Глава 451.0

Глава 451: «Тени прошлого»

Мать-прародительница была ростом под восемь футов – на целую голову выше любого другого нашасари. Из одежды на её темно-зеленой чешуйчатой шкуре был лишь широкий пояс. В её рептилиях чертах не прослеживалось и намека на женственность; впрочем, все нашасари выглядели андрогинно. Золотистые глаза прародительницы сузились, когда она уставилась на нашу группу, а острые зубы обнажились в яростном шипении. На своем языке она отдала приказ воинам, указав на нас когтистой черной лапой. Короткое затишье в битве подошло к концу.

Похоже, вместе с матерью-прародительницей на палубу поднялись восемь магов Братства, и наши шансы мгновенно устремились к нулю. Чтобы добраться до предводительницы и её прихвостней, нам нужно было пробиться с кормы на нос этого огромного корабля. С каждой секундой мы уплывали всё дальше от Обители, и единственным шансом выжить оставался полный захват судна.

Торандир, проигнорировав недавний приказ Фенлориана, пустил по палубе волны пламени в сторону матери-прародительницы. Огонь поглотил двоих оказавшихся рядом матросов нашасари, у которых из ноздрей всё еще текли сопли, но перед одним из магов Братства пламя раздалось в стороны, так и не добравшись до предводительницы. Огонь побежал вверх по мачте, и паруса начали разгораться. По крайней мере, это отвлекло пару магов нашасари, которые попытались помешать пожару распространиться. Фенлориан не стал отчитывать Торандира за непослушание, а вместо этого сосредоточился на схватке, врубившись в гущу из трех лучников и одного воина.

С появлением предводительницы боевой дух защитников взлетел до небес, и они организовали натиск при поддержке своих магов. Воздух затрещал от избытка эфира, когда Баэлира попыталась сдержать внезапный шквал заклинаний, но её способность уплотнять воздух была далеко не идеальной защитой. Эфирный щит Фенлориана вспыхнул от магического удара, и воздух вокруг нас неприятно нагрелся.

Мне оставалось только драться дальше. Я заблокировал тяжелый клинок воина, полоснул его по внутренней стороне бедра, а затем резким движением перерезал горло. Кровь хлынула потоком, мгновенно сделав палубу под ногами скользкой. Воин еще какое-то время пытался бороться, прежде чем рухнуть. Я поскользнулся на залитом кровью дереве и полетел на следующего противника, просто вытолкнув лучника бедром за борт. Когда я на мгновение повернулся спиной, в меня врезались эфирные стрелы: одна глубоко обжгла бедро, другая – плечо. Я тут же залечил мышцы, чтобы не терять боеспособность, но мысленно пообещал себе, что этот маг познакомится с моим клинком до того, как всё закончится.

Тонкие воздушные лезвия со свистом полетели в нашу сторону. Баэлира замедлила их, но остановить не смогла. Мне пришлось прикрывать щитом жизненно важные органы от этого роя. Мой кожаный доспех оказался изрезан в полудюжине мест, а на менее защищенных участках тела проступили порезы. Раны были неглубокими и быстро затянулись, прежде чем я успел потерять слишком много крови. Фенлориан был полностью закован в латы, а вот остальным пришлось выкраивать секунду, чтобы пригубить исцеляющие зелья.

— Нам нужно убить мать-прародительницу! — Закричал Фенлориан, когда чаша весов начала склоняться не в нашу пользу, ведь всё больше магов Братства сосредотачивали свои атаки на нас. Нам мешало слишком много воинов и матросов нашасари, преграждавших путь к магам и их предводительнице. Нужно было срочно проредить их ряды. Я отдалился от группы и быстро прикончил двоих лучников, которые почти оправились от чихания. Я успел выставить воздушный щит, приняв на себя очередную порцию эфирных стрел.

— Баэлира, защищай Верховного Стража! — Крикнул я, заметив, что она сделала нерешительный шаг в мою сторону. Я находился у самого борта и в случае крайней необходимости планировал прыгнуть в воду. Но, отделившись от остальных, я также перетянул часть внимания на себя. Двое воинов решили прижать меня к перилам и быстро пожалели об этом. Первый успел брызнуть на меня слизью из-за чихания, когда Погибель Магов скользнула ему под ребра, а мой щит не дал его вооруженной руке набрать размах для удара. Я использовал его насаженное на клинок тело как заслон от новых эфирных стрел, а затем толкнул мертвеца на второго воина.

