Библиотека

Тяжелый, мокрый снег хрустел под ногами, когда нестройный ритм наших шагов направил нас к западным воротам Каэлоры. Адриан и Константин шли впереди и сразили еще один спектр, пока Кастилия забирала его посмертную эссенцию. Вскоре над нами нависли темные стены города, частично защищая от снегопада.

Большие камни, упавшие от времени, лежали у подножия стены. Близость к городу вызывала неприятное чувство, а древний камень был покрыт черной плесенью. Ворота, к которым мы подошли, были сделаны из глянцевого, зловещего черного дерева; одна из больших створок была слегка приоткрыта, оставляя узкий проход в город.

Отряд сгрудился у стены, пока Константин осматривал узкий проем в воротах. Я стоял перед учёным Фавианом, который дрожал от холода и выглядел неважно. Мейвит возвышался над пожилым человеком, пытаясь защитить его от мокрого, тяжелого снега. Чем больше снега таяло на моей шее и пропитывало одежду под доспехами, тем сильнее я чувствовал укусы холода. Особенно теперь, когда мы перестали двигаться.

Спектр эльфийки в доспехах стражника прошел сквозь каменную стену, застав врасплох Павла, стоявшего чуть позади. Павел закричал от боли, когда рука спектра прошла сквозь его грудь. Спектр вспыхнул, его тело обрело большую плотность, словно он впитал что-то из болезненного вопля Павла. Я первым обрушил свой рунический клинок на тварь. После четырех быстрых ударов существо растаяло в земле.

Кастилия использовала урну, чтобы окончательно уничтожить существо, пока Лайнус осматривал Павла. Я опустился на колени напротив Лайнуса, беспокоясь за товарища. Лицо Павла было бледным, он тяжело дышал. — Он поправится, если только другие спектры не ударят его снова, — сказал мне Лайнус. Он обратился к раненому:

— Ну же, Павел, один удар спектра не может свалить легионера.

Павел с трудом попытался сесть, его дыхание было прерывистым:

— В легких такое чувство, будто туда вонзились ледяные шипы. — Он прохрипел: — Можно мне зелье лечения?

Кастилия стояла над нами с тревогой на лице:

— Оно не поможет. Он атаковал твою жизненную эссенцию, а не физическое тело. Ты поправишься за день, только не попадайся под удар до тех пор. Если спектры выпьют твою жизненную эссенцию, ты сам станешь одним из них.

Ветер внезапно переменился, и наша слабая защита от стены исчезла. Снег повалил прямо на нас, становясь все гуще. Константин вернулся из проема с докладом. Голос его звучал мрачно:

— По улицам бродят десятки спектров, Кастилия. Если бы у каждого было руническое оружие, у нас был бы шанс.

Адриан покачал головой:

— Оставаться здесь – верная смерть. Мы замерзнем и окажемся беззащитны перед любым существом, которое натравит на нас призыватель. Я предпочитаю сражаться внутри города. Мы можем укрыться в одном из зданий, а те, у кого есть оружие, прикроют остальных.

Ферт возразил:

— Легко тебе говорить. У тебя есть руническое оружие. — Напряжение среди бойцов нарастало. Впервые отряд не казался сплоченным. Некоторым из мужчин приходилось сражаться с врагом, которому они не могли нанести вред.

Константин предложил решение:

— Раздайте всем по одной рунической стреле. Те, у кого нет рунического меча, смогут сдерживать спектров руническим наконечником достаточно долго, чтобы кто-то с мечом успел добить тварь.

Повисло молчание, падали хлопья снега. — Сделайте это, — наконец произнесла Кастилия.

Дела были настолько плохи, что я вытащил один из своих козырей:

— У меня есть вот это, Ферт. — Я протянул ему эльфийский рунический кинжал, который тайно прихватил из своего хранилища. Он казался самым подходящим человеком в отряде для такого оружия – из тех, кто склонен бить в спину. — Нашел его у эльфийского призывателя.

Ферт обнажил кинжал в свете свет-камня. Он хмыкнул:

— Симпатичное перышко. Спасибо. — Голос его звучал уже мягче, и он вернул руническую стрелу, которую дал ему Блейз. Кастилия бросила на меня взгляд, но ничего не сказала.

— Я хочу получить его обратно после всего этого, Ферт, — я попытался поймать его взгляд, но он лишь махнул рукой в знак согласия. Надеюсь, он не собирается оставить его себе.

