Кровавая охота

Константин улыбнулся, глядя на то, как все в комнате засуетились, готовясь к возобновлению тренировок. Огонёк в его глазах не предвещал ничего хорошего.

— Надеюсь, вы все приятно провели свободное время и соблюдали первое правило Гончей. — По комнате пронеслось замешательство, все растерянно переглядывались в поисках подсказки. Константин продолжил с несвойственной ему ухмылкой:

— Правило гласит, что вы должны всегда замечать всё, что происходит вокруг. Уверен, вы все обошли внешнюю стену, изучили каждую улочку в Сиерре, а не просто спустили свои монеты в борделе и тавернах. — Судя по гробовой тишине, именно этим все и занимались.

Герн ухмыльнулся и спросил:

— Гончая никогда не отдыхает и всегда начеку. Кто-нибудь может назвать четыре улицы в верхнем районе?

После затянувшегося молчания я решился подать голос:

— Дорога Пегасов. — Герн кивнул, ожидая продолжения. Проблема с римскими городами заключалась в том, что на улицах не было указателей. Названия отмечались на городских картах, и их знали лишь местные жители. Так что, если не расспросить горожан, названий ни за что не узнать. Я вспомнил плиточную мозаику с крылатыми черными конями у фонтана на перекрестке этой улицы, но другие перекрестки в памяти не всплывали, поэтому я просто наугад назвал популярное имя:

— Улица Фортуны.

Константин тут же ухватился за этот ответ, чтобы осадить меня:

— Неверно. Дорога Фортуны находится в нижнем городе. Похоже, никто из вас еще не готов стать Гончей. — Он вздохнул, словно разочарованный отец, залез в карман и достал карманные часы, отливающие серебром. — Это кровавый компас.

Все мгновенно уставились на предмет в его руках. Нам наконец-то давали наш первый артефакт Гончих, и по комнате прокатилась волна предвкушения. Константин покрутил его в ладони. — Это простое, но мощное устройство.

Он щелчком открыл крышку, похожую на крышку карманных часов, и я разглядел внутри руническую вязь.

— Лучше всего положить внутрь кусочек ткани с засохшей кровью. Свежая кровь со временем испортит и повредит руны. — Он протянул устройство Катону.

Катон взял его, вложил внутрь лоскут ткани и защелкнул крышку.

— Одно из требований к Гончей – умение направлять эфир для активации артефактов, — произнес Катон. Он держал круглый прибор на ладони, и тот вдруг рванулся в сторону Герна. Герн, ожидая этого, перехватил его в воздухе. — Когда вы направляете эфир в устройство, оно начинает тянуть к владельцу крови. Чем ближе человек, тем сильнее натяжение. Никогда не открывайте компас, пока не выполните задачу, иначе образец будет уничтожен.

— А еще их изготовление стоит десятки золотых, — объявил Герн, поднимая кровавый компас повыше. — Сломаете его – и больше ни одного артефакта за все время службы в Гончих не получите.

Угроза повисла в воздухе. В Империи было принято заставлять легионеров платить за собственное снаряжение. Потеряй ты кровавый компас – и придется всю жизнь отрабатывать его стоимость на службе. Герн небрежно подбросил прибор в воздух и поймал его:

— Они довольно прочные, так что нужно сделать какую-нибудь глупость, чтобы его сломать. В перерывах между образцами крови его нужно чистить. Положите его на свой термальный камень на один час, а затем используйте дистиллированный спирт алхимика, чтобы очистить руны внутри, прежде чем помещать новый образец крови.

— Вопросы есть? — Нетерпеливо рявкнул Константин. — Обычно я бы раздал по компасу каждому из вас для тренировки, но некоторые здесь до сих пор не умеют даже заряжать свет-камень. — Несколько человек поморщились: они действительно не могли подчинить свой эфир настолько, чтобы влить его в артефакт. Константин достал еще четыре кровавых компаса, потертых и поцарапанных от времени.

— Кого мы выслеживаем? — С азартом спросил Вал. Он уже умел выслеживать предметы, которых касался, но на живых существ это не распространялось.

