– Почему они всегда бегут?

Джуаркаша на мгновение оцепенел от шока при виде гибели Руука. Он перевел взгляд с огромного фиолетового камня эфира на меня, затем обратно, и бросился бежать к выходу в центре огромного зала. Подражая своему любимому голосу Томми Ли Джонса, я пробормотал себе под нос:

— Почему они всегда бегут? — Мои раны затянулись лишь частично, так что я был не в той форме, чтобы гоняться за орком-клириком. Мог бы проявить хоть каплю вежливости и дать мне полчаса на самоисцеление.

Молниеносный аркан обвился вокруг его талии и тут же взорвался громовым сполохом. Клирик споткнулся, но устоял на ногах целым и невредимым и, едва восстановив равновесие, снова побежал. Минаша повторила атаку. На этот раз клирик рухнул, получив ранения средней тяжести – похоже, он не успел восстановить всю свою защиту. Ее третий удар ушел в потолок, взорвав красный кристалл в сорока футах над землей и обрушив вниз великолепный дождь из багровых искр.

Я прикрыл глаза руками, когда меня осыпало осколками и чешуйками светящихся красных кристаллов. — Прекрати! — Крикнул я ей. Когда зрение вернулось ко мне, воздух вокруг Минаши казался раскаленным – она стягивала к себе все больше эфира. Она вопросительно посмотрела на меня, и я подошел ближе, говоря на ходу:

— Дретчи сами его достанут. Ты же говорила, что нам нельзя их убивать. — Я не знал, насколько хороши Старейшины Искателей Истины, но правдоподобное алиби никогда не помешает. Мои костяные письмена могли защитить меня, но у Минаши не было моих преимуществ.

— Ты убил Руука, а у Джуаркаши нет чести, — упрекнула она меня. На ее лице читалась досада оттого, что клирик так и не отдал рога змеиного демона.

— Я не убивал Руука. Он просто оказался не в то время и не в том месте, — ухмыльнулся я. Ее лоб вопросительно нахмурился, но мгновение спустя она поняла намек и улыбнулась мне в ответ. Джуаркаша завопил о помощи, когда его настиг первый дретч, но этот крик лишь вызвал жужжание стиргов над головой. Я встал рядом с Минашей, наблюдая, как он пытается пить зелья и поддерживать свои щиты.

К моему удивлению, минуты шли, а он все еще успешно держался. Было очевидно, что у него огромный запас эфира и он прекрасно натренирован в защитной магии, хоть я и считал его обычной шестеркой. Проблема заключалась в том, что он застрял на месте, а дретчи постепенно созывали своих собратьев. Теперь его окружали четыре дретча, а над головой кружили четыре стирга. Он продержался гораздо дольше, чем я ожидал – почти двадцать минут – и даже умудрился убить двух стиргов, хотя на их место тут же прилетели четыре новых.

Минаша расслабилась, наблюдая, как дретчи разрывают тело на части и жадно пожирают плоть. Мясом они не ограничились: вскоре их челюсти с шумом принялись дробить и перемалывать кости. Это было одно из самых жутких зрелищ, что я видел в Дезии. Я сокрушался об упущенной эссенции, но был не в том состоянии, чтобы сражаться с четырьмя дретчами и шестью кружащими поблизости стиргами.

Я решил использовать собиратель на Рууке, пока его тело не перестало выделять эссенцию. Не зная, нужно ли убирать каменное надгробие, чтобы поднести собиратель ближе, я активировал его возле обнаженного плеча варлорда. Вытягиваемая эфирная эссенция шла лишь тонкими струйками, так что прибор определенно требовалось поднести ближе к сердцу. Сформировавшаяся большая эссенция оказалась бледно-желтой и напомнила мне крупный лимонный леденец – это была эссенция проницательности.

Я взглянул туда, где пировали уже семь дретчей, и снова мысленно пожалел об эссенции клирика, но там уже просто не на что было направлять собиратель. Я отвернулся и направился к проходу, ведущему к ледяному демону.

— Нам не нужен ледяной демон, если мы сможем забрать рога змеиного демона, — резонно заметила Минаша. Я проигнорировал ее слова, так как мой взгляд был прикован к моему черному копью. Демонический камень практически соприкасался с ним, словно поджидая, когда я попробую вернуть свое оружие.

— Я хочу забрать свое копье. Поможешь? — Спросил я, не сводя с него глаз.

