– Провидица

Глава 328.

Намао налила мне чашку чая и протянула ее. — Ждала тебя? Не тебя конкретно. Но я вижу, что ты проделал очень долгий путь, чтобы встретиться со мной.

— Я проплыл половину Дезии, чтобы вернуть голиафов домой, — сказал я, надеясь заслужить расположение почтенной женщины.

Провидица прищурилась:

— О, так ты тоже приложил к этому руку? Но ты ведь прекрасно понял, о чем я, мальчик.Ты проделал очень долгий путь, чтобы оказаться здесь.

Я неловко заерзал на стуле. Я колебался, не зная, стоит ли сказать об этом прямо или подождать, пока она сама подтвердит догадку о том, что я пришелец из другого мира. — Я пришел сюда, чтобы показать вам несколько артефактов, — произнес я, небрежно отпивая чай. На вкус он оказался приторно-сладким и одновременно горьким, с резким пряным послевкусием. Не совсем то, что мне по вкусу, но я сделал вид, что пью с удовольствием.

Матрона медленно кивнула, но во взгляде ее промелькнуло разочарование. — Мой дар позволяет мне видеть прошлое, настоящее и будущее. Возможно, я смогу помочь тебе с твоими артефактами.

Я с улыбкой парировал:

— Настоящее видеть может каждый.

Она шутливо погрозила мне пальцем, словно собиралась отчитать, а затем заливисто рассмеялась:

— Ха, а ты мне нравишься, мальчик. Не каждый умеет смотреть теми глазами, что ему даны. Но я могу видеть настоящее здесь, — она обвела рукой комнату, — …или там, — она сделала неопределенный широкий жест в сторону.

— Что-то вроде ясновидения? — Заинтересовался я.

Намао, казалось, обдумывала ответ:

— И да, и нет. Мой взор не скован рамками заклинаний. Я провидица, а не маг.

Мой разум лихорадочно анализировал каждое ее слово, пока она терпеливо ждала. Я решил потянуть время. — Почему вы решили, что я пришел именно к вам?

На ее лице расплылась широкая улыбка. — А, так мы возвращаемся к этому. Ты далеко не первый, кто приходит ко мне с вопросом, как он здесь оказался – и как вернуться домой.

— На Землю? — Выпалил я. Неужели здесь был кто-то еще с Земли? Сердце бешено заколотилось от волнения перед открывшейся возможностью.

— В последнее время нет, но за последние десять лет меня находили гости из Афоры и Луатэры, — произнесла она, явно наслаждаясь моим потрясением.

— Из Афоры? Из Луатэры? — Переспросил я.

— Афора – родной мир эльфов. Из Луатэры приходят орки, попадающие в Дезию. Есть и другие миры, но в большинстве из них нет разумного общества. — Она отпила чаю и замолчала, давая мне время переварить услышанное.

— И вы смогли подсказать тем, кто вас навещал, как вернуться домой? — Ее губы сжались в тонкую линию.

— Нет. Я способна видеть лишь то, что было, что есть и чему суждено случиться. Что касается тебя, я вижу день, когда ты прибыл в Дезию, нагим и… смятенным. Сюда тебя перенесли двигатели мировых врат. Или, как их чаще называют, подземелья.

— Так вот что я почувствовал. Вы читали меня, когда я вошел? Те самые врата, что построили Титаны? Мне говорили, что они уничтожены, — ответил я.

Я снова ощутил покалывание в руках. Что бы она ни делала, это опять вызывало реакцию рун на моих костях. Я сдержал желание почесаться и замер в ожидании. Ее глаза округлились:

— Ты встречался с Хрисосом? И все же остался жив? — Она уважительно склонила голову. — Ты удивительный гость. Да, врата, возведенные Титанами, разрушены, но двигатели подземелий все еще работают. Мосты будут разрушены окончательно лишь тогда, когда падут все подземелья. Что касается твоего следующего вопроса – я не знаю, как работают эти двигатели. Об этом тебе стоило бы расспросить Гефеста. Мне неведомо, где он, я знаю лишь то, что он все еще существует.

— Откуда вам все это известно? — Спросил я.