Мне этот вопрос показался глупым, и Янсен подтвердил мои мысли:

— Нас, конечно же. Никакого оружия и доспехов Гончих, только та простая одежда, которую вам выдали. У каждого из нас есть желтый шарф, — он приподнял руку, показывая обмотанную вокруг запястья ткань, а затем спрятал ее в рукав. — Одолейте свою цель, заберите шарф и возвращайтесь сюда с ним. Надеюсь, вы хорошо ориентируетесь в городе, потому что мы не будем сидеть на месте. — Под конец его тон стал издевательским. Для меня все это звучало как обычная игра в захват флага.

— Трое из вас будут работать в одиночку, — сказал Константин. Он протянул Сигме, Валу и мне по компасу. — Остальным придется разделиться на две команды. — Я тут же активировал свой кровавый компас и почувствовал, как он потянул меня в сторону Катона. Это было неожиданно, ведь я был уверен, что моей целью окажется Константин. Катон лишь предвкушающе подмигнул, заметив мое удивление. Катон был мастером выживания как в дикой природе, так и в городе.

Константин продолжил, пока все изнывали от нетерпения начать:

— Городская стража в курсе, что у нас учения. Однако они имеют полное право задержать вас, если вы будете вести себя подозрительно или нападете на свои цели у всех на виду.

Кастиан высокомерно бросил:

— Мы выше городской стражи. Почему мы не можем просто послать их к черту вместе с их матерью-огрихой?

Константин покачал головой и вздохнул, явно ожидая подобного вопроса:

— Когда Гончая работает в городе, никто не должен знать о ее присутствии. Со временем вам поручат выслеживать перевертышей, следить за подозреваемыми в шпионаже и наблюдать за теми, кто может представлять угрозу для Империи. Мы пытаемся втиснуть три месяца городской подготовки в один. То, как вы проявите себя сегодня, поможет нам понять, на чем сосредоточиться в оставшееся короткое время.

Это заставило всех замолчать. Еще двое оказались достаточно сообразительными, чтобы активировать свои компасы до того, как Гончие начали расходиться. Последний из них, Дэвид, перевернул маленькие песочные часы.

— Ждите пятнадцать минут, а потом можете начинать.

Я заметил, что напыщенный Кастиан забрал свой кровавый компас и набрал себе людей из оставшихся Щенков, бросив вторую группу на произвол судьбы с неравным составом.

Отряд Кастиана начал уходить уже через пять минут, когда песок в часах не пересыпался даже наполовину. Сигма попытался его остановить:

— Время еще не вышло.

— Они все равно не узнают, — надменно бросил Кастиан, уводя своих людей. Был ли этот парень идиотом? Конечно же, Константин обо всем узнает. Вторая группа неохотно потянулась за первой, оставив в комнате только Сигму, Вала и меня. Мы молча переглянулись и дождались, пока упадет последняя песчинка, прежде чем броситься к дверям.

Выйдя на улицу, я перешел на шаг, настраиваясь на кровавый компас, и мысленно выругался. Эта чертова штука колебалась сразу в двух направлениях! Неужели он как-то обманул артефакт, или же это значило, что можно оставить след крови в другом месте, чтобы запутать погоню? Выбрав направление наугад, я пошел вперед, стараясь выглядеть как можно непринужденнее и попутно осматривая улицы. На Катоне была тяжелая коричневая куртка, темно-синие штаны и черные сапоги. Интенсивность двух разных сигналов не менялась на протяжении двух кварталов. Затем один из них наконец начал пересиливать другой, увлекая меня к восточным воротам города.

По мере приближения к воротам становилось ясно, что этот мерзавец Катон покинул город. Или же это был ложный след? Второй сигнал вел в сторону Цитадели в верхнем городе. Я остановился и задумался: как бы поступил Катон?

Впереди Кастиан со своей группой о чем-то спорил со стражниками у ворот, по-видимому, следуя за своим компасом за пределы города. Я тут же развернулся и изменил направление. Десяти минут явно не хватило бы, чтобы оставить ложный след за стенами. Должно быть, он отдал образец той Гончей, которую выслеживал отряд Кастиана, – а я подозревал, что это был Константин.

