Дедушка Главиен

Что сказать человеку, который презирает тебя за то, что ты обесчестил его дочь? Я выпрямился и принял бесстрастный вид, под стать генералу, пока мы оценивающе разглядывали друг друга. По крайней мере, встреча здесь не повлечёт за собой публичного скандала. Я принялся мысленно вызывать в памяти все уроки, которые преподал мне Алхар, пока убийца отходил к стене, давая нам пространство.

Для эльфа отставной генерал был весьма мускулистым, а его возраст выдавала лишь лёгкая седина на висках. Остальные его иссиня-чёрные волосы блестели и были аккуратно подстрижены. Поскольку эльфийские волосы росли крайне медленно, длинная шевелюра считалась признаком высокого статуса. Генерал Главиен нарушал этот стереотип своей короткой стрижкой. Алхар кивнул мне, беззвучно предлагая нарушить молчание.

— Генерал Аллистон Главиен, для меня честь встретиться с вами, — произнёс я на высоком эльфийском. Это было проявлением максимального уважения, какое я только мог выразить. Он ничего не ответил и никак не выдал своих мыслей, лишь повернул голову на звук шагов в коридоре.

В комнату вошли двое королевских гвардейцев, осмотрели присутствующих и пропустили монарха.

— Король Лелант, я жду вас уже полчаса, — сухо заметил генерал Аллистон, полностью проигнорировав меня. В его голосе не было ни почтения, ни пренебрежения.

— Уверен, твои новости могли подождать ещё несколько минут. Ты пропустил представление, устроенное вот этим молодым человеком, о котором лорды будут судачить весь следующий год. — Король налил себе выпить, пока генерал смотрел на меня, явно ожидая объяснений, хотя его гордость не позволяла спросить об этом напрямую.

— Возможно, этого хватит, чтобы переломить ход событий, — король салютовал мне бокалом.

Смочив губы, правитель жестом предложил генералу говорить.

— Поведай, какие вести оказались настолько важными, что ты преодолел тысячу миль, дабы сообщить их мне лично. — Я отметил про себя, что Аллистон не был призван на этот совет лордов, а решил явиться по собственной воле. Возможно, он прознал о моём прибытии и явился именно за мной.

Аллистон перевёл взгляд с меня на короля. Я заметил, что он не назвал его «мой король», а обратился к нему на эльфийском как к равному.

— Лелант, в Митокуриму прибыл купец. Его охранники изрядно выпили в таверне и принялись рассказывать невероятные истории, которые дошли до моих ушей. Я счёл своим долгом лично проверить их достоверность у самого купца и его стражи. — Митокурима была городом на самом юго-востоке Бартирадии, граничащим с Геседмурией. Именно там, как я полагал, сейчас находились Блейз, Бенито и Лесна, так что слова генерала меня живо заинтересовали.

— Полно томить меня неизвестностью, Аллистон, скажи наконец, что стряслось? Это проклятие на заклинаниях отправки сообщений всех нас в могилу сведёт, — проговорил король с проступившим в голосе раздражением.

— Анторумцы собирают флот и обучают солдат тысячами, — медленно произнёс Аллистон.

Король мгновенно приободрился.

— Это же прекрасные новости! Должно быть, Теократия планирует направить силы для вторжения в Братство, — задумчиво произнёс король Лелант.

— Нет, намерения у них совсем другие. Из того, что мне удалось разузнать, они тайно обучают армию и намерены вторгнуться в Геседмурию. Стражники рассказывали, что в их рядах есть воины и маги нашасари, которые помогают тренировать новобранцев, — бесстрастно сообщил генерал Аллистон.

Я мысленно представил себе карту другого континента. Анторумская Теократия была крупнейшим государством на тех землях, занимая добрую треть суши. Она находилась в тысячах миль от Годока, на противоположной стороне материка. Я полагал, что там правит единая церковь, но, насколько мне было известно, это была мирная человеческая страна, позволявшая селиться в своих обширных пределах представителям любых рас.

— Зачем им вторгаться сейчас, да ещё и в союзе с нашасари? — Спросил я вслух.

Король с озабоченным видом подошёл к карте, висевшей во всю стену.

— Тот континент действительно богаче ресурсами и обладает более древней историей, но я предполагаю, что события, описанные тобой в Годоке, произошли и в Теократии. — Его взгляд остановился на мне.

Генерал ждал объяснений, и я решил, что это отличный шанс выставить себя в выгодном свете в его глазах.

