Глава 447.0

— Как? Это же Обитель! — Воскликнул один из подслушивающих стражей.

— Мертвецы уже внутри защитных барьеров, им не нужно сквозь них прорываться. На Верховного Стража надавили слишком сильно и заставили отступить слишком быстро. Похоже, таков и был их изначальный план, а мы этого не заметили, — ровным голосом произнес Лепид.

— Защитники на пределе сил, а некоторые близки к полному истощению, — с тревогой в голосе проговорил Ялориэн, после чего повернулся и приказал отправить больше десятка свежих стражей на подмогу вниз.

— Откуда тебе было известно, что Император в Обители? — Скептически спросил я у Лепида.

Прежде чем Лепид успел ответить, за него заговорил кастелян:

— Лепид чувствует нежить. И кое-кто из этих мертвецов емузнаком. — Лепид подтвердил это кивком, но меня все равно терзали сомнения, ведь до места сражения под нами было приличное расстояние. Впрочем, Лепид уже упоминал, что следит еще и за барьерами.

Лепид заговорил:

— Думаю, именно поэтому они так разозлились из-за разрушения подземелья. Император способен поднять от силы сотню малых гулей в день. С подземельем он мог бы удвоить это число. — Я знал, что в подземельях плотность эфира выше из-за их близости к лей-линиям. Могущественные маги к тому же владели техниками, позволяющими еще сильнее усиливать проведение эфира. Однако личу все равно требовалось преобразовывать эфир в эссенцию пустоты для своей некромантии.

— Они погонят бездушную нежить вперед, чтобы разрядить наши ловушки и продвинуться дальше. Если они доберутся до Хранилища, путей наверх станет слишком много, и мы не сможем эффективно держать оборону, — задумчиво пробормотал Ялориэн. Хранилище представляло собой полую центральную часть Обители. Там на десятках этажей располагались артефакты, книги и архивы с тайными сведениями. У стражей почти не оставалось времени на вынос ценных реликвий во время подготовки к обороне. Если враги ворвутся в Хранилище, они могут уничтожить невообразимое количество уникальных знаний. Хранилище начиналось с тринадцатого уровня Обители.

— Как высоко они поднялись и грабят ли склады? — Спросил я.

— В бою наступило затишье, но еще час назад наши силы выстраивали оборону на девятом уровне. В несколько складов они все же ворвались, но взрывные руны на дверях отбили у них охоту открывать остальные, — с горечью произнес Ялориэн.

Приняв непростое решение, я начал доставать из инвентаря ящик за ящиком с эфирными восстановителями, оставив себе лишь десять штук.

— Раздайте тем, кому они нужнее всего, — сказал я. Заметив вопросительный взгляд кастеляна, я пояснил:

— Это малые эфирные восстановители. — В его глазах промелькнуло понимание, он молча кивнул и подозвал шестерых гонцов, чтобы те доставили зелья на шесть разных оборонительных позиций внизу.

Пользуясь затишьем, пока враг перегруппировывался, Блейз отправился вздремнуть, а я решил проведать Иви. Я нашел ее спящей на наспех устроенных койках в общей комнате рядом с кухней. На кухне вовсю кипела работа: там без устали готовили еду для всех, кто защищал свой дом. Эльфийские дети, те, что были покрепче, вооружились кинжалами и короткими клинками. Несмотря на общую усталость, настроение у всех было приподнятое, а работой заправляли три пожилые эльфийки и один гном.

Я присел на стул у изголовья койки Иви и положил руку ей на голову. Она зашевелилась и сонно посмотрела на меня.

— Все закончилось?

— На сегодня бои утихли. Следующий натиск начнется ночью, — ответил я ей. — Пока что мы побеждаем, — добавил я с натянутой улыбкой. Вокруг было слишком шумно, чтобы уснуть, а принимать пилюлю забвения мне не хотелось. Даже с кольцом насыщения мне все равно требовалось несколько часов сна каждый день. — Я собираюсь немного отдохнуть с амулетом. Если что-то случится, разбудишь меня?

— Можно мне с тобой? — С надеждой спросила она, мгновенно взбодрившись.

— Нет, мне нужно, чтобы ты разбудила меня, если что-то начнется, — ответил я. Она погрустнела, но послушно кивнула и снова опустила голову на подушку из грифоньего пуха. Я поудобнее устроился на стуле, зажав амулет в ладони так, чтобы Иви могла легко до меня дотянуться.

