Обитель Народного Клинка

Алхар ехал один, в самом хвосте нашей группы. Порой я даже забывал о его присутствии и вздрагивал, когда, обернувшись в седле, обнаруживал, что он всё ещё с нами. Это сильно сбивало с толку, и я подозревал, что дело в какой-то магии. Лишь Киреник время от времени возвращался назад, чтобы перемолвиться словом с бартираданским эльфом, – впрочем, этот рыцарь испытывал потребность общаться абсолютно со всеми. Кажется, больше всего времени в первый день Киреник провёл с Иви: она взахлёб рассказывала ему о наших приключениях в Обители.

Когда ближе к закату Киреник в очередной раз поравнялся со мной, сил на разговоры у него ничуть не убавилось. — Значит, с Иви всё будет хорошо? — Спросил он с искренней тревогой в голосе. — Стражи Смерти заблокировали её некромантию?

— Она всё осознаёт и контролирует, — ответил я. — Стражи обучили её и дали всю защиту, какую смогли. Во время осады Император-лич оставил на ней свою метку, но в остальном она в полном порядке. — Я попытался сказать это непринуждённо, но тут же уколол себя мыслью, что эта метка – прямое доказательство моей несостоятельности как её опекуна.

— Личи – опасные твари, — серьёзно произнёс Киреник. — Если решишь отправиться в поход, чтобы сразить этого императора-лича, только скажи слово.

— Необычный ты человек, так легко предлагаешь помощь, — отозвался я. — Но я рад называть тебя своим другом. — «Назойливым добряком, но всё же другом», – мысленно добавил я про себя.

— У тебя, похоже, много хороших друзей, — он кивнул в сторону Мейвита, который тоже отлично ладил с рыцарем. Киреник как раз обещал при первой возможности навестить остров Каменной Горы. — Блейз, Бенито и Лесна в безопасности? — Сочувственно спросил он.

— Они отплыли вместе с Верховным Стражем. На борту «Солёной девы» они в полной безопасности, насколько это вообще возможно на корабле, — подтвердил я.

— Хорошо, очень хорошо. Мы приближаемся к небольшому городку, там живёт потрясающая булочница. Её мясные пироги просто невероятны. А в таверне напротив наверняка найдутся для нас комнаты. Если остановимся здесь, то завтра сможем дойти до Скайлитона, но день будет долгим и тяжёлым. Либо можем дотянуть до следующей деревни, приехать поздно, зато завтрашний путь окажется легче. Правда, кормят там хуже. — Он говорил уважительно, оставляя выбор за мной.

Моё кольцо заглушало голод, но я посмотрел на спутников, взвешивая их желания. — Хороший пирог – это отличная мысль. Но завтра мы выедем ещё до рассвета.

Пекарня ютилась в небольшом каменном здании в самом центре скромного городка. Дело шло к вечеру, и местная детвора гурьбой высыпала на улицу, чтобы поглазеть на Мейвита. Я не заметил ни нищих, ни бездомных, которые обычно так часто встречаются в людских поселениях. Навстречу нам вышла дородная булочница средних лет, вся в поту и муке, но должна признать: ароматы, доносившиеся из дверей, так и манили.

Стоило женщине радостно выкрикнуть имя Киреника, как тот сразу спешился. Она заключила рыцаря в долгие объятия, и Киреник охотно ответил на приветствие. Когда он объяснил, что нам нужно, она согласилась приготовить свежие пироги с ягнятиной и говядиной и принести их в таверну через дорогу. Мейвит заказал шесть лишних, а я добавил к заказу ещё десять, понимая, что за посуду придётся заплатить отдельно, так как я собирался убрать их на хранение.

Таверна оказалась скромнее, чем я ожидал увидеть в компании рыцаря, и в ней стоял застоявшийся запах немытых тел. Киреник, тем не менее, приветливо поздоровался с хозяином, и вскоре нам выделили комнаты. Оставив вещи, я отправился в конюшню проверить лошадей и обнаружил там Алхара. Проигнорировав его, я пошёл проследить, чтобы конюхи как следует вычистили Джинджер.

— Хочешь потренироваться – без магии? — Внезапно спросил Алхар.

Я повернулся к эльфу, который, похоже, перебирал свои седельные сумки. — Нет, — отрезал я довольно грубо. — Спроси Киреника, — добавил я и, закончив с Джинджер, ушёл. Я не доверял этому эльфу; если он станет тренироваться с Киреником, я смогу понаблюдать за ним в мире грёз, чтобы подготовиться.

Вскоре принесли пироги. Все, кроме Алхара, ели с огромным удовольствием. Киреник тренироваться не пошёл, вместо этого он рано лёг спать, и, проходя мимо его двери, я уже слышал его богатырский храп. Место было слишком чужим и беспокойным, чтобы я мог спокойно уйти в мир грёз. Я подумывал предложить амулет Баэлире или Мейвиту, но в итоге передумал.

