Змеи на приливе

Путь обратно в Обитель предстоял неблизкий. На палубе небольшого рыболовного катера собрались немногие уцелевшие, самые сильные стражи. Судно упрямо резало волны, идя против ветра, пока несколько магов на палубе подчиняли себе водную стихию, ускоряя ход. Настроение у всех было мрачным и тяжелым. Хоть стражи и были воинами, регулярно тренировавшимися для боя, их мастерство редко подвергалось настоящей проверке. За последние две недели они раз за разом терпели поражения, и вся тяжесть этой неудачи теперь мертвым грузом лежала на плечах Фенлориана.

Я стоял на корме, не в силах отвести взгляд от флота Братства Мицры. Они не преследовали нас, а направлялись к гаваням бездушной деревни. Фенлориан, переговорив с глазу на глаз с несколькими стражами, подошел и встал рядом. Его взор устремился туда же, куда и мой, хотя вражеские корабли уже превратились в едва различимые точки на горизонте.

— Лепид в безопасности? — Тихо спросил он.

— Да, — ответил я, понимая, что пришло время узнать правду. — Вы говорили, будто Лепид хотел использовать меня, чтобы убить Императора-лича. Это и вашей целью тоже было?

— Нет, — коротко обронил Фенлориан. Наступило долгое молчание, прежде чем Верховный Страж снова заговорил:

— Помогая повелителям нежити, Братство само подписало себе смертный приговор.

— Стражей всего полторы тысячи, ну, может, вдвое больше, если считать вместе с Охотниками Смерти, — возразил я. — Не думаю, что ради мести вы сможете бросить вызов целому народу, в котором миллионы душ.

— Мы, — поправил он меня, когда я оговорился и вместо «мы» сказал «вы». Я ведь примкнул к стражам, но, очевидно, все еще не считал себя полноценной частью их ордена. — Наказывать их будем не мы, а другие народы.

Мне доводилось лишь вскользь читать об истории Братства Мицры, и я знал, что змеелюди регулярно отправляли огромные флотилии на завоевание континента. И каждый раз это заканчивалось тем, что враждующие государства объединялись, чтобы дать отпор захватчикам-нашасари. Интересно, те нашасари, которых мы обнаружили в секте в Годоке, тоже были замешаны в этом заговоре с нежитью?

— Если только хоть один страж переживет это нападение, — раздался из-за наших спин голос Торандира, прервавший мои мысли. Роба мага огня была изодрана и перепачкана кровью, а сам он выглядел смертельно уставшим.

— Я думал об этом, — отозвался Фенлориан. — Возможно, лишение нас возможности отправлять магические послания – часть их замысла. И все же на каждом из их кораблей может быть от силы две сотни нашасари. Если не брать в расчет матросов, наберется едва ли тысяча воинов. У бездушных тоже была тысяча бойцов, и за последние два дня они потеряли сотню. Повелитель нежити и его приспешники окажутся бессильны против защитных укреплений Обители.

Я не стал указывать на то, что именно их слепая сосредоточенность на защите от нежити и станет причиной их гибели. Сначала бесчинствовали демоны, а теперь за дело возьмутся нашасари.

— Против двух тысяч воинов мы устоим, — с твердой уверенностью произнес Фенлориан.

— А как быть с их магами? — Спросил я. — Маг нашасари подчинил себе разум бездушного, отправил его в подземелье, а когда мы его связали, он просто убил того, в кого вселился. Подземелья находятся в десятке миль под землей, если не глубже. Насколько же он должен быть силен, чтобы удерживать ментальную связь на таком расстоянии?

— У нашасари мало по-настоящему сильных магов, — пренебрежительно отмахнулся Фенлориан, однако в его голосе проскользнула тень сомнения.

Торандир, один из верных советников Фенлориана, не согласился с ним:

— Друг мой, не позволяй времени и пыльным древним отчетам туманить твой рассудок. Ты же знаешь, как плодится Братство. За последние двести лет все могло измениться.

— И как же они плодятся? — Поинтересовался я, поскольку мало что знал об этой расе.