Войдя в Мир Грёз, я всерьез задумался о том, чтобы запечатлеть плетение заклинания пространственной двери. Я знал, что справлюсь с этим без особых усилий, и размышлял, как это поможет в обороне. Но в конце концов решил, что пользы от него сейчас будет мало. Мне просто хотелось отдохнуть, устроив Оскара на коленях. Создания из эфира, похоже, поняли мое намерение, и Константин придержал их, чтобы они не докучали мне, пока я шел к креслу. Кресло, созданное Иви, стояло рядом с моим, а на нем лежала книга, которую она читала. Я уже хотел мысленно вернуть ее на полку, но помедлил.

Это был сборник трудов о Первом Легионе, включающий дневники Лепида. «Как далеко она продвинулась?» Наверное, не очень, иначе у нее возникло бы ко мне множество вопросов. В дневнике было четко описано, что существует путь назад на Землю. Если бы она прочитала об этом, то наверняка засыпала бы меня расспросами – или, возможно, она тоже просто ждала подходящего момента.

Я принял решение и полностью стер из всей библиотеки Мира Грёз любые упоминания о мировых вратах и о том, что Первому Легиону удалось открыть проход на Землю. Лучше не дарить ей ложную надежду на то, чему не суждено случиться. Ведь это позволило бы демонам проникнуть не только в Дезию, но и на Землю. Вместо того чтобы вернуть книгу на прежнее место, я намеренно переставил ее на другую полку, чтобы сразу заметить, если Иви снова решит ее полистать. Возможно, когда она подрастет и сможет все понять, я сам ей обо всем расскажу.

Мне быстро наскучило сидеть без дела, просто поглаживая Оскара. Я решил потратить несколько часов на дальнейшее изучение собранных сведений о Братстве Мицры и расе нашасари.

Змеелюди считали все остальные расы неполноценными. Они практиковали ритуальные жертвоприношения и порой пожирали плоть своих врагов. Самки у них обычно были крупнее самцов, однако самцы обладали большей физической силой для спаривания. Их общество держалось исключительно на праве сильного, что имело свои плюсы: вождям вовсе не обязательно было отличаться умом.

Как правило, различные секты Братства враждовали между собой, и лишь с появлением по-настоящему сильного лидера нашасари объединялись. Когда это происходило, они неизбежно собирали армии и вторгались на другие континенты. Судя по хроникам, это был бесконечный, замкнутый круг. Единственной любопытной деталью в записях было предположение одного ученого о том, что нашасари являлись коренными жителями Дезии, то есть мировые врата и Титаны их сюда не приводили.

Я закрыл книгу и покинул Мир Грёз. Когда я очнулся, в комнате стало поспокойнее. Иви все еще спала, обхватив мое предплечье руками, а моя ладонь по-прежнему покоилась на ее голове. Я аккуратно высвободил руку, оставил у нее на подушке лакомство и вышел наружу. Был уже вечер, часа за пять до заката. Земля под ногами едва заметно подрагивала, напоминая о том, что далеко внизу все еще идет бой. Я направлялся проверить, как там Блейз, когда меня окликнул знакомый голос.

— Искатель Эрик, рада видеть тебя живым! — Крикнула Баэлира и быстро подошла ко мне. Волосы эльфийки спутались, а доспехи и одежда были покрыты брызгами крови. Выглядела она еще хуже, чем после нашего похода в подземелье.

— Взаимно. Как там бои внизу? — Спросил я.

— Настолько хорошо, насколько это возможно. Почти три тысячи бездушных мертвецов против неполной сотни стражей. Я слышала, бой на плато тоже прошел успешно, и ты внес немалый вклад? — Спросила она с мрачной улыбкой.

— Сделал что мог, но все сходятся во мнении, что это было лишь начало. Иви там, — я указал на здание, которое только что покинул. — А я собираюсь проведать Блейза.

— У меня есть всего четыре часа, чтобы передохнуть и поесть, прежде чем придется спускаться по восточной лестнице, — сказала эльфийка, вытирая лицо грязной тряпкой. — Я бы не отказалась провести это время с другом. — Я поморщился, уловив скрытый подтекст в ее словах и обнадеживающей улыбке. Но тут же отогнал эти мысли: напряжение и адреналин после боя всегда странно влияют на психику. Скорее всего, я просто неверно истолковал ее жесты.

— Я могу приготовить что-нибудь на двоих, как только проверю Блейза, — предложил я, направляясь к нашему жилищу. Сильным толчком я разбудил заспанного Блейза:

— Пора есть. — Он буркнул сквозь зубы ругательство, спросонья случайно назвав меня Делмаром за столь бесцеремонное пробуждение, но все же спустился на кухню.

Наши запасы изрядно опустели, но мне удалось отыскать немного соленой свинины и рис. На кухне мы оказались втроем. Пока я готовил, Блейз увлеченно пересказывал их битву против упырей-нетопырей и гаргулий, выставляя меня куда большим героем, чем я был на самом деле. Затем Баэлира поделилась новостями о сражении внизу.