Надо отдать ей должное, Минаша кивнула и приготовилась прикрыть меня. — Я буду готова через пару минут, — сказала она, снова начиная собирать эфир. Я кивнул и остался стоять, не отрывая взгляда от копья и делая глотки воды, чтобы восстановить массу тела. Затем я закрепил на обуви ремни с мелкими металлическими шипами, которые должны были помочь мне передвигаться по льду.

Я дождался, пока Минаша встанет рядом, закрепив на своих сапогах такие же ледяные шипы. Мы переступили порог: в одной руке я держал Погибель Магов, в другой – щит. Проход позади нас тут же запечатался – выход преградила стена из синего свет-камня. От волны ледяного воздуха по коже побежали мурашки: температура здесь уже была ниже нуля. Наше дыхание вырывалось облачками пара. Глубокий вдох отозвался болью в легких.

Еще во время разговора с Глашей мы разработали тактику против каждого демона. К сожалению, адская гончая повела себя не по плану, и теперь ледяной демон делал то же самое. Камень развернулся, принимая вертикальное положение, и с его костяного экзоскелета посыпался порошкообразный снег. Перед нами предстал девятифутовый демон, похожий на голема, и он держал мое чертово копье!

— Мне нужно вернуть это назад, — зло процедил я. Вместо того чтобы подчиниться, ледяной демон присел и бросился на нас. Щиты из молний и воздуха мешали его движениям, пока мы кружили по обледенелому полу, скрежеща шипами по льду. Демон не умел обращаться с копьем и просто дико размахивал им. Обычно это существо сражалось своими внушительными когтями, но мое оружие ему, похоже, приглянулось.

Его массивные задние лапы позволяли ему совершать стремительные рывки вперед, но из-за костяных пластин он медленно разворачивался, так что, пока ты продолжал кружить, можно было оставаться вне пределов его досягаемости. Одна ошибка – и этот тысячефунтовый демон сомнет тебя, и тогда все кончено.

Наш план, как и тактика большинства варлордов, сражавшихся с этим демоном, заключался в том, чтобы вонзить клинок в его коленный сустав. Если это удастся, его подвижность сильно снизится. Проблема заключалась в том, чтобы подобраться достаточно близко. Он размахивал моим копьем по огромной дуге, словно мухобойкой. Пол был предательски скользким, и можно было поскользнуться на ледяной проплешине в самый неподходящий момент, даже несмотря на наши металлические шипы.

Температура стремительно падала, и я начал всерьез беспокоиться. — Хочешь, я попробую? — Спросила Минаша. Наш план «Б» заключался в том, чтобы она непрерывно била молниями в надежде попасть. Она уже направляла так много эфира на свои щиты, что ее топ бесследно исчез, да и кожаная юбка была на грани. С другой стороны, эфирная аура вокруг нее, похоже, сдерживала холод. Ее кожа блестела от пота.

— Нет, я сам попробую обездвижить его, — ответил я. Я изучил повадки ледяных демонов, они были вполне предсказуемы, но меньше всего мне хотелось проверять прочность своей брони против черного копья. Я слишком часто видел его в деле: оно с легкостью рассекало и доспехи, и плоть. Я сблизился с демоном и ушел в скольжение в тот момент, когда он описал копьем дугу. Оно прошло в нескольких футах над моей головой, а мое тело врезалось в его костяную ногу. Погибель Магов нашла сочленение, когда я с силой вогнал клинок между двумя костяными пластинами.

Я уперся обеими ногами в его голень и оттолкнулся, скользнув назад задолго до того, как копье с грохотом обрушилось на лед, выбив фонтан ледяных осколков. Его движения напоминали неуклюжего робота. С Погибелью Магов, застрявшей в колене, он больше не мог сгибать сустав или быстро разворачиваться. В моей руке вместо Погибели Магов появился меч Брута. Я надеялся, что Погибель Магов нарушит его способность понижать температуру, но воздух теплее не стал. Ждать и проверять времени не было: пот кристаллизовался на моей коже, едва успев выступить.

— Я обойду его и атакую сзади! — Крикнул я Минаше. Ее грозовые щиты эффективно сковывали его движения, но мое время истекало, да и Минаше было тяжело маневрировать на льду, одновременно вытягивая эфир из окружения. Если холод парализует меня, мы проиграли.

Я быстро зашел демону за спину и принялся рубить костяные пластины. Осколки мерзлой кости засыпали мне лицо, пока я концентрировал удары. Дело шло слишком медленно, поэтому я рискнул и попытался срубить твари голову. Глаша была права: это было высокомагическое существо с сильным сопротивлением эфиру. Но все же недостаточно сильным, чтобы противостоять мне. Тело демона заледенело и медленно повалилось набок.