Фенлориан мрачно пояснил:

— Подобно змеям, они откладывают кладку яиц. Гнездо оставляют в закрытой камере без присмотра. Когда детеныши вылупляются, они вынуждены пожирать друг друга, чтобы выжить. И лишь когда остается один-единственный выживший, мать забирает новорожденного и начинает его растить. Так они гарантируют, что выживают только самые сильные.

Я содрогнулся от мысли, что разумные существа способны на подобную жестокость.

— Это варварство, — я повернулся к Торандиру, когда мне в голову пришла одна мысль. — И вы думаете, они могли измениться и начать заботиться обо всем выводке? Сколько яиц в одной кладке? Как часто они приносят потомство?

Торандир, судя по всему, был главным знатоком этой расы.

— Самки достигают зрелости к десяти годам и откладывают яйца каждые два года. За один цикл они приносят от двенадцати до двадцати яиц, — со всей серьезностью ответил он.

— Да они же за пару десятков лет могут расплодиться до миллиардов… — пробормотал я, не веря своим ушам.

— Если бы не постоянная грызня между их кастами, они бы уже давно заполонили все континенты, — вмешался Фенлориан. — К тому же они хладнокровные и плохо переносят холодный климат.

— Примерно раз в столетие они отправляют через море огромные армии, но другие народы объединяются и отбрасывают их назад. Это коварное племя. Сейчас, после стольких нарушенных договоров и предательств союзников, их практически никто не принимает у себя с дипломатическими визитами, — объяснил Торандир. — А где Лепид? — Спросил он, оставив вопрос повиснуть в воздухе. Фенлориан тоже выжидающе посмотрел на меня.

Я вздохнул, раздумывая, не подгадать ли его появление так, чтобы он сразу перелетел через борт. Но катер шел на приличной скорости, и у нас просто не было времени разворачиваться и вылавливать его из воды. Поэтому я просто материализовал его чуть приподнятым над палубой – так, чтобы он наверняка споткнулся о бухту каната.

— Он у меня. Забирайте своего ненаглядного, — сказал я, и в тот же миг Лепид появился прямо на ходу. Инерция движения сбила его с толку, он как-то неловко оттолкнулся ногой, когда сила тяжести опустила его на палубу с высоты полуфута. Нога зацепилась за канат, и ревенант кубарем покатился по доскам, окончательно запутавшись в веревках.

Среди стражей на палубе поднялась легкая суматоха, пока Лепид барахтался, пытаясь высвободиться. Мой секрет раскрылся, но вряд ли это имело значение перед лицом грядущего нападения Братства. К тому же многие стражи были удивлены, увидев Лепида без маски, ничуть не меньше, чем узнав о моих способностях.

— Лепид, иди к нам на корму, — позвал Фенлориан, когда тот наконец распутался с помощью пары стражей. Ни Торандир, ни Фенлориан не выказали ни удивления, ни брезгливости при виде лица Лепида без костяной маски.

— Мы ушли? — Спросил Лепид, приходя в себя.

— Мы покинули остров. Но у побережья показался флот Братства. Скорее всего, они планируют штурм Обители, — ответил Фенлориан. — Зачем Септимусу Аквилину сотрудничать с ними?

Лепид одарил меня взглядом, в котором читалась ярость, но быстро взял себя в руки, обдумывая полученные сведения.

— Это была ловушка. Они хотели ослабить Обитель перед штурмом. Если попытаться угадать мотивы Императора, я думаю, он планирует уничтожить сначала стражей, а затем Охотников, чтобы действовать на материке совершенно беспрепятственно. Он хочет вернуть свою Империю, а затем и весь континент. После Обители его целью станут Цитадели.

— Но как он заставил Братство пойти с ним на сделку? — Снова спросил Фенлориан.

— На это я ответить не могу. Полагаю, тут есть взаимная выгода для обеих сторон, но я даже предположить не могу, что именно нашасари рассчитывают получить от этого союза, — признался Лепид.

Фенлориан повернулся к Торандиру:

— Я тоже теряюсь в догадках. Но если эти касты объединились, для всей Дезии это обернется катастрофой. Нам нужно отправить катера, чтобы разнести весть.

