Глава 547.0

— Что там такое? — Спросил я.

В толще ледника обитало немало смертоносных тварей. Но я знал, что в лед способны зарываться лишь трое: вьюжный ящер, ремораз или морозный червь. Любой из них представлял огромную угрозу для нашего отряда – и в переносном смысле, и в самом что ни на есть буквальном. И, похоже, разбираться с этим снова предстояло мне.

— Две морозные саламандры… по крайней мере, две в пределах моей чувствительности, но может быть и больше, — отозвалась Шэрин, пока остальные выбирались наружу, в морозный ночной воздух.

— Их называют вьюжными ящерами, — пробормотал я себе под нос, а затем спросил громче, доставая Сердцеед из своего пространственного кармана:

— Они охотятся на нас?

— Да, один в сотне футов вон там, пытается подобраться незамеченным и вылезти на поверхность, а второй движется прямо снизу, — громко, так, чтобы слышали все, объявила Шэрин.

Хотя мы и обсуждали тварей, которые могут встретиться в Арктике, реальный опыт столкновения с морозной саламандрой был только у меня. И опыт этот оказался далеко не из приятных: я выжил лишь потому, что рядом был Мейвит, который силой влил в меня исцеляющее зелье.

Кэмар тут же взял командование на себя.

— Укрепи лед там, где он будет выбираться, — приказал он Шэрин. — Киреник, Константин, Элунарис и Тэтум – перехватите того, что пытается подобраться скрытно.

Никто спорить не стал, все сразу пришил в движение. А те из нас, кто остался в ледяной яме, приготовились встретить тварь, чей гул нарастал прямо под нами, пробиваясь сквозь толщу льда.

— Двадцать ярдов, — объявила Шэрин, указывая на место предполагаемого прорыва. Лед зашипел, когда она вплела в него плетение заклинания, уплотняя структуру. — Пятнадцать ярдов, — добавила она через несколько ударов сердца.

Вьюжный ящер даже не пытался скрываться: звук стоял такой, словно огромная дробилка перемалывала лед.

— Десять ярдов.

Я чувствовал вибрацию подошвами ног, и этот гул лишь добавлял жути в нарастающую какофонию.

— Пять ярдов.

Ледяной пол ямы начал вздуваться. Раздался скрежет, похожий на звук железа по стеклу, – это тварь наткнулась на укрепленный лед.

— Он замедлился, но все еще пробивается! — Подтвердила Шэрин. — Второй поднимается! — Крикнула она остальным, что были наверху.

Они стояли на краю нашего рукотворного кратера под порывами яростного ветра. До меня донеслись негромкие хлопки – должно быть, Тэтум спешно устанавливал огненные обереги. Огонь был невероятно эффективен против этих шестиногих чудовищ. Пронзительный визг подтвердил, что тварь получает урон.

— Сейчас! — Услышал я крик Константина, и все четверо мужчин прыгнули обратно в яму. Над нашими головами поплыло огромное облако инея – вьюжный ящер применил свое смертоносное ледяное дыхание.

Стоило четверым бойцам ввалиться в палатки, как земля рядом с Шэрин взорвалась ледяным фонтаном, и наружу вырвалась вторая морозная саламандра. Она вскинула голову, собираясь сделать глубокий вдох. Но в следующее мгновение ее голова просто исчезла, а вверх ударил фонтан из замерзшей, туманной крови. Послышался дробный стук по коже и кольчугам – капли ледяной крови посыпались на нас, точно дождь.

Обезглавленный вьюжный ящер начал соскальзывать обратно в свою нору, и мы молча проводили его взглядом. Доставать эссенцию из такой глубины будет той еще морокой. Тем временем второй, чуть более крупный вьюжный ящер добрался до края нашей ямы и уставился вниз, оценивая обстановку. Он приподнялся на четырех задних лапах, задрав две передние и подставив под удар грудь.

Я отвел руку назад и метнул в тварь Сердцеед. И пусть тяжелое черное копье не предназначалось для метания, промахнуться всего с тридцати футов было сложно. Черный мифрил без труда пробил шкуру ящера. До сердца я не достал, потому что тварь резко отпрянула назад. У меня под рукой был эфирный восстановитель, но использовать его без крайней необходимости не хотелось.

Я первым рванулся наверх в погоню. Киреник и Константин не отставали. Раненый вьюжный ящер тяжело ковылял прочь. С каждым выдохом из его пасти вырывалось облачко кровавого тумана – должно быть, я пробил ему легкое. Сердцеед все еще торчал в теле арктической твари, а разбрасываться своим самым мощным оружием я не собирался. Скрепя сердце, я на бегу осушил эфирный восстановитель, преследуя ящера, который пытался уползти в свою нору.

