– Хватит валять дурака

Глава 374: «Хватит валять дурака.»

Лагерь на вершине холма шумел слишком сильно на мой вкус, когда я поспешил на звук грохочущих копыт. По крайней мере, позади меня не вспыхнул сигнальный луч. Я немного опасался, что Лекси могла запаниковать и использовать свой светящийся палец, когда проснулась. Путь кентавров пролегал по диагонали к нашему лагерю, но они собирались пересечь тропу, по которой мы поднимались на холм. Скрыть следы семи лошадей на размокшей от грязи земле было невозможно. И стоило мне об этом подумать, как стук копыт приглушился, а затем и вовсе затих. Должно быть, они наткнулись на наши следы.

Я укрылся за обвитым плющом деревом и прислушался к темноте. Примерно в пятидесяти ярдах от меня кентавры перешептывались на каком-то гортанном наречии. Мое ночное зрение позволяло различить силуэты пяти кентавров, но деталей с такого расстояния было не разглядеть. На вершине холма теперь хотя бы царила тишина, и я не сомневался, что мои спутники успеют подготовить оборону. Имея в распоряжении двух боевых магов, мне, пожалуй, не придется противостоять этой угрозе в одиночку.

Бешено колотившееся сердце успокоилось, пока я ждал, какое решение примут кентавры. Я ничуть не удивился, когда тени начали приближаться, следуя по грязному следу, оставленному нами в лесу. Двигались они на удивление бесшумно. Поблизости ухнул филин, и кентавры ненадолго замерли, прежде чем продолжить путь. Когда они вошли в зону моего насыщенного эфиром зрения, я мысленно выругался. Все кентавры были вооружены луками. В дальности атаки они превосходили магию Кастилии и Селены.

Во время тренировок Гончих Герн часами рассказывал о кентаврах. Те, что обитали на равнинах, обычно объединялись в огромные табуны-общины и даже построили пару городов. В этих городах у кентавров были свои кузнецы, мастера по изготовлению стрел и другие ремесленники. Они вели торговлю как с эльфийскими, так и с человеческими поселениями. Дикие же кентавры, напротив, придерживались иной философии и отвергали любое общение с другими расами, считая их низшими существительными. Эти дикари сбивались в небольшие группы и скрывались в глухой чаще. Они вели кочевой образ жизни и по какой-то причине люто ненавидели лошадей, убивая их при первой же встрече.

Готовясь к схватке, я призвал в руку Сердцеед. Кентавры продолжали негромко переговариваться на своем языке, и теперь я отчетливо слышал мягкий стук их копыт по земле. Я применил импульс Голоса земли, чтобы следить за ними, не выдавая себя.

Почуяв, что они, скорее всего, замышляют засаду на моих спутников, я быстро выглянул, чтобы оценить обстановку, как только они оказались в пределах видимости моего ночного зрения. Вожак кентавров был выше Мейвита и ничуть не уступал ему в ширине плеч. На его массивной, волосатой и мускулистой груди покоилась уродливая голова. Черты лица напоминали неандертальца. Его ноздри раздувались – он яростно втягивал воздух, пока четыре ноги несли его ближе. Я знал, что у них отличное обоняние, и пусть ночь выдалась безветренной, он все равно вскоре почует мой запах, если уже не почуял.

Я перехватил инициативу – шагнул вперед и атаковал вожака размашистым дуговым ударом. Тот попытался заблокировать мое копье своим натянутым луком, но черный наконечник в форме листа перерезал тетиву, расщепил древко и вонзился прямо ему в горло. Его глаза расширились от шока, он встал на дыбы, но было уже слишком поздно: голова безжизненно завалилась набок, едва удерживаясь на лоскуте кожи. Тяжелая лошадиная туша с грохотом рухнула на землю, и вокруг меня пролился дождь из горячих капель крови.

