Глава 519.0

Фенлориан приблизился к группе, а я принялся разглядывать эту семерку, пытавшуюся опередить нас на входе в подземелье. Их предводитель явно был громилой, у которого мышц было куда больше, чем мозгов. Его спутники смущенно наблюдали за тем, как темноволосый воитель, активно жестикулируя, угрожающе выговаривал что-то Фенлориану.

Остальные члены его команды лишь качали головами, позволяя ситуации развиваться своим чередом. Состав группы в точности соответствовал описанию из путеводителя, который я успел просмотреть. Трое мужчин с ростовыми щитами и копьями, двое лучников с длинными мечами на подхвате, а седьмым участником была невысокая женщина – судя по слабому телосложению, маг с какими-то целительскими способностями и заклинаниями дальнего боя.

Фенлориан вел себя примирительно, пока здоровяк кричал о прежней договоренности и о том, что сегодня они были первыми в очереди. Стоявший рядом мастер гильдии не вмешивался, и в конце концов Фенлориан достал три зелья и протянул их мужчине. Тот выхватил их и зашагал прочь вместе со своей командой. Мастер гильдии лишь покачал головой на эти выходки и жестом пригласил нас проходить.

Прежде чем мы шагнули к обелиску, Фенлориан пояснил:

— Это был Крахан. Мы заняли его обычное время погружения – первые шесть часов светового дня. Мы хорошо ему заплатили, но я пообещал, что если мы когда-нибудь опоздаем, он сможет забрать свое время обратно.

— Прости, что задержал вас, — сказал я.

Фенлориан отмахнулся от моих извинений:

— Мастер гильдии понимает важность нашей работы и вмешался бы сам, но я не хотел, чтобы местные плохо думали о Стражах Смерти, поэтому компенсировал ему это зельями из прошлого похода. Нам пора. Надеюсь, с твоей помощью это вылазка окажется недолгой. — Фенлориан устало улыбнулся.

Мастер гильдии коротко кивнул Фенлориану и удалился. Я вошел первым, и меня окутало знакомое чувство перехода через портал подземелья. Воздух на той стороне оказался прохладным, с запахом сырости и металла. Пол представлял собой утоптанную неровную бурую землю без каких-либо следов недавней схватки. Кое-где высились одиночные валуны в человеческий рост. Мой первый импульс земли не выявил никаких угроз – под нами была лишь сплошная твердь. Подземелье, должно быть, почуяло этот импульс, потому что я тут же ощутил зондирующее прикосновение к моим ментальным защитным барьерам.

— Ого! — Раздался справа от меня потрясенный голос Иви, которая в изумлении закинула голову вверх.

Остальная часть зала действительно впечатляла, простираясь на добрую милю во всех направлениях от парного обелиска, из которого мы только что вышли. Внешние стены были сложены из черного камня. Но по-настоящему поражал потолок: его освещали толстые прожилки слабого синего света. По этим прожилкам с невероятной скоростью перемещались тысячи более ярких светящихся точек. — Грозовой мох, — пояснил я, глядя, как огоньки гоняются друг за другом по огромной ветвистой сети, раскинувшейся над головой.

— Это, должно быть, самый огромный грозовой мох, какой я только видела, — выдохнула Раэлия, потрясенная не меньше Иви. Отчасти из-за изящной красоты этого зрелища, отчасти из-за масштабов самого зала и толщины прожилок, по которым бежал свет. Некоторые из этих ветвей были достаточно толстыми, чтобы в них мог поместиться человек.

— Главное – не повредите мох, это единственное, что по-настоящему злит подземелье, — предупредила маг-лорд.

— Подземелья умеют злиться? — Недоуменно спросила Иви.

— Да, и тебе точно не захочется злить то, чья единственная цель в жизни – прикончить тебя, — полушутя ответил девушке страж. Я не стал его поправлять, но истинная цель подземелий – позволять нам собирать с них добычу, чтобы делать искателей сильнее для битвы с Титанами.

— Эти огоньки также служат таймером, — объяснил я Иви, Мейвиту и Раэлии. — Светящиеся точки, бегущие по мху, будут становиться все длиннее и длиннее, пока мох не засветится целиком. Тогда появится волна тварей. Когда все существа будут перебиты, свет сбросится, и обратный отсчет начнется заново.

