Беда не приходит одна…

Мы нагнали нетерпеливую Минашу. Она выглядела вполне довольной тем, что мы последовали за ней, но продолжала ехать впереди всех. Я пристроился на Джинджер между лошадьми Тарнаши и Глаши:

— Что вам известно об этом Перевале Черепов, о троллях и ограх?

Глаша заговорила за двоих поучительным тоном:

— Халифат охраняет все известные проходы в Бесконечную Тьму. Перевал Черепов был обнаружен во время…

Я раздраженно рыкнул. Мне и так было известно, что орки охраняют свои проходы, и лекция по истории сейчас была совершенно ни к чему:

— Просто дай мне полезную информацию, чтобы я знал, к чему готовиться.

Глаша немного затаила обиду на мои резкие слова. Сделав глубокий вдох, она начала заново:

— Перевал Черепов находится в долине. Его так назвали потому, что при его обнаружении там нашли огромное количество выбеленных костей тварей из Бесконечной Тьмы, которые сумели выбраться на поверхность. — Она торжествующе посмотрела на меня, довольная тем, что поделилась крупицей своих знаний. Я молча ждал продолжения.

— Если мне не изменяет память, гарнизон тамошнего форта насчитывал более двухсот воинов под командованием варлорда Ашанти. Горные тролли обычно выбираются поодиночке или парами, они редко собираются группами. Тёмные огры чуть стройнее и темнее кожей, чем их сородичи с поверхности. Главное их отличие – абсолютно черные глаза. При всей своей глупости они обладают великолепным ночным зрением, что делает их крайне опасными противниками в темноте.

Я вспомнил, чему меня учил Герн во время тренировок Гончих:

— Кое-что о горных троллях я знаю. Они самые крупные среди всех троллей и обладают невероятным обонянием, позволяющим выслеживать добычу. И пусть они не могут отращивать отрубленные конечности, регенерация плоти у них просто поразительная.

Глаша кивнула:

— Все верно. К тому же они обладают нечеловеческой силой – такой тролль запросто может скрутить огра. Скорее всего, они просто подчинили себе тёмных огров силой. Подставиться под удар такого чудовища – верная смерть. Считается, что они лезут из какого-то неизведанного подземелья в Бесконечной Тьме, поскольку большинство тех, кто выбирается на поверхность через Перевал Черепов, не достигают обычных для своего вида размеров.

— Неизведанное подземелье? — Матео подобрался достаточно близко, чтобы расслышать наш разговор.

Тарнаша слегка развернулся в седле и обратился к Матео:

— У некоторых подземелий выходы есть только в Бесконечной Тьме. Вот почему мы так бдительно охраняем все проходы туда на поверхности.

Глаша добавила своим ученым тоном:

— Новым подземельям требуются сотни лет, чтобы пробить выходы на поверхность, а некоторые и вовсе никогда этого не делают. Если эти горные тролли действительно из подземелья, то, судя по их размерам, оно должно быть очень древним.

Чем больше они рассказывали, тем меньше мне все это нравилось:

— Сколько до перевала? — Без особого энтузиазма спросил я.

Глаша на мгновение задумалась, прикидывая наше местоположение:

— Миль пятьдесят. Может, чуть больше. Но тролли и огры, скорее всего, уже разбрелись по округе после разгрома гарнизона. Они могут совершать набеги на окрестные поселения.

Впереди Минаша свернула с тракта, следуя по оседающему следу пыли, оставленному конным отрядом. Мы двинулись за ней, а разговор Глаши и Тарнаши плавно перетек на то, как им все-таки успеть на Избрание и помочь Минаше заявить свои права.

Я приотстал, чтобы переговорить со своими ребятами и обсудить тактику:

— Если нашим подопечным будет угрожать опасность, Мейвит, Блейз и Раэлия атакуют цели с дистанции. Я встану в первом ряду вместе с Матео и Бенито. С ограми вы уже сталкивались и знаете, чего ждать. А теперь позвольте рассказать вам о горных троллях…

Я не стал сглаживать углы, описывая все ужасы встречи с горным троллем. В моей памяти все еще были свежи жуткие воспоминания о схватке со штормовым великаном. Мне не хотелось, чтобы кто-то проявил глупую храбрость и бросился на него в лоб – особенно это касалось Матео. Если нам и попадется тролль, я с большим удовольствием лишу его мозгов на расстоянии, чем стану рисковать чьей-либо жизнью.

К вечеру нам начали попадаться бегущие мирные орки. Большинство из них шли налегке, неся лишь самое необходимое. Клирики остановились, чтобы расспросить беженцев, и среди них нашелся один, кто работал в форте на Перевале Черепов. Новости оказались неутешительными.

— Я спал в одной из башен, потому что допоздна работал там. И вдруг услышал, как вдали взревел от боли первый огр – сработала одна из ловушек на подступах. Гарнизон быстро поднялся на стены, а наш клирик осветил ночное небо. — Он вздрогнул от нахлынувших воспоминаний. — Не меньше трех десятков этих тварей прорывались сквозь заграждения. А позади них шли исполинские тролли, подгоняя их вперед.