Они были умелыми охотниками: пара, шедшая за вожаком, уже вскидывала луки в мою сторону. Я намеренно замер и стал ждать выстрела. После того как две стрелы разбились о мой воздушный щит, я рванулся вперед, сокращая дистанцию с Сердцеедом наперевес. Я заметил, что замыкающие кентавры тоже бросились на меня. Вместо того чтобы тянуться за новыми стрелами, оба кентавра взмахнули луками, словно посохами. Это была неожиданная атака, заставившая меня уклониться вправо и изменить траекторию черного копья – уходя на безопасное расстояние, я начисто отсек лошадиную ногу.

Земля под ногами была слишком мягкой, чтобы шарики гарантированно разбились, поэтому, отступая, я швырнул три ослепляющих шарика в ближайшее дерево. Из быстро разрастающегося облака донесся полный боли рев безногого самца – куда более громкий, чем мог бы издать любой человек. Один из замыкающих всадников успел полностью выскочить из тумана. Он был гораздо меньше своих сородичей, и я предположил, что это была тренировочная охота для молодого воина.

Этот юный кентавр едва превосходил меня ростом. Он яростно зарычал и глупо бросился на меня с короткой пикой. Герн рассказывал, что кентаврам из-за тяжелой верхней части тела трудно менять направление во время разбега. И пусть я сражался с ними впервые, я доверился совету Герна. Я быстро сместился вправо, легко парируя деревянную пику. Когда он проносился мимо, я резко развернулся всем телом, описывая полный круг.

Черный наконечник копья со свистом рассек воздух и вошел молодому кентавру в поясницу, без труда перерубив позвоночник. Полутонное тело с шумом рухнуло на землю, подмяв под себя кусты. Его крики боли слились с воплями трехногого громилы, но я быстро заставил их умолкнуть с помощью Сердцееда.

Оставшиеся три существа подняли невообразимый шум, гневно и, возможно, панически выкрикивая что-то на своем наречии. Когда облако рассеялось, я быстрым выпадом Сердцееда пронзил сердце трехногого кентавра. Я уже отпрянул назад, пока тот зажимал рану и с криками звал на помощь своих ослепших сородичей.

Я зашел сбоку, пока двое других пробирались к своему уже мертвому товарищу. Еще один кентавр поменьше яростно тер глаза, опустился на колени и принялся ощупывать того, кого я только что прикончил. Вскоре он понял, что опоздал, и испустил полный муки вопль. Герн ни разу не упоминал, какими оглушительными могут быть эти твари. Его причитания резали слух, и меня настигло привычное чувство вины воина. Я заставил молодого кентавра замолчать, начисто снеся ему голову.

Последний кентавр, кажется, осознал, что его спутники мертвы, и попытался спастись бегством. Я бросился в погоню, и Сердцеед глубоко распорол ему бок. Он попытался лягнуть меня другой ногой, но лишь потерял равновесие, врезался в дерево и опешил. Лишив его возможности защищаться, я быстро избавил бедолагу от мучений.

Схватка заняла меньше минуты. Пока адреналин после боя еще бурлил в жилах, а сердце гулко стучало в ушах, я прислушался, выискивая другие угрозы в лесу. Напряжение медленно спало, когда насекомые снова завели свой оркестр, а в вышине вновь раздалось уханье филинов. В моей руке появился собиратель, и я опустился на колени перед последней добычей.

Я помедлил, сжимая копье, и повернулся в сторону холма.

— Похоже, наша помощь тебе не требуется, — раздался голос Лесны. Она появилась примерно в тридцати футах от меня, сбросив невидимость. Я выгнул бровь, глядя на крошечный ножик в ее руке, и гадая, чем бы он помог против этих чудовищных созданий. Мгновение спустя рядом с ней возникла Селена, тоже сняв невидимость.

В воздухе отчетливо пахло медью – эти существа щедро залили землю своей кровью. Селена с некоторым изумлением окинула взглядом место бойни.

— Не думаю, что ему вообще нужна чья-то помощь.

— Вовсе нет. Мне просто повезло, — ответил я, активируя собиратель. — Все могло сложиться совсем иначе, окажись я с наветренной стороны или не успей укрыться до их приближения.

Лесна уже видела артефакт, так что прятать его теперь не имело смысла. На самом деле я был тронут тем, что она пришла мне на выручку, хотя единственное, что она могла сделать своим ножиком – это разве что оскопить кого-нибудь из кентавров. Синий эфирный дым был слабым, но в итоге сформировалась малая эссенция – выносливость.