Фенлориан кивнул, подтверждая мои слова. На ходу он заговорил, направляясь к далекой стене:

— Маг-лорд Кирия искала по периметру проход в Бесконечную Тьму, но пока безуспешно. Надеюсь, с твоим большим радиусом восприятия мы сможем ускорить поиски. — По моим прикидкам, нам предстояло обследовать более шести миль стен.

— Каково его сродство с землей? — Поинтересовалась маг-лорд, пристраиваясь в центре группы – судя по всему, для нее это была привычная роль мага в походах.

Фенлориан взглянул на меня, предоставляя мне самому решать, отвечать ли.

— Чуть больше семидесяти футов, — сказал я.

Она быстро произвела в уме расчеты, явно хорошо знакомая с плетением магии земли:

— Значит, больше пятидесяти эффективных. Весьма впечатляюще. Земля – всего лишь четвертая по силе моя стихия, но у меня этот показатель вдвое меньше. А у тебя есть другие плетения? — Спросила она с самым невинным видом, но Раэлия тут же вклинилась между мной и маг-лордом, задав свой вопрос, чтобы прекратить эти расспросы.

— С кем мы столкнемся в этих волнах? — Спросила Раэлия, бросив на маг-лорда предостерегающий взгляд.

— Мы останемся только на три волны, таков наш уговор с мастером гильдии. Первая волна – это зеленые гоблины, вооруженные закаленными копьями. Хотя они появляются у самых краев зала, они тут же бегут навстречу друг другу, собираются в одну группу и атакуют скопом, — объяснил Фенлориан. — Обычный огненный шар обычно легко рассеивает этот натиск. — Раэлия приободрилась при этих словах, ведь у нее появится повод применить свое любимое атакующее заклинание.

— Вторая волна – красные гоблины, — продолжил Фенлориан.

— Они скорее бурые, чем красные, — вставил я. — Если зеленые гоблины размером примерно с полурослика, то красные – примерно на фут выше, они сильнее, умнее, сбиваются в социальные группы и способны создавать неплохое оружие.

Фенлориан кивнул:

— Те, что в этой волне, носят кожаные доспехи и сражаются железными копьями и кинжалами. Тактика у них та же, что и у зеленых: собраться вместе перед атакой. Иногда при сближении они метают копья, а затем пытаются завалить числом, орудуя кинжалами.

Из путеводителя я знал, что шестьдесят фунтов чистого железа от наконечников копий и кинжалов составляли одну из самых ценных добыч этого подземелья. Его чистота делала этот металл идеальным для переплавки в сталь.

Я посмотрел на потолок с бегущими огнями – уже сейчас можно было заметить, как светящиеся точки в этой матрице вытягиваются. Это зрелище завораживало, даже несмотря на понимание того, что перед нами шел обратный отсчет до кровавой схватки. Пока мы шагали эту милю до внешней стены, я непрерывно посылал импульсы земли, но обнаруживал под ногами лишь сплошной камень. Подземелье, похоже, больше не изучало меня, так как я не чувствовал, чтобы что-то пыталось пробить мою защиту.

— Единственный ориентир, по которому мы можем здесь сверяться, – это выход из обелиска, — произнесла маг-лорд Кирия. — Мы доходим до стены и начинаем искать справа. По моим оценкам, мы прошли уже почти милю, но все, что я находила, – это лишь камеры содержания для тварей.

— Вы пытались пробиться в камеру за дверью? — Спросил я, когда внешняя стена наконец отчетливо проступила впереди, хотя все, что я видел, – это сплошную поверхность черного камня без намека на те двадцать три входа, о которых говорилось в купленном мной путеводителе.

Кирия лукаво улыбнулась:

— Скоро сам все увидишь.

Я не стал посылать импульс земли, пока не коснулся камня рукой. Это было вулканическое стекло – обсидиан. Но он не отражал свет, а словно впитывал его в себя. Остальные выглядели слишком расслабленными.

— Будьте начеку, — предупредил я их. — Подземелья меня недолюбливают и порой нарушают правила. — В ответ я поймал лишь недоуменные взгляды, и только Мейвит согласно кивнул.

