Ученик превосходит учителя

Константин ждал моего ответа. Под его испытующим взглядом я замялся, чувствуя, что он станет судить меня по моим словам. Бенито разрядил обстановку, ухмыльнувшись:

— Эрик вырезал целую стаю оборотней, откопал реликвии титанов, в одиночку уложил анхега и завалил двух горных троллей.

Бровь Константина медленно поползла вверх, хотя его глаза всё так же буравили меня. — Вот как, значит?

Матео поспешил вставить свои пять копеек, горя желанием добавить подробностей:

— И не забудьте, что он нашёл некроманта с его армией скелетов. — Я, признаться, не понимал, как два скелета могли составить целую армию.

Раэлия скрестила руки на груди и слегка вздёрнула подбородок. — А ещё он одолел варлорда в поединке чести, — произнесла она, и в её голосе проскользнула нотка гордости. Я повернулся к ней, приятно удивлённый такой поддержкой.

— Гончие хорошо меня обучили, — сказал я, переводя заслугу на других. Отсутствие удивления в стальных голубых глазах Константина наводило на мысль, что Кастилия успела изрядно им поделиться. Меня больше занимал пустой взгляд женщины, стоявшей рядом с ним. Мои подвиги, похоже, не произвели на неё ни малейшего впечатления. — Сколько ещё людей с вами? — Я кивнул в её сторону.

Константин проследил за моим взглядом. — Только Гильда. Она перевёртыш. Отец Антонии растил её с младенчества, и она служила их семье десятилетиями. А теперь она моя вечная головная боль, которая никак не проходит. — Несмотря на резкость слов, в его голосе промелькнула искра уважения и, возможно, даже тёплых чувств. Зная Константина, последнее вряд ли было намеренным.

— Перевёртыш? — Переспросил Матео, отступая на шаг. Его заигрывания с этой женщиной тут же сошли на нет. Он уже убрал меч в ножны, но теперь снова потянулся к рукояти. Гильда обвела взглядом всех присутствующих в комнате, оценивая реакцию на то, как обыденно раскрыли её природу. Она не выглядела расстроенной, скорее ей было любопытно.

Я был поражён тем, что Константин путешествует с таким существом. Перевёртыши уступали доппельгангерам, будучи лишёнными многих их качеств. Да, они могли менять внешность, но ограничивались лишь гуманоидным обликом. К тому же у них не было сверхчеловеческой силы доппельгангеров. Мне доводилось сражаться с могущественными доппельгангерами в Мерцающем Лабиринте, и они были грозными противниками. Я сохранял спокойствие и ждал объяснений Константина.

Он пожал плечами и заговорил о ней так, словно её не было в комнате:

— Она привязалась ко мне и в целом безвредна. Перевёртыши разумны, и желания у них такие же, как у обычных людей. Но любые эмоции или мимика, которые они демонстрируют, – лишь игра, ведь у них в истинном облике нет лицевых мышц. — Он указал на молодую женщину.

Она какое-то время безучастно изучала Константина, а затем её тело начало меняться, отчего Матео споткнулся и повалился назад, спеша убраться подальше. Женщина вытянулась на несколько дюймов, её волосы ушли под кожу головы. Лицо из бледного превратилось в серое, а зубы слегка пожелтели. Конечности немного удлинились, и через десяток ударов сердца трансформация завершилась. В отличие от доппельгангера, перевёртыш в своём естественном виде всё ещё выглядел почти как человек. Я знал, что у них, в отличие от тех же доппельгангеров, есть половая принадлежность. В Империи на них по-прежнему охотились, что делало спутницу Константина ещё более примечательной фигурой.

Константин взмахнул рукой, давая знак, что можно вернуть прежний вид, и она снова приняла облик молодой, весьма неглупой собой женщины. Клинок Матео был обнажён наполовину, и я жестом велел ему убрать оружие. — Поразительно! — Воскликнула Раэлия. — Я знаю, что существуют небольшие общины перевёртышей, но никогда их не встречала. — Женщина склонила голову набок при этих словах; возможно, так она выражала интерес.