Когда первый сигнал угас позади, притяжение в другом направлении стало сильнее. Оставалось надеяться, что я угадал. Вглядываясь в толпу, я заметил Вала, который промчался через перекресток впереди меня. За ним бежали двое стражников, но он без труда уйдет от погони. Вероятно, это была какая-то ловушка, подстроенная его целью. Судя по всей этой суматохе, за два дня нашего отдыха Гончие времени зря не теряли и тщательно все спланировали.

Компас привел меня к вилле в квартале от Цитадели, у входа в которую стояли двое стражников. Я прошел мимо, мысленно чертыхаясь. Речь шла не столько о погоне, сколько о поиске Гончих в местах, куда нам соваться не следовало. Наверное, стоило радоваться, что это вилла, а не канализация – насколько я знал, в Сиерре ее вообще не было. Вилла граничила общим восьмифутовым забором с соседним участком, где стражи не наблюдалось, – тот дом выглядел заброшенным, с облупившейся краской и потрескавшейся штукатуркой.

В этот ранний час на улицах было немноголюдно. Убедившись, что поблизости нет стражников, я скользнул в нишу в стене и с помощью воздушного щита создал ступеньку, чтобы быстро перемахнуть через забор. Я тяжело приземлился в разросшиеся кусты. За небольшим садом давно не ухаживали, и мне пришлось пробираться сквозь густые заросли, рискуя споткнуться на каждом шагу.

Притяжение компаса усилилось, подтверждая, что Катон действительно находится на соседней вилле. Я снова использовал воздушный щит как опору, чтобы перелезть через разделяющую их стену. Сад этой виллы стоял без листьев из-за зимы, но дорожки были ухожены. В углу виднелась небольшая постройка, которая могла послужить укрытием при прыжке. Я двинулся вдоль стены, взобрался наверх и спрыгнул за это строение. Оно походило на беседку для молитв или медитаций под открытым небом, с алтарем и курильницей.

До дверей виллы оставалось футов пятьдесят. Я поиграл с компасом, пытаясь определить точное положение Катона. Прибор тянул вправо и чуть вверх. Значит, он находился в передней части виллы на втором этаже. Стоит признать, кровавый компас – штука полезная, когда научишься расшифровывать его колебания.

В редких окнах никого не было видно, и я стал обдумывать путь внутрь. Можно было использовать воздушные щиты и подняться на балкон передо мной или сзади. Я еще раз осмотрел виллу, после чего перебежал голый сад и с помощью трех воздушных щитов в три быстрых прыжка оказался на балконе. Пригнувшись на мраморной плитке, я прислушался, ожидая криков тревоги.

Проделывать такое при дневном свете казалось безрассудством, к тому же нам не установили временных рамок – но отступать было поздно. Я дернул дверь, и она оказалась незапертой. Петли скользнули без единого звука, и я бесшумно проник внутрь, прикрыв за собой дверь.

Оказавшись здесь, я невольно засомневался. Я ворвался в дом дворянина без должной подготовки. Что, если это ложный сигнал и меня просто подставили? В комнатах царил полумрак, так как стекло оставалось предметом роскоши, а окна на зиму были закрыты ставнями. Я приоткрыл дверь в коридор и прислушался. С первого этажа доносились приглушенные голоса. Второй этаж сейчас не отапливался, так что хозяева, скорее всего, проводили день внизу.

Притяжение компаса стало гораздо сильнее – почти таким же, как в тот момент, когда я только определил, что моей целью будет Катон. Сердце бешено заколотилось, когда я бесшумно, словно кот, пошел по коридору и замер в самый последний момент, едва не задев тонкую нить, которая должна была опрокинуть вазу. Почувствовав легкое натяжение, я подхватил вазу руками. Эта простая ловушка меня успокоила: теперь я точно знал, что Катон здесь.

Я больше не грабил случайный благородный дом, я выслеживал Катона. С помощью своего пространственного кармана я перерезал нить, вернул вазу на место и двинулся дальше, высматривая новые ловушки. В конце коридора, куда меня вел компас, была только одна дверь.