Обсидиан оказался холодным на ощупь. Я послал импульс, и мне потребовалось время, чтобы разобраться в увиденном. Там была не одна камера содержания, а множество. От каждой из них змеились проходы: одни уходили вниз, другие вели наверх. — Для каждой волны своя камера? — Тупо спросил я.

— Именно так, — радостно подтвердила Кирия, заметив, что мне удалось разобраться в структуре. — Между ожидающими гоблинами ровно двадцать две пустые камеры.

— Я не вижу ни одного гоблина, — отозвался я.

Кирия указала направо:

— Должен быть в трех или четырех камерах правее от тебя.

Я тут же пошел вдоль стены, пока не наткнулся на него. Совсем небольшая комнатушка, в которой метался взбудораженный гоблин… нет, скорее тревожно расхаживающий взад-вперед. Разница заключалась в том, что проход за ним был перекрыт каменной стеной. — Вы исследовали проходы за камерами содержания? — Спросил я, опуская руку.

— Нет, — мрачно ответил Фенлориан. — Мы попытались пробиться в одну из пустых камер, но подземелье заблокировало коридор ловушкой. Весь потолок рухнул прямо на искателя Явина.

— Это моя вина, я неверно истолковала то, что увидела через отклик, — с сожалением произнесла маг-лорд Кирия.

— Это вполне объяснимо. Нашасари как-то проникли в Бесконечную Тьму, нам просто нужно найти, где именно, — признал Фенлориан.

— А что сказал ремесленник нашасари? — Спросил я, оглядывая колоссальный зал и размышляя, не может ли точка входа находиться на потолке или где-то на этом бескрайнем полу.

— Он ничего не сказал, и его больше нельзя расспросить – даже с помощью заклинания разговора с мертвецом, — резко бросил Фенлориан.

— Это случилось, когда мы стояли в порту Хая. Кто-то пробрался на борт и испепелил его, — признался второй страж. — От него остался лишь пепел.

— Вы поймали убийцу? — Раздался глубокий голос Мейвита.

— Нет, — с явной злостью ответил Фенлориан. Я не стал расспрашивать дальше, но моя паранойя тут же отметила, что на «Солёной деве» были как минимум два стража, о которых я точно знал, что они маги огня. И ни одного из этих магов не было с Фенлорианом, когда он пришел сегодня утром в канцелярию.

— Нам пора начинать… — сказал я и зашагал вдоль периметра зала, пока грозовой мох разгорался все ярче и ярче.

Как и говорила маг-лорд, здесь было двадцать три камеры содержания, и в каждой двадцать третьей камере сидело по одному гоблину. Большинство из них выглядели встревоженными, и я предположил, что они догадываются о своей участи. Означало ли это, что эти существа были привязаны к подземелью контрактом, как и высшие доппельгангеры? Вторая волна, красные гоблины, не занимали комнат, так что, судя по всему, они появятся только после того, как выпустят зеленых. Мне было любопытно, откуда вообще берутся эти гоблины.

Существует ли где-то целый город гоблинов, и участие в волне для них – своего рода честь? Или же каждого гоблина создают индивидуально по мере необходимости? А как быть с тварями из более высоких и сложных волн, которым бросают вызов крайне редко? Из моих книг следовало, что на девятой волне большинство искателей останавливалось, так как десятая волна была смертельно опасна, как бы хорошо ни была подготовлена группа. Двадцать три совомедведя в десятой волне обычно оказывались не по зубам отряду из семи человек, особенно после битвы в девяти предыдущих волнах.

В зале стало светло как в полдень, а я так и не нашел ничего, что указывало бы на проход в Бесконечную Тьму. — Мейвит, за этой стеной гоблин, — сказал я, указывая пальцем, и Мейвит кивнул, останавливаясь на месте и водружая на голову свой шлем в виде черного козла.

— Доспех стража? Никогда раньше не видела такого комплекта, — заметила маг-лорд Кирия. Мне не нужно было просить остальных держать язык за зубами, как бы настойчиво маг-лорд ни выпытывала подробности. То, что маги-лорды помогали нам, не удивляло, но репутация у них в целом была не лучшей – их считали крайними эгоистами.

— Здесь… — я указал на следующий пустой участок стены, за которым скрывался еще один гоблин. Фенлориан остановился тут, одобряя мой план.

