– Жизнь за жизнь

Глава 384: «Жизнь за жизнь.»

Я едва не смолчал. Мне не были известны последствия того, что они узнают в Карине и девочках иномирянок. — Могу я дать ей исцеляющее зелье? — Спросил я по-английски, сделав шаг ближе. Снадобье должно было восполнить часть потерянной Кариной крови и уберечь её от обморока, к которому она, судя по виду, была уже очень близка.

Матрона Люсетт слегка склонила голову набок, немного удивлённая моим обращением, но ответила с акцентом на английском:

— Ты из Геседмурии?

— Нет, откуда-то гораздо дальше, — отрезал я.

Она медленно кивнула и перевела взгляд на детей и Карину. Я ответил ей безмолвным подтверждающим кивком. — Почему же ты не пришёл ко мне вместе с ними?

Я продолжил говорить по-английски, так как наш разговор уже привлекал внимание других любопытных матрон. — Я прибыл в Дезию не с ними. Я здесь дольше. А они пришли сюда, чтобы просить вашей помощи, — особо подчеркнул я.

Люсетт вдруг показалась усталой, возраст проступил на её лице внезапно проявившимися морщинами. — Да, мне уже доложили. Если бы я принимала каждого, кто просит об аудиенции в ту же секунду, у меня не осталось бы времени на дела племени Слепого Ворона. — Она посмотрела прямо на Лекси, которая сжалась под её пристальным взором. — Однако, похоже, эти чужаки говорили правду. — Она тяжело вздохнула. — Можешь дать ей зелье. — Матрона Люсетт быстро переговорила с матроной Син, после чего мне позволили подойти. Я достал два малых исцеляющих зелья. Карина быстро осушила оба флакона.

Когда я опустился на колени, чтобы напоить её, Лекси и Иви прижались ко мне в поисках защиты, словно утята под крылом матери-утки. Слёзы Иви уже высохли, но глаза оставались красными. Лекси выглядела так, словно не спала несколько дней, и тяжело навалилась на меня.

Матрона Люсетт стояла над нами, пока лицо Карины принимало более здоровый цвет. — Я выслушаю их прямо сейчас, но они останутся связанными и под присмотром воинов племени Лунного Света. — Она указала на пятерых мужчин в темно-синих кожаных доспехах с изогнутыми клинками, обычными для племенных воинов. Они шагнули вперёд и подхватили Карину под мышки. Она всё ещё выглядела заторможенной. Заметив моё беспокойство, Люсетт пояснила:

— Её разум подавлен, это пройдёт через несколько минут.

Когда её практически понесли прочь, матрона Люсетт обратилась ко мне:

— Ты идёшь? Не думаю, что младшие пойдут без тебя.

— А как же Аника? — Спросил я, отчего Иви сжала мою руку ещё крепче.

Матрона посмотрела на тело:

— Все необходимые погребальные обряды будут соблюдены. Даю тебе слово. — Я взглянул на её мёртвые глаза и понял, что знаю о ней так мало. Возможно, Карина знала больше, но сейчас у неё хватало собственных забот.

Отыскав взглядом Блейза в толпе, я подал ему знак караулить – это означало, что он должен следовать за нами и ждать снаружи того дома, куда нас поведут. Волнение на площади улеглось, и большая часть толпы уже разошлась. Авантюристов и Каэдэ увели в другую сторону, пока я шёл вслед за одетыми в синее воинами, тащившими Карину.

Идти пришлось недолго, но количество устремлённых на нас взглядов тревожило. Иви и Лекси держались вплотную ко мне, пока мы не подошли к одному из больших, одинаковых каменных зданий. На сером камне по обе стороны от массивной двери из железного дуба были высечены вороны без глаз.

Я удивился, когда Люсетт сама открыла дверь. Петли толстой створки не издали ни звука, когда она плавно распахнулась. Навстречу нам вырвался поток воздуха с резким запахом благовоний. Тусклые свет-камни тянулись вдоль прохода, уходящего вглубь укрепления. Именно этим оно и являлось – отлично защищённым бастионом. В стенах и на потолке длинного коридора виднелись бойницы, а единственный заметный арочный проём в другую комнату находился почти в ста футах дальше по широкому проходу.

Я помедлил, но позади нас стояли двое воинов племени Лунного Света. Они остановились без всякой тревоги, но явно не собирались выпускать нас обратно. Затихающие, отдающиеся эхом шаги матроны и тех, кто нёс Карину, заставили меня продолжить путь, но в голове я уже прокручивал сценарии того, как быстрее всего перебить всех пятерых воинов.

В самом конце коридора узкая лестница вела наверх, и воинам, похоже, требовались указания Люсетт, куда идти дальше. После двух крутых поворотов мы вошли в огромный зал, залитый естественным светом из окон, с потёртым мраморным полом грязно-белого цвета. Люди самых разных возрастов и полов трудились за большими ткацкими станками по всему помещению. Судя по всему, пряжа была шерстяной. Мы пересекли зал под их любопытными взглядами. Люсетт вошла в одну из комнат, и мы последовали за ней.