Выход больше не был заблокирован, но температура все еще оставалась далеко ниже нуля. Минаша уже спешила к выходу: стоило ей перестать собирать эфир, как холод, от которого она защищалась, мгновенно навалился на нее.

Я забрал свое черное копье, заметив сундук с наградой у стены зала. Он выглядел как цельный ледяной куб, и это могло подождать. А вот некоторые другие вещи – нет. Холодный воздух мгновенно высушил мой пот, я задрожал от крупной дрожи, выжидая, пока накопится достаточно эфира для призыва собирателя. Мне удалось вытащить Погибель Магов из колена демона и убрать ее в ножны, пока мое тело медленно покрывалось тонкой коркой инея.

Когда пришло время, я уже почти ничего не чувствовал, а мысли путались, но собиратель выдал высшую эссенцию воды. Именно то, на что я надеялся. Я вывалился из ледяной комнаты в жаркий, влажный воздух главного зала. Минаша наблюдала за мной и одарила неодобрительным взглядом, каким матери смотрят на неразумных детей. — Это могло и подождать, — пожурила она меня. В ответ я лишь затрясся от холода. Может, и так, но мне показалось, что промедли я дольше – и получил бы лишь большую эссенцию.

Минаша позволила мне медленно согреться, пока сама караулила окрестности. Вокруг было чисто, а дретчи, покончив наконец с трупом Джуаркаши, разбрелись и снова принялись бесцельно блуждать. Нам нужно было забрать то, что осталось от снаряжения Руука и Джуаркаши, а еще я хотел поохотиться на квазитов, раз уж мы больше не спешили.

Я вернулся за ледяным кубом, когда почти полностью исцелился и немного оттаял. Я просто убрал его в свой карман и перенес в главный зал, чтобы он растаял там. Сквозь толщу льда виднелись серебряные монеты, вмерзшие вместе с чем-то похожим на большую фарфоровую чашу, покрытую руническими письменами. Пока лед таял, я забрал большую часть фиолетового камня эфира, чтобы иметь возможность разобраться в том омерзительном месиве, в которое превратился варлорд Руук.

Все, что мне удалось добыть из этого человеческого блина – его рунический полуторный меч и серебряное руническое кольцо. Все остальное было безнадежно испорчено и пропитано его телесными жидкостями.

— У тебя рога ледяного демона? — Спросила Минаша. Получив мой кивок, она продолжила:

— Мы возвращаемся на поверхность?

— Еще нет. Я хочу посмотреть, сможем ли мы поймать еще квазитов. — Она медленно кивнула в знак понимания. — Скоро мы увидим, что осталось от Джуаркаши, — сказал я, постучав по ледяной глыбе, на которой сидел. Потребовалось почти два часа, чтобы блок растаял, явив миру три десятка крупных серебряных монет и большую чашу, украшенную сценами сражений демонов. Эти сцены, изображавшие самых разных исчадий, требовали пристального изучения, так как руны буквально вплетались в рисунки.

— Глаша использует на ней свое заклинание познания, — сказала Минаша после того, как я полчаса безуспешно изучал сосуд. Я пытался сопоставить руны, которые видел, но это давалось с трудом. Стоило мне подумать, что я на верном пути, как я обнаруживал крошечные руны на мече какого-нибудь демона. Я опасался вливать в нее эфир, не зная истинного назначения чаши.

Мы направились к месту гибели Джуаркаши, попутно уложив пару дретчей и собрав с них эссенции, чтобы освободить дорогу. Пара стиргов пыталась сосать кровь из каменных расщелин в полу. Я прикончил их и тоже пустил на эссенции. От клирика не осталось ничего, кроме окровавленных клочьев рясы. Рога змеиного демона нам были не нужны, так что искать их мы не стали. Возможно, дретчи их просто сожрали.

Мы обыскали округу и нашли лишь кое-какое обычное снаряжение, пришедшее в полную негодность. — У него были какие-нибудь артефакты? — Спросил я Минашу после недолгих поисков.

— Талисман и наруч… — Она замялась, вспоминая. — Больше ничего не помню.

Мы расширили зону поисков, высматривая эти предметы. Не найдя ничего даже после того, как уложили еще четырех свинолюдов, я предположил:

— Может, дретчи их сожрали? — Действительно ли я хотел вскрывать желудки этих мерзких тварей? В конце концов, я попытался обыскать желудки четырех дретчей возле места убийства. Во время этой тошнотворной работы я нашел лишь полупереваренную орочью плоть, но никаких артефактов там не было.

