Глава 484.0

Глава 484Киреник стоял со мной бок о бок. Мы оба пристально разглядывали двоих хобгоблинов, которые отвечали нам тем же, буравя нас своими желтыми глазами. Держались они непринужденно, опираясь руками на копья. Мой взгляд скользнул к наконечникам – это было не обожженное на огне дерево, а сталь весьма приличного качества. Либо у гоблиноидов завелись хорошие кузнецы, либо эти копья были крадеными. Я склонялся ко второму варианту.— Как-то неправильно, что их подпускают так близко, — раздался позади нас голос Алхара. — Не пристало нам якшаться с их отродьем.— Я как-то сдружился с одним гоблином на парусном судне, — вмешался Мейвит. — Как и у людей, у их вида самый разный нрав. Не все из них кровожадны и жаждут вкусить плоти.— Мы здесь не для того, чтобы судить или вмешиваться, — отрезал я, направляя Джинджер вперед. — Давайте снимем комнаты, помоемся, поедим и отдохнем. А утром двинемся в путь. — О графе Гато я прежде никогда не слышал. Должно быть, он дослужился до этого титула за время моего отсутствия в Империи. Впрочем, когда я был легионером, я и так не знал ни одного графа. Оставалось надеяться, что он не доставит нам особых хлопот.Когда мы въезжали в город, я заметил тайные знаки Гончих на двух разных зданиях. Они указывали на небольшие явочные квартиры, где Гончие могли перевести дух и пополнить припасы. Мужчина, строгавший что-то на табурете, поднял голову и проводил нас долгим взглядом. Мне был знаком этот прищур – это точно был один из наших, хоть я его и не знал. Две разные явочные квартиры в одном месте показались мне странным излишеством, но все-таки это был приграничный город на самом краю Южной Империи. Меня бы не удивило, если бы для патрулирования этих бескрайних просторов им требовалось огромное число Гончих.Солдат в городе было не меньше, чем мирных жителей. Среди них то и дело попадались ветераны, чьи лица и тела покрывали шрамы былых сражений. У единственного Зала Легиона, мимо которого мы проехали, несли караул четверо легионеров в красных доспехах из шкуры тура – верный признак того, что это новобранцы. Здесь должен быть расквартирован как минимум один маг-командор. Мы миновали Зал Легиона, даже не удостоив его вторым взглядом.Подземелье прямо за чертой Кейва было совсем простым, так что неудивительно, что здесь отстроили такой внушительный Зал Искателей Приключений. — Мы снова пойдем в подземелье? — Взволнованно спросила Иви, когда мы приблизились к зданию. Я никак не мог понять, чего этой юной девчонке хочется больше – сражаться или снова собирать добычу. Но азарт в ней определенно проснулся.Прежде чем ответить, я заглянул в открытую дверь. Почти все столы были заняты разношерстной толпой, хотя большинство составляли люди. Империя менялась: в бытность мою легионером за пределами столицы нелюдей можно было встретить крайне редко. В отличие от Вартахольма, здешняя гильдия буквально бурлила жизнью. Скорее всего, в подземелье выстроилась очередь, а значит, никакого спуска для нас не предвиделось, да и свободных комнат тут наверняка не сыскать. — Не в этот раз, — ответил я, к явному разочарованию Иви, и кивнул на вывеску трактира чуть дальше по улице. Трехэтажное каменное здание притягивало взгляд ярко-зелеными ставнями.Внутри трактира «Ухмыляющийся кубок» отчетливо пахло цитрусами. Посетителями оказались несколько зажиточных купцов. Большинство из них вылупились на Мейвита, которому пришлось пригнуться, чтобы пройти в дверь. Это было лучшее пристанище, какое только можно найти за пределами цитадели графа, к тому же на вывеске красовалось обещание горячих ванн.Служащий окинул меня оценивающим взглядом, когда я подошел к стойке. Судя по засаленному фартуку, он заправлял еще и кухней. — Пять комнат, — потребовал я.— Есть только одна кровать, которая подойдет для этого серого великана, — ответил он. Я кивнул, желая поскорее закончить с этим. — Две комнаты на втором этаже по серебряному за ночь, и три на третьем – по три серебряных за каждую.— Еда и баня включены? — Спросил я.Трактирщик вытер руки о фартук и добродушно хмыкнул, подивившись моей наглости. — Нет. Большой медный грош за ужин, и можете есть и пить сколько влезет… — он осекся, снова уставившись на Мейвита. — Завтрак обойдется в три медных, но подаем только чай, никакого эля по утрам.— А баня? — Напомнил я о себе, возвращая его внимание.— В подвале. Отдельные медные ванны с подогревом, поместятся двое. Стоит пять медных монет в час, стирка – еще одна медная, — пояснил служащий.— Я заплачу за комнаты, ужин для моих спутников и за баню для себя, — сказал я, отсчитывая монеты. — Что за слухи ходят о гоблинской армии?