Палуба корабля начала резко заваливаться набок – судно совершало разворот. Паруса горели неравномерно, а у штурвала никого не было, чтобы выровнять курс. Из-за скользкой от крови палубы ситуация стала смертельно опасной, и я воспользовался короткой передышкой, чтобы сменить кольцо насыщения на кольцо уверенного шага. Я не знал, насколько хорошо оно сработает в таких условиях, но альтернативой было улететь за борт.

Кольцо отозвалось на мой эфир, и мои ноги обрели надежную опору на наклонной палубе. Этот крен на самом деле спас нас в бою, так как маги нашасари больше не могли сосредоточиться для плетения заклинаний. Теперь они, как и я, могли полагаться только на начертанные чары. Мать-прародительница яростно взревела, и я предположил, что она приказывает матросам выровнять курс. Но сделать это было невозможно, ведь корма, где находился руль, оставалась под нашим контролем.

Несмотря на наклон, я стоял твердо и злорадно улыбнулся. Проскользнув мимо матроса нашасари, я перерезал ему горло и сделал выпад в сторону мага, который цеплялся за борт, пытаясь удержать равновесие. Тот попытался закрыться рукой, но Погибель Магов беспрепятственно прошла сквозь предплечье прямо в сердце. В его рептильих глазах застыл шок, когда я пинком сбросил его со своего клинка.

Бросив взгляд на своих спутников, я увидел, что они тоже были скованы в движениях, цепляясь за такелаж и мачту, пока корабль продолжал крениться. Я заметил изумление на лице Баэлиры, когда она увидела, как я совершенно свободно перемещаюсь по залитой кровью палубе под углом почти в тридцать градусов. Нашасари оказались практически беззащитны перед моими ударами. Трое матросов предпочли прыгнуть за борт, лишь бы не встречаться со мной. Я быстро прикончил еще двоих магов, полоснув их по шее, когда снасти на парусах вдруг лопнули. Посмотрев вверх, я увидел отважного матроса нашасари с обгоревшей кожей, который перерезал канат, освобождая парус, отчего корабль с рывком вернулся на ровный киль.

Как только палуба выровнялась, я срубил еще одного мага и оказался на расстоянии удара от матери-прародительницы. Она была вне себя от ярости, с её острых, как бритва, зубов капала слюна. Она понимала, что проиграла. В меня полетела очередная порция эфирных стрел, и я вскинул щит, защищая лицо, и выставил воздушный щит для защиты ног. В этот момент палуба содрогнулась, и я понял, что прародительница бросилась на меня. Но добежать она не успела – Фенлориан в своем доспехе перехватил её.

Что ж, вожак достался ему. Я же устремился к надоедливому магу нашасари, который весь бой целился в меня своими эфирными стрелами. Я разминулся с Торандиром, спешившим на помощь Фенлориану. На палубе оставалось меньше десяти матросов и воинов нашасари. Маг успел выпустить еще одну очередь стрел, но я был слишком близко. Снаряды прожгли дыры в моем щите, когда Погибель Магов вонзилась ему в бедро. Я опустил щит, чтобы улыбнуться, глядя на растерянное лицо мага, который внезапно осознал, что больше не может управлять эфиром. — Вот именно, тварь! — Выплюнул я и с удовольствием снес ему голову, насладившись его выражением лица.

Оглянувшись, я увидел, что Баэлира добивает последних лучников, и на палубе остался, кажется, всего один маг. Нашасари все выглядели на одно лицо, но мне показалось, что это был именно тот, кто отразил огненную волну Торандира. Я направился к нему, чтобы покончить с этим, попутно наблюдая за другой схваткой.

Солнечный клинок Фенлориана обрушился на руку матери-прародительницы. На лице Фенлориана читалась уверенность, что его меч легко перерубит кость и вонзится в тело королевы нашасари. Однако клинок застрял, едва коснувшись кости. Вторая рука прародительницы метнулась вперед, и её когтистая лапа сомкнулась на шлеме Верховного Стража. Я не успевал прийти на помощь и испугался, что она сейчас просто раздавит ему голову. Прародительница взревела, напрягая мышцы руки и сжимая пальцы.

Верховный Страж резко присел, выскользнув из шлема и оставив его в когтях монстра. Его мокрые от пота волосы растрепались, но во взгляде читалась решимость покончить с этим. Он выдернул солнечный клинок, развернулся и на этот раз вложил всю свою силу в удар по чудовищу. Она снова вскинула руку для защиты, но на сей раз солнечный меч справился со своей задачей. Рука отлетела в сторону, а лезвие оставило глубокий порез на торсе прародительницы. Фенлориан едва успел перевести дыхание после удара, как из обрубка руки повалил темный туман, восстанавливая конечность.

