Хорошее выступление

Мы проехали через городские ворота незадолго до заката. Я сдерживал своё исцеление, чтобы не пришлось притворяться, будто у меня всё болит. Адриан зарегистрировал наше прибытие у стражи на воротах, и мы въехали в город. Адриан начал раздавать указания:

— Люциан и Блейз, отправляйтесь в общественные бани. В Зал Легиона даже не суйтесь, пока от вас не станет пахнуть хотя бы сносно. Люциан, доложи об убийстве эттина в Зале Легиона.

Люциан застонал:

— Точно, в Зале Легиона в Форгабуа ведь нет бань.

Адриан повернулся ко мне:

— Эрик, иди сними комнату с койками в Зале Легиона для себя, Матео и Люциана. Узнай, нет ли у них свободной лошади, которую мы могли бы одолжить. Я отведу Децимуса на постоялый двор и переночую с ним.

Блейз спросил:

— Почему бы нам всем не остановиться на постоялом дворе? Там куда уютнее, чем в Зале. — В его голосе звучала надежда.

Адриан смерил его взглядом:

— Ты платишь, легионер? — Он наклонился ближе. — Я остаюсь с ним, чтобы он не передумал служить герцогине. Но учти, постоялые дворы в верхнем городе обойдутся примерно в два-три золотых за пять комнат. Всё ещё хочешь там остановиться?

Блейз возразил:

— А почему обязательно в верхнем городе? У внешней стены ничуть не хуже, зато дешевле.

— Потому что завтра с самого утра я собираюсь наведаться в местный Схолариум, чтобы нанять учёного для герцогини, — вкрадчиво ответил Адриан. — А вы можете подождать меня в Зале Легиона.

Адриан самодовольно поехал дальше в город. Я не мог его винить. Каждый раз, когда я едва не погибал, мне тоже хотелось немного побаловать себя.

Люциан похлопал Блейза по плечу:

— Пойдём попытаемся отмыться от этой гигантской вони и сдадим серебро в Зал Легиона.

— Разве мы не можем оставить его себе? — Растерянно спросил я, когда мы начали расходиться.

— Можем, но лучше заплатить с него налоги. Тем более нам нужно обменять клеймёное купеческое серебро. Не хочется, чтобы в Империи подумали, будто мы ограбили торговцев, — заметил Люциан.

Мне пришлось расспросить двух человек, сначала пекаря, а затем торговца шерстью, чтобы отыскать Зал Легиона. Стоило сразу догадаться, что он находится возле Цитадели. Зал Легиона был деревянным и снаружи больше напоминал церковь. Высокий шпиль словно бросал вызов Цитадели, пытаясь стать самым высоким зданием в городе.

Конюшни располагались на охраняемом заднем дворе, и помочь мне было некому. Я расседлал Атласа, вытер его, насыпал в стойло сена и наполнил водой из колодца его поилку. Я угостил его яблоком, надеясь, что после долгой и тяжелой дороги он сможет хорошенько отдохнуть.

Внутри Зал Легиона оказался огромным помещением с высоким потолком. Массивные деревянные столбы, поддерживающие крышу, были покрыты резьбой до самого верха. Настоящая церковь, только без скамей и больших витражей. Я прошёл мимо нескольких мужчин, отдыхавших в мягких креслах; от них разило кислым потом. Писарь за столом поманил меня рукой:

— Да, легионер?

— Трое из отряда Кастилии на ночь по делу герцогини Вероники, — он быстро сделал пометку. Я спросил:

— В последнее время в этих краях не было нападений монстров?

Он оторвался от своей книги с недовольной гримасой:

— Они тут всегда, — сухо бросил он.

— Я имею в виду что-то необычное, — уточнил я.

Он задумался:

— Виверна в Алхао и мантикоры неподалеку от Парваса. Вы кого-то конкретного выслеживаете?

— Нет, мы просто столкнулись с эттином на дороге из Лорво. Один из моих спутников составит официальный рапорт, — ответил я.

— Эттин? Вы уверены? Это же двухголовый гигант, — с сомнением произнес писарь.

Я поднял руку и медленно загнул пальцы:

— Один, два… Да, точно две головы.

Писарь насупился; моя попытка пошутить явно прошла мимо него. Как и моё терпение выслушивать его сомнения. Пусть Люциан сам разбирается с рапортом. Писарь направил меня в восточное крыло здания, на второй этаж. На первом этаже располагалась кухня, где хозяйничали полдюжины пожилых женщин. Они как раз убирали после ужина. Я заказал еду на Люциана, Блейза и себя, после чего поднялся в спальню.

