– Состояние Империи

Я переписал вторую половину этой главы с небольшим клиффхэнгером. В следующей главе я верну взаимодействие с Игнис, пока разбираюсь с путаницей в книгах. Изначально эльфийская кольчуга была частью более крупного сюжета, но, как справедливо указали читатели, этой книги у него с собой не было. Я собираюсь еще раз перечитать комментарии, а затем удалить первую версию этой главы. Глава 360 будет опубликована завтра, надеюсь, вместе с главой о Сфере Миров.

Глава 359: Состояние Империи.

Кастилия с тоской во взгляде вертела в руках высшую эссенцию направления. Глянцевая черная сфера отражала свет подобно зеркалу. Я был уверен, что она всматривается в собственное отражение, думая о том облегчении, которое может принести эта крупица силы. — Спасибо, — прошептала она. — Это поможет унять боль.

Константин, казалось, взял себя в руки и отвел взгляд от кормящегося младенца. — Давай, поглоти ее, Кастилия, — поторопил он. Кастилия бегло осмотрела сферу и положила ее на язык. Стоило ей закрыть рот, как лицо ее исказилось от блаженства – сфера растаяла без следа. Она тяжело задышала, чувствуя, как эссенция растекается по телу.

Виридия хихикнула:

— Хочешь остаться наедине с собой и насладиться моментом?

Это была далеко не первая магиня на моей памяти, получавшая такое удовольствие от поглощения эссенции. Хотя Зайна в этом плане была совершенно неподражаема. Для Кастилии это мгновение пролетело слишком быстро. — Спасибо, Эрик, спасибо, Константин. Я также хочу поблагодарить за малые эссенции направления, которые доставили Блейз, Матео и Бенито.

Я ухмыльнулся:

— Похоже, тебе понравилось. Хочешь еще? — На моей ладони появилась еще одна черная высшая эссенция, и глаза Кастилии округлились от изумления. Константин, заметно разозлившись, решительно подошел к ней, выхватил мешок из кожи мантикоры и, засунув руку внутрь, вывернул его наизнанку.

Повернувшись ко мне, он процедил:

— Не время. Хватит играть в бирюльки, отдай ей все. — Когда я только задумал этот план – выдавать эссенции по одной, – мне казалось, что это будет забавно. Но теперь, зная о гибели Леркина, я понимал: Константин прав. Время было неподходящим.

Я забрал у него черный мешок, вывернул его обратно и принялся складывать туда эссенции одну за другой. В общей сложности получилось двенадцать высших эссенций, включая ту, что была у меня в руке, а следом за ними – двенадцать больших эссенций направления. Даже у Виридии перехватило дыхание от изумления при виде этого колоссального богатства.

Бенито ликующе воскликнул:

— Ха-ха-ха! Я же говорил тебе, Блейз, что он это сделает! Теперь Кастилия сможет пойти с нами, когда мы отправимся охотиться на Ферта!

Кастилия резко повернулась к Бенито, а Блейз тихонько выругался сквозь зубы. — Я же говорил, что никто из вас не уйдет преследовать его! Оставьте это! — Глаза Бенито округлились. Он понял, что только что выдал Кастилии их тайные планы по выслеживанию Ферта. Взгляд Кастилии больше не выражал радости от полученных эссенций – теперь она буквально прожигала Блейза насквозь.

— И почему же нам не стоит идти за Фертом? — Вмешался в разговор Константин. Блейз воспользовался моментом, чтобы поскорее уйти из сада. Он забрал маленького Мариуса, чтобы провести урок фехтования в другом месте, лишь бы не оставаться под тяжелым взглядом Кастилии.

Кастилия и Виридия обменялись быстрыми взглядами, и тишину нарушила именно Кастилия. — Империя рушится изнутри. Император Октавиус – худший из возможных правителей. Пока Октавиус был занят укреплением своей власти, устраняя угрозы в лице Первых Граждан, гоблиноиды закрепились на юге, зайдя так далеко, что возвели стены и основали собственный город. — У Константина отвисла челюсть. — Но и это еще не все. Орки на западе продолжают беспрепятственно захватывать все новые территории. Кроме того, Октавиус подписал договор с Эзенхемом, который ему придется нарушить, иначе он рискует потерять поддержку поддерживающих его сейчас Первых Граждан.

