие, он сдержал стон. Его глаза сфокусировались на мне, и он почувствовал острие копья у своего горла. — Ты говоришь по-тельхиански?

Его черные глаза уставились на меня, полные боли и ненависти. — Плохо, легионер.

— Отлично. Почему вы здесь? — Потребовал я ответа, слегка надавив на острие. Оно слишком легко рассекло кожу, так что я ослабил нажим. Вместо ответа его рука дернулась к поясу. Я мгновенно перенес вес тела вперед, вгоняя копье ему в шею. Надо было связать его перед допросом. Мне определенно нужно обзавестись веревкой в пространственном кармане.

Двумя быстрыми взмахами я очистил копье от крови, после чего отправил его в карман. Затем я надел кольцо направления эфира, чтобы ускорить восстановление сил. Положив собиратель на грудь мертвеца, я активировал его. Вскоре сформировалась большая эссенция стойкости.

Я некоторое время разглядывал темно-синюю сферу, размышляя о том, откуда она взялась и насколько хладнокровно я стал относиться к убийствам. В бою я не колебался ни секунды, и мой разум оставался абсолютно чистым. Единственное, что меня по-настоящему пугало – и в этом была горькая ирония, – это полное отсутствие страха. Я сильно изменился, и теперь все мои мысли занимало лишь то, как уничтожить врага и самому получить как можно меньше повреждений.

Мои мысли вернулись к Ренне. Неужели я не смог защитить ее? Если бы она осталась со мной, я бы ни за что не уберег ее от девяти нападавших. Я жалел, что так грубо приказал ей бежать, но это было необходимо. Теперь меня терзали мысли о ее ране. Полетела ли она в нужном направлении? Хватит ли у нее эфира, чтобы добраться до башни или найти отряд? Не наткнется ли она по пути на других орков или какого-нибудь зверя?

Я заколебался, думая, не отправиться ли мне на ее поиски. Мои сомнения продолжались несколько минут, пока я работал собирателем. В итоге я решил остаться здесь и ждать, так как на лес уже опускались сумерки. Небо затянуло тучами, ночь обещала быть темной, и бродить по лесу вслепую было бы верхом глупости.

В общей сложности я собрал восемь эссенций. Один орк почему-то не дал сферы, хотя плотность эфирного дыма казалась вполне достаточной для ее формирования. Из больших эссенций у меня теперь были две стойкости, две ловкости и одна быстроты. Также я собрал три малые эссенции: восприятия, быстроты и координации.

Я сразу поглотил большую эссенцию быстроты. На первых шагах меня слегка замутило, пока сила растекалась по телу. Я стащил все тела орков в один ряд, а затем вытащил из мутной воды труп Гончей. Использовать на нем собиратель казалось неправильным, к тому же зверь, судя по всему, был мертв уже больше часа. Девять орочьих тел… причем одному не хватало головы. Я достал голову из своего пространственного кармана и тут же отпрянул, хватаясь за рукоять меча. Глаза орка дико вращались еще несколько секунд, прежде чем свет в них угас окончательно. Я лишь покачал головой, не удержавшись от мрачного смешка.

Я принялся обыскивать тела. К моему удивлению, от орков ничем не пахло. Я ожидал, что от них будет нести грязью, но нет. У каждого при себе было по два-три флакона, которые я принял за зелья, но все они были без каких-либо меток. Из кучи в 22 флакона 10 оказались зелеными, а 12 – светло-голубыми. Когда я рассматривал светло-голубые на просвет перед свет-камнем, внутри были видны блестящие крупинки. Светло-голубым было и то зелье, что я разбил в бою, так что я предположил, что это орочьи исцеляющие составы. Не нарушая восковых печатей, я отправил все 22 флакона в свой карман.

Большая часть их оружия была из хорошей кованой стали, но ничего выдающегося. Среди длинных клинков нашелся один рунический короткий меч. Он не был выкован в подземелье, но характерные узоры на лезвии явно указывали на руническое оружие. К тому же он весил гораздо меньше, чем должен был, так что это была не сталь, а, возможно, сплав алюминия или титана.

Я сделал несколько взмахов, но баланс мне не понравился. Вес оружия помогает вкладывать силу в удар, а этот клинок казался в руке игрушкой. Я отправил его в свой пространственный арсенал и, скорее всего, благополучно о нем позабыл бы. Возможно, это неплохое оружие для ребенка или женщины. Зато среди трофеев я нашел два отличных свежевальных ножа – это были единственные клинки, которые я забрал.

Орочьи луки оказались крупнее компактных коротких луков, которыми пользовались легионеры. Я проверил натяжение тетивы на обоих и понял, что для моей силы они слабоваты. Стрелы были толще, но легче тельхианских, и сделаны из черного дерева – или, возможно, просто выкрашены в черный цвет. К сожалению, мне уже довелось близко познакомиться с ними во время боя. Оперение тоже было черным. Я прибрал все двадцать две стрелы и два колчана в свой пространственный карман. Глядя на тела орков и их снаряжение, я поймал себя на мысли, что они явно питали слабость к черному цвету.