— Тебе интересно, откуда у старухи на затерянном острове такие знания? Мальчик, я ведь уже сказала тебе: я провидица. — Она лучезарно улыбнулась. — Когда я занимаюсь домашними делами, мои мысли часто уносятся в прошлое. Кое-что я узнала сама… а кое-что поведали мне те, кто приходил в поисках ответов.

— Сколько стоят ваши услуги? — Я не сомневался, что эта пожилая голиафиха не шарлатанка. Она знала слишком много и явно обладала способностью читать меня.

Она подлила себе чаю. — Я не беру плату монетами. Мне нужно дело, которое послужит моему народу. Чтобы назвать точную цену, мне придется заглянуть в твое будущее. Но сперва скажи: каков твой вопрос?

Я задумался о своих артефактах, а затем решил спросить о мировых вратах. К тому же она и так уже щедро поделилась ценными сведениями. — Где сейчас другие люди с Земли?

Она сокрушенно покачала головой:

— Я не знаю, я ведь не всеведуща. Последний, кто навещал меня, давно мертв, как и те, кто был до него. Спрашивай о себе. Хочешь узнать свое будущее? Или, быть может, о тех артефактах, суть которых ты надеялся прояснить с моей помощью?

Действительно ли я хотел знать свое возможное будущее? — Если вы расскажете мне о моей смерти, смогу ли я ее избежать? — Спросил я.

— Великолепный вопрос! — Она раскатисто расхохоталась. — Возможно… но, избежав одной гибели, ты можешь прийти к другой. Неужели ты станешь возвращаться ко мне всякий раз, когда избежишь предначертанного, чтобы уклониться от следующего удара судьбы? — Ее глаза так и искрились весельем.

Она явно получала удовольствие от беседы, чего нельзя было сказать обо мне. — Можете ли вы увидеть, встречу ли я кого-нибудь с Земли в будущем? Вернусь ли я на Землю?

— Захватывающий вопрос! Это мне под силу. Моя цена такова: найди и уничтожь подземелье на острове Каменной Горы. — Она произнесла это с такой легкостью, будто речь шла о пустяке.

На мгновение я опешил, но быстро взял себя в руки. Слегка раздраженно я возразил:

— Всего один вопрос? Не слишком ли неравный обмен?

Матрона лукаво усмехнулась:

— Торгуешься. Я осмотрю любые твои артефакты… после того, как ты уничтожишь подземелье. И тогда же отвечу на твой вопрос.

— Один предмет и ответ на вопрос сейчас, а остальные артефакты – после того, как разберемся с подземельем. — На самом деле я едва сдерживал ликование. Если в подземелье обитают мантикоры, мне не придется рисковать жизнью, выслеживая их по всему острову.

— Один предмет сейчас. Ответы – только после того, как долг будет уплачен, — весело парировала она, явно наслаждаясь игрой.

Я шумно вздохнул, изображая досаду. — Где находится это подземелье и как мне его уничтожить? — Даже простое знание о его местонахождении уже оправдывало эту встречу.

— Я не знаю, — она подняла руку, предвосхищая мое возмущение. — Но, скорее всего, оно скрыто на склонах второй по высоте горы. Ты ведь говорил с Навеком – он подобрался совсем близко.

Я прищурился:

— Вы уже отправляли кого-то на это задание?

— Ты третий. Четвертый, если считать Навека. Хотя он искал лишь логово мантикоры, погубившей его семью. Он уже очень давно не приходил ко мне за советом, — тихо произнесла она, и я понял, что за этим кроется какая-то личная история.

— Если вы знаете о существовании подземелья, почему не рассказали остальным?

— Я открываю это лишь тем, в чьем будущем вижу хоть какую-то надежду после встречи с подземельем, — тяжело вздохнула она. Провидица словно обмякла на стуле, постарев прямо на глазах. Не похоже было, что она притворяется. — Я не посылаю мужчин и женщин на верную смерть без нужды. Должен быть хоть какой-то шанс на успех. У тебя этот шанс выше, чем у большинства твоих предшественников. По рукам?

— Вы так и не сказали, как уничтожить подземелье, когда я его найду, — возразил я.

— Я не знаю. Мне известно лишь то, что их можно разрушить. — Она махнула рукой. — Я ведь не всеведуща, помнишь? Если ты добьешься успеха и вернешься, я сама смогу прочесть это знание в твоем разуме.

— Похоже, сделка снова оборачивается в вашу пользу, — хмыкнул я.