В предрассветной темноте, пока мы седлали коней, Киреник казался ещё более весёлым – если такое вообще возможно. По пути, стоило нам проехать через какое-нибудь поселение, его повсюду узнавали и приветствовали радостными криками. И тому, кто в этот момент ехал рядом с ним, приходилось выслушивать подробнейшую экскурсию. Его голова, должно быть, была забита тонной бесполезных фактов. Мейвит, Баэлира и Иви слушали его с неподдельным восторгом.

Мы во весь опор мчались к Скайлитону и добрались туда ещё до захода солнца. Город оказался совсем не таким, каким я его себе представлял. Тридцатифутовые каменные стены, но на зубцах виднелось лишь несколько стражников. Надвратная башня тоже казалась полупустой – всего двое часовых досматривали телеги и путников.

Когда до ворот оставалось около сотни ярдов, зазвонили колокола, и Киреник жалобно застонал. — Определённо, возвращаясь домой, мне нужно как-то маскироваться. — Толпа расступилась, пропуская нас вперёд, и улыбающиеся стражники приветливо махнули нам руками. Остальные с улыбкой наблюдали за смущением Киреника: наше продвижение по улицам сильно замедлилось, ведь мужчины, женщины и дети высыпали наружу, чтобы поприветствовать своего принца. — Я редко здесь бываю, и они, похоже, пытаются это компенсировать, — вполголоса сказал он, склонившись ко мне. Нам потребовалось два часа, чтобы добраться до замка. Лошадей у нас забрали, а седельные сумки мы понесли сами.

Снаружи замок выглядел довольно скромно, но внутри поражал роскошью. Из боковой комнаты вышел безупречно одетый мужчина. — Готовится пир. Подъезжает ли следом королева или кто-то из ваших братьев и сестёр, лорд Киреник?

— Дариус, рад тебя видеть. Только я и мои спутники. Мы уедем с первыми лучами солнца, — ответил тот, передавая ему сумки.

— Я собираюсь в библиотеку, — объявил я, решив пропустить ужин.

— У нас есть горячие купальни, — предложил Киреник.

— Сначала купальня, потом библиотека, — ответил я, пересмотрев свои приоритеты. Смыть грязь я мог бы и с помощью своего нового щита, но это совсем не то. Купальня представляла собой комнату с семью ваннами из полированного чёрного мрамора, в каждую из которых подавалась вода из огромного исходящего паром резервуара наверху. Глядя на это устройство, я невольно задался вопросом: неужели королевская семья моется вся вместе? Слуга помог мне наполнить ванну и унёс одежду в стирку. Я не стал задерживаться и уже меньше чем через час, сухой и переодетый в магически очищенные вещи, вышел наружу.

Меня проводили в библиотеку, и увиденное меня впечатлило. Глянцевые деревянные стеллажи высились до самого потолка, занимая три этажа. Две каменные винтовые лестницы вели на галерею. В комнате не было окон, но её освещали несколько свет-камней, расположенных в строгом геометрическом порядке. Стоило мне сделать шаг, как меня окликнула пожилая женщина:

— А вы кто будете?

— Я гость Киреника, а недавно гостил у королевы и принцессы в Петросе. — Я поклонился. — Эрик Марко, искатель Стражей Смерти.

— Молодоват ты для искателя, — с подозрением заметила она. Я разглядел её эльфийские уши. Морщины на её лице выдавали почтенный возраст, скрытый под хрупкими седыми волосами, – ей должно было быть больше тысячи лет.

— Мне часто это говорят. А могу я узнать ваше имя? — Спросил я в ответ.

На её губах заиграла едва заметная улыбка. — Маэрлин Релвас, — ответила она и слегка склонила голову.

— Родственница короля Терона Релваса из королевства Эдратия? — Уважительно поинтересовался я.

— Его бабушка, — улыбнулась она ещё шире. — Мне нравится путешествовать и гостить у других правителей, стараясь не злоупотреблять гостеприимством. Но в Скайлитоне я застряла уже на два века и порой гадаю, не забыли ли они вообще о моём существовании. — Она тихо рассмеялась собственной шутке. — Это прекрасная библиотека, и я с радостью помогу тебе найти любую тему.

Маэрлин оказалась невероятно полезной собеседницей. Провожая меня от одного стеллажа к другому, она расспрашивала о том, что творится в мире. В её дружелюбии было что-то обезоруживающее. — Почему же вы не со своим внуком? — Спросил я, перелистывая редкие свитки с заклинаниями водного родства, которого у меня не было.

— Сам знаешь, какова нынче молодёжь: думают, будто знают всё на свете, и не желают слушать советов, — с весёлым вздохом ответила она.

— С возрастом приходит мудрость, и очень жаль, что они пренебрегают вашей, Маэрлин.