Селена принялась объяснять Лесне, что такое собиратель, пока обе девушки наблюдали за моей работой. Я переходил от одного всадника к другому. Из огромного вожака получилась большая эссенция мощи, а из другого я извлек еще одну малую эссенцию выносливости. Самый мелкий кентавр не дал ничего, а пятый принес эссенцию силы.

— Можете обыскать их сумки, если хотите, но поторапливайтесь, — сказал я. — Я подожду вас, но мы уходим.

Это был охотничий отряд, так что ничего ценного при них быть не могло, а их оружие было слишком громоздким, чтобы забирать его с собой. Я ждал, пока Лесна копалась в сумках, но та лишь разочарованно вздохнула, не найдя ничего стоящего. Мы вернулись в лагерь.

Стоило мне подняться на холм, как все взгляды устремились на меня. Бенито широко улыбнулся, увидев меня целым и невредимым, а Кастилия с самодовольным видом кивнула, будто исход боя был предрешен заранее. Остальные опустили оружие.

— Готовьте лошадей, мы уходим. Такое количество крови привлечет крупных хищников. К тому же, если эти кентавры не вернутся к утру в свой табун, за нами могут отправить погоню.

— Что там произошло?! — Требовательным тоном спросила Карина.

— Пять кентавров. Двое совсем молодые, так что их, скорее всего, учили охотиться, — ответил я, и в моей руке появилось седло Джинджер.

— Ты убил их? Разве кентавры не добрые? — Раздался из-за моей спины робкий голос Иви. Я помедлил и повернулся к ней. Девочка смотрела вниз, к подножию холма. Я видел, как Селена и Лесна преодолевают последний подъем.

Я обратился к белокурой девочке, стараясь говорить как можно мягче:

— Да, я убил их. Они крались к холму и собирались напасть на нас. Ты должна понять, Иви, это не сказка и не игра. Почти все в этом мире пытается тебя убить или использовать в своих целях. Полагаться можно только на друзей и союзников.

Она все еще выглядела растерянной, поэтому я вздохнул и протянул ей яблоко. Джинджер тут же возмущенно зафыркала, недовольная тем, что одно из ее любимых лакомств отдают кому-то другому.

— Отдай яблоко Джинджер, и сможешь поехать на ней верхом.

Мы снялись с места за несколько часов до рассвета. Я рассудил, что лучше убраться как можно дальше от места схватки. Я шел в авангарде в одиночку, пока Бенито, Блейз, Хелена и Сильф прикрывали наш тыл. Обойдя лагерь по кругу перед уходом, я заметил следы как минимум семи кентавров, так что табун поблизости мог быть весьма многочисленным. Я не знал, станут ли кентавры мстить нам. Оставалось надеяться, что жестокая картина, которую я оставил после себя, поумерит их пыл. Когда солнце показалось над верхушками деревьев, я вернулся к группе и собрал всех на завтрак. Земляным магам потребуется какое-то время, чтобы восстановить силы.

На этот раз я внимательно наблюдал за ними, пока они спешивались и с трудом удерживали равновесие. Лекси, кажется, порывалась помочь им своей исцеляющей магией, но суровый взгляд Кастилии заставил ее отступить. По крайней мере, не мне сегодня пришлось быть строгим надзирателем. Пока они жевали сухие пайки из сумок, я чувствовал, что все смотрят на меня иначе. Я подошел к Блейзу, который ел, не сводя глаз с тропы.

Я знал, что он ответит мне честно.

— Каковы настроения в группе? Я справляюсь?

Блейз на мгновение оглянулся на остальных, прежде чем ответить. Его лоб прорезала морщина, пока он подбирал слова:

— Ты хоть понимаешь, что вся твоя одежда в брызгах крови кентавров? — Мои руки действительно были покрыты мелкими красными крапинами, но я лишь пожал плечами. Блейз продолжил:

— Прошлой ночью, когда ты напал на них, до нас доносились звуки боя. Это звучало жутко. Они, — он кивнул в сторону пришельцев из другого мира, — решили, что ты погибаешь. И когда ты поднялся на холм в таком виде… Думаю, теперь они тебя боятся. Или, по крайней мере, того, на что ты способен.