Этот густой туман показался мне знакомым. Нечто подобное скрывалось внутри минотавра-нежити в подземелье. Нет, это существо было куда более осязаемым. Мать-прародительница начала стремительно увеличиваться в размерах, её змеиное тело буквально рвалось по швам вдоль шрамов и ран. Пока она раздувалась, Фенлориан попытался подобраться ближе, но двое матросов нашасари оттеснили его назад.

Плоть сползла с матери-прародительницы нашасари, обнажив исполинскую тень – перед нами предстал высший теневой демон.

Торандир обрушил на тварь волну пламени; при дневном свете демон был слабее, но он лишь небрежно отмахнулся от огня движением руки. Яростное пламя отклонилось в сторону, но от этого загорелись снасти на носу корабля.

Фенлориан, лишь на миг опешив при виде демона, срубил последнего вставшего на пути матроса и замахнулся солнечным клинком. От ударов по телу твари летели яркие, слепящие искры. Теневой демон не стоял на месте и благодаря длинным конечностям обладал огромным преимуществом в дистанции. Теневые отростки сталкивались с мечом Фенлориана, пока тот кружил в смертельном танце. Доспехи не раз спасали Стража, когда он слишком открывался.

В памяти что-то шевельнулось, и я, кажется, понял, откуда взялась эта тварь. Должно быть, это был тот самый демон, который сбежал из подземелья много веков назад. Теперь становилось ясно, почему прародительница так яростно отреагировала на разрушение подземелья. Она планировала освободить остальных своих собратьев.

Эфирный щит последнего мага нашасари вспыхнул и погас под ударом Погибели Магов. Лишившись защиты, существо попятилось назад, пытаясь скрыться на лестнице под палубой, но поскользнулось на крови. Я зацепил его ногу клинком, пока он полз на четвереньках, и этого оказалось достаточно. Его тело усохло и сморщилось прямо на глазах. Какая бы магия ни поддерживала жизнь в этом нашасари, она была разрушена.

Торандир покрыл свой клинок огнем и присоединился к битве против теневого демона, но его атаки были куда менее эффективны. И всё же втроем мы вполне могли одолеть чудовище. Прежде чем я успел вмешаться, Баэлира, покончив с последним матросом, закричала:

— К нам приближаются два корабля!

Мы практически застряли на месте без парусов, а большая часть снастей над нашими головами продолжала гореть. Я обернулся и увидел, что один корабль заходит с левого борта, а второй пристраивается к корме. Палубы обоих судов были забиты нашасари.

Не знаю, сколько длился этот бой, но мы находились уже почти в миле от Обители, и море было относительно спокойным. Фенлориан бросил взгляд на приближающиеся корабли, и на его лице отразилось полное бессилие. Даже если он одолеет теневого демона, битва всё равно проиграна. — Топите корабль! — Закричал он.

Торандир всё понял без лишних слов. Он вышел из боя и направил струи пламени прямо в открытый люк трюма. Теневой демон проигнорировал удар солнечного клинка и бросился на Торандира, пока из рук мага вырывалось пламя. Я попытался перехватить тварь, полоснув Погибелью Магов по теневой шкуре на ходу и выставив воздушный щит на его пути, но остановить его не сумел. Исполинский демон раскрыл объятия, сгреб Торандира и вместе с ним рухнул в горящий грузовой трюм.

Из люка вырвался столб огня, когда Торандир попытался оказать последнее сопротивление в тисках чудовища. — Нам нужно уходить! — Крикнул я, удерживая Фенлориана. Торандира уже было не спасти, а трюм вовсю полыхал. Демон пытался потушить огонь, но у него вряд ли бы это вышло. Баэлира оказалась рядом и помогла мне оттащить Верховного Стража назад.

— Нам нужно прыгать в воду, Фенлориан, — твердо произнесла Баэлира. — Мы сделали всё, что могли.

Верховный Страж, казалось, был готов пожертвовать собой, лишь бы убедиться в гибели демона, но большая часть украденного груза уже вовсю горела, увлекая тварь за собой. Я силой потащил его к борту, дождался, пока Баэлира наложит на нас заклинание водного дыхания, и мы вместе перемахнули через перила, скрывшись из виду с кораблей Братства. Проплывая мимо корпуса, я проделал дыру в обшивке с помощью своего пространственного кармана.

И когда мы втроем в своих тяжелых доспехах медленно опускались на морское дно, я внезапно почувствовал дикий голод.