За дверью скрывался вполне современный кабинет с полированным деревянным столом и множеством стульев. Карину без лишней нежности усадили на один из них. — Можете подождать снаружи, — бросила она воинам, которые переглянулись с сомнением. — Парни, вы тут окна видите? Куда, по-вашему, она денется? — Они нехотя вышли, и Люсетт жестом велела мне закрыть дверь, чтобы отсечь доносившийся из мастерской шум.

— Вы им соврали. Окно прямо там, — сказал я по-английски, указав на стену. Мойголос землиподсказал мне, что проём скрыт иллюзией, но даже я чувствовал лёгкое дуновение ветерка.

Люсетт тихо рассмеялась:

— А ты наблюдательный, да? Ну конечно, так в кабинете прохладнее, когда солнце в зените. Сами виноваты, что не проверили. — Карина тихо застонала, и я шагнул к ней, чтобы она не свалилась со стула. Девочкам я велел сесть на мягкую скамью у стены под изысканной картиной, изображающей летящего зелёного дракона. Его чешуя, казалось, была выложена изумрудной крошкой.

— Значит, вы с Земли? — Спросил я, неловко ожидая, пока Карина придёт в себя.

Люсетт усмехнулась, но затем её постаревшее лицо помрачнело от нахлынувших воспоминаний. — Родом из Нориджа, Англия. Я была под Амстердамом летом сорок пятого, когда меня затянуло сюда. Служила медсестрой в госпитале для канадских солдат и нескольких гражданских. Мы все вместе очутились в горах к северу отсюда. Первая ночь оказалась самой страшной – половина из нас замёрзла насмерть.

— Вы отлично выглядите для своих лет, — сделал я ей комплимент. — Кто-нибудь ещё остался в живых? — Спросил я, садясь между девочками, чтобы подбодрить их.

Она отмахнулась, хотя слегка покраснела:

— Простая структура заклинания позволила мне сохранить молодость, но в конце концов время забирает всех нас. — Её голос немного посуровел: — Что касается тех, с кем я пришла… те, кто выбрался из гор, в основном ушли на восток, и я больше никогда о них не слышала. Меня и ещё шестерых приютило племя Слепого Ворона, и теперь я осталась одна. — За этими немногими словами крылось гораздо больше, чем она озвучила. — А ты?

Я чувствовал, что должен хоть что-то рассказать, но раскрывать лишнего не хотелось. — Я из Соединённых Штатов. Прибыл несколько лет назад в Тельхианскую Империю. Меня загребли в легион, но в итоге я сбежал.

— А те, с кем ты прибыл? — Спросила она, устраиваясь поудобнее в кресле и изучая меня. Её светло-голубые глаза, казалось, смотрели насквозь, но даже с моим эфирным зрением я не заметил никаких признаков активированных заклинаний.

— Я их так и не встретил, — ответил я. Она озадаченно посмотрела на меня и уже собиралась задать следующий вопрос, когда нас прервал голос Карины.

— Аника жива? — Её речь была натужной, словно мозг с трудом подбирал слова.

— Мне жаль, дитя, но она не пережила удар эфирной молнии, — утешающим тоном произнесла матрона Люсетт.

— Отомстили? — Спросила Карина, постепенно приходя в себя.

— Вряд ли. Маг и ещё двое авантюристов уже на борту скифа у причала. Они попросили убежища у капитана из Эзенхема, и после расследования утренних событий вряд ли что-то будет предпринято, — с сожалением проговорила Люсетт.

— Что теперь будет? — Спросил я. — С Кариной, Иви и Лекси? — Я указал на каждую из них, помня, что когда у лица есть имя, это делает их более человечными в глазах окружающих.

Люсетт поднялась, подошла к полке и сняла толстый фолиант в кожаном переплёте. Она аккуратно положила его на стол. — Законы Шиунъюэта не сильно изменились за пятьсот лет, но они просты и позволяют поддерживать мир.

Она медленно перелистывала книгу, изучая каждую плотную страницу. — Я мало чем могу вам помочь. Авантюрист, которого ты убила, принадлежал к племени Лунного Света. Их матрона, Петра, решит твою судьбу, — бесцветным голосом произнесла Люсетт.

Карина, казалось, не испугалась и подалась вперёд:

— Каков наиболее вероятный исход?

— Жизнь за жизнь, — просто ответила Люсетт. Она постучала пальцем по странице, на которой остановилась. Карина уже достаточно пришла в себя, чтобы этот ответ её потряс.

— Но они убили Анику! — Вмешалась Иви. — Они уже забрали жизнь!

Люсетт вздохнула:

— Дитя, когда дело касается чужаков в Шиунъюэте, чаши весов уравнивает то племя, которое было оскорблено. Хотя Юриан и покинул Шиунъюэт, как только стал достаточно взрослым, чтобы держать меч, в его жилах всё ещё текла кровь его клана, и он не был изгнанником. — Люсетт повернулась к Карине, и в её глазах промелькнула жалость. — Юриан – внук матроны Петры. Она мудра и проницательна, но в конечном итоге отец мальчика может повлиять на её решение и определить твою судьбу. Совершенно очевидно, что именно ты нанесла Юриану смертельный удар.

