Внешняя стена

Я оставался на стене. Прохладный ночной воздух приятно остужал кожу, помогая испаряться поту. От холода по обнаженным рукам побежали мурашки, и я слегка задрожал. Вглядываясь в расстилающийся впереди туман, сквозь поднимающуюся дымку я заметил, как в лагере противника один за другим загораются огни. Враг явно зашевелился, но вскоре пелена сгустилась настолько, что полностью скрыла все из виду. — Эрик, живо вниз, в башню! — Зычно скомандовал Константин.

Я огляделся. На стене оставалось около десятка ополченцев, и лишь у восьмерых из них были простые длинные луки – совсем не те дорогие композитные, какими пользовался легион. Проходя мимо бойцов, я прямо-таки кожей ощущал их натянутые до предела нервы. Если внешняя стена сегодня падет, большинство из этих людей не выживет.

Спустившись по ступеням, я посмотрел на город. В наползающем тумане очертания зданий расплывались, придавая улицам жутковатый вид. В самой башне легионеры рассредоточились по комнате, пытаясь урвать хоть немного времени на сон. Константин с веселой усмешкой вытащил из ящика и бросил мне тяжелое одеяло:

— Думаю, ночь предстоит веселая. Отдохни пока.

Я устроился у стены, приспособив свернутое одеяло вместо подушки. Голова так и тосковала по привычному уюту домашней подушки из грифоньего пуха. Брут примостился рядом, проделав со своим одеялом то же самое. С другой стороны улегся Константин, но он, в отличие от нас, предусмотрительно захватил свой походный спальник.

Прикрыв глаза, я спросил в пустоту:

— Ну и насколько все плохо?

Я заранее знал, что ответит именно Константин, и стал ждать.

Спустя мгновение он действительно заговорил:

— Их больше в три раза. Если сегодня они прорвут оборону при штурме, то просто хлынут в город и вырежут всех.

Я молча кивнул. Подумав, я решил принять малую эссенцию ловкости. Выудив из своего пространственного кармана темно-желтый шарик, я закинул его в рот. С момента, как я принял высшую эссенцию исцеления, прошло уже достаточно времени, так что несварения эссенций случиться не должно.

— Ты только сейчас решил ее принять? — Прохрипел Константин.

Пришлось соврать на ходу:

— Да я продать ее думал. — В пальцах рук и ног закололо, словно от слабого разряда электричества. — Но перед боем решил, что лучше использовать сейчас, — добавил я, так и не открывая глаз.

Константин решил поделиться опытом:

— Я ведь уже говорил тебе об укреплении характеристик. Не знаю, принимал ли ты эссенцию ловкости раньше, но сейчас ты молод и в отличной форме. Постарайся раздобыть хотя бы по одной эссенции на каждое физическое свойство, пока совсем не обленился. — В его голосе мудрость мешалась с добродушной усмешкой.

— А как долго эссенция удерживает характеристику укрепленной? — Поинтересовался Брут.

Константин ответил с другой стороны от меня:

— Годами. По моему опыту – не меньше десяти лет. Предыдущий лейтенант Кастилии, Донте, который уже ушел на покой, за свою службу скопил десяток малых эссенций стойкости. Думал, что сможет обмануть старость, если будет принимать по одной каждые шесть лет.

— И что, это правда работает? — В голосе Брута послышалось недоверие. — Можно вечно оставаться молодым благодаря эссенциям?

Константин рассмеялся:

— Нет, конечно. Но это здорово помогает справляться с хворями и болезнями. Стареешь-то ты все равно как обычно, просто Донте верил в другое.

Разговор между Брутом и Константином продолжался, но теперь они переключились на тактику боя на копьях. Это был обычный обмен опытом о том, как противостоять сразу нескольким противникам. Я честно пытался вслушиваться, но веки налились свинцом, и я провалился в сон.