Древко Сердцееда волочилось по льду, что лишь усугубляло положение морозной саламандры: листовидный наконечник кромсал ее внутренности при каждом движении. Когда я почти настиг шестиногого ящера, он предпринял последнюю попытку отомстить.

— Ложись! — Рявкнул позади Константин.

Я услышал, как бегущие за мной мужчины рухнули на обледенелый снег. Сам я, едва разгадав намерение твари, тут же принялся накладывать на себя один воздушный щит за другим.

На меня обрушился багровый конус арктического воздуха. Даже сквозь щиты и кольцо тепла я ощутил этот кусачий, свирепый холод. Выдав долгий ледяной залп, ящер рухнул в двадцати футах от своего спасительного туннеля. Я оглянулся на остальных. Пятеро мужчин позади меня – Константин, Киреник, Тэтум, Элунарис и Морвелис – получили сильнейшие обморожения, но у нас было два целителя, способных быстро поставить их на ноги. Сам я уже залечивал прихваченные морозом уши.

— Все целы? Есть еще кто? — Крикнул я.

Из ямы донесся голос Шэрин:

— Больше никого не чую! Но я тяну восприятие на максимум, насколько могу!

Я выждал несколько мгновений и медленно подошел к огромному вьюжному ящеру. Он протащил Сердцеед сквозь собственное тело, и теперь добрый фут легендарного оружия гордо торчал из поверженного врага. Как раз достаточно, чтобы ухватиться за древко и вытащить его наружу. Иначе нам пришлось бы переворачивать тушу, а я сомневался, что мы бы справились с этим вручную.

Я держал в руке собиратель, но не спешил, глядя, как багровое пятно на снегу продолжает расползаться. Вряд ли тварь притворялась мертвой, но рисковать не хотелось. Киреник, подлечившись, подошел ко мне первым.

— Будешь? — Он кивнул на собиратель.

Я кивнул в ответ и сделал шаг вперед.

Моя излишняя осторожность оказалась напрасной. Собиратель послушно принялся за работу, вытягивая из туши густой эфирный дым. По сути, эта тварь могла дать лишь один вид эссенции. Она использовала эфир воды для своего смертоносного морозного дыхания, а также для того, чтобы пробивать туннели во льду. Для меня вопрос заключался лишь в том, какая это будет эссенция – большая или высшая. Ждать пришлось недолго: вскоре сформировалась крупная водянистая сфера. Она была теплой на ощупь, когда я перекатил ее в ладонь.

Остальные уже сворачивали лагерь, который мы разбили в ледяной яме. Я бросил высшую эссенцию Шэрин. Она не ожидала броска, и сфера упала в снег.

— Ты не оставишь ее себе? — Спросила она, наклоняясь, чтобы поднять добычу.

— Моя эссенция там, внизу, — я указал на дыру, откуда недавно бил кровавый фонтан. — На какой она глубине?

— Чуть меньше ста футов, — ответила Шэрин, и эссенция тут же исчезла у нее во рту – так быстро, словно она боялась, что я передумаю. Она более чем заслужила эту награду. Вскоре я уже стоял у края темного провала, заглядывая вниз. Шириной лаз был футов пять, так что спуститься и подняться труда не составит. Снаряжения у нас хватало, мы быстро достали веревку с крюком. Я соскользнул вниз по тросу, а Киреник остался наверху, страхуя мой Якорь.

Мне хотелось поскорее добраться до вьюжного ящера, ведь с момента его гибели прошло уже почти пятнадцать минут. Мой спуск прервался, когда сапоги погрузились в окровавленную шею твари. Прежде чем использовать собиратель в этой темноте, пришлось достать из пространственного кармана отсеченную голову. С помощью эфирного зрения я наблюдал, как эссенция тянется из тела. Она была не такой плотной, как у первого вьюжного ящера.

Пожалуй, мне следовало сначала собрать обе эссенции, а уже потом решать, какую отдать Шэрин. Впрочем, сформировавшаяся большая эссенция все равно оставалась отличной добычей. Свою сегодняшнюю эссенцию природы я еще не принимал, так что вскоре эссенция воды уже растворялась у меня во рту, пока я лез вверх по веревке. Сила быстро растеклась по телу, и порция водного эфира влилась в мое ядро, расширяя аспект родства с водой.

Этого не хватило, чтобы поднять родство до 30, но еще две большие эссенции воды или одна высшая эссенция воды вполне справятся с этой задачей.

Когда я выбрался из норы, лагерь был уже собран, а на термальном камне быстро разогревался завтрак. Я убрал снаряжение, а Шэрин с помощью заклинания очистила одежду каждого от крови. Когда все получили по миске горячей еды, Тэтум предположил:

— Должно быть, мы разбили лагерь на их территории, и они выждали, пока мы, по их мнению, уснем, чтобы напасть.