Трактирщик дождался,пока я выложу всю сумму, и только потом протянул мне ключи. — Когда три года назад гоблинская орда спустилась с гор, мы все думали, что это конец. Почти все собрали пожитки и бежали на север. Граф Бассус повел ополчение на юг, чтобы снискать славу и дать гоблинам бой в чистом поле, а не дожидаться осады здесь. Он так и не вернулся, но и орда не пришла. А через год двенадцать парней из тех, что ушли с ним, вернулись с посланием. Гоблины хотят говорить.— И им понадобилось два года, чтобы прислать посла? — Усомнился я.Он хмыкнул:— Вовсе нет. Они прислали посла сразу, но Император Октавиан приказал его убить. Даже это не заставило гоблинскую орду двинуться на нас войной. Этот новый посланник прибыл месяц назад с предложением мира для Новой Императрицы. Поскольку вещающие заклинания сейчас не работают, граф отправил гонца, чтобы известить Императрицу, но ответа до сих пор нет.— Странные времена, — пробормотал я скорее себе под нос, но трактирщик согласно кивнул.Я раздал ключи, оставив себе одну из комнат на третьем этаже – она должна быть получше остальных. Предполагалось, что Иви и Баэлира займут одну комнату на двоих, как они и делали на протяжении почти всего нашего пути. Когда Иви начала протестовать, я отрезал, что она может сама оплатить себе отдельный номер. К моему легкому изумлению, она так и поступила. Должно быть, это была очередная подростковая попытка показать свою независимость.Пока мы ужинали, я прислушивался к разговорам вокруг. Большинство посетителей обсуждали Мейвита. Кое-кто судачил о гоблинском посольстве, но это были лишь пустые домыслы – за несколько недель эта новость всем изрядно примелькалась. Судя по разговорам, в трактире останавливались купцы, снабжавшие армию. В мою бытность легионером Империя сама занималась снабжением своих войск, так что это было любопытно. Императрица Ренна отдавала военные поставки на откуп частникам. Это был либо гениальный ход, либо признак крайнего отчаяния.Я извинился, проверил, как там Джинджер, и быстро отыскал лестницу в подвал. Огромная печь нагревала трубы, подающие горячую воду в четыре помывочные. Там переминались с ноги на ногу двое скучающих парней, которым я и отдал свои жетоны. Я накинул каждому по медной монете, чтобы они выстирали мою одежду и доспехи, после чего вошел в небольшую каморку. Душа здесь не было, зато имелись щетки для тела и кувшины с теплой водой. Намылившись и ополоснувшись, я забрался в ванну с чистой водой и приоткрыл вентиль, пуская тонкую струю кипятка.Я усмехнулся, когда посланный мной Импульс земли обнаружил замаскированный глазок в каменной стене, ведущий в соседнюю комнату. Надо полагать, эти юные банщики вовсю пользовались им, когда мылись женщины. Я не спускал глаз с этой стены, пока нежился в воде. Впрочем, мысли роились в голове слишком быстро, не давая по-настоящему расслабиться. Если все пойдет хорошо, меньше чем через двенадцать дней я увижу Ренну.Я и сам не знал, что чувствую по этому поводу. Когда я оставил Ренну ради Гончих, я полагал, что она выйдет замуж за герцога и будет жить в роскоши. Думал ли я когда-нибудь о том, чтобы спасти ее? Лишь мимолетно. В то время я был слишком эгоистичен, желая лишь сбежать из Империи и замести все следы. Забери я Ренну с собой, Гончие непременно выследили бы ее, а следом нашли бы и меня. В каком-то смысле все сложилось к лучшему. С Раэлией бывало непросто, но впереди у нас были сотни совместных лет – и у нас родился сын. В груди шевельнулась легкая тоска, захотелось поскорее увидеть его. Скоро.В моей руке возникла золотая сфера. Я осмотрел ее и положил в рот. Меня едва не вывернуло наизнанку, когда сфера растворилась: показалось, будто во рту зашевелилось что-то живое. Следом по телу прокатилась мощная волна эфира. Она быстро сосредоточилась в моем ядре, устремляясь к грани Материализма. Каждая эссенция давала свои неповторимые ощущения, и мне стоило бы в ближайшее время изучить плетения заклинаний Материализма в Мире Грёз. Зная, что теперь у меня есть источник новых эссенций для этой близости, я, пожалуй, повременю с выводами, но все же рассмотрю доступные варианты.Чтобы отвлечься от мыслей, я достал очищающий щит. В свете фонаря чешуйки на его поверхности заиграли бликами, когда я принялся крутить его в руках. Металлические руны отлично резонировали с моим Голосом земли. Я надел амулет ясности, чтобы облегчить себе задачу, закрыл глаза и сосредоточился на сложных узорах пуговицы титана под чешуей.Я не был великим мастером-артефактором, но после десятка импульсов убедился, что предельно ясно понял структуру рунных слоев. Теперь я смогу воссоздать эти руны в Мире Грёз и, если повезет, изменить их так, чтобы действие нового артефакта распространялось только на меня. Это сбережет эфир и повысит эффективность вещи. Правда, бог весть когда у меня снова появится время для практики в артефакторике.