— Сколько было троллей? — Спокойно спросила Минаша.

— Я не считал, но, думаю, примерно вполовину меньше, чем огров. Я наблюдал за боем, пока первый тролль не добрался до восточной стены и не начал карабкаться наверх. Тогда я спустился на подъемнике, на котором таскал камни для ремонта башни, и дал стрекача. — На лице Минаши отразилась тревога при упоминании такого количества врагов.

— Ты уверен, что троллей было именно столько? — Обеспокоенно вмешалась Глаша.

— Да, почтенный клирик. Как я уже сказал, я их не считал, но их определенно было больше двенадцати. — Глаша отпустила его, и он, прихрамывая, поспешил догнать свою группу.

Тарнаша нахмурился, явно не веря своим ушам:

— Звучит слишком невероятно, чтобы быть правдой. Дюжина горных троллей? Если это так, мы совершим огромную глупость, если не дождемся хотя бы вдвое большего числа варлордов с их отрядами.

Глаша и Минаша обменялись напряженными взглядами. Ожидание означало, что к моменту нашего прибытия Избрание будет в самом разгаре – а возможно, имя победителя уже определят. К моему удивлению, Минаша решительно взяла инициативу в свои руки:

— Мы продолжим путь, но будем соблюдать осторожность. Если у меня будет время, я смогу справиться с шестью горными троллями.

Тарнаша, старый клирик, разразился гулким, раскатистым смехом:

— Дитя, ты, без сомнения, сильна – но шесть или двенадцать… стая горных троллей – это уже целая армия. В том, чтобы повременить, нет никакого позора. И нет бесчестья в том, чтобы признать: место Верховного уже упущено.

— Мы все еще можем подобраться поближе и разведать обстановку, — вмешалась Глаша, скорее размышляя вслух, чем споря. — Мы на конях и в случае чего сможем оторваться. К тому же те воины, что обогнали нас на дороге, наверняка были не единственными, кого призвали. Следом за нами могут двигаться другие подкрепления.

Я был не в восторге от этой затеи. Все, что мне когда-либо доводилось слышать о горных троллях, указывало на то, что это свирепые одиночки. Если их собралась целая дюжина, значит, дело приняло действительно скверный оборот. Герн как-то обмолвился, что встретить двоих троллей, которые при этом не заняты спариванием, означает, что сама Фортуна прокляла тебя.

— Я буду ехать впереди и разведывать дорогу каждые несколько миль, — твердо произнесла Глаша. — Если они где-то поблизости, я сделаю так, чтобы нас не застали врасплох.

Мы продолжили путь по проселочной дороге, и вскоре последние беженцы остались далеко позади. С наступлением сумерек воцарилась тяжелая, гнетущая тишина. Сражаться с тёмными ограми или горными троллями ночью было сродни самоубийству.

К счастью, мне не пришлось озвучивать свои опасения – Глаша сама все прекрасно понимала. Вернувшись из очередного дозора, она указала на север:

— Примерно в полумиле отсюда, в лесу, есть надежная пещера. Достаточно просторная, чтобы укрыть лошадей.

Мы последовали за ней сквозь поредевший лес и вскоре вышли к укрытию. Это была не совсем пещера, скорее глубокий навес у подножия небольшого утеса, образованный массивной каменной плитой, которая выступала наружу подобно природному козырьку. Редкие деревья оставляли вокруг чистую тридцатиярдовую зону. Земля перед входом была усыпана мелким скользким сланцем. Места здесь было предостаточно – почти сорок футов в ширину, двадцать в глубину, а высоты потолка вполне хватало, чтобы лошади могли стоять в полный рост.

Я отдал распоряжения своим людям:

— Мейвит, Раэлия – осмотрите окрестности на предмет следов. Блейз, Матео, Бенито – напоите лошадей и заведите их под навес. Никаких костров сегодня. Даже термальный камень не доставать, — предупредил я. — У горных троллей нюх настолько острый, что они могут почуять кровь за милю.

Ребята привычно и быстро разошлись выполнять задачи. Пока они были заняты, я прошел вглубь пещеры, прижал ладонь к холодному камню и пустил импульс земли. Камень отозвался вибрациями, помогая мне убедиться, что внутри нас не ждут неприятные сюрпризы.

Не стоило удивляться, когда за одним из шатающихся камней я обнаружил тайник со старым заржавевшим оружием. У этого мира была тысячелетняя история. Я расшатал булыжник, стыки которого со временем заросли мхом, из-за чего он сидел очень плотно. Тарнаша с любопытством наблюдал за мной, и когда я наконец вытащил и бросил камень на землю, он подошел ближе.

Я принялся доставать клинки один за другим – все они были покрыты толстым слоем ржавчины. — Глаша, иди-ка взгляни на это, — позвал Тарнаша летописца. Она как раз что-то обсуждала с Минашей, но тут же подошла к нам. В итоге из тайника было извлечено десять длинных мечей.

— Ни один из них не рунический, — разочарованно констатировал я. — Твое заклинание познания работает на обычных вещах? — Спросил я, протягивая последний вынутый клинок Глаше. Она кивнула, внимательно осмотрела оружие, а затем прикрыла глаза, сосредотачиваясь на заклинании.