В казарме было сорок коек, а окна выходили на задний двор. Все места пустовали. Одеял хватало, а вот подушек не было. Я бросил свои седельные сумки и рюкзак и обустроил себе постель у окна. На дворе под яркими светящимися камнями десятка два легионеров тренировались с копьями и мечами. Солнце уже зашло, и я надеялся, что их тренировка скоро закончится. Наверное, писарь поселил нас здесь именно из-за этого шума. Похоже, мне следовало вести себя дружелюбнее.

Забрав еду на кухне, я принёс её в комнату. Это было что-то вроде пастушьего пирога. Из напитков предлагалось слабенькое фруктовое вино. Я закончил ужинать, гадая, почему Блейз и Люциан так долго возятся. Лязг мечей и копий о щиты начинал раздражать, пока я валялся на тонком пеньковом матрасе. Я подошёл к окну и стал наблюдать за ними сверху.

Это был магический отряд: их молодой маг наблюдал за тренировкой, а легионеры щеголяли в новеньких блестящих металлических доспехах. Наличие металлических доспехов говорило о том, что все они были добровольцами, а не призывниками. Брут и Флавий тоже были добровольцами, и я до сих пор удивлялся, как они удержались в нашем отряде.

Я воспользовался исцелением, чтобы окончательно залечить все ссадины, и спустился на тренировочную площадку со своим щитом и мечом. Я думал о том, чтобы сходить в баню, но решил дождаться Люциана и Блейза. Во дворе рассредоточились двадцать легионеров и маг-командор. К нам подошёл один из лейтенантов:

— Легионер, пришёл потренироваться?

Мне казалось, это и так очевидно, но я кивнул:

— Мы здесь проездом, сопровождаем важную персону по поручению герцогини. Мои товарищи в бане, а я не могу уснуть из-за этого шума.

Он посмотрел на окно казармы, затем снова на меня и тихо произнес:

— Прости за это. Маг Сильвестр у нас новенький, его перевели в этот город после того, как два других магических отряда забрали на восточную границу. Опыта у него маловато. Я Ксавье. — Он протянул руку, и мы обменялись крепким рукопожатием.

Он повернулся и указал на отряд:

— Второй лейтенант – Соломон. Нас обоих приставили к новому магу, и он заставляет нас гонять людей без продыху. Он не понимает, что половина тварей, с которыми мы сражаемся, вовсе не люди.

— Я Эрик. Может, пофехтуем? — Спросил я. Меня больше интересовало, как бы добавить разнообразия в амулет Мира Грёз.

Он поморщился:

— Шесть лет назад я был чемпионом своего выпуска по фехтованию. Может, выберешь противника попроще?

— Нет, — я принялся обматывать клинок тренировочной лентой. Он лишь кивнул и сделал то же самое. Я заметил, что его клинок слишком ярко блестит при обмотке, и решил, что это зачарованное оружие, как у Адриана и Константина. Вскоре мы сошлись. Он оказался быстрее меня и ничуть не уступал в силе. Он нанёс мне шесть ударов подряд, но я успел прочувствовать его стиль.

Затем он полностью сменил стойку, и на его лице появилась ухмылка.

— Я вырос в графском доме. Держу меч в руках с пяти лет, — он отразил мой клинок своим щитом.

Наверное, я бы расстроился, если бы не задался целью изучить его движения. Он дрался лучше Константина, точнее, изящнее. У него не было лишних движений, и он просчитывал свои шаги далеко наперед. Вскоре мы оба взмокли от пота. Я видел, что он начинает уставать, ведь моим единственным преимуществом, похоже, была превосходная выносливость. Ксавье прервал бой, чтобы сделать глоток воды:

— Ты вообще умеешь сбавлять темп? — Он осушил свою флягу.

— Я впервые взял в руки меч всего семь месяцев назад, — ответил я, зачерпывая воду ковшом из стоявшей рядом кадки.

— Семь месяцев? Никогда бы не подумал. Ты держишься лучше всех здесь, если не считать Соломона и меня, — похвалил меня Ксавье.

Двое из его людей услышали это и не согласились:

— Тогда дай нам сразиться с ним? Зачем держать этого призывника только для себя, Ксавье?

Я пожал плечами и повернулся к ним:

— Если я одолею вас двоих, тогда позвольте мне потренироваться с мастером меча.

Первый боец выдавал свои атаки за версту. Я без труда заблокировал его выпад щитом и ударил его в лоб эфесом меча. Громкий щелчок – и он, потеряв сознание, рухнул на землю.