Должно быть, я задремал, потому что в дверь постучал банщик и сообщил, что одежда и доспехи готовы. Я послал Импульс земли и обнаружил, что две другие ванны заняты. В одной отмокал какой-то жирный купец, а во второй оказалась Баэлира. Я сразу понял, почему парни так настойчиво выпроваживали меня: подглядывать в помывочную Баэлиры можно было как раз из моей комнаты. Чтобы не задевать достоинство эльфийки, я оставался в ванне, пока она не закончила, и даже подкупил парней большим медным грошом, чтобы они перестали барабанить в мою дверь. Я дождался, пока Баэлира вернется к себе, и только тогда вышел сам.На следующее утро мы наняли баржу, чтобы переправиться через реку Брелас. Река текла на север вдоль дороги, но срезать путь на северо-восток через равнины к Лорво было куда быстрее, чем ехать сначала на север, а затем на восток. За время пути мы не столкнулись ни с какими серьезными опасностями, хотя слухи о дорожных угрозах преследовали нас повсюду. Стоит нам добраться до Лорво, и мы сможем поехать по старым торговым трактам прямо до Собрала.Погрузку на баржу прервал слуга графа Гато, передавший приглашение отужинать с его господином. Я вежливо отказался, сославшись на крайнюю спешку. Прежде чем гонец успел вернуться с новым посланием, мы уже переправились через реку и скрылись из виду.Четыре дня пути через равнины оказались не такими приятными, как хотелось бы. Нам преградил дорогу десяток кочующих кентавров, но Баэлира воспользовалась своими новыми браслетами и выпустила в небо струю ревущего пламени, что заставило кентавров передумать. Вечером третьего дня Иви заметила в вышине парящего рока, из-за чего нам пришлось несколько часов отсиживаться в укрытии, пока мы не убедились, что тварь улетела. Эта исполинская птица забралась куда дальше на юг, чем обычно селятся ее сородичи. В основном они гнездятся в горах на севере и за морями Халифата.Утром четвертого дня мы наткнулись на свежие следы булетты. Мне пришлось спешиться и бежать трусцой половину дня, чтобы убедиться, что на нас не нападут из засады. К Лорво мы приближались с огромным облегчением. Виноградники вокруг города, казалось, были уже готовы к сбору урожая. Между лозами расхаживали мужчины и женщины, а по краям полей лениво переминались с ноги на ногу скучающие стражники.Высокие стены из белого камня выглядели очень гостеприимно. Последний раз мы были здесь, когда нанимали алхимика Децимуса. Красные вспышки на стенах подсказали мне, что в Лорво расквартировано немало легионеров. Город завоевал особое расположение покойного Императора благодаря производству вина, да так, что здесь даже обустроили портал. Стоило нам проехать в ворота, как двое легионеров преградили нам путь, расспрашивая о цели визита. Их начищенные до блеска доспехи из красной лакированной стали говорили о том, что это вряд ли призывники – скорее добровольцы, сознательно выбравшие службу в легионе.Увидев наши медали искателей приключений, легионеры скривились и принялись придираться по мелочам. Я подумал было достать подорожную грамоту, которую нам выдал маг-командор, но передумал, оборвал разговор на полуслове и велел спутникам разворачивать коней от ворот.Когда мы отъехали на безопасное расстояние, я объяснил свое решение:— Это были ветераны Имперского Легиона еще времен прошлого Императора. Того, что слева, я признал – он служил в Императорском Дворце, хотя сам меня, похоже, не вспомнил. Императорская гвардия всегда славилась спесью и непомерным самомнением. Это назначение для них – своего рода ссылка, вот они и пытаются набить себе цену. До Телхаса мы доберемся за два с половиной дня, думаю, там нас встретят дружелюбнее.Старый торговый тракт выглядел куда более оживленным, чем в прошлый раз, когда я проезжал здесь. Укрепленные купеческие стоянки вдоль дороги были отремонтированы и даже расширены. В этом был смысл, раз уж портальная сеть в Восточной Империи приказала долго жить. Дороги, заброшенные на десятилетия, внезапно снова обрели былую важность.За три дня пути до Телхаса мы разминулись с пятью купеческими караванами и одним конным патрулем легионеров. Хотя город и назвали в честь столицы Телхи, он был лишь блеклой и уродливой тенью ее величия. Небольшое поселение защищали деревянные стены, однако внутри вовсю кипела стройка – строительные леса были видны еще на подходе. У ворот высились груды камня из каменоломен, вокруг которых роились каменщики, обтесывая глыбы. Глядя на этот город после Луле, понимаешь, что Империя вовсе не так мертва и разорена, как уверяют многие.Когда мы ехали по улицам, я заметил, что среди новых зданий возводятся Зал Легиона и армейские казармы. Похоже, Императрица решила сосредоточиться на укреплении своих городов, а не на отвоевывании утраченных земель и расширении границ. Я с нетерпением ждал встречи с Ренной, чтобы лично выразить ей свое почтение за эти труды. До Собрала мы должны добраться всего за пять дней, и я очень надеялся застать там Лайнуса.