Скорее всего, такой гардероб был нужен им для скрытного перемещения под покровом ночи. Но как именно они маскировались? Вряд ли они были магами, ведь за весь бой никто из них не применил ни одного заклинания. Может, их замысловатые татуировки не усиливали физические характеристики, а служили для маскировки? Вдруг это был отряд ассасинов? Они определенно были мельче тех внушительных орков, которых я видел на арене. Или, может, они охотились именно за Ренной?

Ночь окончательно вступила в свои права. Я подошел к одной из огромных елей и взобрался на широкую ветвь примерно в сорока футах от земли. Наплечники и поножи я отправил в хранилище, чтобы в случае необходимости быстрее карабкаться вверх или вниз. Рассыпав внизу немного миконидовой пыльцы, я устроился так, чтобы видеть ряд тел внизу. Держа наготове по два шарика каждого вида – дымовые, ослепляющие и чихательные, – я принялся дремать урывками.

Облака так и не рассеялись, и в лесу царила кромешная тьма. Я твердо решил дождаться утра. Ожидание в одиночестве посреди леса – не самое приятное занятие, особенно когда ты уже насмотрелся на здешние кошмары. Каждый короткий промежуток сна превращался в кошмар, где меня на дереве находила очередная тварь. В моих мыслях мелькали гигантские ласки, орки, холмовые гиганты, виверны и гоблины. После нескольких часов такого рваного сна я почувствовал себя отдохнувшим благодаря кольцу. Я сосредоточился на звуках леса. Мое эфирное ядро было заполнено под завязку, поэтому я отправил кольцо направления в хранилище, и ощущение эфирного ожога угасло. Теперь я поддерживал лишь заклинание замедления старения.

Под деревом пробежали четыре койота, но, обнюхав орков, они двинулись дальше, почему-то отказавшись от бесплатного угощения. Единственными гостями за ночь стали серая неясыть, которая перепугала меня, приземлившись на соседнюю ветку, и крупный скунс, неторопливо прошедший внизу.

Едва небо начало сереть, предвещая скорый восход солнца, я спустился на землю и снова надел наплечники и поножи. Используя навык голоса земли, я начал обходить территорию по кругу. Вскоре я обнаружил тела еще двух дрессировщиков Гончих за деревом с флажком. Как и говорила София, эти Гончие, должно быть, находились здесь ради безопасности учеников. Я сделал круг пошире, продолжая поиски, но так и не нашел того, что искал.

У орков где-то поблизости должны были остаться мешки с провизией и снаряжением. Но они были хороши – я не смог найти ни единого следа, указывающего на их лагерь или маршрут. Константин наверняка будет недоволен моей неудачей. В конце концов я сдался, решив, что они могли использовать магию для сокрытия своих следов. Да, именно так они и поступили, и именно это я скажу Константину, если зайдет разговор. Я вернулся к ряду тел – три Гончих и девять орков. Несмотря на утреннюю прохладу, вокруг уже жужжали мухи, откладывая яйца для следующего поколения.

Я отошел немного в сторону и устроился на камне, прислонившись спиной к стволу дерева. Если к полудню никто не появится, я отправлюсь обратно сам. Разумеется, через час пошел дождь. Под кроной дерева я был относительно защищен, но крупные капли все равно раз в минуту с глухим стуком падали на мой шлем. Ближе к полудню сквозь пелену мелкого дождя я заметил движение. Я остался сидеть, внимательно вглядываясь в чащу. Определенно Гончие, а не орки. Как минимум двое, а то и трое.

Быстрое движение далеко справа подсказало мне, что они подобрались гораздо ближе, чем я думал. Я не шевелился, оставаясь на виду, чтобы Гончие могли легко меня заметить. Они действовали предельно осторожно, хотя я выложил их врагов прямо перед ними. Прошел почти час, прежде чем из лесной чащи уверенно вышел седовласый мужчина. Я узнал его мгновенно. Это был Корнелий.

Старик остановился у ряда мертвых орков и медленно пошел вдоль линии, осматривая каждого. Дойдя до тел Гончих, он опустился на колено и изучил их более тщательно. Полагаю, он пытался понять, как именно они были убиты. Закончив, он поднялся и направился ко мне. Я так и остался сидеть. Корнелий остановился надо мной, его тело было напряжено, готовое мгновенно среагировать на любую угрозу с моей стороны. — Ты ранен, легионер? — Спросил он.

— Просто устал. С Ренной все в порядке? — Спросил я, встречаясь с ним взглядом.

