– В сердце бури

Глава 394: «В сердце бури.»

Иви так радовалась, что наконец-то получит настоящий урок владения своими новыми клинками, да и я сам надеялся посмотреть, на что способен Чемпион Королевы. Однако сегодня этому не суждено было сбыться: команда в панике металась по палубе. Синее небо стремительно затянуло чернотой, а в настенных подсвечниках на палубе зажгли дешёвые свет-камни. Тусклый свет и колеблющиеся тени придавали происходящему ещё более зловещий вид. Капитан и первый помощник яростно спорили на своём родном языке, что отнюдь не добавляло уверенности ни пассажирам, ни матросам.

Оглянувшись назад, я заметил, что за нами следуют два из трёх кораблей, с которыми мы укрывались в бухте. Один из них, похоже, уже убрал паруса, а второй мчался во весь опор, надеясь проскочить оставшуюся часть Теневого Пояса до того, как шторм станет смертельно опасным. Внезапно желудок подкатил к горлу – «Разумный морской конёк» рухнул с гребня волны. Эта исполинская волна словно возникла из ниоткуда. На мгновение я почувствовал себя невесомым, а затем навалилась тяжесть, когда судно с грохотом провалилось в ложбину между валами. Огромный столб брызг взметнулся над носом, и ветер швырнул водяную пыль нам в лица.

Пассажиры и матросы спотыкались на ходу. Я подхватил Иви с палубы и крикнул:

— Блейз! Уведи всех вниз! Лесна! Дай им свет, прежде чем уйдёшь!

Лесна, пошатываясь, но не теряя самообладания, сотворила и запустила сияющий шар света, который закрепился прямо под вороньим гнездом. Продемонстрировав своё волшебство, она с превеликим удовольствием поспешила вниз, к нашим каютам. Капитан крикнул ей слова благодарности, но тут же снова отвлёкся.

— Хочешь сказать, утренней тренировки не будет? — Ехидно поинтересовался Бенито.

Надо же, Бенито сподобился на остроумный ответ. Конечно, именно тогда, когда наши жизни висели на волоске.

— Только у тебя, Бенито, — отрезал я с самым серьёзным видом. — Жду от тебя два полных цикла всех стоек с мечом. И по пятьдесят отжиманий за каждую ошибку, которую заметишь.

У Бенито отвалилась челюсть, но Блейз, вместо того чтобы объяснять, что я шучу, просто утащил его за собой, и мои четверо спутников скрылись в трюме. Взбежав на гребень следующей волны, я увидел, что нас окружают новые водяные валы, по сравнению с которыми первый казался сущим пустяком.

Первый помощник принялся орать на пассажиров, требуя, чтобы те убирались с дороги и возвращались в свои каюты, но я пока остался у перила. Не уверен, что мог чем-то помочь, но хотелось быть начеку на случай непредвиденной опасности. Киреник осторожно пробрался по палубе и встал рядом со мной. Было видно, что он хочет поговорить, но ему приходилось кричать: ветер нещадно трепал паруса, пока матросы суетились на снастях. Он кивнул в сторону капитана и первого помощника, которые снова затеяли спор.

Киреник прокричал сквозь невообразимый шум:

— Дела плохи! Первый помощник настаивал на том, чтобы переждать, но капитан был уверен, что мы успеем проскочить до того, как разыграется новый шторм!

Пошёл мелкий, но колючий дождь, и океан вокруг нас потемнел. Огни идущих следом кораблей теперь были видны только тогда, когда мы одновременно оказывались на гребнях волн. Но само их присутствие странным образом успокаивало – мы были не одиноки в этой беде.

— И всему виной лей-линия? — Крикнул я в ответ.

Я очень надеялся услышать утвердительный ответ, потому что меньше всего мне хотелось столкнуться с Левиафаном, Кракеном или каким-нибудь другим чудовищем из тёмных глубин океана.

— Я не маг погоды, — прокричал Киреник, пока дождь превращался из мелких колких капель в тяжёлый, хлещущий ливень. — Но я слышал, как этот феномен обсуждали на придворных приёмах. Лей-линии подобны рекам эфира. Когда что-то нарушает течение в малых потоках, это отзывается эхом в самых крупных. И насколько мне известно, та, что проходит под Теневым Поясом, – одна из величайших!

Единственное, что пришло мне в голову, способное столь сильно нарушить течение лей-линий, – это подземелья. Я не читал о том, чтобы подземелья вызывали подобные катаклизмы, но, с другой стороны, библиотека в Годоке была далеко не полной.

Видя, что обстановка стремительно ухудшается, я решил спуститься вниз.

— Я к своим! — Крикнул я Киренику.

Вряд ли он расслышал мои слова, но намерения понял без труда и, держась за леера, направился к носовой части, где находилась его каюта.

Я ворвался в свою каюту, с меня ручьями текла вода. Мои спутники сгрудились вместе.

— Поболтает нас знатно, но капитан вытащит корабль, — сказал я. Уверенности у меня не было, но я посчитал нужным вселить в них надежду. Внутри всё сжималось от нехорошего предчувствия. Я повернулся к Лесне:

— Ты тоже это чувствуешь?