Глава 484

Киреник стоял со мной бок о бок. Мы оба пристально разглядывали двоих хобгоблинов, которые отвечали нам тем же, буравя нас своими желтыми глазами. Держались они непринужденно, опираясь руками на копья. Мой взгляд скользнул к наконечникам – это было не обожженное на огне дерево, а сталь весьма приличного качества. Либо у гоблиноидов завелись хорошие кузнецы, либо эти копья были крадеными. Я склонялся ко второму варианту.

— Как-то неправильно, что их подпускают так близко, — раздался позади нас голос Алхара. — Не пристало нам якшаться с их отродьем.

— Я как-то сдружился с одним гоблином на парусном судне, — вмешался Мейвит. — Как и у людей, у их вида самый разный нрав. Не все из них кровожадны и жаждут вкусить плоти.

— Мы здесь не для того, чтобы судить или вмешиваться, — отрезал я, направляя Джинджер вперед. — Давайте снимем комнаты, помоемся, поедим и отдохнем. А утром двинемся в путь. — О графе Гато я прежде никогда не слышал. Должно быть, он дослужился до этого титула за время моего отсутствия в Империи. Впрочем, когда я был легионером, я и так не знал ни одного графа. Оставалось надеяться, что он не доставит нам особых хлопот.

Когда мы въезжали в город, я заметил тайные знаки Гончих на двух разных зданиях. Они указывали на небольшие явочные квартиры, где Гончие могли перевести дух и пополнить припасы. Мужчина, строгавший что-то на табурете, поднял голову и проводил нас долгим взглядом. Мне был знаком этот прищур – это точно был один из наших, хоть я его и не знал. Две разные явочные квартиры в одном месте показались мне странным излишеством, но все-таки это был приграничный город на самом краю Южной Империи. Меня бы не удивило, если бы для патрулирования этих бескрайних просторов им требовалось огромное число Гончих.

Солдат в городе было не меньше, чем мирных жителей. Среди них то и дело попадались ветераны, чьи лица и тела покрывали шрамы былых сражений. У единственного Зала Легиона, мимо которого мы проехали, несли караул четверо легионеров в красных доспехах из шкуры тура – верный признак того, что это новобранцы. Здесь должен быть расквартирован как минимум один маг-командор. Мы миновали Зал Легиона, даже не удостоив его вторым взглядом.

