– Подземелье Сумеречного Воина

Стоило нам пройти сквозь ворота, как рыцарь запер их за нашими спинами. Тяжёлая, стянутая железом дверь и сухой щелчок замка живо напомнили мне о тюрьме. Киреник же ничуть не смутился и лишь широко усмехнулся.

— Меня зовут Киреник, и сегодня я буду вашим проводником, — бодро провозгласил он. — Нам предстоит спуститься в одно из самых необычных подземелий, в каких вы только бывали! Каждая комната здесь встретит вас уникальным окружением. Порой оно прекрасно, — он выразительно посмотрел на Баэлиру, — порой любопытно, — его взгляд переместился на Иви, — а порой смертельно опасно, — на этих словах он обвёл взглядом Мейвита и меня.

В моих Архивах из Мира Грёз об этом конкретном месте сведений почти не нашлось, но уж в подземельях-то я разбирался. Ещё перед тем как войти, я применил Голос земли и заметил, что Алхар ждёт в самом конце коридора, прямо за поворотом.

— Я пойду первым, — скомандовал я. — Мейвит и Баэлира, прикройте Иви с флангов.

Мейвит молча кивнул. Его доспех материализовался прямо в воздухе, и он надел свой шлем стража. Я с удовольствием отметил, как вытянулось от изумления лицо Киреника – Мейвит впервые явил миру своё защитное облачение.

Каменная преграда осталась позади, едва я толкнул дверь. По ту сторону я очутился на краю уступа, нависающего над бескрайним лугом. Высоко над головой, футах в ста, сиял единственный свет-камень, заливая всё вокруг ярким сиянием. Огромный зал искусно воссоздавал картину мирного покоя: пологие холмы уходили вдаль, а по высокой траве гулял ровный, свежий ветер.

Вскоре следом за мной шагнули и остальные. Киреник глубоко, с наслаждением вдохнул воздух.

— Обожаю этот запах. Будто только что прошёл весенний дождь.

Я тоже принюхался. Пахло погожим летним днём – чистым, тёплым воздухом с едва уловимой цветочной нотой. Внизу, среди зелёных волн луга, пестрели простые жёлтые и синие цветы. Площадка, на которой мы стояли, служила безопасной зоной. Странно, но на стенах не было привычных надписей, которые обычно оставляют искатели приключений в подсказку идущим следом.

— С кем нам придётся столкнуться в этой первой комнате? — Спросил я. Внизу, на равнине, не было видно ни единой угрозы, из чего я сделал вывод, что здешние твари обитают под землёй.

— Гигантские каменные жуки, — охотно пояснил Киреник. — Их так прозвали за панцири, которые почти невозможно пробить мечом, зато хороший молот Разрушением разносит их в щепки. Всего их тут четыре штуки. Они любят устраивать небольшие ямы-ловушки, так что не вздумайте бежать сломя голову к выходу. И если придётся отступать – смотрите под ноги.

— Такая огромная комната ради каких-то букашек? — Недоверчиво хмыкнула Иви.

Киреник лишь загадочно улыбнулся, подобрал камешек и швырнул его как можно дальше. Тот покатился и скрылся в густой траве. Спустя мгновение в двадцати футах от нас взметнулся фонтан земли и дёрна. Из-под земли с шумом вырвался тёмно-бурый жук размером с хорошего мастифа и яростно ринулся к месту падения камня. Огромные жвала, способные без труда перекусить человека пополам, грозно щелкали. Иви так и застыла с открытым ртом.

— И чем они питаются? — Поинтересовался я, глядя, как жук медленно зарывается обратно, почти не потревожив дёрн.

— Червями толщиной с мою руку. Но те жутко кислые на вкус и ни на что не годны, разве что свиней кормить – мы раньше собирали их для Цитадели. Каменные жуки абсолютно слепы и выслеживают добычу по вибрации почвы. Под мягкой землёй они передвигаются неспешно, но не теряйте бдительности: они попытаются загнать вас в свои ловушки или прямо в лапы сородичам.

— Я сам с ними разберусь, а вы пока побудьте здесь, — предложил я.

В моей руке привычно возник Сердцеед, и я коротко крутанул его. Мейвиту пришлось изрядно повозиться, чтобы очистить наконечник от каменной крошки гаргульи с помощью своей магии, и баланс копья всё ещё казался мне слегка нарушенным. Я уверенно сбежал по каменным ступеням на траву, которая доходила мне лишь до колен. Импульсы земли помогли мне засечь жука ещё до того, как он шевельнулся, и я легко сориентировался на местности.