У самой двери я в последний раз взглянул на компас – артефакт буквально вырывался из рук. У меня было три варианта: ворваться и сбить Катона с ног, чтобы забрать желтый шарф, попытаться пробраться незаметно и застать его врасплох, или просто постучать. Поразмыслив, я решил, что на двери наверняка стоит ловушка. Я постучал и, изменив голос, произнес:

— Я принес вам воду.

Послышался скрежет отодвигаемого стула, и к двери направился человек.

— Мне не нужно, но спасибо. — Засов щелкнул, и дверь приоткрылась. — Проклятье! — Катон попытался захлопнуть и запереть дверь, едва завидев меня, но я тут же навалился на нее плечом. Он отшатнулся назад, а я быстро оглядел комнату. Это была простая гостиная с хорошим видом на улицу. Он сидел в кресле поодаль от редкого стеклянного окна.

Мы замерли друг напротив друга, напряженные и готовые к действию. Из его рукава высовывался крошечный желтый кончик ткани. Я указал на него пальцем, но Катон лишь покачал головой:

— Не так быстро, Щенок. Мне и так достанется от остальных за то, что меня нашли так рано.

— Как тебе удалось обмануть кровавый компас? — Спросил я, чтобы завязать разговор.

— Свежая кровь. Компас не реагирует, если она высохла или ей больше суток. Какой-то маг пытался мне это объяснить, но я ничего не понял. — Я понимающе кивнул – старый труп не вступит в резонанс с компасом.

Я немного расслабился, чтобы усыпить его бдительность.

— Собираешься позвать на помощь стражников снизу? И чей это вообще дом?

— Это вилла семьи Друзов, мой дядя – глава рода, — непринужденно ответил он.

— Симпатичное место, — сказал я, пытаясь заставить его расслабиться еще сильнее.

Катон пожал плечами:

— Мой дядя – успешный торговец. Зиму они проводят в столице, а здесь остаются только смотрители. Я провел тут несколько летних сезонов в детстве. А те двое внизу – городские стражники, решившие подработать в свой выходной за серебряную монетку. Похоже, я зря потратился.

Все произошло в мгновение ока: Катон бросился на меня. Он пытался прорваться мимо к выходу. Я дал ему ложную надежду, открыв брешь, чтобы перехватить его в момент рывка. Мы оба покатились по деревянному полу, пытаясь повалить друг друга. Ошибка Катона была в том, что он не защитил шарф. Я быстрым движением сорвал его и отправил в свой пространственный карман.

— Клянусь бродячим членом Юпитера, Эрик! — Злобно бросил он, отталкивая меня. Драться дальше не имело смысла, ведь забрать шарф из моего кармана он не мог. Он взмолился:

— Пожалуйста, подожди хотя бы час, прежде чем возвращаться в казармы. Константин будет в ярости. Мы должны были гонять вас до самой темноты.

— Кто унес твою кровь за пределы города? — Спросил я, поднимаясь на ноги и прислушиваясь. Да, стражники уже шли сюда, судя по звукам – оба. Лицо Катона оставалось бесстрастным, он просто ждал помощи. Возможно, они бросят меня в тюрьму, и тогда Катон все равно победит, ведь я не смогу вернуть трофей.

— Константин. Он собирается весь день бегать вокруг внешних стен города. — Я усмехнулся, радуясь, что выслеживал не его. Затем я подошел к окну, из которого он наблюдал за улицей, и распахнул створки. Стражники уже с грохотом поднимались по лестнице, когда я решился и прыгнул вниз.

С помощью двух воздушных щитов, установленных под углом, я замедлил падение. Приземление вышло жестким, но я тут же перекатился и поднялся на ноги. Мне безумно хотелось крикнуть: «Паркур!», но я сдержался, просто вышел на улицу и не оборачивался. Людей на дорогах прибавилось, и я легко затерялся в толпе, направляясь обратно к казармам, чтобы спокойно провести остаток своего выходного.

.