— Встревоженный эфир? — Нервно отозвалась она.

Я кивнул. Мой собственный эфир беспокойно бурлил в теле. Если бы я не тренировался направлять и придавать ему форму, я бы ни за что этого не заметил.

Корабль резко накренился на правый борт. Иви с паническим писком покатилась по полу, но я успел её поймать. Остальные сумели удержаться на месте. Иви в ужасе мёртвой хваткой вцепилась в меня. Я ободряюще улыбнулся и усадил её, велев крепче держаться за опору гамака. По правде говоря, мне и самому было страшно, но показывать этого нельзя – остальные ждали от меня поддержки. Против этой первозданной ярости природы я был бессилен. Здесь не было врага, которого можно убить, и не было места, где я мог бы всех спрятать.

Минуты тянулись как часы, пока «Разумный морской конёк» боролся с бушующей стихией. Страшно представить, каково сейчас матросам на палубе. Когда я уходил, они как раз убирали паруса, чтобы их не порвало в клочья. Судя по тому, как швыряло судно, оставалось только гадать, как они вообще удерживаются на ногах.

От оглушительного раската грома волоски на моих руках встали дыбом. И это было только начало. Вскоре показалось, будто мы очутились в самом эпицентре грозы. Корабль содрогнулся, по корпусу прошла сильная вибрация – похоже, в одну из мачт угодила молния. Я не заметил, в какой момент Иви снова оказалась рядом, но она опять крепко вцепилась в меня. Я обнял её одной рукой, а другой упёрся в сиденье у маленького столика, чтобы удержать равновесие.

Глядя в полные ужаса глаза моих спутников, я подумал, что никто из них больше в жизни не ступит на палубу корабля. На случай, если судно перевернётся, я уже прикидывал пути к спасению. Я велел ребятам снять все доспехи и оружие и убрал их в свой пространственный карман. Если придётся плыть, им ничего не должно мешать. Иви я спрятать не мог, но остальных, напоив восстанавливающими зельями, сумел бы быстро убрать в хранилище.

Напряжение росло вместе с неистовством шторма. Корабль не просто швыряло на волнах – старый корпус жалобно стонал при каждом резком толчке. А затем произошло нечто странное. Три свет-камня, освещавшие каюту, на мгновение ярко вспыхнули и тут же снова потускнели. Вскоре после этого буря снаружи утихла, и «Разумный морской конёк» наконец выровнялся.

— Ждите здесь, — бросил я и вышел наружу, чтобы осмотреться.

Тёмные тучи стремительно уносились прочь, уступая место чистому сумеречному небу. Изнурённые матросы уже начали разворачивать паруса. Фок-мачта была расщеплена и обуглена ударом молнии. Свет Лесны всё ещё ярко сиял – должно быть, она вложила в него немало эфира, раз он продержался так долго. Но больше всего тревожило то, что океан казался пугающе спокойным, по воде шла лишь лёгкая рябь.

Капитан на заднем плане выкрикивал приказы, одновременно разговаривая с Киреником. Я огляделся в поисках двух других кораблей, что шли за нами, но их нигде не было видно.

— Куда делись все волны? И где корабли? — В недоумении произнёс я вслух. Как вода могла успокоиться так невероятно быстро?

По палубе раздался тяжёлый шаг мокрых сапог Киреника. Как он умудрился услышать меня с такого расстояния, оставалось загадкой.

— Оба корабля затонули, — подошёл он ближе. — Капитан потерял первого помощника и семерых матросов. Он попросил меня обойти пассажиров и узнать, нет ли у кого заклинаний ясновидения, чтобы поискать людей в воде. Долго искать он не станет, но попытку сделать обязан.

— У моих спутников таких чар нет, но он может взять вот это, — сказал я, доставая из-за пояса подзорную трубу.

По её размеру было очевидно, что она никак не могла там помещаться, и изогнутая бровь Киреника дала понять, что он заметил эту странность. Моя щедрость была продиктована благодарностью за то, что мы выжили, и желанием сохранить баланс на весах кармы.

Он покрутил прибор в руках, разглядывая его.

— Тельхианский? — Спросил он.

— Да, — подтвердил я, не собираясь, впрочем, вдаваться в подробности.

Я вкратце объяснил, как он работает. Выслушав меня, Киреник понимающе кивнул:

— Потрясающий артефакт. Когда-то у тельхианцев были лучшие мастера в мире. Они умели расшифровывать руны подземелий и подчинять их своей воле.

— И что с ними случилось? — Поинтересовался я, хотя ответ мне уже был известен.

— Нас учили, что их погубили непомерная гордыня и жажда экспансии, — равнодушно пожал плечами рыцарь. — Враги не могли противостоять им на поле боя, ведь империя превращалась в неудержимую лавину. Тогда они прибегли к хитрости и заказным убийствам. Всего за один год все именитые тельхианские мастера и исследователи были мертвы. В тегайросийских хрониках это событие называют Великой Чисткой.

— А почему это отражено именно в тегайросийских хрониках? — Спросил я. Мне было известно, что Тегайросией правят семь королей и королев, и это одно из старейших государств на континенте.

