Глава 96.0

Краснокожий алхимик выглядел нелепо. Его кожа лоснилась, напоминая свежую красную краску, но в этом мире, где правила магия, дело вряд ли ограничилось обычными белилами. Он терпеливо ждал, пока мы озвучим цель визита. Я тихонько спросил Адриана, не разумнее ли будет обратиться ко второму мастеру.

— Нет, — едва слышно отозвался тот. — Кастилия велела забрать именно этого. Разговаривать буду я.

Адриан шагнул вперед:

— Алхимик Децимус, я здесь, чтобы предложить вам поступить на службу к герцогине Веронике в провинцию Собрал. Вас горячо рекомендовал наставник Отелло из Академии Алхимии. — Я воспользовался паузой, чтобы разглядеть нашего собеседника. На вид ему было лет двадцать пять, примерно как и мне, но из-за глянцево-красной кожи и полного отсутствия волос определить возраст точнее было трудно.

Глаза Децимуса округлились:

— К герцогине? Погодите, а где вообще находится этот Собрал? В каком это царстве Плутона? А, впрочем, неважно. — Он нетерпеливо махнул рукой. — Я все равно не хочу работать на вельмож. Политика – верный способ досрочно отправиться на тот свет. Хотя приятно слышать, что кто-то из моих учителей оставил обо мне хороший отзыв.

Адриан нахмурился, понимая, что придется попотеть:

— Герцогиня нанимает вас исключительно для варки зелий первого круга. Она готова предоставить вам жилье в своей Цитадели и платить десять золотых в месяц. — Децимус так и застыл, явно прикидывая выгоду. Сто сорок золотых в год – сумма немалая. Хотя, если вспомнить, сколько стоят готовые снадобья, не такая уж и астрономическая.

«Черт, – подумал я про себя. – …Не ту профессию я выбрал». Выбора у меня, конечно, не было, но мысль напрашивалась сама собой.

Децимус колебался. Он отвернулся, на время позабыв о нас, и принялся проверять три разных прибора, в которых булькали его составы. Помешивая варево, он спросил:

— И где же этот Собрал?

Рыбка заглотила наживку, и Адриан это понял.

— Примерно в трехстах милях к северо-востоку отсюда. На берегу реки Агантеро.

— А далеко от Парваса? Портал там есть? — Поинтересовался Децимус, переливая синюю жидкость в желтую, отчего смесь мгновенно окрасилась в зеленый цвет. Он взял воронку и принялся разливать получившееся варево по знакомым мне пробиркам.

— До Парваса сто миль по дороге. Портала в Собрале нет. — Адриан почувствовал, что интерес алхимика угасает, и поспешил сменить тему:

— Что это вы готовите?

— Мазь для ног. Снимает усталость и убивает грибок. Мой собственный рецепт. Помогает при любых мышечных болях, но я продаю ее именно как средство для ног, — с гордостью пояснил он. — Никогда бы не подумал, что люди готовы платить такие деньги просто за то, чтобы от их ног не воняло. — Алхимик тихонько хмыкнул и снова повернулся к Адриану:

— Без портала все редкие ингредиенты придется везти по дорогам. Я выбрал Лорво только потому, что здесь полно всего, а чего не найдешь на месте, всегда можно выписать из других частей Империи через портал.

Адриан указал на меня:

— У нас есть травник с заклинанием пространственного кармана. Он будет в вашем распоряжении и соберет все необходимое.

Я выдавил из себя слабую улыбку и слегка приподнял руку, даже не подозревая, что меня уже записали в травники. Перспектива стать мальчиком на побегушках у этого безумного алхимика меня совсем не прельщала. Адриан кивнул мне:

— Покажи ему, Эрик.

Я подошел к свободному краю стола и извлек из кармана грибы, что собрал перед уходом с Мейвитом, а также несколько редких корешков, которые не пригодились сестрам в Собрале. Глаза Децимуса тут же загорелись. Он принялся деловито перебирать принесенное, что-то бормоча под нос. Он нюхал, пробовал на вкус, плевался, надламывал стебли и давил ягоды, проверяя их свежесть. Наконец он поднял на меня взгляд, в котором читался новый интерес:

— Если отдадите этого парня мне в помощники, я согласен.

— У легионера Эрика есть и другие обязанности. Но во время патрулей он сможет собирать для вас травы, — предложил компромисс Адриан.

— Так вы легионеры? — Удивился алхимик, разглядывая наши тоги. Мы умышленно не надели свои приметные красные доспехи на эту встречу.