— Ладно! Два предмета сегодня. — Она хлопнула в ладоши, давая понять, что переговоры окончены. — Два предмета сегодня – это мой предел, после того как я распутала твои нити судьбы. И больше никаких вопросов, я очень устала и мне нужен отдых.

Я подумал было предложить зайти завтра, но передумал. Я достал тяжелую серебряную цепочку с крупным сапфиром. Это было изысканное украшение, усыпанное гравировками птиц и фей вдоль звеньев. Две феи бережно удерживали сам самоцвет. Лазурный камень на просвет казался струящейся водой. Вещь мгновенно приковала к себе взгляд старой голиафихи. Ее рука заметно дрожала, когда она принимала украшение. Она ненадолго прикрыла глаза, а затем хрипло и раздраженно произнесла:

— У этой вещи нет прошлого. Она создана подземельем. Ты забрал ее у банды гноллов. Что касается ее будущего… — Намао закрыла глаза.

Внезапно она распахнула их в крайнем изумлении и пристально посмотрела на меня. — Ты можешь прожить очень долгую жизнь. Настолько долгую, что сам устанешь от нее. — Она вернула мне изящный артефакт. — Я вижу, как ты используешь его во время работы. В алхимии, у кузнечного горна… возможно, в далеком будущем – за ткацким станком. Он помогает тебе сосредоточиться и дарует проницательность в твоем ремесле.

— Благодарю. Это очень ценные сведения. — Амулет тут же исчез в моем кармане.

Намао подняла руку:

— Дай мне что-то, у чего есть история. Вглядываться в будущее отнимает слишком много сил, а я уже измотана.

Я помедлил, но в итоге остановил выбор на серебряном кольце Руука. Оно не было творением подземелья, поскольку его рунические письмена не светились от тепла. Но оно забирало у меня крошечную струйку эфира. Провидица взяла кольцо и закрыла глаза. Ее веки подрагивали, пока она погружалась в прошлое украшения. На ее лице сменяли друг друга едва заметные эмоции: мимолетная улыбка, гримаса боли, ужас и изумление.

Наконец она открыла глаза:

— Ты убил орка, который носил это кольцо. Ему оно даровало невероятную устойчивость в любых условиях. Он сражался в нем на снегу, на песке, в грязи и на залитом кровью полу. Он ни разу не поскользнулся и не оступился. — Она вернула мне кольцо. — Поистине щедрый дар для великого воина. — Намао поднялась со стула. — А теперь мне нужно отдохнуть. Возвращайся с вестью о победе.

Пока я шел обратно в Этернис, меня одолевало легкое раздражение. На каждой руке можно было носить лишь по одному кольцу, а оба кольца под моими перчатками из паучьего шёлка были слишком ценными, чтобы их снимать. Кольцо проецирования ускоряло восстановление эфира, а кольцо насыщения позволяло обходиться меньшим количеством пищи и сна. Меньше времени на сон – больше успеваешь сделать. К тому же я подозревал, что ожерелье будет конфликтовать с моим амулетом эфирного щита. Фортуна и так была ко мне непомерно щедра.

Вернувшись в нашу комнату в трактире, я обнаружил записку от Раэлии. Она собиралась навестить Мейвита, так как его отец заканчивал работу над ее седлом. Они вернутся через шесть дней. Я недовольно проворчал себе под нос: ведь я обещал, что мы устроим себе неделю отдыха. Но в моих мыслях эта неделя была наполнена теплыми ваннами и вечерами в компании Раэлии.

Впрочем, я вполне мог занять себя и без помощи Константина. Я велел принести в комнату два тяжелых стола и разложил купленное алхимическое оборудование. В конце концов, у меня закончился эликсир для полоскания рта, да и разобраться с принципом работы сапфирового ожерелья было бы весьма полезно. К тому же у меня было несколько рецептов целебной мази из местных ингредиентов, которые стоило опробовать.

Остаток дня я провел в беготне, изрядно утомив себя покупками в различных аптекарских и травяных лавках города. Заниматься алхимическими процессами прямо сейчас не хотелось, поэтому я просто растянулся на кровати, положив голову на мягкую подушку из грифоньего пуха, и открыл эльфийскую книгу, изучая магические плетения для развития родства с очарованием…