Спустя минуту она прислонила меч к каменной стене:

— Их выковал местный кузнец втайне от всех. Они замышляли убить варлорда, который правил их городом. Это было около пятисот лет назад, и того города уже давно нет. Он назывался Клирмур. — Она указала рукой в сторону леса: — Раньше на месте этих лесов были пастбища.

— Твой дар никогда не перестанет меня изумлять, — благоговейно произнес Тарнаша.

Глаша улыбнулась:

— Ну, я вижу лишь обрывки из жизни и предназначения предмета. Я увидела много овец и вспомнила по старым картам, что в этой местности когда-то находился Клирмур – город, где разводили овец ради шерсти.

— Все равно впечатляет, — заметил я. — Но эти железки бесполезны. Качество изначально было так себе, да и металл совсем сгнил. — Я сложил мечи обратно в нишу, но не стал тратить силы на то, чтобы заваливать ее камнем.

Вернувшись, я помог Бенито и Блейзу управиться с лошадьми. Блейз негромко шепнул мне:

— Мне это не нравится. У ручья слишком тихо. Даже Бенито занервничал. — Бенито обычно пребывал в блаженном неведении относительно большинства опасностей – пока они не хватали его за горло.

— Давайте дождемся возвращения Раэлии и Мейвита, — кивнул я. Ждать пришлось недолго.

Раэлия мрачно доложила:

— Следы огра примерно в полумиле к югу, у ручья. На камнях неподалеку засохшая кровь, ей меньше суток.

— Куда ведут? — Встревожился я. Если где-то бродит раненый огр, за ним по пятам может идти тролль.

— Мы прошли по ним четверть мили в сторону от нас, — Мейвит старался говорить шепотом, но его голос все равно гулко разносился под сводами неглубокой пещеры. — Следам минимум полдня, так что мы решили вернуться.

— Теперь мы точно знаем, что как минимум один из огров с Перевала Черепов добрался до этих мест. — Я повернулся к Глаше:

— Сколько отсюда до Перевала Черепов и когда именно напали тролли?

— Нападение произошло две ночи назад, а до перевала отсюда около двадцати миль, — ответила она, подходя к нашей группе. — Они что-то нашли?

— Следы огра, — ответил я.

Глаша ненадолго задумалась:

— Нам стоит привязать одну из лошадей в лесу. Таким образом, если…

— Нет, — отрезал я. Мне очень хотелось добавить, что мы можем привязать там ее саму, но я сдержался. — Сейчас я посплю, а потом буду дежурить до самого утра. — Глаша согласно кивнула и вернулась к разговору с остальными.

Когда на лес опустилась ночь, сон никак не шел ко мне – я лишь беспокойно проваливался в дремоту и снова просыпался. В конце концов я поднялся на ноги. Прохладный, влажный воздух окутал меня, когда я подошел к Мейвиту и Раэлии и отправил их отдыхать, сменив на посту. Снаружи моросил мелкий дождь, окутывая все вокруг легкой дымкой. Я надеялся, что непогода сыграет нам на руку, скрыв наше присутствие и сбив наш след.

Я направил эфир в глаза и время от времени всматривался в чащу через подзорную трубу. Лес казался подозрительно вымершим – еще один дурной знак. Мелкое зверье всегда безошибочно чувствует, когда нужно затаиться.

Морось переросла в легкий дождь, и пропитавшаяся влагой земля начала приглушать мои импульсы земли. К счастью, у меня все еще оставалось ночное зрение. Заметив движение в отдалении, я сфокусировал взгляд на олене, несущемся во весь опор. Судя по направлению его бега, я легко мог догадаться, кто за ним гонится. Впрочем, до них было больше сотни ярдов, а значит, преследователи нас не увидят. Я решил не будить остальных, пока не удостоверюсь в опасности лично.

Земля едва заметно задрожала – хотя, возможно, это мои импульсы улавливали вибрации почвы. Два огра тяжело топали вслед за оленем, которого им явно было не догнать. Я облегченно вздохнул, когда они, не сбавляя шага, скрылись из виду справа от меня. Однако моя радость оказалась недолгой: следом за ними размашистым шагом двигался долговязый гигант. Из-за густой листвы я не мог разглядеть его торс, но не сомневался, что передо мной горный тролль. Я про себя взмолился Фортуне, чтобы чудовище продолжило преследовать огров, но, добравшись до тропы, по которой мы вышли к пещере, тролль замер.

В подзорную трубу я отчетливо видел, как он поворачивает голову – должно быть, принюхивался. Я наклонился, чтобы разбудить Мейвита, но обнаружил, что тот уже сидит с открытыми глаза.

— Тролль, — прошептал я. — Буди остальных.

И надо же было такому случиться – Фортуна все-таки прокляла меня. Тролль испустил протяжный, оглушительный вой, от которого дождь, казалось, замер на мгновение. Проклятье, он звал огров обратно.

— Всем подъем, быстро! — Прошипел я. Оставалось лишь надеяться, что он не призывает вдобавок своих сородичей.