Мы переключили внимание на приманивание квазитов. Зал был меньше полумили в поперечнике, но бродячие дретчи нападали на тебя, стоило приблизиться к ним ближе чем на двадцать ярдов. Я воспользовался возможностью, чтобы прибрать к рукам блоки желтого, красного и зеленого свет-камня.

Зал теневого демона выглядел зловеще, внутри него теплилось лишь слабое зеленое свечение. Мы не собирались искушать судьбу, бросая вызов самому сильному демону. Именно поэтому мы продвигались медленно, высматривая неуловимых зеленых бесенят. Семь дретчей и четыре стирга спустя я наконец заметил одного. Он сидел на небольшом валуне и грыз желтый гриб.

Крошечное существо подозрительно уставилось на нас при нашем приближении. Если бы Минаша применила молнию, от него ничего бы не осталось для собирателя. Я надеялся, что он станет невидимым и попытается спрятаться. Вместо этого паршивец бросился наутек, унося с собой свою грибную добычу. — Ну почему они всегда бегут? — Застонал я.

Погоня превратилась в нудную и раздражающую игру в кошки-мышки: квазит держался вне зоны досягаемости, постоянно останавливаясь, чтобы посидеть и понаблюдать за нами, продолжая жевать свой гриб. Я пробовал оставлять на земле орехи, чтобы приманить его, но они его не заинтересовали – возможно, он понимал, что я пытаюсь его обмануть. Когда я оставил для него одно из своих немногих уцелевших драгоценных яблок, другой квазит утащил его, пока я был сосредоточен на первом.

Когда я начал злиться, Минаша посоветовала мне успокоиться, хотя сама явно развлекалась. — Они трикстеры и воры. Это их природа, и они будут использовать твою злость, чтобы заставить тебя совершить ошибку. — Я лишь хмыкнул в ответ, недовольный тем, что меня обставляет мелкий зеленый демон. Второй квазит был невидим и прятался между двумя камнями со своим трофейным яблоком. Я подошел поближе и просто убрал все существо целиком в свой пространственный карман. Я не удивился его сильному сопротивлению моей пространственной магии – но оно было недостаточно сильным, чтобы устоять.

Первый квазит тут же разозлился, заверещав на нас на незнакомом языке и отчаянно разыскивая своего пропавшего спутника. Я лишь торжествующе ухмыльнулся его смятению. — Пойдем, Минаша.

Она удивилась, когда мы направились обратно к центру зала. Но квазит еще не закончил с нами: он попытался отомстить, натравливая на нас дретчей и стиргов. Я был только рад легкой добыче и эссенциям. Я просто ждал, пока тварь совершит ошибку и подберется достаточно близко, чтобы ее сцапать.

Жажда мести пересилила его осторожность. Когда я повернулся спиной, он бросился на меня под прикрытием невидимости. Мой Голос земли точно подсказал мне, где он находится, и мгновение спустя он присоединился к своему товарищу в моем пространственном кармане. Минаша даже не поняла, что я забрал и второго бесенка.

Перед нами вырос портал выхода. Я собрал почти пятьдесят малых эссенций быстроты и вдвое меньше малых эссенций очарования. В отдалении теперь бродили лишь несколько дретчей.

Мы вышли и начали подниматься по бесчисленным ступеням к поверхности. Минаша была права: эти ступени изматывали до предела после более чем суток напряженных боев в подземелье. Когда мы наконец добрались до верха и вышли наружу, яркое утреннее солнце ослепило нас, ударив прямо в глаза. Вокруг каменного здания раскинулся палаточный лагерь, и протяжный звук рога возвестил всех о нашем возвращении.

Варлорды, клирики и Старейшины поспешили навстречу, чтобы посмотреть, кто вышел первым. В руках у Минаши было по мешку: в одном лежала голова адской гончей, в другом – голова ледяного демона. Я видел, что Старейшины были не в восторге от того, кто именно оказался победителем. Минашу тут же увели на расспросы Старейшины, а я остался стоять один под пристальными, тяжелыми взглядами варлордов и клириков.

Глаша подошла и спасла меня, отведя в сторону для приватного разговора. — Что случилось с Джуаркашей? Он идет?

— Его достали дретчи, — просто ответил я на случай, если за нами следили. Она выглядела потрясенной.

— А как же варлорд Руук? Разве он его не защитил? — Спросила она, пытаясь осознать эту хорошую новость.

Ровным голосом я сообщил ей о его участи:

— Он оказался зажат между молотом и наковальней.