Когда первый жук выскочил из засады, я без труда пробил его жёсткий панцирь наконечником из тёмного мифрила, хотя вытащить копьё обратно удалось не без усилия. К появлению второго жука я уже подготовился: тот медленно подбирался под землёй, наивно полагая, что крадётся незаметно. Расправиться с оставшимися двумя тварями в зале не составило труда. Когда спутники подошли ко мне, я принялся разглядывать цветы. Для алхимии они не годились, но если их высушить и развесить в комнате, они дали бы чудесный аромат. С помощью Голоса земли я ощутил, что почва буквально кишит червями самых разных размеров – от толщины моего пальца до руки. Решив испробовать на них собиратель, я сначала занялся тушами жуков.

— С этих жуков не выпадают эссенции, — предупредил подошедший Киреник.

Я лишь усмехнулся и активировал устройство. Эфирный синий туман был едва заметен, но для запуска артефакта я использовал почти чистую эссенцию конвергенции. К моему лёгкому разочарованию, сформировалась не малая эссенция земли, а малая эссенция силы. У Киреника буквально отвисла челюсть, когда я одну за другой собрал ещё три такие же малые эссенции.

Я принялся раздавать добычу. Мейвит поначалу замотал головой, но мне удалось его переубедить:

— Даже если тебе самому это не нужно, Мейвит, отдашь дочерям, когда подрастут.

Оценив разумность моих слов, он взял светящуюся сферу и спрятал её в один из кожаных мешочков из шкуры мантикоры на своём поясе. Иви и Баэлира поглотили свои эссенции без промедления. Киреник поколебался лишь мгновение и тоже последовал их примеру.

Сундук с наградой появился прямо посреди зала, как раз под заменяющим солнце свет-камнем. Простой деревянный ящик без замка вряд ли представлял ценность, чтобы тащить его с собой на продажу.

— Можно я открою? — Взмолилась Иви с горящими глазами. Она много читала о сундуках в подземельях, но сама оказалась в таком месте впервые. Я подбодрил её кивком. Девчушка рванулась вперёд и распахнула крышку с такой силой, что сундук перевернулся, вывалив всё содержимое на землю. На траву посыпались крупные медные монеты и покатились два флакона размером с палец. Стекло подземелий славилось своей прочностью, так что пузырьки не разбились, а лишь испачкались в сухой пыли.

— Забирай медь себе, Иви, и спрячь в хранилище.

Там было двадцать три крупные монеты – чуть больше двух серебряных. Я отряхнул зелья и принялся изучать рунические надписи. Киреник с явным любопытством наблюдал за мной, гадая, смогу ли я их разобрать.

— Противоядие и… масло для жарки? Нет, не для жарки, — я медленно складывал воедино фрагменты необычного рунического письма. — Согревающее масло?

Киреник ответил без тени высокомерия, решив пояснить:

— Обычно у магов уходит неделя, чтобы расшифровать эти символы. Да, это масло. Если растереть его по телу, оно защитит от любого холода. Можно хоть голышом ходить по морозу. Действует около суток и не смывается, даже если решишь искупаться. Наш орден частенько продаёт такие припасы.

После короткого спора противоядие отдали Иви, а согревающее масло забрала Баэлира. С первой комнатой мы управились меньше чем за пять минут.

Заметив у самой поверхности жирного червя, я расковырял дёрн и вытащил извивающееся склизкое создание. Киреник с недоумением следил за моими действиями. Когда я поднёс к червю собиратель, он нахмурился. Голубые виспы были слишком слабы, чтобы сотворить полноценную эссенцию, но сама попытка вытянуть хоть каплю силы из столь ничтожной твари заставила его понимающе кивнуть.

— Что ждёт нас дальше? — Спросил я, оставив червей в покое.

Киреник ослепительно улыбнулся:

— Комната с водопадами.

Он уверенно повёл нас к единственному выходу. Короткий переход по каменному коридору привёл группу в окутанный влажным туманом зал. По своим исполинским размерам он почти не уступал первому, и под самым потолком так же сиял огромный свет-камень. Мельчайшая водяная взвесь от множества тонких водопадов рождала в воздухе переплетения радуг. Стены покрывал глянцевый сине-зелёный лишайник, который отражал свет и делал радужные узоры ещё ярче. То тут, то там по полу были разбросаны небольшие заводи.

— Водный элементаль? — Вспомнил я. — И в какой он заводи?

Впрочем, спрашивать нужды не было: моё эфирное зрение отчётливо видело, как в одном из прудов бурлит концентрированный эфир.

— Обычно он сидит в самом глубоком месте, — отозвался Киреник с лукавой, но дружелюбной усмешкой. — Если навалимся разом с рунным оружием, мы быстро развеем его суть. Или ты снова хочешь покрасоваться перед нами своим мастерством?

— Мне нужно поскорее пустить в ход собиратель, так что лучше я опять сделаю всё сам, — совершенно искренне ответил я.