Она рассмеялась:

— А ты мне нравишься, искатель Эрик! Боюсь, дело в смешении наших рас, из-за которого я оказалась не у дел. Я не держу обиды, но когда человеческие короли уступают бразды правления после какого-то века, эльфам трудно не последовать их примеру. Терон не слушает даже советов собственного отца. Вот я и обречена искать себе развлечения сама. Королева Аделин любезно открыла мне доступ к своим знаниям. — Она указала на столик внизу, заваленный книгами.

Мне почти захотелось показать Маэрлин амулет Мира Грёз в надежде, что она оставит там своего двойника, но я понимал: если она поделится столь огромным объёмом знаний, откат окажется слишком суровым. В итоге я отобрал книги по магическим родствам, артефактам подземелий и немного по истории драконов. — Ты совсем утомил старую женщину, искатель. Мне нужно прилечь на пару часов. — После её ухода я полистал родословные правителей Гептархии. Между двумя эльфийскими народами было так много династических браков, что сходство двух королей становилось вполне объяснимым. Среди шести человеческих королевств брачные союзы тоже заключались сплошь и рядом, но, похоже, это касалось только первенцев. Мне стало любопытно, почему принцессу Элеонору до сих пор не выдали замуж.

Из-за отсутствия окон я потерял счёт времени, и лишь слуга, пришедший позвать меня к завтраку, возвестил о восходе солнца. Мейвит и Алхар уже были на месте, а вскоре к нам присоединились Баэлира и Иви. — А где Киреник?

— Он отправился в город навестить старых друзей, — отозвался Дариус, стоявший у дверей.

Я подумал, не ищет ли он помощников для нашего похода, но когда мы нашли Киреника в конюшне, он был совершенно один. — Всё в порядке? — Спросил я его, пока Джинджер хрустела своим утренним яблоком, полученным для бодрости перед дорогой.

Киреник тяжело кивнул. — Поговорил со старыми друзьями. Скоро объявят сбор добровольцев, и теперь они горячо его поддержат. Матушка метит высоко и надеется собрать ещё тридцать тысяч солдат по всему королевству, но если они не вернутся, эта утрата тяжким бременем ляжет на следующее поколение. — Я понимал дилемму рыцаря, даже если он не высказывал её вслух. Он использовал влияние своей ауры, чтобы побудить людей вступать в армию.

До обители ордена Киреника оставалось три дня пути. Два дня мы двигались по дороге, останавливаясь на ночь в небольших тавернах. Киреник, казалось, знал каждого встречного, но всё равно упорно платил за наши комнаты, даже когда их предлагали даром.

Я наблюдал за тренировками Алхара, Мейвита, Киреника и Баэлиры. Из окна я видел, как Иви чертит в воздухе контуры своего следующего заклинания, стараясь освоить его побыстрее. Затем мы оба погружались в Мир Грёз. Я оставлял там ещё дюжину новых фолиантов, а Иви продолжала свои занятия магией.

Глядя на неё, я подумал, что и мне пора присмотреться к новому заклинанию. Моё телепортационное заклинание окончательно закрепилось на эфирном ядре. На моём ядре было открыто три родства: вода на 20, энергия на 17 и миры на 88. Мне хотелось поднять энергию до 40, чтобы изучить эфирный разрыв, поэтому пока я раз в несколько дней перечитывал заклинания в Мире Грёз, готовясь к этому. Я составил список подземелий, где могли обитать твари с эссенцией энергии. Те два заклинания для родства с мирами, что я нашёл в Хранилище Обители, были невероятно сложными, и к ним не прилагалось никаких описаний.

Для воды я накопил семнадцать малых, семь средних и четыре высших заклинания. Поскольку многие средние были лишь улучшенными версиями малых, имело смысл подождать, пока моё родство достигнет хотя бы 30, чтобы расширить выбор. Пока амулет Мира Грёз оставался при мне, все дороги были открыты.

На третий день мы свернули с тракта и направились к видневшимся вдали горам. Эти вершины отмечали край гор Драконьего Хребта, тянувшихся через весь континент. Дорога здесь была совсем заброшенной, и я знал, что орден Киреника немногочисленен. От рыцарей требовалось небесное родство для их главного орденского заклинания. Поскольку это большая редкость, им требовались сотни небесных эссенций, чтобы развивать способности каждого рыцаря. Эти эссенции они добывали в подземелье, которое полностью контролировал их орден, – подземелье Сумеречного Воина.

Крепость ордена Киреника, выстроенная из бежевого песчаника, выросла словно посреди пустыни. Это выглядело очень необычно, ведь вокруг громоздился исключительно серый гранит. Когда мы приблизились к стенам, Мейвит озвучил мой немой вопрос:

— Где добывали этот камень?

У Киреника нашёлся ответ:

— Понятия не имею. Знаю только, что этот камень использовали повторно. Когда-то здесь стоял огромный город, в котором жили Титаны. Его разрушили, а мой орден построил крепость из этих руин. Добро пожаловать в дом моего ордена – Обитель Народного Клинка.