— Мы легионеры из отряда магов на службе у герцогини, — подтвердил Адриан.

Алхимик перевел взгляд с одного на другого:

— И все же этого мало, чтобы я сорвался с места. Жалование хорошее, спору нет, но здесь я зарабатываю больше.

Адриан предвидел такой поворот:

— Это плата за обязательную норму целебных мазей и простых зелий в месяц. Все, что вы произведете сверх нормы, герцогиня будет облагать налогом всего в двадцать процентов.

— Это с учетом имперской пошлины? — Оживился Децимус.

— Нет, десятипроцентный налог Империи вы платите сами, но провинциальный налог для вас составит двадцать процентов – вдвое меньше обычного для алхимиков, — пояснил Адриан. Было видно, что Децимус колеблется на грани согласия. Адриан решил дожать его:

— И вы сможете привлекать Эрика в качестве помощника один день в неделю.

— Погодите, что? — Попытался вклиниться я.

— По рукам! — Выпалил Децимус. — Когда выезжаем?

— Завтра утром, — с облегчением выдохнул Адриан.

— Но я не успею закончить текущие процессы и собрать все оборудование! — Запричитал алхимик.

— Герцогиня уже выписала для вас алхимический набор второго круга из Академии в Телхе. А эти приборы вы можете упаковать и отправить в Собрал обозом, — Адриан обвел взглядом лабиринт из стекла, горелок и колб.

— Но здесь оборудования больше чем на двести золотых, и все куплено на мои кровные! — Возмутился Децимус.

Терпение Адриана подходило к концу. Он окинул взглядом завалы:

— Начинайте паковать прямо сейчас. Эрик заберет то, что поместится в его карман, а остальное отправите почтовым обозом. — Не дожидаясь возражений, он развернулся и вышел.

Децимус повернулся ко мне:

— И сколько у тебя там места?

Я огляделся и указал на деревянный ящик, который по объему примерно соответствовал свободной части моего хранилища:

— Можете наполнить вот такой.

Это была едва ли десятая часть его добра. Я спросил:

— А зачем я вам вообще сдался в помощники?

Он задумчиво переводил взгляд с ящика на свои приборы, решая, что взять в первую очередь:

— Твой пространственный карман весьма вместителен. Даже лучше, чем я рассчитывал. — Он принялся разбирать одну из неиспользуемых установок. — Алхимия – штука опасная. Особенно когда экспериментируешь с новыми формулами, они частенько взрываются. А с тобой под боком я смогу действовать куда… смелее. — Его белозубая улыбка на красном лице выглядела по-настоящему зловеще.

Прекрасно, меня только что записали в живой щит при взрывах. Я помог ему уложить вещи в ящик как можно плотнее, после чего отправил его в свое хранилище. Свои текущие опыты он не прекращал, постоянно проверяя фильтры и дистилляторы. В школе у меня была химия, так что общие принципы его работы я понимал. Наконец Децимус выставил меня за дверь, сославшись на то, что ему нужно упаковать остальные ящики для отправки обозом.

Я вернулся в Зал Легиона и застал Люциана за чисткой коня, которого он только что приобрел. Я провел с ним какое-то время, слушая подробный рассказ о том, по каким критериям он выбирал эту лошадь для нашего алхимика. Это была небольшая и уже немолодая верховая кобыла из конюшен Легиона, так что платить за нее не пришлось. Лошадей в Легионе обычно выдавали бесплатно, если они были в наличии. Люциан упомянул, что всех крепких боевых коней угнали на восточный фронт на подмогу в войне с бартирадийцами – еще одно подтверждение того, что Император готовился к затяжной кампании.

Люциан припряг меня к работе на весь оставшийся день – мы готовили лошадей к завтрашнему переходу. Ему очень не нравилось, что мы так их загоняем. Хоть мы и шли по хорошей дороге, кони стремительно теряли вес. В основном мы занимались перековкой. Люциан отлично ладил с копытами и предпочитал ковать своих животных сам, хотя при Зале Легиона был свой кузнец. Я тоже понемногу набивал руку, и лошади, казалось, слушались меня даже лучше, чем Люциана. Впрочем, возможно, дело было в яблоках, которыми я их подкармливал.

Вечером мы собрались за ужином в обеденном зале, и Адриан поделился новостями за день. С редкой для него улыбкой он сообщил:

— Граф выплатил нам пятьдесят золотых за то, что мы забираем этого молодого алхимика. Он житья не давал местному мастеру, а из его лавки то и дело доносились взрывы.