Я шагнул под своды зала, где пахло сыростью и свежестью. Радужные блики заиграли на моих доспехах, словно грани драгоценного камня, пока я шёл к воде. Из глубины пруда поднялся водный элементаль, отдалённо напоминающий человека с двумя массивными руками-дубинами. Стоило ему замахнуться левой конечностью, как Сердцеед перерубил её, и водяной обрубок с плеском рухнул на землю. Ещё три быстрых взмаха копья – и тварь уже с трудом удерживала форму. Когда элементаль попытался восстановить руку, я вонзил Сердцеед в самую его середину, и вся эта парящая масса воды с шумом опала вниз. Я тут же выхватил собиратель, пока эссенция не успела рассеяться.

Где-то там должно было находиться плотное, похожее на желе ядро элементаля, но моё эфирное зрение различало лишь хаотичные потоки эфира, стремящиеся вырваться из пруда. Я опустил собиратель в самое густое облако энергии и активировал его. Киреник стоял над душой, внимательно наблюдая за каждым моим движением. Мейвит тем временем увёл Иви к сундуку, возникшему у подножия одного из водопадов. Когда в чаше прибора соткалась большая эссенция воды, Киреник лишь шумно выдохнул от изумления:

— Мы из этого элементаля дай бог раз в сто лет выбиваем хоть что-то, да и то лишь малую эссенцию воды.

В его голосе не было зависти – одно лишь искреннее изумление. Похоже, разрешая нам оставить всю добычу себе, он и представить не мог, насколько эффективной окажется наша группа.

Поскольку все находки из первой комнаты я раздал друзьям, эту большую эссенцию воды я поглотил сам. Ощущение было такое, словно поток ледяной родниковой воды хлынул по моим эфирным каналам и заструился прямо в эфирное ядро. Сквозь накатившую волну блаженства я услышал восторженный голосок Иви, которая снова просила разрешения открыть сундук.

— Валяй! — Крикнул я ей сквозь шум падающей воды.

Сам же я отправился изучать лишайник. Зелёный лишайник оказался отличным природным антисептиком, но его нужно было бережно срезать со стен целыми пластами и сушить. Особой алхимической ценности он не имел, но, возможно, взращённый в недрах подземелья, он успел напитаться эфиром. Когда выкрою свободную минутку, обязательно поэкспериментирую с ним – мне кажется, из него выйдет отличная основа для целебной пасты. А вот синий лишайник мне раньше не встречался. Я аккуратно срезал несколько образцов, решив поискать упоминания о нём в Мире Грёз. Я вовсю орудовал ножом, когда ко мне подошли остальные.

— Нашли что-нибудь стоящее? — Спросил я, кивая на сундук.

— Семь серебряных монет и конопляная рубаха. Но раз уж сундук открывала Иви, то и рубаха пришлась впору только ей, — прогудел Мейвит своим глубоким басом.

— Это очень простой и слабый артефакт, — вмешался Киреник. — Зато невероятно прочный. На мне сейчас точно такая же, ей уже больше двадцати лет. Когда телу становится слишком жарко, она охлаждает кожу и отлично отводит пот. Пить, конечно, хочется сильнее, но в какой-нибудь пустыне вы за такую вещь жизнь отдадите.

Глаза Иви заблестели, и она совсем по-другому посмотрела на невзрачную одежку. Девчонка росла не по дням, а по часам, и уже через год рубаха станет ей мала, но она всё равно с радостью натянула её, пока мы деликатно отвернулись.

Спутники помогли мне собрать лишайник, и вскоре мы набили сумки десятками сочных пластов обоих видов. Киреник обмолвился, что рыцари прикладывают зелёный лишайник прямо к сочащимся кровью ранам, так что даже если мои алхимические опыты провалятся, добру пропадать не придётся. Синий же лишайник их орден пускал на бумагу: его измельчали, варили в кашицу, отбеливали и сушили на прессах, получая плотные, добротные листы.

Мы двинулись дальше по узкому каменному коридору. Ещё на подходе к следующему залу до нас дохнуло волнами удушливого жара. Поскольку в подземельях часто властвуют стихии, я сразу догадался, что впереди нас ждёт огненная тварь. Я замер на пороге, утирая катящийся градом пот и втайне завидуя Иви с её новой рубахой. По крайней мере, теперь стало ясно, почему Киреник всегда выглядит таким свежим и невозмутимым.

Этот зал по своим размерам ничуть не уступал предыдущим. Свет-камень под потолком сиял, кажется, ещё яростнее, но жар исходил в основном от стен, воздух у которых заметно дрожал. В каменной кладке виднелись многочисленные тёмные провалы пещер, скрывавшие притаившуюся угрозу.

— Термальный камень? — Предположил я.