Подземелье прямо за чертой Кейва было совсем простым, так что неудивительно, что здесь отстроили такой внушительный Зал Искателей Приключений. — Мы снова пойдем в подземелье? — Взволнованно спросила Иви, когда мы приблизились к зданию. Я никак не мог понять, чего этой юной девчонке хочется больше – сражаться или снова собирать добычу. Но азарт в ней определенно проснулся.

Прежде чем ответить, я заглянул в открытую дверь. Почти все столы были заняты разношерстной толпой, хотя большинство составляли люди. Империя менялась: в бытность мою легионером за пределами столицы нелюдей можно было встретить крайне редко. В отличие от Вартахольма, здешняя гильдия буквально бурлила жизнью. Скорее всего, в подземелье выстроилась очередь, а значит, никакого спуска для нас не предвиделось, да и свободных комнат тут наверняка не сыскать. — Не в этот раз, — ответил я, к явному разочарованию Иви, и кивнул на вывеску трактира чуть дальше по улице. Трехэтажное каменное здание притягивало взгляд ярко-зелеными ставнями.

Внутри трактира «Ухмыляющийся кубок» отчетливо пахло цитрусами. Посетителями оказались несколько зажиточных купцов. Большинство из них вылупились на Мейвита, которому пришлось пригнуться, чтобы пройти в дверь. Это было лучшее пристанище, какое только можно найти за пределами цитадели графа, к тому же на вывеске красовалось обещание горячих ванн.

Служащий окинул меня оценивающим взглядом, когда я подошел к стойке. Судя по засаленному фартуку, он заправлял еще и кухней. — Пять комнат, — потребовал я.

— Есть только одна кровать, которая подойдет для этого серого великана, — ответил он. Я кивнул, желая поскорее закончить с этим. — Две комнаты на втором этаже по серебряному за ночь, и три на третьем – по три серебряных за каждую.

— Еда и баня включены? — Спросил я.

Трактирщик вытер руки о фартук и добродушно хмыкнул, подивившись моей наглости. — Нет. Большой медный грош за ужин, и можете есть и пить сколько влезет… — он осекся, снова уставившись на Мейвита. — Завтрак обойдется в три медных, но подаем только чай, никакого эля по утрам.

— А баня? — Напомнил я о себе, возвращая его внимание.

— В подвале. Отдельные медные ванны с подогревом, поместятся двое. Стоит пять медных монет в час, стирка – еще одна медная, — пояснил служащий.

— Я заплачу за комнаты, ужин для моих спутников и за баню для себя, — сказал я, отсчитывая монеты. — Что за слухи ходят о гоблинской армии?

Трактирщик дождался,

пока я выложу всю сумму, и только потом протянул мне ключи. — Когда три года назад гоблинская орда спустилась с гор, мы все думали, что это конец. Почти все собрали пожитки и бежали на север. Граф Бассус повел ополчение на юг, чтобы снискать славу и дать гоблинам бой в чистом поле, а не дожидаться осады здесь. Он так и не вернулся, но и орда не пришла. А через год двенадцать парней из тех, что ушли с ним, вернулись с посланием. Гоблины хотят говорить.

— И им понадобилось два года, чтобы прислать посла? — Усомнился я.

Он хмыкнул:

— Вовсе нет. Они прислали посла сразу, но Император Октавиан приказал его убить. Даже это не заставило гоблинскую орду двинуться на нас войной. Этот новый посланник прибыл месяц назад с предложением мира для Новой Императрицы. Поскольку вещающие заклинания сейчас не работают, граф отправил гонца, чтобы известить Императрицу, но ответа до сих пор нет.

— Странные времена, — пробормотал я скорее себе под нос, но трактирщик согласно кивнул.

Я раздал ключи, оставив себе одну из комнат на третьем этаже – она должна быть получше остальных. Предполагалось, что Иви и Баэлира займут одну комнату на двоих, как они и делали на протяжении почти всего нашего пути. Когда Иви начала протестовать, я отрезал, что она может сама оплатить себе отдельный номер. К моему легкому изумлению, она так и поступила. Должно быть, это была очередная подростковая попытка показать свою независимость.