— Но разве при взрывах его оборудование не должно было разлететься вдребезги? — Поинтересовался я.

— У него есть заклинание починки вещей. По крайней мере, так преподаватель из Академии говорил Кастилии. Парень талантлив, хоть и безрассуден. Лучшее, что герцогиня могла себе позволить, — признался Адриан, принимаясь за бараньи отбивные.

— И мне придется с ним работать? — С тревогой спросил я.

Адриан ухмыльнулся:

— Ты же сам говорил, что выбрал не ту профессию. Может, он обучит тебя алхимии. — Весь оставшийся вечер мне пришлось выслушивать шуточки о том, что из меня вышел бы куда более путный алхимик, нежели легионер.

Ночью я втайне воспользовался амулетом, чтобы почитать о герцогстве Цинга – стране, откуда я якобы был родом. Это был край с влажным климатом и густыми джунглями, где добывали древесину тасэ. Древняя империя, когда-то давно отколовшаяся от королевства Кейсиния. Там жили зверолюди, и эти земли были не такими дикими, как Тельхианская Империя, которая хоть и захапала огромные территории, но не имела сил их освоить из-за постоянных войн на границах.

Главная сложность заключалась в том, что в Цинге не говорили на латыни. Мне нужно было либо выучить язык, чтобы не выдать себя, либо раздобыть переводческий амулет. Второй вариант виделся мне куда более заманчивым. Изучив карты, я решил говорить, что родом из глухой рыбацкой деревушки близ города Цуэнги. Он находился в шестидесяти милях к западу от столицы Ваной, а из экспорта там значились только рыба да древесина тасэ, которая росла исключительно в болотах и джунглях.

По всему герцогству было разбросано множество мелких поселений. Сам Цуэнги ничем примечательным не выделялся, а его население не превышало пяти тысяч человек. Шанс встретить кого-то из тех мест стремился к нулю. Я уже собирался покинуть Мир Грёз, как вдруг наткнулся на описание жителей южной Цинги и мысленно выругался. Они были низкорослыми, даже ниже тельхианцев, и смуглыми. Оставалось надеяться, что мы не встретим никого из тех далеких краев до того, как я покину Легион.

Я вышел из Мира Грёз. Голова была свежей, я чувствовал себя прекрасно отдохнувшим, поскольку на этот раз не вносил никаких изменений в окружение. Отправив амулет в хранилище, я поспал еще пару часов. Утром мы наскоро позавтракали, оседлали лошадей и отправились за Децимусом. Он все еще паковал вещи. Мы думали, Адриан устроит скандал, но вместо этого мы просто дружно принялись заколачивать ящики. Пришлось потерять еще два часа, пока он оформлял доставку груза в Собрал. Адриан изо всех сил старался держать себя в руках, но по его лицу было видно, что он вот-вот взорвется из-за этой задержки.

В путь мы двинулись только в полдень. К тому же выяснилось, что наездник из Децимуса никакой. Люциан всю дорогу возился с ним, помогая устроиться в седле поудобнее. До Форгабуа оставалось сто миль. Адриану пришлось сбавить шаг, понимая, что бедный алхимик просто не выдержит долгой скачки.

К вечеру мы успели отъехать от Лорво всего на пятнадцать миль. Адриан приказал разбивать лагерь на небольшом холме у дороги. Все то время, пока мы обустраивались и ужинали, меня не покидало смутное чувство тревоги. И дело было вовсе не в стонах алхимика, который щедро поливал свои ноющие мышцы зеленой мазью после четырех часов в седле. Нам с Люцианом выпало первое дежурство. На чистом небе взошла огромная синяя луна, Слеза Нептуна, заливая все вокруг мягким светом, так что светящиеся камни нам даже не понадобились.

Не прошло и трех часов с начала нашего дежурства, как ночную тишину прорезал пронзительный визг. Нам даже не пришлось будить остальных – они уже повскакали со своих мест. Блейз спросил:

— Что это было?

Адриан уже держал меч наготове, поправляя шлем. Он мрачно произнес:

— Ничего хорошего. Люциан, займись лошадьми. Блейз, Эрик – по обе стороны от меня.

— А мне что делать? — Испуганно спросил Децимус, судорожно натягивая сапоги.

— Помогай Люциану, — бросил Адриан. В лесу у подножия холма послышался треск – кто-то крупный с шумом ломал ветки, пробираясь прямиком к нам. Ночь обещала быть долгой.