— Эта рыжая магиня? С ней все хорошо, ее уже подлечили. Вернулась поздно ночью. Устроила там настоящую бурю, даже напала на Первого Гражданина Кашия, обвиняя его в твоей смерти. Похоже, она тебя недооценила, — ответил Корнелий, и на его губах появилась легкая усмешка.

— Меня часто недооценивают. Ренне что-то угрожает? — Я медленно поднялся, стараясь не делать резких движений. Я понимал, что в лесу прячутся и другие Гончие. — А где Зайна?

— Канцлер Зайна, — с нажимом поправил он, выделяя ее титул. — Она выслеживала две стаи гноллов в этом районе, чтобы те не помешали испытаниям магов. — Он махнул рукой куда-то себе за спину. — Мы думали, что гноллы – единственная угроза здесь. Орки-следопыты так далеко от побережья – это сюрприз. Что касается твоей рыжей подруги, Зайна вмешалась. Удар так и не был нанесен, хотя Каший до сих пор требует ее голову.

— Орки-следопыты? Не ассасины? — Возможно, я решил, что они убийцы, просто потому, что они были во всем черном.

— Халифат определенно использует их и в этом качестве. Они похожи на наших Гончих или следопытов бартирадийцев. Они работают группами по девять человек, обычно все они так или иначе связаны родством, и выполняют самые разные поручения Верховного.

— Что они здесь делали и для чего нужны их татуировки? — Поинтересовался я.

Он бросил взгляд через плечо на тела:

— Скорее всего, это маскирующие заклинания. Эта группа, вероятно, была передовым разведывательным отрядом. Возможно, кто-то из проводников проболтался, и они решили, что смогут устранить перспективных молодых магов. Смелый шаг. И, скорее всего, знак того, что очень скоро дела пойдут куда веселее. — В его голосе так и сквозила ирония. — Мы доставим несколько голов некроманту, чтобы прояснить ситуацию.

Затем его тон стал серьезным:

— И все же, как тебе это удалось? Девять трупов, а у тебя только дыра в кирасе да дюжина царапин. — Да уж, Игнис вложила много сил в починку и придание моей броне из прессованной кожи приличного вида, а теперь я выглядел так, словно побывал в мясорубке.

— В основном повезло. Ренна помогла, заморозив одного в пруду. Мне удалось драться с ними по очереди, так как они рассредоточились для засады. В конце концов я поймал стрелу. — Я ткнул пальцем в прореху над сердцем. — Но к тому времени их оставалось всего трое. К тому же Фортуна мне улыбнулась: мой чёрный клинок оказался Погибелью Орков. Он не только причинял им дикую боль, но и не давал исцеляться.

Корнелий посмотрел на меня с недоверием, поэтому я обнажил меч и протянул ему. Он взял оружие и покачал головой – тот блеск, что клинок приобрел в бою, уже начал угасать. — Погибель Орков… интересное название. Если он делает то, о чем ты говоришь, то это оружие называют Мучением Орка. Несколько веков назад их выковали около сотни, и до наших дней дожили единицы. Где ты его достал? — Спросил он с любопытством.

— Им владел капитан гвардии семейства Анджелла. Первый Гражданин Борис Анджелла проиграл его мне в споре, — ответил я, и старик усмехнулся.

— Ах, да. Теперь припоминаю. Тот спор на амулет Мира Грёз. — Он произнес это так, словно мы делились общей шуткой, но мне не понравилось, что он знает об амулете. Из-за деревьев начали показываться другие Гончие – должно быть, я упустил момент, когда Корнелий подал им знак, что все чисто. Они сразу же принялись обыскивать тела. — Отрубите головы для некроманта. Нам нужно знать, зачем они здесь, — скомандовал он.

Он вернул мне чёрный клинок:

— Тебе нужно продолжать поить его орочьей кровью. Большинство подобных специализированных клинков со временем тускнеют и теряют силу. Полагаю, капитан гвардии Анджелла редко пускал его в ход.

Корнелий окинул взглядом место побоища:

— Знаешь, у нас были трудности с твоим приемом в Гончие, поскольку ты иноземец. Но мне кажется, ты только что значительно упростил нам задачу. Нам позарез нужны Гончие, способные на такое. — Он обвел рукой ряд тел, с которых как раз снимали головы. Похоже, для разговора с мертвыми им действительно требовались только они.

— Мы возвращаемся? — Спросил я, когда Гончие закончили свою мрачную работу.

— Не терпится увидеть свою рыжую магиню, верно? — Корнелий ухмыльнулся. — Думаю, Зайна тоже горит желанием поговорить с тобой. — Он рассмеялся, заметив мое замешательство, и добавил:

— И та молодая, вспыльчивая особа – тоже.

В глубине леса Гончие отыскали мешки с вещами орков-следопытов, и вскоре в сопровождении семи Гончих и пяти дрессировщиков я отправился обратно к башне в Садах Гноллов.

.