— Это самоубийство. Они перевернутся в первом же мало-мальски сильном шторме. Мы отправим корабелов на «Тяжкое похмелье», и, надеюсь, корабль успеют подготовить к отплытию до того, как они нападут, — рассуждал вслух Фенлориан.

— Чем больше стражей ты отправишь, тем слабее будет оборона Обители, — предостерег Торандир.

— Мир не выдержит одновременного нашествия нежити и Братства. Их нужно предупредить, чтобы они успели подготовиться, — твердо стоял на своем Фенлориан.

Разговор перетек на обсуждение приготовлений, которые следовало начать сразу по прибытии. Когда наш катер зашел в укрытую от ветров пещеру, она показалась мне похожей на огромный склеп. Не совершил ли я ошибку, приехав сюда? Было ли это то самое место, где провидица узрела меня и Иви? И что могло изменить наше присутствие здесь?

О нашем прибытии никто не знал. Поднявшись по ступеням на плато, я застал Блейза и Иви за едой в общей комнате. Как я и ожидал, Иви тут же подбежала и крепко обняла меня. Блейз с легкой усмешкой жестом пригласил меня присесть. Они ели рыбный пирог с грибами и овощами. По их виду и текстуре было понятно, что сушеные грибы и овощи просто размочили в воде.

— Все прошло как надо? — Спросил Блейз после того, как Иви убедилась, что перед ней не иллюзия.

— А разве хоть что-то у нас проходит как надо? — С сарказмом отозвался я. — Нас ждали и уныло заманили в засаду. Все это было спланировано, чтобы ослабить Обитель и убить Фенлориана. Убить его им не удалось, но погибли славные стражи. Барок среди них, — тяжело вздохнул я.

— С Баэлирой все хорошо?! — С тревогой спросила Иви.

— С ней все в порядке. Они близко дружили с Бароком, и для нее это тяжелый удар, — ответил я, и по лицу Иви разлилось облегчение.

— Что теперь? Нас ждет повторение того, что случилось в Махе? — Спросил Блейз, намеренно используя понятный только нам намек, чтобы не пугать Иви.

— Верховный Страж полон уверенности, но у меня есть сомнения, ведь мы толком не знаем, с чем столкнемся, когда придут нашасари. Чуть позже я собираюсь сходить в Хранилище и разузнать побольше о Братстве. Просто хотел заскочить к вам и показать, что я цел.

Рыбный пирог оказался отвратительным, но поскольку его готовила Иви, я честно доел свою порцию.

В Хранилище мне попасть так и не удалось: зазвучал колокол, созывая всех жителей Обители на плато. Звон не казался тревожным набатом, но стражи и дети поспешили туда, чтобы узнать новости. Последние две недели все жили в мучительном неведении, и я уже знал, что вести, которые им сообщат, будут безрадостными.

Надо отдать должное Фенлориану, он не стал сглаживать углы.

— Спасибо, что собрались так быстро, — обратился он к толпе. — Время сейчас на вес золота, ведь мы готовимся встретить величайшую угрозу, с которой когда-либо сталкивалась Обитель.

«Ну ладно, – подумал я, – когда я в следующий раз увижу эту провидицу-голиафа, я выскажу ей все, что думаю. Хотя прийти сюда ради безопасности Иви было моим собственным решением».

Толпа затихла, и Верховный Страж продолжил:

— Братство Мицры заключило союз с повелителями нежити.

По рядам собравшихся пробежал тревожный шепот. Фенлориан переждал, пока все снова утихнет.

— Мы ожидаем, что они нападут на Обитель и не оставят в живых никого, чтобы весть об их предательстве живых не разнеслась по миру.

Эти слова разожгли в стражах ярость. Они посвятили свои жизни тому, чтобы сдерживать нежить во имя живых, и этот союз казался им верхом предательства. Фенлориан видел их гнев и дал недовольству разгореться, прежде чем призвать всех к тишине.