Виридия запеленала засыпающего младенца:

— Я намеренно сбиваю цены на экспортные товары Империи за рубежом, лишая прибыли немногих оставшихся союзников Императора. Мы надеемся, что вскоре, когда их золото иссякнет, они повернутся против него.

Похоже, эта парочка вела тихую войну на финансовом фронте. — Ты не ответила на мой вопрос, — прорычал Константин.

Кастилия шумно выдохнула, начиная терять терпение. Она привыкла, что ее люди беспрекословно подчиняются приказам. — Ферт уполз обратно в Империю. Его время еще придет, — резко отрезала она. Кастилия крепче сжала мешок из кожи мантикоры, словно тот мог внезапно улететь у нее из рук. — Я больше не ваш маг-командор, — уже мягче добавила она. — Вы не обязаны мне подчиняться. Но если вы начнете открыто действовать в границах Империи, то привлечете ненужное внимание к нам и нашим планам.

— Они пытались убить тебя, Кастилия, — выплюнул Константин. — Они убили хорошего человека. Множество хороших людей.

— У Октавиуса сейчас полно забот помимо меня, — она слегка повысила голос, демонстрируя твердость. — Он пришел за мной по двум причинам. Во-первых, потому что я знаю о его участии в заговоре с целью убийства Императора. Во-вторых, ради мелкой мести. Все, кому было не плевать на первую причину, уже мертвы или бежали из Империи. Что касается второй – он уже попытался соскрести остатки со дна бочки и прислал Ферта.

— Ты не можешь быть уверена, что он не попытается снова, — прорычал Константин, все еще одержимый жаждой мести.

Кастилия неохотно согласилась:

— Да, не могу. Ферта прислали без нашего ведома, но мы предприняли… определенные шаги, чтобы убедиться: если он пришлет кого-то еще, мы об этом узнаем. У нас есть союзники. Если вы сейчас начнете охоту на Ферта, все это окажется под угрозой.

Константин все еще кипел от злости, но в итоге уступил:

— Ладно. Но когда придет время, именно мой клинок оборвет его жизнь. — Кастилия с облегчением кивнула ему.

Мне в голову пришла мысль, которая могла бы разрядить обстановку:

— А что случилось с той магиней, которую я оставил с вами? Селена? Она ушла вместе со своими легионерами? — Я посмотрел на Константина. Ранее он говорил мне, что двое выживших легионеров, Хелена и Сильвия, ушли вместе с ним. Они вернулись к службе в качестве телохранителей мага Селены.

— Селена охраняет оливковые рощи и вовсю мутит воду, досаждая имперским агентам на юге. Она все еще должна тебе услугу, — с лукавой усмешкой произнесла Виридия. В этот момент ребенок проснулся и тут же срыгнул только что выпитое молоко. Виридия ничуть не расстроилась; она просто поднялась и унесла капризничающего младенца в виллу, чтобы привести в порядок свои одежды.

Когда она ушла, Константин шепотом спросил у Кастилии:

— Как назвали ребенка?

— Доминик, — выпалил Бенито.

— Сын? — Спросил Константин, скорее обращаясь к самому себе. Кастилия кивнула, тепло улыбнувшись старому воину.

— Сегодня мы устроим пир и выпьем за наших павших товарищей, — сказала Кастилия, поднимаясь на ноги. — У Виридии всего одна кухарка и одна служанка, так что постарайтесь не слишком мусорить. Я уверена, что Эрик уже вовсю размышляет, где в верхнем городе находятся купальни.

— Я прекрасно помню где, — ухмыльнулся я.

— Я пойду с ним! — Вскрикнул Бенито. Было очевидно, что после того, как он случайно выдал их планы отправиться в Империю на охоту за Фертом, парень искал у меня защиты. Я кивнул, не имея ничего против его компании.

Когда мы устроились в купелях довольно дорогих купален, я спросил Бенито:

— Как все произошло?

— Ты про Ферта? — Догадался он. — У нас были наблюдатели у всех городских ворот. Блейз думает, что Ферт и Гончие перебрались через стены ночью, ну или дозорные их просто упустили. Уайли был с ним, — добавил он немного понуро. Наш отряд был для Бенито настоящей семьей, и это предательство явно разрывало его душу на части. — Я мог бы спасти его. Леркина, я имею в виду. Но он велел мне спасать женщину Матео.