— Он самый, — подтвердил Киреник. — Вот только если попытаться его добыть, он тут же теряет все свои свойства. В этой комнате обитают два дрейка. Ещё молодые, но очень хитрые бестии. Они шныряют по скрытым переходам в стенах, внезапно высовывают морды, плюются огнём и тут же скрываются обратно. Жутко раздражает. Обычно мы просто бежим к противоположному выходу, чтобы выманить их на открытое пространство.

Взрослые дрейки вырастали до таких размеров, что могли нести на спине всадника, не уступая в габаритах крупной лошади и размахивая двадцатифутовыми крыльями. Я плохо помнил, как выглядят молодые особи, но прикинул, что в длину от носа до хвоста они вряд ли больше десяти футов. И всё же это были опасные хищники с мощными когтями, способными без труда распороть незащищённую грудь воина.

— И чем они питаются? — Спросил я, вглядываясь в неподвижную пустоту зала.

— Без понятия, — пожал плечами Киреник. — Ни воды, ни хоть какого-то источника пищи мы здесь никогда не находили.

— Любопытно, — я с прищуром оглядел тёмные норы. — А вы пробовали соваться в эти проходы?

— Нет, из-за термального камня там стоит невыносимое пекло.

Я понимающе кивнул. Разгадывать все тайны этого подземелья в мои планы не входило.

— Ладно, Мейвит, твой выход. Я пойду через зал, а когда дрейки набросятся на меня, ты ворвёшься и спасёшь меня, — весело подмигнул я другу.

— Что-то мне подсказывает, что спасать тебя не придётся, — с сомнением буркнул Мейвит.

— И всё же постарайся, я на тебя рассчитываю.

Я дружески похлопал его по матовым чёрным доспехам, шагнул под своды зала и неспешно пошёл по раскалённым камням. Жар обрушился на меня со всех сторон, а сухой, перегретый воздух обжигал лёгкие при каждом вдохе.

Наконец в глубине тёмных нор мелькнули быстрые тени. Я замер прямо посреди зала и приготовился. Первая драконья морда высунулась наружу и выплюнула в мою сторону сгусток жидкого пламени. Я спокойно проводил его взглядом: огненный ком с шипением разбился о мой воздушный щит, рассыпавшись мириадами искр. Тут же с другой стороны атаковал второй дрейк, но мне не составило труда выставить ещё один барьер.

— Да ты просто красуешься! — Крикнула Баэлира из прохладного коридора.

— Ну что, мне уже бежать на выручку? — Лениво поинтересовался Мейвит. Он преспокойно опёрся на свой молот и даже не думал двигаться с места, видя, что мне ничто не угрожает.

— Погодите, я попробую разозлить их посильнее, чтобы они сами вылезли ко мне, — отозвался я.

Следующие пятнадцать минут я работал живой мишенью для парочки дрейков, пока те метались от одной норы к другой. С помощью Голоса земли я легко читал все их перемещения – лабиринт ходов внутри стен напоминал запутанный клубок спагетти.

Спутники наблюдали, как твари раз за разом пытаются достать меня огнём. Дрейки даже попробовали атаковать одновременно с двух сторон, но этот опыт помог мне понять, что я могу удерживать несколько воздушных щитов сразу. Жара всё-таки начала донимать меня, поэтому я достал флягу и сделал несколько жадных глотков. По какой-то причине именно это простое действие послужило для тварей сигналом к решительному штурму. Мейвит коршуном сорвался с места, когда оба дрейка наконец явили себя миру.

Размером они оказались чуть больше пони, с недоразвитыми, сморщенными крыльями, плотно прижатыми к бокам. Их куцые хвосты уныло волочились по земле, пока бестии неслись на меня. Когда они сблизились, я мгновенно телепортировался чуть правее того, что был покрупнее, и Сердцеед привычно сделал своё дело, легко пробив рёбра и вонзившись глубоко в грудину.

Мейвит же со своим тяжёлым молотом в два удара превратил череп второго дрейка в кашу. В центре комнаты тут же материализовался сундук из чёрного оникса, безмолвно возвещая о нашей победе. Когда Киреник вошёл в зал, на его лице читалось крайнее изумление.

— Ты что… только что телепортировался? — Выдавил он, не веря собственным глазам.

— А, ну да. Здорово, правда? Пару недель назад освоил этот фокус, — небрежно бросил я и тут же переместился прямо к нему за спину, заставив бедолагу испуганно отпрянуть.

— Просто взял и освоил?! — Возмутился Киреник.

— Привыкай, — бросила Баэлира, обходя его стороной. Она попыталась перехватить Иви, которая уже летела к сундуку, но безуспешно – шустрая девчонка первой добралась до сокровища и с грохотом откинула крышку. Я мог бы её остановить, но мне давно не приходилось видеть Иви такой счастливой.