Пока мы ужинали, я прислушивался к разговорам вокруг. Большинство посетителей обсуждали Мейвита. Кое-кто судачил о гоблинском посольстве, но это были лишь пустые домыслы – за несколько недель эта новость всем изрядно примелькалась. Судя по разговорам, в трактире останавливались купцы, снабжавшие армию. В мою бытность легионером Империя сама занималась снабжением своих войск, так что это было любопытно. Императрица Ренна отдавала военные поставки на откуп частникам. Это был либо гениальный ход, либо признак крайнего отчаяния.

Я извинился, проверил, как там Джинджер, и быстро отыскал лестницу в подвал. Огромная печь нагревала трубы, подающие горячую воду в четыре помывочные. Там переминались с ноги на ногу двое скучающих парней, которым я и отдал свои жетоны. Я накинул каждому по медной монете, чтобы они выстирали мою одежду и доспехи, после чего вошел в небольшую каморку. Душа здесь не было, зато имелись щетки для тела и кувшины с теплой водой. Намылившись и ополоснувшись, я забрался в ванну с чистой водой и приоткрыл вентиль, пуская тонкую струю кипятка.

Я усмехнулся, когда посланный мной Импульс земли обнаружил замаскированный глазок в каменной стене, ведущий в соседнюю комнату. Надо полагать, эти юные банщики вовсю пользовались им, когда мылись женщины. Я не спускал глаз с этой стены, пока нежился в воде. Впрочем, мысли роились в голове слишком быстро, не давая по-настоящему расслабиться. Если все пойдет хорошо, меньше чем через двенадцать дней я увижу Ренну.

Я и сам не знал, что чувствую по этому поводу. Когда я оставил Ренну ради Гончих, я полагал, что она выйдет замуж за герцога и будет жить в роскоши. Думал ли я когда-нибудь о том, чтобы спасти ее? Лишь мимолетно. В то время я был слишком эгоистичен, желая лишь сбежать из Империи и замести все следы. Забери я Ренну с собой, Гончие непременно выследили бы ее, а следом нашли бы и меня. В каком-то смысле все сложилось к лучшему. С Раэлией бывало непросто, но впереди у нас были сотни совместных лет – и у нас родился сын. В груди шевельнулась легкая тоска, захотелось поскорее увидеть его. Скоро.

В моей руке возникла золотая сфера. Я осмотрел ее и положил в рот. Меня едва не вывернуло наизнанку, когда сфера растворилась: показалось, будто во рту зашевелилось что-то живое. Следом по телу прокатилась мощная волна эфира. Она быстро сосредоточилась в моем ядре, устремляясь к грани Материализма. Каждая эссенция давала свои неповторимые ощущения, и мне стоило бы в ближайшее время изучить плетения заклинаний Материализма в Мире Грёз. Зная, что теперь у меня есть источник новых эссенций для этой близости, я, пожалуй, повременю с выводами, но все же рассмотрю доступные варианты.

Чтобы отвлечься от мыслей, я достал очищающий щит. В свете фонаря чешуйки на его поверхности заиграли бликами, когда я принялся крутить его в руках. Металлические руны отлично резонировали с моим Голосом земли. Я надел амулет ясности, чтобы облегчить себе задачу, закрыл глаза и сосредоточился на сложных узорах пуговицы титана под чешуей.

Я не был великим мастером-артефактором, но после десятка импульсов убедился, что предельно ясно понял структуру рунных слоев. Теперь я смогу воссоздать эти руны в Мире Грёз и, если повезет, изменить их так, чтобы действие нового артефакта распространялось только на меня. Это сбережет эфир и повысит эффективность вещи. Правда, бог весть когда у меня снова появится время для практики в артефакторике.

Должно быть, я задремал, потому что в дверь постучал банщик и сообщил, что одежда и доспехи готовы. Я послал Импульс земли и обнаружил, что две другие ванны заняты. В одной отмокал какой-то жирный купец, а во второй оказалась Баэлира. Я сразу понял, почему парни так настойчиво выпроваживали меня: подглядывать в помывочную Баэлиры можно было как раз из моей комнаты. Чтобы не задевать достоинство эльфийки, я оставался в ванне, пока она не закончила, и даже подкупил парней большим медным грошом, чтобы они перестали барабанить в мою дверь. Я дождался, пока Баэлира вернется к себе, и только тогда вышел сам.