Киреник многозначительно улыбнулся:

— В этом участвовали не только враги Тельхианской Империи. В те времена наши северные границы соприкасались с землями, на которые они претендовали. Я не могу заглянуть в прошлое, но полагаю, что Гептархия решила приложить руку к чистке и помочь ослабить Империю, пока та не стала воистину непобедимой.

С этими словами Киреник ушёл, чтобы передать подзорную трубу.

Я проводил его взглядом. Киреник вручил трубу капитану и указал в мою сторону. Тот благодарно кивнул, и прибор тут же подняли в воронье гнездо. В отсутствие ветра у капитана было время осмотреть водную гладь. За следующие несколько часов, пока опускалась ночь, мы не нашли ни одного выжившего – лишь несколько ящиков и три мёртвых тела с погибших судов.

Когда наконец подул слабый ветерок и наполнил паруса, команда поспешила увести нас прочь из проклятого Теневого Пояса. Это казалось почти невероятным: всего через несколько часов пути на горизонте показалась суша. Нас унесло к югу, и потребовалось ещё немного времени, чтобы добраться до Дельпсы. Огни города были видны в ночи, и к рассвету мы причалили.

Город раскинулся на высоком холме, возвышающемся над Теневым Поясом. Каменные причалы тянулись от берега, защищённые высоким искусственным волнорезом. Стоило нам пришвартоваться, как большинство пассажиров сошли на берег. Подозреваю, многие из них больше не вернутся на корабль, пусть даже они и не добрались до места назначения.

Капитан собирался задержаться лишь на то время, что потребуется для починки повреждённой мачты. Палубу тут же заполонили местные корабелы-горгифийцы. Поскольку нанять мага, специализирующегося на работе с деревом, нам было не по карману, ремонт, по словам команды, должен был занять четыре дня.

Дальше мы должны были обогнуть полуостров и плыть на север, к Наусису, но, судя по картам, можно было пройти через Королевство Горгифия пешком – примерно пятьсот миль. Южные королевства в целом были более древними, и путешествовать по ним было безопаснее.

Я вынес этот вопрос на голосование среди своих спутников, и они, что неудивительно, единогласно решили остаться на суше, пусть даже это и добавляло несколько дней к нашему пути. К северу от города мы нашли торговца лошадьми и, к моему удивлению, встретили там Киреника, который задумал то же самое.

— Капитан вернул твою подзорную трубу? — С улыбкой поприветствовал он меня.

— Да, как только увидели землю, — я ответил на его рукопожатие. — Я думал, ты возвращаешься в Петос, к своей Королеве?

— Её замок на самом деле находится на севере, в Типере. Сейчас будет быстрее доехать верхом на север и переправиться через залив. Вы всё ещё держите путь в Наусис? — Дружелюбно спросил он.

— Да. Нам так и не довелось испытать друг друга в деле, к тому же ты знаешь эти дороги лучше нас. Не согласишься ли ты стать нашим проводником? — Предложил я. Этот рыцарь обладал врождённым обаянием, которого мне так не хватало, и досконально знал эти края.

— Я планирую переправиться через залив в Бибросе, но до тех пор буду рад компании. Там есть лишь один опасный участок дороги, но в хорошей компании всегда спокойнее. — Он кивнул в сторону Иви:

— Я даже не против, если из-за твоей дочери путь займёт на день-два дольше.

— Встретимся через пару часов к северу от города. Нам нужно пополнить припасы и купить лошадей.

Кроме того, мне нужно было незаметно достать Джинджер из своего пространственного кармана.

— Договорились, — Киреник пожал мне руку, и мы разошлись.

Лесна проводила его долгим взглядом.

— А у него есть аура, знаешь ли, — негромко произнесла она. — Ничего зловещего, но вокруг него вьётся дымка какого-то колдовства.

Я активировал эфирное зрение и посмотрел вслед Киренику, уводящему недавно купленную верховую лошадь. Возможно, вокруг него и впрямь была какая-то дымка, но она сливалась с утренним светом. Стоит присмотреться к этому повнимательнее.

Четыре часа спустя я уже ехал верхом на Джинджер бок о бок со своими спутниками и Киреником к северу от города. Дороги здесь были вымощены древним камнем, но содержались в безупречном порядке. Весь день мы двигались в ровном темпе, а к вечеру свернули к небольшому постоялому двору в одном из многочисленных городков вдоль тракта. В полумраке конюшни эфирная дымка вокруг Киреника стала более заметной в угасающих лучах солнца, подтверждая слова Лесны. Я не силён в чтении аур, но его аура не казалась угрожающей.

Когда с лошадьми было покончено, солнце уже почти зашло. Киреник повернулся ко мне:

— Как насчёт небольшой разминки?

Бенито уже знал, что наши ребята не станут с ним спорить, а потому сразу обратился к рыцарю:

— Ставлю пять серебряных, что Эрик победит.

Киреник забавно выгнул бровь. Мне показалось, он сейчас откажется, но он лишь слегка улыбнулся:

— Идёт, пять серебряных.

С этими словами Киреник обнажил свой рунный полуторный меч, а я вытащил Погибель Магов…