Вскоре все семеро из нас заняли позиции, как раз перед тем, как бледно-синие прожилки на потолке окончательно застыли ровным светом. Я не знал, чего ожидать, стоя лицом к обсидиановой стене с Погибелью Магов наготове. Под моим эфирным зрением стена словно растаяла, уйдя в пол, будто обсидиановый камень превратился в воду. Гоблин собирался выскочить наружу, но замер как вкопанный при виде меня.

Это была полезная информация: гоблины не могли видеть нас заранее, чтобы подготовиться. Он завертел головой влево и вправо, не зная, куда бежать. По залу уже разносились визги и полные боли крики – мои товарищи расправлялись со своими гоблинами. Мой наконец определился и бросился на меня со своим деревянным копьем. Я сделал пять широких шагов навстречу, отбил древко в сторону и снес твари голову. Я быстро глянул на Иви слева от себя. Она тоже справилась со своим, но находилась в четырехстах ярдах от меня. Я быстро пустил в ход собиратель, получив малую эссенцию стойкости.

Пока я бежал к Иви, шестнадцать уцелевших гоблинов перекрикивались, спеша собраться в единый отряд. Это явно был заранее отрепетированный маневр, и я заподозрил, что гоблины знали друг друга и раньше, а значит, скорее всего, пришли из одного места. Возможно, внутри подземелья действительно существовал гоблинский город, поставляющий бойцов для волны. Означало ли это, что другие волны тоже населяли свои города?

Гоблин Иви был изорван в клочья ее воздушными лезвиями. Я посчитал, что сейчас не время хвалить ее за эту бойню, поэтому лишь коротко кивнул. Впрочем, ей и не нужна была похвала – она с нетерпением ждала эссенцию, которой оказалась еще одна малая эссенция стойкости. Я бросил ее девушке, и та ловко поймала трофей.

Вместе мы подошли к Раэлии и забрали и ее эссенцию. Раэлия использовала для убийства свой наследный клинок, вонзив его в основание шеи маленькой твари. После этого мы присоединились к остальным, пока уцелевшие гоблины строились на противоположном конце зала. Мне еще никогда не доводилось встречать обитателей подземелий, которые бы так неохотно шли в бой. Возможно, подземелье сохраняло им память, и они помнили, каково это – умирать снова и снова.

— Откуда у тебя этот собиратель? Это созданный в подземелье собиратель? — Спросила маг-лорд Кирия, немало удивленная его видом.

Скрыть его я все равно бы не смог, но ее неприкрытая зависть заставила меня пожалеть о том, что она его увидела.

— Да. У меня есть небольшой пространственный карман, где я его храню. — Ее глаза снова округлились от удивления – то ли от одного, то ли от обоих заявлений сразу.

Внимание наше привлекла маленькая гоблинская орда, которая, набравшись храбрости, с визгом и пронзительными криками ринулась на нас, выставив копья.

— Можно мне? — Спросила Раэлия. Огненный шар, уже формировавшийся между ее ладоней, разрастался с каждой каплей эфира, которую она в него вливала. Гоблины, заметив это, начали рассыпаться цепью, но это их не спасло. Сфера сорвалась с рук Раэлии и ударила точно в гущу несчастных тварей.

Взрывная волна нанесла не меньше урона, чем сам огонь: тела мелких гоблинов разлетелись на десятки футов.

Из четырнадцати гоблинов после взрыва шевелились только шестеро, и лишь один из них смог подняться на ноги. В горле этого упрямого гоблина тут же вырос каменный шип. Он слабо ухватился за него руками, после чего замертво рухнул на землю. Пещера мгновенно погрузилась во мрак – грозовой мох погас, и по его корневой системе снова побежали крошечные светящиеся точки.

Кажется, Мейвит был единственным среди нас, кому стало жаль гоблинов, – сняв шлем, он хмурился. — А где сундук? — Выпалила Иви.

— Возле обелиска, — указал клинком Фенлориан.

— Мейвит, иди с Иви, — распорядился я, направляясь добивать уцелевших гоблинов и собирать эссенции. Такие легкие победы не приносили удовлетворения, но отказываться от добычи я не собирался, даже если ее предстояло делить на семерых.