Я молча выслушал исповедь Бенито, стараясь как мог облегчить его чувство вины:

— Ты сделал то, чего хотел Леркин. Он пожертвовал собой, чтобы у ребенка была мать, а Матео не пришлось жить с этим грузом. Мы снова откроем трактир, и все вернется на круги своя, — успокоил я его, хотя в глубине души понимал, насколько тяжело это будет сделать.

— Раэлия уехала домой? Знаешь, ты ей нравишься. Не понимаю почему, но это так, — беззлобно поддел меня Бенито. — Тебе следовало быть с ней помягче. — Он просто решил, что я продолжал подначивать эльфийку и в итоге оттолкнул ее.

— Она действительно уехала домой, но должна приехать ко мне сюда через несколько месяцев, — ответил я. — Она мне тоже нравится, — признался я, понимая, как сильно соскучился по ней.

Бенито резко сел, подняв тучу брызг:

— Она привезет с собой Бальдо? Я тут рассказывал местным ребятишкам, что знаком с наездницей на грифоне, но они мне не поверили! — Взволнованно спросил он.

— Да, она привезет Бальдо, — ответил я, и Бенито прямо-таки просиял. — Что еще за ребятишки?

Лицо Бенито расплылось в широкой улыбке:

— Дети Матео. Ну, точнее, дети его женщины. Они тебе понравятся. Их мать, Кларисса, – как раз та, что едва не погибла. Им всем меньше десяти лет, с ними весело играть.

— А как насчет тебя? Нашел себе кого-нибудь? — Спросил я молодого человека.

Бенито слегка покраснел:

— Я спустил почти все свое серебро, что мы скопили в путешествиях, на одну девицу. Но как только монеты закончились, она тоже испарилась.

— Не переживай, Бенито, будут еще и женщины, и серебро, — подбодрил я его.

— Мы снова отправимся на поиски приключений? — С надеждой спросил он.

— Нет. Сейчас время немного передохнуть. Но я, возможно, попробую пробраться в местное подземелье. И да, ты можешь пойти со мной, — сказал я парню, который уже вовсю кивал в знак согласия.

Когда моя кожа на пальцах окончательно сморщилась от воды, я забрал свои влажные вещи и вместе с Бенито отправился в город. Думаю, он просто прятался от Блейза, но мне хотя бы удалось немного облегчить его совесть. Мы побродили по улицам, а ближе к вечеру вернулись на виллу, чтобы начать празднование.

Матео стоял в стороне и о чем-то беседовал с Константином. Заметив меня, он тут же подошел и крепко обнял, широко улыбаясь:

— Эрик, как же я рад, что ты вернулся к нам. Константин тут рассказывал о ваших приключениях. Как выкроишь минутку, обязательно приходи познакомиться с Клариссой. Дети будут просто счастливы увидеть настоящего героя.

— Героя? — Закашлялся я.

— Именно так ты и выглядишь во всех историях, которые мы с Бенито им рассказываем, — усмехнулся он. — Просто покажи им какое-нибудь простенькое заклинание и расскажи, как в одиночку завалил виверну, и они станут твоими преданными фанатами на всю жизнь.

— Расскажи им про Мейвита, — вмешался Бенито. — Они ведь никогда не видели голиафов. Или грифонов. У тебя случайно нет грифона в твоем пространственном кармане?

— Нет, только лошадь, два демона и целая куча инжира, — ответил я, заставив два плода появиться прямо в моих руках, и протянул каждому по штуке.

Матео с удовольствием откусил сочный плод и спросил:

— Джинджер? — Я кивнул, и он рассмеялся. — Какая ирония. Лошади созданы для того, чтобы возить нас на себе, а ты сам таскаешь свою лошадь повсюду.

— Матео, ты не хотел бы заняться управлением трактира? — Спросил я, отчего тот прямо-таки опешил. Он бросил короткий взгляд на Кастилию, стоявшую на другом конце комнаты.

— Не думаю, что это хорошая идея. Кларисса там чуть не погибла, и Мейбл видела все это собственными глазами. Да и после того, что случилось с Леркином… — он тяжело вздохнул. — Слишком мало хороших воспоминаний связано с этим местом.

Я сочувственно кивнул другу:

— Понимаю. Я поговорю с Кастилией и найду кого-нибудь другого на эту роль.

Константин стоял достаточно близко, чтобы услышать наш разговор. — Я займусь этим. — Мы все потрясенно уставились на него. Никто из нас не мог поверить, что этот старый вояка решит остепениться. Мой взгляд скользнул к маленькому Доминику на руках у матери, и я все понял. Пусть Виридия и была богата, гордость Константина никогда не позволила бы ему сидеть у нее на шее – ему нужно было зарабатывать самому.