— Когда я изучал подземелья в Гильдии Искателей Приключений в Годоке, мы с моими спутниками раскрыли заговор. В одной из башен сект скрывалась ячейка нашасари. Мы проникли туда и вывели их на чистую воду, но были вынуждены бежать, когда выяснилось, что правящий совет города также скомпрометирован. Раз уж это предали огласке, их планы в Годоке наверняка оказались сорваны.

Аллистон уставился на меня своими пронзительными серыми глазами.

— Моя дочь ничего об этом не упоминала, — произнес он.

— Ах да, к тому времени она уже уехала с послом Эзенхема, чтобы вернуться в Бартирадию, — признался я, в ответ на что удостоился ледяного взгляда. Неужели меня винили в том, что Раэлия уехала, так и не сказав мне о ребёнке, которого носила под сердцем?

Король почувствовал натянутость обстановки и сопоставил факты.

— Аллистон, мне следовало догадаться, что это твой зять! Удивительный человек и могущественный иномирянин.

— Между Раэлией и этим человеком нет никакого союза, — поправил его генерал, и в его голосе наконец отчётливо проступила неприязнь.

Эльфийский обычай требовал, чтобы брачный союз получил благословение всех живых родителей как со стороны мужа, так и со стороны жены. Судя по тону генерала, при его жизни на это рассчитывать не приходилось.

— Понимаю, — негромко отозвался король. На мгновение мне показалось, что он замолвит за меня словечко, но он предпочёл не вступать в конфликт с отставным генералом. — Тебе известна численность этой тайной армии, которую собирает Теократия?

— Нет. Двое допрошенных стражников-торговцев были насильно призваны в армию, но сумели сбежать из тренировочного лагеря и переправиться через океан. По их словам, в одной из долин выстроены огромные новые верфи. Лес для кораблей валят прямо в расположенном там подземелье. И деревья эти – солёное сердце, — закончил генерал.

— Не существует подземелий с рощами солёного сердца – по крайней мере, таких, где лесов хватило бы на постройку целого флота, — вмешался я. Я подробно изучал виды древесины в этом мире, когда рассказывал всем, будто прибыл из Цинги, поскольку их главным экспортным товаром была древесина тасэ и прочий строевой лес. Солёное сердце представляло собой разновидность дуба, который стремительно сох и обладал исключительными свойствами: солёная вода не точила его, а морские обитатели неохотно селились на его поверхности. Из-за этого его нещадно вырубали, и теперь он стоил баснословных денег, ведь на его выращивание уходили десятилетия.

— Подземелья могут меняться, — произнёс Аллистон точно таким же тоном, каким Раэлия разговаривала со мной, когда считала, что я несу глупость. По крайней мере, теперь я знал, от кого она унаследовала эту всезнающую покровительственную манеру.

Король принялся мерить шагами комнату.

— Это меняет дело. Если геседмурийцы прознают об этом, они вряд ли поддержат наше наступление, предпочтя готовиться к собственной обороне. Нашасари мастерски раскалывают наши ряды. Возможно, дипломатическая миссия в Теократию помогла бы открыть глаза жрецам на ту опасность, которую несут в себе змеелюди.

— Это было бы крайне опасным предприятием, к тому же неизвестно, насколько глубоко они проникли в сам орден, — подал голос Алхар. — Большинство жрецов почти не владеют магией, и их легко ввести в заблуждение с помощью чар.

— Как же нашасари умудрились обрести такое могущество и так долго оставаться незамеченными! — Сокрушался король.

— Мы полагаем, что они позволяют вылупляться всему своему потомству, не давая сильным пожирать слабых. Таким образом, за несколько лет их численность могла вырасти до миллионов, — высказал предположение Алхар.

— Все эти политические маневры бессмысленны. Самих нашасари тоже водят за нос, просто они этого не понимают. Всё это лишь отвлекающий маневр, чтобы высший демон успел возвести Мировые Врата и ослабить нас…

прежде чем явится демоническое воинство, – лаконично подытожил я. — Волнения в горах Драконьего Хребта и Бесконечной Тьме служат той же цели. И я подозреваю, что у нашасари есть свои люди и среди ваших лордов.

Король вопросительно изогнул бровь, а Алхар наконец шагнул из тени. Его голос прозвучал в кабинете подобно удару хлыста:

— Кто именно?

Король поднял руку, останавливая порыв убийцы.