— Мы думали, что готовы ко всему, но никак не ожидали магии, способной с такой легкостью пробивать каменные внешние стены. Фенлориан быстро сориентировался и отвел всех на уровень выше, но из-за этого они смогли сжечь корабли. Единственное судно Братства, попытавшееся войти в пещеру, пошло ко дну, когда из ловушки на него хлынули сотни флаконов с алхимической кислотой. Мы надеялись поймать больше одного корабля, но они оказались слишком осторожны. Бездушные на том судне были в кольчугах и все утонули. Большинство нашасари погибли в воде от кислоты, но это была наша единственная легкая победа. — Она прервалась, чтобы сделать глоток и съесть немного еды.

— На самом нижнем уровне они активировали множество ловушек. Но бездушные и нашасари все равно скопились у причалов. Мне рассказали, что они пытались проникнуть в подземелье, и предводительница нашасари, огромная самка, пришла в ярость и убила с полдюжины бездушных, когда узнала, что подземелье уничтожено, — она злорадно усмехнулась при этих словах.

— А об Императоре-личе слышно что-нибудь? — Перебил я ее.

— На кораблях не было нежити. Только бездушные и нашасари, — ответила Баэлира. — После уничтожения подземелья бездушные толпой хлынули к лестницам. С помощью магии они дважды прорывали нашу оборону, но мы перегруппировывались и без труда отбрасывали их назад.

— Как же вы тогда потеряли столько стражей? — Спросил Блейз, отодвигая пустую тарелку.

Баэлира помрачнела:

— Они слишком легко шли на смерть ради продвижения вперед. В итоге они разрядили все наши ловушки, и Фенлориан решил, что нужно замедлить их натиск, чтобы успеть установить новые. Тяжелее всего пришлось на пятом уровне западной лестницы, где нас на время потеснили. Там погибло около тридцати стражей, удерживая рубеж, чтобы враги не хлынули на верхние уровни и не ударили остальным в спину. Бездушные так легко расстаются с жизнью… Они словно безмозглая нежить.

— И вы совсем не видели нежити? — Засомневался я.

— Нет, защитные барьеры лишили бы их сил, — уверенно заявила она.

— Лепид утверждает, что Император-лич уже в Обители, — прямо сказал я ей.

Судя по ошеломленному выражению лица, ей об этом еще не докладывали, но она быстро сопоставила факты:

— Нашасари, должно быть, разрушили барьеры, чтобы он мог войти… а погибшие бездушные… — лицо ее побледнело. — Мне нужно возвращаться вниз.

— Отдохни, — я перехватил ее за запястье. Было очевидно, что ей нужны силы. — Лепид считает, что он может поднимать лишь около сотни гулей в день.

— Но ведь этих убитых гулей потом можно поднять снова в виде скелетов… — с ужасом произнесла она.

— Хорошая новость в том, что, по мнению Лепида, Император – единственный повелитель нежити, заключивший союз с Братством. — Она посмотрела на меня с сомнением. Впрочем, мне это тоже казалось странным.

Спустя мгновение Баэлира немного успокоилась:

— Я хотела попросить тебя об одном важном деле. О долге.

«Ну вот и оно», – подумал я. Странно было осознавать, что стоявшая передо мной эльфийка выглядела моложе меня, хотя по возрасту годилась мне в бабушки. Наверное, не случилось бы ничего страшного, согласись я, но меня бы замучила совесть. При таком раскладе я мог больше никогда не увидеть Раэлию, и это стало бы лишь ненужным отвлечением для нас обоих. Я быстро прокрутил в голове эти не самые благородные мысли, прежде чем ответить:

— Я выслушаю твою просьбу, но, возможно, сейчас не лучшее время для подобных разговоров, — постарался я сказать как можно мягче. Блейз удивленно приподнял бровь.

Баэлира слегка растерялась, но продолжила:

— Если мы выживем и «Солёная вдова» вернется, я хочу покинуть Обитель. Не мог бы ты представить меня Эларо Морламину в Грэмни?

— А, ну… да. Это я могу сделать, — медленно произнес я. Родители Баэлиры были беженцами из Мильванориса, и я как-то рассказывал ей об Эларо.

Эльфийка улыбнулась, поднялась и неловко обняла меня, сидевшего на стуле.

— Мне пора вниз, — решительно произнесла она и ушла. Блейз выглядел весьма позабавленным: похоже, он каким-то образом читал мои мысли.

— Что смешного? — Резко спросил я, чувствуя, как лицо заливает краска. — До заката всего пара часов. Пора возвращаться на наш пост.