Башня содрогнулась, и я проснулся от посыпавшейся сверху пыли. — Катапульта! — Донеслось сверху. А следом по лестнице скатился крик:

— Десять связок бракованных стрел! — Это был голос Делмара. Я вскочил на ноги и схватил две связки кривых стрел. Еще пятеро бойцов последовали моему примеру, и мы гурьбой потащили двенадцать связок вверх по каменным ступеням.

Наверху башни лучники нашей роты вслепую поливали туман стрелами. Башня снова содрогнулась, пока я засыпал стрелы в ящики Реджиса и Павла. Кастилия стояла во весь рост, напряженно вглядываясь в белесую муть. Я уже собирался спускаться обратно, когда из соседней башни громогласно донесся голос Грегора:

— Давай, Кастилия!

Кастилия недовольно поморщилась, явно не одобряя приказ, но все же выхватила из-под плаща свиток. Я стоял прямо за ней и успел заметить, что весь пергамент был покрыт сложнейшими узорами заклинаний, выведенными серебристыми металлическими чернилами. Разобраться в этой вязи мне было не под силу. Кастилия направила в свиток свой эфир, и у нас за спинами зародился резкий ветерок. Секунда – и он превратился в яростный ураган. Волосы Кастилии разметались во все стороны, у лучников под шлемами тоже все растрепалось, но они ни на миг не прекращали стрельбу.

Я выглянул наружу: туман, словно гигантская белая волна, покатился обратно к вражескому лагерю. Земля под нами обнажилась, а в небе ярко засияла голубая луна. Внизу обнаружились десятки врагов с приставными лестницами. — Меняйте стрелы, тащите хорошие! — Прокричал вниз Делмар. Послышалась возня, и я решил подождать, пока ребята поднимутся с нормальными стрелами, чтобы не толкаться на узкой лестнице.

Наши лучники принялись выкашивать врагов в полутора сотнях ярдов от стены. Блейз, наш лучший стрелок, двигался как заведенный – натяжение, выстрел, натяжение, выстрел. И хотя в полумраке сами стрелы я разглядеть не мог, было отчетливо видно, как шедшие впереди враги с лестницами спотыкаются и падают, сбивая строй. — Слишком рано мы раскрыли этот козырь, — прошипел Адриан.

— Знаю, Грегор – набитый дурак, — тяжело дыша, отозвалась взмыленная Кастилия. — Убивайте кого можете, пока туман не вернулся. — Она уже вовсю творила какое-то другое заклинание, но я не мог понять, какое именно.

Башня вновь содрогнулась, и Делмар подбодрил всех:

— Не бойтесь, каменная кладка укреплена эфиром! Но если увидите, что в вас летит такой булыжник – пригибайтесь! — Это вызвало нестройные смешки среди лучников. Адриан тем временем перенаправлял лучших стрелков на самые опасные цели, чтобы замедлить продвижение врага.

Из соседней башни снова донесся вопль Грегора:

— На меня вышел маг! Прямо напротив ворот, Кастилия!

— Ничем не могу помочь, у меня тут двое крадутся слева с лестницами! — Огрызнулась в ответ Кастилия, которую явно раздражал плаксивый тон коллеги.

— Грифон! — Раздался крик справа, и все разом уставились в небо. Я тоже его заметил – темный силуэт, парящий высоко над стеной, вне досягаемости стрел. Но вот он пошел на снижение, стремительно приближаясь к нам.

— Кастилия! Подсоби! Он скоро войдет в зону поражения! — Крикнул Блейз. Кастилия на секунду прервалась и окутала черными дымными нитями стрелу, которую Блейз как раз накладывал на тетиву.

Внезапно вспыхнувший огненный шар выхватил из темноты фигуру грифона и его наездника, заходивших на вираж над башней. Кастилия резко взмахнула руками и хлопнула в ладоши – свет тут же погас. — Я развеяла Огненный шар. Теперь ты, Блейз! — Лучник замер на пару мгновений, ведя цель – грифон как раз пытался уйти вверх после сорвавшейся атаки. Стрела сорвалась с тетивы, огромная темная тень издала пронзительный клекот и камнем пошла вниз.