Я не стал колебаться ни секунды:

— Договорились. Мы обсудим все детали с Кастилией. Трактир был зарегистрирован на нее и Леркина. — Я не был уверен, не разорит ли Константин заведение своими суровыми повадками, но у него определенно было достаточно серебра, чтобы оставаться на плаву долгие годы.

Я достал немного эльфийской амброзии, и праздник по-настоящему начался. Я пока так и не нашел применения черному нефритовому кубку, но, возможно, Константин сможет использовать его, чтобы сделать трактир процветающим. Надо будет попросить его откладывать для меня несколько бутылок. Проблема с хранением кубка в моем пространственном кармане заключалась в том, что артефакт не мог перезаряжаться, так как внутри кармана время для него словно застывало в стазисе.

Еда ломилась от изобилия, но еще больше было выпито спиртного – мы шумно поминали павших товарищей и пили за наше будущее. И хотя я пил наравне со своими друзьями, я поддерживал себя в трезвом уме с помощью навыка синхронизации с базой, пока остальные вовсю предавались веселью. Танцы были просто ужасными, но всеобщая радостная атмосфера с лихвой это искупала.

Позже вечером Кастилия подошла ко мне. Мы стояли у открытого окна, впускавшего в комнату приятную ночную прохладу. — Спасибо тебе, Эрик.

Я ухмыльнулся:

— Ну, если у тебя останутся лишние эссенции после того, как твои каналы полностью исцелятся, не стесняйся возвращать их обратно. — Я сказал это в шутку, но на самом деле был бы не против. Эссенции направления, как и любые другие редкие магические ресурсы, достать невероятно трудно.

— Конечно, — ответила она слегка заплетающимся языком. Какое-то время мы молча наблюдали за остальными. Виридия умудрилась всучить Доминика в руки Константина, и тот завороженно смотрел на младенца, который орал во всю глотку. Уже сейчас было видно, что они отлично поладят. Кастилия тихо спросила:

— Чем я заслужила твою преданность?

— Что? — Я повернулся к ней, отчетливо расслышав ее вопрос. — Ты просто пыталась сохранить нам всем жизнь.

Кастилия выглядела так, словно готова была расплакаться:

— Так много людей погибло, служа мне, Эрик… Слишком много. Леркин стал лишь последним в этом списке, а я все еще продолжаю идти вперед, и из-за этого погибнет еще больше людей.

— Тогда брось все это. Ты ведь сама сказала: Империя рухнет под собственным весом, — возразил я. — Тебе не обязательно участвовать в каждой битве.

Кастилия прикусила губу, сдерживая рвущиеся наружу слова:

— Это не так просто. Такова моя природа, особенно теперь, когда мы так близки к очищению Империи. Возможно, после этого жизнь людей станет хоть немного лучше.

У меня не повернулся язык сказать ей, что все это лишь замкнутый круг. Любая империя рано или поздно сгнивает изнутри. Мой циничный взгляд на вещи подсказывал, что даже если она очистит Тельхианскую Империю, со временем все вернется на круги своя. — Что ты собираешься делать дальше? — Спросила Кастилия, вырывая меня из раздумий.

— Завтра навещу Игнис. Найду место, где смогу спокойно заниматься алхимией, и, если получится, загляну в местное подземелье, — ответил я. — А еще я жду эльфийку.

Кастилия нахмурилась. Она была слишком пьяна, чтобы удержаться от непрошеных советов:

— Отношения между людьми и эльфами долго не живут. Тебе всегда придется нести в себе боль утраты, наблюдая за тем, как стареет твоя половинка.

Я коротко рассмеялся:

— Знаю. Но по крайней мере я смогу наслаждаться парой столетий рядом с Раэлией, прежде чем она начнет стареть. — Кастилия в недоумении склонила голову набок. Она решила, что ослышалась. Я никому об этом не рассказывал, но, пожалуй, пришло время. — У меня есть плетение замедления старения, Кастилия. Я переживу ее. — Я снова усмехнулся: — Ну, при условии, что не умудрюсь погибнуть раньше времени.

У Кастилии буквально отвисла челюсть:

— Насколько… насколько сильно твое родство со временем?

Я улыбнулся ей и, уходя, бросил через плечо:

— Невежливо расспрашивать мужчину о его характеристиках.