В комнате воцарилось тяжёлое молчание. Я не знал, насколько хорошо Карина соображала во время допроса на площади. — Вы можете… можете отправить нас обратно на Землю? — Прошептала Карина.

Люсетт поджала губы:

— Если бы я могла вернуться на Землю, неужели ты думаешь, что я бы этого ещё не сделала?

— Нанько сказал… — начала Карина, и на лбу Люсетт вздулась вена.

— Мой непутёвый сын наговорит тебе всё, что ты захочешь услышать, за горсть серебра. Сколько ты ему заплатила? — Спросила Люсетт со сжатыми челюстями.

Карина не отступила и закончила фразу:

— Нанько сказал, что вы общались с другими людьми, которые свободно путешествовали между мирами с помощью фейри.

Глаза Люсетт забегали, словно она пыталась вспомнить детали из далёкого прошлого. — Ох, бедное дитя. Я действительно разговаривала в своём доме с иномирянами, которые искали моего совета. Мы обсуждали много вещей в его присутствии. Но он, должно быть, перепутал это со сказками!

Сочувствующий взгляд Люсетт подсказал мне, что надежды Карины сейчас будут разбиты вдребезги. — Когда Нанько был маленьким, я рассказывала ему о том, как фейри, лепреконы и русалки принесли магию в Ирландию. Это была лишь попытка уложить его спать… — она задумалась на секунду, — но эти существа действительно могут знать то, чего не знаем мы. Прожив здесь целую жизнь, я верю, что в мифах Земли есть доля правды, — признала она.

— Что мы можем сделать, чтобы спасти Карину? — Вмешался я.

— Ничего. Решение принимаю не я, и я подчинюсь любому желанию Петры. Я не стану вмешиваться. — Она постучала по книге, словно та всё объясняла. — Любое племя с радостью примет детей иномирян, — она улыбнулась девочкам, но Лекси и Иви лишь испуганно сжались. Они были достаточно умны, чтобы понять, к чему всё идёт.

— Умеешь ли ты делать что-то ещё, кроме исцеления, Лекси? — Ласковым, материнским тоном спросила Люсетт.

— Тебе не обязательно отвечать, — сказал я, заслужив хмурый взгляд Люсетт.

Матрона Люсетт оставалась спокойной. — Они иномирянки. Очень немногие дети выживают при переходе, но каждый поймёт, что их эфирные ядра пробуждены.

— Что? — Спросил я.

— Процесс перехода сюда насильно пробуждает эфирное ядро, о чём вы все, я уверена, прекрасно знаете. Твоя невероятная сила, — она посмотрела на Карину. — Твоё исцеление, — обратилась она к Лекси. — И те дары, что открылись в тебе, — она ободряюще кивнула Иви. Её взгляд скользнул по мне, но не задержался. У меня складывалось впечатление, что матрона Люсетт пытается расположить нас к себе, а её главной целью были дети.

— Что вы знаете о самом процессе? О том, как именно нас сюда перенесло? — Спросила Карина. Я не знал, хватается ли она за соломинку, тянет время или всё ещё надеется отыскать путь назад. Я уже рассказал ей всё, что знал сам.

Люсетт вздохнула:

— Очень мало. Эфир из лей-линий скапливается вокруг подземелий и запускает этот процесс. Те, кто попадает сюда и выживает, обладают сильной близостью к стихиям. Иномирянину гораздо проще запечатлеть свою первую структуру заклинания. Это происходит лишь потому, что новопробуждённое ядро более податливо воле человека. — Она снова посмотрела на Иви, вероятно, полагая, что та тоже уже запечатлела какое-то заклинание.

— А как насчёт редких типов близости? Мы все ими обладаем? — Спросил я.

Люсетт слегка улыбнулась:

— Эмпирическая классификация Магической Академии Тельхиана – редкие виды магии. — Она весело хмыкнула. — Тельхианские маги просто классифицировали частоту, с которой каждый вид проявляется у людей. Но да, все иномиряне, независимо от их расы, имеют некоторую близость к Мирам, Конвергенции, пространству, времени и Смещению. — Она понимающе улыбнулась. — Но они редко передают её своим детям. Так что, скорее всего, именно процесс перемещения сюда – и пробуждение ядра во время него – дарует им эту близость.

Стук в дверь прервал наш разговор. Матрона Люсетт поднялась и не спеша подошла к выходу. Она медленно приоткрыла дверь, за которой стоял один из воинов племени Лунного Света в своих синих кожаных доспехах.

Он почтительно кивнул:

— Матрона, наша матрона прибыла в город. Она требует привести иномирянку, убившую её внука, чтобы та выслушала приговор.

Хоть решалась и не моя судьба, у меня внутри всё похолодело.