— Рухнет где-то в городе, — буднично бросил Блейз и тут же вернулся к обстрелу врагов у лестниц. Делмар обернулся и заметил меня, глазеющего по сторонам. Я уж подумал, что сейчас огребу, но вместо этого получил приказ.

— Эрик, бери двоих и проверь, чтобы грифон и наездник были мертвы, — рявкнул он, снова отворачиваясь к наступающей армии. Я развернулся, чтобы бежать, но прямо перед тем, как я ступил на лестницу, трехфутовый валун с размаху влетел в Реджиса, буквально размазав его по стене, и увлек тело за собой в город. В тот же миг молния ударила в башню Грегора, на секунду ослепив всех вокруг. Проморгавшись, я проследил взглядом за падающим грифоном. Наметив примерное место падения, я кубарем скатился по ступеням.

Быстро оглядевшись, я ткнул пальцем в двоих парней с копьями:

— Брут, Феликс! За мной! Нужно добить грифона и наездника! — Я выскочил на улицу, и ребята бросились догонять меня. Выбежав из башни, я сориентировался на местности и подождал их. Мы побежали легкой трусцой: я резонно рассудил, что чем быстрее мы доберемся, тем сильнее зверь и всадник будут дезориентированы после жесткой посадки.

— Если он рухнул на крышу, замучаемся туда лезть! — Тяжело дыша, бросил бегущий рядом Феликс.

Брут пристроился с другой стороны:

— Это Блейз его завалил?

— Тебе не все равно? Какая разница? — Отозвался я, напряженно высматривая дорогу впереди. Улицы были безлюдны, но в переулках уже стояли наготове массивные деревянные заграждения, из-за которых нам приходилось делать крюк.

— Да мы тут крупно поспорили на серебро, собьет он его или нет, — признался Брут.

— Готовь монеты, ты проиграл. Вон они! — Я указал пальцем вперед. В густых тенях узкого переулка копошилась огромная туша. — Достать свет-камни! — Скомандовал я, ускоряя шаг.

Грифон пытался подняться, но его левое крыло было неестественно вывернуто, а из передней правой лапы торчал обломок кости. — Всадника не вижу, — заметил Феликс, когда мы подбежали ближе. Грифон угрожающе щелкнул массивным клювом. Брут и Феликс с копьями наперевес начали заходить с боков. И тут в глубине переулка, прямо за спиной терзающегося зверя, я заметил фигуру. Закутанный в темный плащ силуэт пытался подняться, опираясь о стену дома.

— Вижу наездника. Грифон прикрывает его собой. Отвлеките тварь, а я попробую проскочить. — Брут тут же сделал выпад, уводя внимание зверя на себя, а я метнулся в противоположную сторону. Феликс поддержал товарища, работая копьем, и вдвоем они медленно оттащили грифона от входа в переулок. Наездник, заметив это, заковылял вглубь темноты. Пользуясь моментом, я рванулся мимо бьющегося зверя.

Грифон попытался достать меня, полоснув когтями и клацнув клювом, но из-за сломанной лапы он был слишком неповоротлив, и я легко проскочил опасную зону. Брут с силой вогнал копье глубоко в шею твари. — Есть! — Заорал он. — Лови всадника!

Я во весь дух помчался по переулку, где воняло мочой и сыростью. Надо признать, для раненого беглец двигался на удивление шустро. Настигнув цель, я замахнулся коротким мечом, чтобы нанести удар в спину. Но в самый последний момент всадник резко развернулся, парировал мой выпад кинжалом и, перекатившись, замер в низкой стойке.