— Мы не позволим этому случиться! — Воскликнул он, и толпа отозвалась одобрительными выкриками. — Нам нужно, чтобы каждый без устали трудился ради подготовки к нападению змеелюдей. Мы возведем укрепления от самого низа до вершины Обители и заставим их драться за каждую ступень этой лестницы!

Вновь грянули ликующие крики.

— Мы начинаем подготовку прямо сейчас! Обратитесь к старшим своих рабочих групп, чтобы получить задачи.

— Похоже, мне придется наделать целую гору стрел, — недовольно проворчал Блейз.

— А как же я? — Спросила Иви. — Я тоже хочу помочь.

— Я провожу тебя вниз, к инкубатору, и мы все узнаем, — сказал я, ласково потрепав ее по голове. Лепид, как начальник мастерской артефакторов, мог и подождать.

Спускаясь по ступеням, я изо всех сил старался успокоить Иви, уверяя, что все будет хорошо. Я говорил ей, что в Обители много сильных магов, а наше главное преимущество в том, что мы знаем о приближении врага.

Мы добрались до инкубатора раньше многих других, но там нам быстро объяснили, что птенцов и оплодотворенные яйца будут переносить наверх, на плато. Детям Обители предстояло спасать все, что возможно, унося ценный груз как можно дальше от места будущих сражений. Зная, где именно будет находиться Иви, по какой лестнице она будет ходить и где конечная точка ее маршрута, я немного успокоился и со спокойной душой отправился обратно на плато, чтобы явиться к Лепиду.

К моему удивлению, в мастерской артефакторов было пусто. Лепид в одиночестве упаковывал рунические книги в ящики. Он поднял взгляд; на его лице красовалась новая костяная маска – эта была слегка желтоватой от времени.

— Полагаю, мне следует поблагодарить тебя, — сухо произнес он.

— Не за что, — ответил я.

— Если бы ты… перенес… меня в своем пространстве до того, как мы вошли в подземелье, нам вообще не пришлось бы туда соваться, — заявил Лепид. Эти слова прозвучали как удар под дых. Ему не нужно было говорить прямо, чтобы я понял: он пытается переложить на меня вину за смерть Барока.

— Где остальные артефакторы? Какая у меня задача? — Процедил я сквозь зубы.

— Они улучшают наши оборонительные рубежи, чтобы те работали не только против нежити, но и против живых врагов, — ответил он, ничуть не заботясь о моем недовольстве. Возможно, эта колкость была местью за то, как я вытряхнул его на палубу катера прямо в канаты. — Ты будешь помогать с обороной плато. У повелителей нежити полно летающих тварей, которых они могут натравить на Обитель. К тому же это наш последний рубеж обороны, если они сумеют прорваться от воды к плато. Поговори с кастеляном.

Он отвернулся и снова принялся за книги.

Я нашел Ялориэна на плато – он вовсю раздавал указания людям. Сделав еще несколько распоряжений, он повернулся ко мне:

— Ходят слухи, у тебя при себе чертовски вместительное хранилище?

— Мне уже говорили, что оно у меня больше, чем у большинства, — машинально съязвил я.

— Вот и отлично, — он сунул мне в руку аккуратно исписанный листок. — Мне нужно, чтобы все эти припасы со складов были доставлены сюда, на плато.

Он тут же отвернулся, чтобы дать указания по поводу строящейся баррикады. Я заглянул в список: там были указаны номера складов и пометки о том, что именно требуется кастеляну. Судя по всему, список был составлен в порядке важности.

Стражи сновали вверх и вниз по лестницам, точно муравьи в потревоженном гнезде. Большинство тащили припасы. Маги земли с помощью камня закладывали открытые окна в пролетах. Другие стражи сооружали небольшие баррикады на площадках каждого этажа и складывали за ними бочки с копьями и стрелами. Работа кипела слаженно, на лицах людей читалась решимость. Спустившись до уровня, где находился вход в Хранилище, я сошел с лестницы и замер на мгновение, чтобы отыскать глазами полки, где хранились книги о Братстве Мицры. Когда у меня появится свободная минута, я точно знал, где проведу время. А пока мне нужно было внести свой вклад в подготовку к обороне Обители.