Константин перевёл разговор на другую тему:

— Расскажи мне о клирике, которая хочет видеть тебя своим Первым.

Раэлия ответила первой:

— Она просто использует его, чтобы заполучить место Верховного.

Константин долго и пристально разглядывал Раэлию, затем перевёл взгляд на меня. Когда он заговорил вновь, его голос был спокоен, но в нём звенела сталь. — Я давно усвоил, что нельзя доверять эльфам. Или оркам. Или людям, — произнёс он, снова посмотрев на Раэлию. — Доверяй себе. Защищай свою семью и друзей. А теперь расскажи мне о клирике, рядом с которой тебе предстоит стоять.

Я заметил, как Гильда отошла в угол, а Матео обогнул комнату с другой стороны, стараясь держаться от неё подальше. Я кивнул Константину, принимая его совет. — Мы помогли летописцу, Глаше, найти кое-какие артефакты. Она знала о клирике Минаше, которая стремилась стать кандидатом на Избрании. Глаша решила, что я могу помочь, поскольку ни один варлорд не встанет на её сторону без огромной платы.

— Эрик нашёл артефакты с помощью своей магии Голоса земли, но выкапывал-то их я, — вставил Бенито, пытаясь быть полезным и присвоить себе часть заслуг.

Константин снова выгнул бровь, вынуждая меня объясниться. Не знаю почему, но мне не нравилось, что Константин знает мои секреты, а Бенито только что выдал ещё один. Возможно, мне хотелось удивить его в самый неожиданный момент. — Я могу использовать заклинание сродства с землёй, чтобы видеть сквозь почву и камень, — признался я ветерану.

Он медленно кивнул, должно быть, прокручивая в голове всё, что я делал с момента нашей встречи. Хотелось верить, что он впечатлён. — Хорошо. В чём опасность роли Первого для Минаши?

По его тону я понял, что Константин делает. Он заставлял меня просчитать все варианты, прежде чем бросаться в бой. — По словам орков, я столкнусь с неприязнью со стороны других кандидатов и их Первых, ведь я не орк. Они могут найти повод случайно убить меня во время Испытаний.

Константин кивнул, ничуть не обеспокоенный тем, что моя жизнь окажется под угрозой. — Сколько длится Избрание?

Точно никто не знал, но я предположил:

— Не больше нескольких недель.

Мейвит зашевелился, не желая оставаться в стороне:

— Минаша обещала освободить мою сестру и Майру, если станет Верховным.

Я поспешил охладить его пыл, как бы сильно мой друг во мне ни сомневался. Там, где замешана политика, ни в чём нельзя быть уверенным. — Нет никакой гарантии, что я смогу помочь ей стать Верховным. Скорее всего, я просто наживу себе врага в лице того клирика, который займёт это место.

— Ну, по крайней мере, ты думаешь головой, — произнёс Константин, удовлетворённый моим ответом. — И всё же, раз они приглашают тебя к себе, ты мог бы разузнать, там ли сестра Мейвита. Это сэкономит нам время и поможет подготовиться.

— Ты думаешь, мне стоит согласиться? — Спросил я с лёгким удивлением. Это шло вразрез со всем, чему меня учили у Гончих, – действовать открыто на виду у врага.

— Решать тебе. — Константин расслабленно откинулся на спинку стула. — Либо так, либо мы ждём окончания Избрания и следуем за варлордом Рууком, когда он уйдёт. Если он вообще уйдёт. — Мейвит заметно занервничал.

Я взвесил все возможности и кивнул:

— Мы отправимся утром. Раз уж мы прибыли поздно, возможно, она уже упустила свой шанс.

— Мы задержались, потому что Минаша взорвала молнией нескольких огров и троллей, — услужливо добавил Бенито.

— Уверен, за этим кроется отличная история. Но я ещё не закончил вечернюю тренировку. Эрик, почему бы тебе не показать мне, чему ты научился с нашей последней схватки. — Константин встал, не дожидаясь моего ответа, и я последовал за ним из комнаты.