— Хоть это и возможно, и даже весьма вероятно, судя по всему, что я слышу, мы не станем устранять лордов без веских доказательств, — устало произнёс монарх.

Аллистон принял сторону Алхара:

— Если позволить заразе зреть в твоём окружении, то, когда ты решишь действовать, будет уже слишком поздно.

— Мне нужно, чтобы лорды согласились уступить Фронс тельхианцам и опустошили свои сундуки ради сбора армии юношей, которой предстоит отправиться на юг, в Наусис, и сложить головы в чужих краях. Если недовольные лорды начнут бесследно исчезать или подозрительно умирать, это сделает нашу задачу невыполнимой. — Король налил себе ещё бокал и с силой вогнал пробку обратно в горлышко.

— Не отдавай Фронс, — произнёс Аллистон. Его кулак сжался, но лицо осталось бесстрастным. — Мы потеряли сотни отличных солдат, отбивая его, и это один из самых укреплённых городов на границе.

— Такова цена мира с новой Императрицей, — ответил король, глядя на меня. — Она пообещала прислать десять тысяч воинов и двадцать отрядов магов, если мы согласимся. — Я был рад, что Киреник не стал раскрывать тайну о том, что эти отряды и солдаты будут переброшены через врата в самый последний момент.

— Я верю словам Императрицы, — неожиданно произнёс Алхар. — Судя по тому, что сообщают мои люди из тельхианских городов, она сдержит своё слово.

Король медленно кивнул, и я воспользовался моментом, чтобы спросить о Геседмурии:

— Знают ли в Геседмурии об Анторумской Теократии? Начали ли они уже сбор ополчения? — Это было первое, что пришло мне в голову в попытке объяснить, почему Блейз, Бенито и Лесна могли задерживаться. Но если они находились на борту «Солёной девы», то у Стражей не должно было возникнуть проблем ни в одном порту.

Аллистон на мгновение задумался, но всё же ответил:

— Купец и его люди лишь пытались сбежать как можно дальше от грядущего столкновения. Мне ничего не известно о делах Геседмурии.

— Через год безопасных мест не останется вовсе, — пробормотал король Лелант, косясь на бутылку вина, но всё же отвернулся. — Отправьте наездников на грифонах во все королевства. Я желаю знать, что там происходит. Посмотрим, примет ли Императрица нашего вестника с миром. Я лично составлю послания.

— Мастер полетов докладывал, что за последний месяц драконы убили четырёх наездников, — предупредил Алхар.

— И все случаи произошли возле Драконьего Хребта. Пусть просто держатся подальше от этих проклятых гор. Нам необходимо знать, что творится в мире, — раздражённо бросил король.

— Я могу отправить Императрице весточку, чтобы она ждала наездника. Вы также можете скопировать схему создания парных книг для обмена сообщениями – это подарок от самой Императрицы, — предложил я, доставая книгу и чертежи. Момент казался самым подходящим, чтобы пустить в ход этот козырь.

— Они работают? — Оживился король, осознав ценность предложения.

— В них используются иные плетения, нежели в обычных заклинаниях отправки сообщений, так что да, они работают без перебоев, — пояснил я. Мы все сгрудились у королевского стола, наблюдая, как он пишет послание Императрице, после чего он велел позвать писца, чтобы тот скопировал схему для его артефакторов.

Аллистон держался слишком натянуто, чтобы можно было понять, вырос ли я в его глазах, да и мысли генерала всё ещё занимали дела государственной важности.

— Что решим с лордами? — Спросил Аллистон.

Король указал на меня, и на его озабоченном лице промелькнула слабая улыбка.

— Полагаю, после его сегодняшнего выступления большинство из них присмиреет и пойдёт на уступки. Мы приставим следопытов приглядывать за теми, кто вызывает подозрения, — устало произнёс монарх. Аллистон снова бросил на меня вопросительный взгляд, но он мог пойти в бальную залу и увидеть всё своими глазами.

— Прошу прощения, но я не могу остаться ещё на одну ночь. Рыцарь Киреник и Баэлира изъясняются куда лучше меня. Утром я отбываю в Грэмни, — объявил я королю. Это заявление вызвало удивление у присутствующих. — Я планирую лишь ненадолго заглянуть туда, чтобы дать знать моим спутникам, что со мной всё в порядке. После этого я отправлюсь в Геседмурию на поиски моих пропавших друзей. Мне также необходимо доложиться Верховному Стражу, но сперва его ещё нужно отыскать.