— Черт! — Занервничал я.

Но тут я вспомнил, что существует исцеляющая магия. Маг Сильвестр подошел и опустился на колено перед лежащим без чувств бойцом.

— Всё в порядке. У меня есть немного слабой исцеляющей магии. У него была паршивая работа ног. Я маг Сильвестр, и Ксавье забыл упомянуть, что я побеждал его в бою и не раз.

— Вы неплохой мечник, маг Сильвестр. Но без своих магических штучек вы бы проигрывали мне каждый раз, — с улыбкой возразил Ксавье. Сильвестр залечил сотрясение, и сконфуженный боец поспешил удалиться. Второй парень, похоже, растерял всё желание напоминать мне о своём вызове.

— Мне понравилось наблюдать за вами. Этот призывник быстро учится. Мне не послышалось, ты сказал – семь месяцев? — Поинтересовался маг-командор.

Кивнув, я ответил:

— Да, но у меня отличные учителя в отряде Кастилии.

Сильвестр удивился:

— Маг Кастилия? Слышал о её позоре в Махе. Хотя не могу сказать, что расстроен из-за смерти Дурандуса.

Я не стал заступаться за Кастилию, не зная, как на это отреагирует маг.

— Дурандус сам себя погубил. Кастилия тут ни при чём.

— У меня нет никаких претензий к магу Кастилии. А кого именно вы сопровождаете по поручению герцогини? — Спросил Сильвестр.

— Должно быть, у вас есть заклинательная форма для обострения слуха, — предположил я. Он находился на другом конце двора, когда мы разговаривали с Ксавье.

Маг искренне улыбнулся:

— Какой ты наблюдательный. У Ксавье ушла почти неделя, чтобы догадаться. Пожалуйста, продолжайте фехтовать. — Он отступил назад и больше не расспрашивал о том, кого мы сопровождаем. Я был рад этому, так как впервые общался с другим магическим отрядом и не хотел сболтнуть лишнего.

Следующие два часа я провёл в тренировках с Ксавье, ни разу не прибегнув к воздушному щиту. Ксавье был хорош, и мне приходилось постоянно залечивать синяки от его ударов. Ночь уже вступала в свои права, и все выбились из сил. Под конец, когда он устал, мне даже удалось нанести Ксавье несколько скользящих ударов. Маг Сильвестр скомандовал:

— На сегодня хватит. Завтра после обеда патрулируем восточный тракт!

Изнуренные бойцы едва не валились с ног.

— Спасибо за науку, — сказал Ксавье, вытирая лицо от выступившей соли. — Честно говоря, я не ожидал многого от призывника. Но ты, пожалуй, один из самых крепких парней, с кем мне доводилось тренироваться за последнее время.

— Он хочет сказать, что ты умеешь держать удар, — вмешался Соломон. — Рад, что досталось не мне. — Ксавье и Соломон ушли вместе, обсуждая своих людей.

Я поднялся в казарму и обнаружил там спящего Блейза. Он зашевелился, завидев меня:

— Мы только что вернулись. Пришлось ждать, пока нашу одежду выварят в щелочи и высушат. Люциан отвел лошадей и сейчас оформляет рапорт по эттину. — Я указал на холодный ужин, но Блейз отмахнулся:

— Спасибо, но мы поели в банях.

В комнату вошёл Люциан:

— Всё уладил. Они отправят патруль для проверки, но рапорт уже ушёл в канцелярию Легата Легиона. Наверное, отправят Гончих выяснить, откуда он взялся. Хорошие новости, Эрик, я принёс твою долю за серебро. — Он бросил мне небольшой холщовый мешочек. — Девять золотых, шесть серебряных.

— А Адриану что-нибудь полагается? — Спросил я, убирая мешочек в свои вещи.

— Нет, но пока я рядом, он всегда будет пить за мой счёт, — ответил Люциан, и Блейз согласно кивнул. — Вы оба были готовы пожертвовать собой, чтобы мы могли уйти.

Я не стал с ними спорить. Лишь кивнул и спросил:

— Бани ещё работают в такой час?

Блейз усмехнулся:

— Их закрыли прямо за нами. Наверное, на другой стороне города есть ещё, но шататься по улицам в темноте… — Он не стал договаривать.

Я вздохнул, разделся и улегся на кровать, свернув одеяло вместо подушки. Когда мои спутники потушили свет, я снял амулет. Мне было интересно, как Ксавье покажет себя против Константина в Мире Грёз.