Остальные порывались пойти за нами, но я жестом велел им оставаться на месте. Я ободряюще кивнул Мейвиту:

— Отдыхайте. — По поведению Константина я понял, что он хочет поговорить со мной наедине. Мы спустились по лестнице и вышли на тренировочный двор. С десяток искателей приключений, в основном орков, упражнялись с оружием. Константин направился в угол двора. Несколько взглядов проводили нас, но особого интереса никто не проявил.

Константин прошептал:

— Будь осторожен, когда пойдёшь туда. Спрячь голиафов в свой карман и уходи. — Он давал понять, что знает о моих пространственных способностях, подтверждая подозрения, что Кастилия его просветила.

— Всё может оказаться не так просто. Мне нужно подобраться поближе, и если она исчезнет, я буду первым, на кого падёт подозрение, — ответил я, обматывая клинок липкой тканью.

— Где ты взял этот клинок? — Спросил Константин с явным одобрением.

— Убил Бориса Анджеллу и забрал. Он пытался разграбить Каэлору, когда наши пути снова пересеклись, — небрежно бросил я.

Константин на секунду удивился, но затем одобрительно хмыкнул:

— А ты времени зря не терял. Сына центуриона Сергия тоже ты прикончил?

Я кивнул:

— Я убил Корвуса и уничтожил вторые Архивы, как ты и велел. — Мой будничный тон копировал привычное безразличие Константина к великим свершениям, отчего тот тихонько рассмеялся.

Мы сошлись в поединке, взяв деревянные тренировочные щиты, валявшиеся во дворе. Мы провели три сшибки, проверяя силы друг друга. — Похоже, ты растерял былую хватку, старик, — ухмыльнулся я.

Это его раззадорило, и он снова пошёл на меня напором. Я парировал его быстрый удар ногой, который он пытался скрыть за щитом, и плашмя ударил клинком по его колену, заставив его отступить с хромотой.

Мне почти стало неловко, когда я увидел, как напряжённо работает мысль Константина в поисках преимущества. Я был быстрее, сильнее, а благодаря амулету Мира Грёз обладал равным, если не большим боевым опытом. Но упрямый старик не сдавался и нападал снова и снова. Я заметил своих спутников, наблюдавших за нами с балкона второго этажа. Мы также начали привлекать внимание других искателей приключений.

Спустя почти полчаса мы оба взмокли от пота. На каждый синяк, что Константин оставил мне, у него самого красовалось три. Я мог бы мгновенно исцелить себя, но посчитал это жульничеством. Константин резко остановил бой. — Хватит махать щитом. Давай на парных клинках. — Было очевидно, что он исчерпал все свои уловки и остался ни с чем.

Пока Константин, скрываясь от чужих глаз, распаковывал свой новый рунический клинок, я с любопытством спросил его:

— Где ты его раздобыл? — Оружие походило на добычу из подземелья, но его узоры, отражая солнце, вспыхивали подобно молниям.

Константин довольно хмыкнул:

— Снял с трупа центуриона Сергия. — Было ясно, что подробностей я не дождусь. Я пошёл и взял утяжелённый тренировочный меч. Вокруг было слишком много глаз, чтобы доставать второй клинок из пространственного кармана. Я редко тренировался с двумя мечами и делал это только в Мире Грёз, так что навык подзабыл, – именно поэтому Константин, должно быть, и предложил парные клинки.

Мы вернулись к нашему танцу мечей, и Константин на короткое время перехватил инициативу. Я быстро приноровился к парному стилю. Мне действительно стоило практиковаться в этом чаще, ведь такой бой требовал разделения внимания. Я получал от раздражения Константина куда больше удовольствия, чем следовало. Но тут он улучил момент и проскользнул сквозь мою защиту. Я успел отбить удар, но клинок слегка задел моё бедро, и по ноге пробежали мелкие искры молнии, вызвав судорогу.

Константин оказался чертовски коварным жуликом, но я быстро пришёл в себя, перенеся вес на другую ногу и используя его град ударов для удержания равновесия. Вся нога онемела и едва слушалась меня. — Зачем ты раскрываешь свойства своего меча при всех? — Спросил я, чтобы отвлечь его. Если бы я показал такой козырь, Константин бы меня по голове не погладил.