На следующее утро мы наняли баржу, чтобы переправиться через реку Брелас. Река текла на север вдоль дороги, но срезать путь на северо-восток через равнины к Лорво было куда быстрее, чем ехать сначала на север, а затем на восток. За время пути мы не столкнулись ни с какими серьезными опасностями, хотя слухи о дорожных угрозах преследовали нас повсюду. Стоит нам добраться до Лорво, и мы сможем поехать по старым торговым трактам прямо до Собрала.

Погрузку на баржу прервал слуга графа Гато, передавший приглашение отужинать с его господином. Я вежливо отказался, сославшись на крайнюю спешку. Прежде чем гонец успел вернуться с новым посланием, мы уже переправились через реку и скрылись из виду.

Четыре дня пути через равнины оказались не такими приятными, как хотелось бы. Нам преградил дорогу десяток кочующих кентавров, но Баэлира воспользовалась своими новыми браслетами и выпустила в небо струю ревущего пламени, что заставило кентавров передумать. Вечером третьего дня Иви заметила в вышине парящего рока, из-за чего нам пришлось несколько часов отсиживаться в укрытии, пока мы не убедились, что тварь улетела. Эта исполинская птица забралась куда дальше на юг, чем обычно селятся ее сородичи. В основном они гнездятся в горах на севере и за морями Халифата.

Утром четвертого дня мы наткнулись на свежие следы булетты. Мне пришлось спешиться и бежать трусцой половину дня, чтобы убедиться, что на нас не нападут из засады. К Лорво мы приближались с огромным облегчением. Виноградники вокруг города, казалось, были уже готовы к сбору урожая. Между лозами расхаживали мужчины и женщины, а по краям полей лениво переминались с ноги на ногу скучающие стражники.

Высокие стены из белого камня выглядели очень гостеприимно. Последний раз мы были здесь, когда нанимали алхимика Децимуса. Красные вспышки на стенах подсказали мне, что в Лорво расквартировано немало легионеров. Город завоевал особое расположение покойного Императора благодаря производству вина, да так, что здесь даже обустроили портал. Стоило нам проехать в ворота, как двое легионеров преградили нам путь, расспрашивая о цели визита. Их начищенные до блеска доспехи из красной лакированной стали говорили о том, что это вряд ли призывники – скорее добровольцы, сознательно выбравшие службу в легионе.

Увидев наши медали искателей приключений, легионеры скривились и принялись придираться по мелочам. Я подумал было достать подорожную грамоту, которую нам выдал маг-командор, но передумал, оборвал разговор на полуслове и велел спутникам разворачивать коней от ворот.

Когда мы отъехали на безопасное расстояние, я объяснил свое решение:

— Это были ветераны Имперского Легиона еще времен прошлого Императора. Того, что слева, я признал – он служил в Императорском Дворце, хотя сам меня, похоже, не вспомнил. Императорская гвардия всегда славилась спесью и непомерным самомнением. Это назначение для них – своего рода ссылка, вот они и пытаются набить себе цену. До Телхаса мы доберемся за два с половиной дня, думаю, там нас встретят дружелюбнее.

Старый торговый тракт выглядел куда более оживленным, чем в прошлый раз, когда я проезжал здесь. Укрепленные купеческие стоянки вдоль дороги были отремонтированы и даже расширены. В этом был смысл, раз уж портальная сеть в Восточной Империи приказала долго жить. Дороги, заброшенные на десятилетия, внезапно снова обрели былую важность.

За три дня пути до Телхаса мы разминулись с пятью купеческими караванами и одним конным патрулем легионеров. Хотя город и назвали в честь столицы Телхи, он был лишь блеклой и уродливой тенью ее величия. Небольшое поселение защищали деревянные стены, однако внутри вовсю кипела стройка – строительные леса были видны еще на подходе. У ворот высились груды камня из каменоломен, вокруг которых роились каменщики, обтесывая глыбы. Глядя на этот город после Луле, понимаешь, что Империя вовсе не так мертва и разорена, как уверяют многие.

Когда мы ехали по улицам, я заметил, что среди новых зданий возводятся Зал Легиона и армейские казармы. Похоже, Императрица решила сосредоточиться на укреплении своих городов, а не на отвоевывании утраченных земель и расширении границ. Я с нетерпением ждал встречи с Ренной, чтобы лично выразить ей свое почтение за эти труды. До Собрала мы должны добраться всего за пять дней, и я очень надеялся застать там Лайнуса.