— Обычно они охотятся вдоль побережья – на тюленей и полярных медведей, но мне кажется, у них тут было гнездо. Та, что покрупнее, была полна яиц, — отозвался Константин. Должно быть, он осмотрел останки, пока я был внизу. Сам я никаких яиц не заметил, ослепленный желанием побыстрее собрать эссенции.

— Солнце почти встало. Нужно воспользоваться телепортацией чистильщика, пока солнце не истончило лед, — вмешался в разговор Лепид. Для человека, который вносил столь малый вклад в экспедицию, этот древний легионер был слишком уж заносчив.

Мы всей группой поднялись на самую высокую точку, какую смогли найти. С помощью подзорной трубы я наметил точки привязки примерно в четырех милях от нас – для такого количества людей это был предел моих возможностей. Пожалуй, я мог бы увеличить дальность, если бы спрятал кого-то из спутников в карман, но желающих добровольно вызваться на такое не нашлось.

После первого же телепорта мы оказались на вершине ледяного моста. Шэрин подтвердила, что под нами зияет расселина глубиной, вероятно, в сотни метров. Даже не знаю, что было хуже: то, что Лепид снова оказался прав, или то, как близко мы прошли от ужасной гибели. По крайней мере, этот опасный момент подсказал мне, каких ледяных образований стоит избегать при переносе.

Я успел совершить четыре телепортации, прежде чем солнце поднялось над горизонтом. Поскольку я сменил кольцо направления эфира на кольцо тепла, на восстановление сил между прыжками уходило вдвое больше времени. Но никто не жаловался: все предпочитали подождать двадцать минут, пока я восстановлюсь, нежели тратить силы и идти это расстояние на лыжах.

После последнего прыжка мне пришлось сделать перерыв – я чувствовал, что еще немного, и перенапрягу свои каналы, просто выжегши их.

— На это утро с меня хватит, — объявил я остальным. — Если бы не ночной бой, я, возможно, смог бы прыгнуть еще пару раз.

Нехотя мы встали на лыжи и продолжили наш Трек. По крайней мере, сегодня другие помогали тащить Лепида через эту ледяную пустыню. Солнце казалось почти теплым, и лед вокруг нас, казалось, начинал подтаивать. Но все это выглядело неестественно, и я предположил, что это отголоски влияния Пояса Штормов, меняющего погоду по всей планете.

Благодаря Шэрин, которая вела нас за собой, мы избежали множества ловушек подтаивающего ледника. Мы шли в хорошем темпе, но ближе к вечеру небо начало темнеть.

— Это что, буря? — Спросил кто-то, хотя ответ был очевиден.

— Сиськи гарпии, только еще одного снегопада нам не хватало, — отшутился Константин. Этому человеку определенно стоило поработать над чувством юмора, потому что никто даже не улыбнулся.

— Он ненатуральный, — произнесла Шэрин, и мы все повернулись к ней, ожидая объяснений. Она помолчала немного и добавила:

— Что-то подпитывает его.

— Пояс Штормов? — Высказал я свою теорию.

Кэмар усомнился:

— Мы слишком далеко от этого очага, чтобы он влиял на нас здесь. Теории обсудим позже, сейчас нужно соорудить укрытие.

Темная буря разрасталась и стремительно надвигалась на нас.

Маги снова принялись уплотнять лед, но на этот раз они не просто сделали углубление, а вырезали для нас пещеру, чтобы мы могли укрыться в ней. Буря принесла с собой ледяной ветер и снег. Очень много снега, самого разного: легкого и пушистого, тяжелого и мокрого, ледяной крупы и еще десятка видов зимних осадков. В этой искусственной пещере мы установили одно большое убежище, так как вход очень быстро завалило. Радовало то, что благодаря термальным камням устроились мы в относительной доступности и тепле.

Проблема обнаружилась утром, когда Шэрин поделилась скверными новостями:

— Буран не утих, только усилился. Мы погребены под пятью футами снега, и с каждым часом его становится все больше.

Ниже я перечислил всех участников экспедиции, вероятно, на этапе редактуры я добавлю их и в более ранние главы.

1. Эрик.

2. Константин.

3. Киреник.

4. Лепид.

5. Кэмар.

6. Тэтум – эльф, дозорный, умелый разведчик с набором полезных заклинаний для выживания.

7. Элунарис – старый эльф с огромным опытом (почти тысяча лет, прошел множество войн)… не некромант, но владеет хорошей магией исцеления.

8. Аэстра – эльфийка средних лет (около 300 лет), некромант с сильным родством к Защите и Небесной магии.

9. Морвелис – отличный воин, глубокий эфирный источник, провел три века в роли Охотника Смерти, прежде чем попасть в Обитель.

10. Шэрин – маг воды (женщина), прикомандированная капитаном.