— Двое искателей приключений вон там и так уже в курсе, — раздражённо бросил он, делая шаг в сторону моей здоровой ноги. Из-за того, что опорная нога не слушалась, я не мог развернуться для защиты. Я выставил воздушный щит на землю и ещё два на его пути. Как только он наткнулся на них, попытался сменить направление, но я оказался быстрее, ударив его под колено и отведя его клинок в сторону.

— Твоя победа, — наконец признал он с тяжёлым вздохом. Он указал на тенистое место возле одной из рассохшихся бочек с водой. Константин вполголоса проклинал половину тельхианских богов, тяжело хромая по пыльному двору. Капли пота катились по его лбу, намочив седеющие волосы. Он разочарованно качал головой, и на его обветренном лице читалась глубокая досада.

Это место укрывало нас от чужих глаз и ушей. Зрители вернулись к своим занятиям, и их голоса постепенно затихли вдали. Мои спутники отошли от перил балкона, но Гильда задержалась, провожая нас пристальным взглядом, прежде чем тоже уйти. Мы сидели в тишине, жадно глотая воду.

— Я тебе не нужен, — наконец произнёс он.

— Что? — Не понял я.

— Ты и сам со всем справишься, и люди тебя уважают. Лидерство – это бремя, и ты подходишь для него гораздо лучше меня, — рассудительно сказал он. Я не знал, верить ли ему, поэтому промолчал, обдумывая его слова. — Будь осторожен, Эрик. Всегда скрывай свои истинные возможности.

— Пока я буду на Избрании, мне нужен кто-то, кто удержит Матео и Бенито от глупостей, — наконец произнёс я. — Блейз мог бы справиться, но я буду признателен, если ты ему поможешь. К тому же нам нужно найти лучший способ сбежать из Халифата, как только мы заберём Зорану и Майру. И я не знаю никого, кто справился бы с этим лучше тебя.

— Хм, — неопределённо хмыкнул он. — Ладно. Только сделай так, чтобы мне не пришлось мстить за твою смерть. Я слишком стар, чтобы воевать с половиной варлордов Халифата. — Мы оба усмехнулись, но я почувствовал, что он вполне серьёзен.

Мы проговорили ещё какое-то время: Константин расспрашивал меня обо всём, что случилось по пути в Бекар. Он заставил меня в подробностях пересказать попытку сахуагинов взять нас на абордаж и указал на несколько моих ошибок. Его встревожили горные тролли из Бесконечной Тьмы, особенно когда я упомянул, что, по мнению Глаши, их призвал какой-то клирик. Если кто-то из Старейшин или других кандидатов способен натравить дюжину троллей из Бесконечной Тьмы ради задержки одного-единственного клирика, они представляют смертельную опасность.

Мы оба двигались осторожно, так как я ещё не залечил наши ушибы. Мы плотно поужинали с остальными в отдельной комнате, и в присутствии Константина атмосфера изменилась. Гильда немного нагоняла тоску, но в остальном казалось, будто мы снова в отряде: Бенито приукрашивал одну историю за другой, а Матео вставлял свои детали. Раэлия даже улыбалась.

Когда ночь окончательно вступила в свои права, я отправился к себе, всё ещё чувствуя приятное тепло от выпитого. Свет-камень отбрасывал причудливые тени на стены, пока я устраивался в постели, не в силах унять рой мыслей.

Я потянулся своим умением Голоса земли, чтобы приглядывать за спутниками. Раэлия дважды прошла мимо моей двери, её шаги были беззвучны на деревянном полу, но она так и не постучала, оставив меня гадать, о чём она думает.

В другой комнате я чувствовал тревогу Мейвита; он мерил шагами комнату, и глухой стук его шагов отдавался в полу. Тем временем Гильда тихо выскользнула из своей комнаты и устроилась на крыше Зала Искателей Приключений, неся дозор в прохладном ночном воздухе.

Перед самым рассветом небо начало светлеть, окрашиваясь в пурпурные и золотые тона. Я покинул Зал и вышел за городские ворота, перед которыми раскинулась мощёная дорога. Прохлада утреннего воздуха придала мне сил, и я зашагал навстречу Избранию.