— Спасибо за честность. А ты сам меня боишься? — Спросил я своего друга с легкой усмешкой.

Он усмехнулся в ответ:

— До тех пор, пока ты на моей стороне – нет.

Я прошел мимо остальных и отдал малые эссенции выносливости Селене и Лесне, пояснив, что они заслужили их, придя ко мне на помощь. Объяснение того, что такое эссенции, я оставил Кастилии. Устроившись в стороне на валуне, я поглотил большую эссенцию мощи. Мышцы на мгновение обожгло приятным жаром, пока эссенция усваивалась организмом. Проходившему мимо Бенито я бросил малую эссенцию силы. Тот благодарно кивнул и продолжил поить лошадей. Я был очень благодарен Блейзу и Бенито за то, что они без колебаний последовали за мной в Халифат, а теперь помогали спасать совершенно незнакомых им людей.

Когда мы снова двинулись в путь, заморосил мелкий дождь. За весь день нам не встретился ни один паук-люк, из чего я сделал вывод, что мы, скорее всего, покинули их территорию. Я пытался уговорить Кастилию прибавить ходу, но без исцеления и стремян для девушек пустить лошадей рысью было невозможно. Тем не менее, остаток дня мы довольно резво продвигались сквозь густую чащу.

На ночлег мы устроились у подножия каменистого холма. Я поговорил с Кастилией и Селеной, чтобы узнать, продвинулись ли они в общении с Аникой.

— Она невероятно умна, Эрик. Еще вчера она едва понимала нас, а сегодня мы уже можем вести простую беседу, — похвалила Анику Кастилия.

— Есть успехи в том, чтобы заставить их передумать насчет конечной цели? — Спросил я.

— Мы это не обсуждали. В основном мы говорим о магии и о тебе, — с усмешкой произнесла Селена.

— Обо мне? Почему обо мне? Ладно, не отвечай. Попробуйте лучше убедить их повернуть на северо-восток, в Гуншуй. Из Гуншуя мы сможем добраться до Геседмурии меньше чем за неделю, — прикинул я. — Если не получится, выясните, почему они так рвутся именно в Шиунъюэт. Мне кажется, они говорят нам не всю правду.

— Для доверия нужно время, — заметила Кастилия и посмотрела в сторону: к нам зачем-то направлялась Аника. Мы замолчали, ожидая, когда она подойдет и объяснит, что ей нужно.

Она вежливо кивнула:

— Ничего, если я немного потренируюсь со своей саблей?

— Тебе не нужно спрашивать разрешения. Если хочешь, я могу освободить Бенито с поста, и ты попрактикуешься с ним. У него есть мягкая ткань, чтобы обернуть клинки. Или, может, ты предпочтешь Хелену или Сильф? — Безучастно предложил я. Бенито как раз стоял на краю лагеря, всматриваясь в лес вместе с Лесной, но я вполне мог его подменить.

— А как насчет тебя? Не хочешь составить мне компанию и немного размяться? — Спросила Аника, сдерживая улыбку.

— Ты выглядишь бледновато. Думаю, Сильф подойдет тебе куда лучше, — честно ответил я. Сильф и Хелена лучше управлялись с копьем, чем с мечом, но они все равно могли составить ей хорошую партию.

Аника прищурилась, ее челюсть упрямо сжалась.

— Я тренируюсь с четырнадцати лет. Я держу клинок в руках уже двадцать лет и убила шесть человек с тех пор, как оказалась здесь. Уверена, я смогу тебя развлечь. — В ее голосе звучал явный вызов.

Проклятье, я только что выставил себя высокомерным шовинистом.

— Эрик умеет исцелять себя, так что можешь не сдерживаться, — подбодрила ее Кастилия с многообещающей улыбкой, хотя я так и не понял, кому именно она была адресована – мне или Анике.

— Хорошо. — Я поднялся на ноги. — Покажи, на что способна.