Я выставил вперед свет-камень, и в его сиянии из-под сбившегося капюшона показалось лицо наездника. Слухи не врали: наездниками на грифонах действительно оказались невысокие эльфийки. Эта девушка была ростом примерно пять футов и восемь дюймов, очень хрупкого телосложения, которое подчеркивал облегающий черный костюм под темным плащом. И насчет их красоты Константин тоже оказался прав: правильные черты лица, огромные изумрудные глаза и золотисто-каштановые волосы, собранные в тугой хвост. Правда, сейчас всю эту красоту портила гримаса ярости. — Я убью тебя, легионер! — Процедила она сквозь зубы.

На губах у нее выступила кровь, и я невольно задумался, насколько сильно она пострадала при падении. Боевой опыт подсказывал, что она перенесла весь вес на правую ногу, так как левая была повреждена. Со стороны внешней стены донесся грохот взрывов, и эльфийка злорадно улыбнулась:

— Ваш город обречен, и армия герцога вас не спасет! — С этими словами она сделала осторожный шаг назад, пытаясь отступить.

Мне было тяжело заставить себя напасть на нее. Она выглядела совсем как девчонка-подросток, разве что с заостренными ушками. Привычки из прошлой жизни так и твердили мне, что передо мной просто ребенок. Я слегка расслабился и опустил оружие. Может, удастся взять ее в плен без боя? — Слушай, может ты просто… — Она вдруг выронила кинжал и резко прижала ладони друг к другу. Между ее пальцами мгновенно раздулся огромный огненный шар. Вот же дерьмо.

Я резко подался вперед, чтобы она оказалась в пределах десяти футов – радиуса действия моего пространственного кармана. Пришлось мысленно довернуть невидимый куб, чтобы поймать ее фигуру. В голове вихрем проносились мысли: что делать? Отсечь ей голову? Вырвать сердце? На мгновение я мысленно очертил рамку вокруг ее груди, но перед глазами стояла девчонка, а не враг. Убивать ее казалось неправильным. Тогда я просто расширил границы куба на все ее тело и отправил в хранилище. Потребовалось мгновение ментального противоборства – она пыталась сопротивляться силе притяжения, но все же исчезла.

Как и следовало ожидать, мой эфирный резерв мгновенно опустел, и от резкого истощения у меня слегка закружилась голова. Что ж, фокус удался, но что мне теперь делать с эльфийской девчонкой, запертой в моем пространственном кармане? Я развернулся и побрел обратно к Бруту и Феликсу. Те как раз добивали грифона – тварь уже почти не двигалась, истекая кровью. — Готова! — Соврал я. — Возвращаемся к башне. Эти взрывы мне совсем не нравятся.

Когда мы вышли на главную дорогу у Торговых ворот, навстречу нам уже тянулся поток раненых, отступающих от внешней стены. Пробиваясь сквозь толпу, мы вскоре наткнулись на бойцов нашей роты, которые несли на руках Кастилию. Константин заметил нас издалека:

— Отходим к Залу Легиона! У врага слишком много магов! — Мы пристроились к своим. На бегу я пересчитал бойцов – нашей роте не хватало троих.

Примечание автора: Это не гаремник и никогда им не станет. У главного героя будут отношения (скорее всего, не с этой эльфийкой). Тем не менее, я долго колебался насчет нее. Убить и забрать эссенцию огня? Держать в кармане так, чтобы никто не знал, а потом выпустить для какого-нибудь дела… скажем, она запустит свой готовый огненный шар во врага. Или ее брат будет угрожать убить героя, а тот такой: «Ой, мы убили твою сестру? Ты про эту?» Или просто отпустить ее со временем. Не знаю… вариантов полно. Он спрятал ее в основном из-за нежелания убивать молодую девушку. Напишите в комментариях, если нужно что-то исправить (это уже третья редакция этой главы). В конце концов, у героя уже есть яйцо грифона, собиратель эссенции из подземелья, магический кулон… он просто любит коллекционировать вещи. Ладно, что-то я заболтался. Надеюсь, глава вам понравилась!