Снег теперь доходил почти до колен, все дрожали от холода, но были готовы настолько, насколько это возможно. Делмар первым протиснулся в щель ворот, и мы последовали за ним гуськом. Оказавшись по ту сторону ворот, мы рассредоточились; перед нами лежал разрушенный город. Скелеты каменных безкрыших зданий тянулись вдоль улиц, у некоторых стены обвалились. Спектры, как и заметил Константин, бродили по улицам. Они без усилий скользили по снежному покрову, не тревожа его при движении. Делмар уже разбирался с ближайшим, молодым эльфом.

Спектры заметили наше появление и начали движение в нашу сторону. Кастилия скомандовала:

— Оставайтесь здесь у ворот, пока мы не проредим их. Пусть сами идут к нам!

Я сместился вправо, чтобы контролировать пространство вдоль внутренней стены; два спектра в форме стражников прошли сквозь стену близлежащего здания, и вскоре я уже сражался в глубоком снегу. Когда я сцепился с одним, за моей спиной звенящая тетива отправила стрелу во второго. — Блейз, придержи стрелы! — Сердито крикнул Делмар. Стрела Блейза прошла сквозь спектр, вызвав крошечную вспышку и ненадолго отбросив его назад, но тот быстро восстановился. Стрела разлетелась вдребезги о камень позади него, а наконечник и щепки исчезли в снегу.

Мейвит стоял позади меня вместе с учёным, но они мало чем могли помочь против бесплотных призраков. Отряд выстроился полукругом у ворот, и пять рунических клинков защищали всех остальных. Единственным утешением была медлительность спектров. Все они, казалось, просто брели к нам. Кастилия была занята тем, что собирала развеянных спектров в урну. Если она не затягивала их посмертную эссенцию в Котел Душ, они восстанавливались из земли примерно через тридцать минут.

Мы выяснили это, когда Кастилия упустила одного из спектров, которых развеял Делмар. Он восстановился прямо под Делмаром и ударил его в ногу. Делмар выругался и отпрянул назад, а мне пришлось добить спектра, чтобы Кастилия смогла использовать урну. Хромая и ругаясь, Делмар передал свой меч Бенито, который занял его место. Кастилия делала все возможное, но требовалось почти пятнадцать ударов сердца, чтобы урна поглотила фиолетовый дым, а спектры казались бесконечными.

Ветер снова переменился, и теперь снег падал отвесно. Ворота и стена защищали нас от этого медленного, затяжного боя, длившегося уже несколько часов. Со спектрами было легко справляться поодиночке. Мое плечо и предплечье начали уставать, поэтому я переложил меч в другую руку. Мои тренировки на владение обеими руками оказались весьма кстати.

— Проклятый элементаль! — Закричала Кастилия в небо, пока снег становился все глубже. — Нам нужно укрыться в здании. Фавиан?

Ночь уступила место серому рассвету, наполненному непрекращающимся снегопадом. Фавиан дрожал, плотно укутавшись. Он поднял голову, его лицо было синим от холода:

— Библиотека должна быть полностью каменной, и у нее должна была уцелеть крыша. — Он посмотрел налево, направо, затем прямо: — Она должна быть в той стороне. Может, в ста ярдах от внешней стены. — Его зубы стучали.

— Эрик и Константин впереди! — Выкрикнула свои приказы Кастилия. Из всех, кто владел руническим оружием, мы были в лучшем состоянии; по крайней мере, мы выглядели наименее уставшими. Адриан передал свой клинок другому бойцу, чтобы передохнуть, как и Брут. Я выдвинулся вперед и пошел рядом с Константином. Нам приходилось не только сражаться со спектрами, но и прокладывать путь в снегу, который теперь доходил до бедер. Мы определенно проредили спектров в этой части города, но это был город, и если все его жители стали спектрами, это означало, что их здесь могли быть тысячи.

Под снегом скрывалось множество препятствий, о которые можно было споткнуться, но мы упрямо продвигались вперед скользящим шагом. Мы прошли один квартал вглубь города, и это привлекло волну из двух десятков спектров. Нам пришлось отступить обратно к воротам, пока мы с Константином убивали их одного за другим. Я обнаружил, что мой воздушный щит не сдерживает спектров, но теневые цепи Кастилии могли удерживать их на месте, не давая нам быть раздавленными числом. Проблема заключалась в том, что Кастилии нужно было постоянно использовать Котел Душ, иначе спектры восстанавливались.

Мы снова двинулись вперед, как только Кастилия уничтожила спектральные эссенции. На перекрестке улиц учёный Фавиан закричал:

— Вон она! Вон то здание! — Смутные очертания строения сквозь густой снег можно было разглядеть в серых лучах утреннего света. Улица расширилась, когда мы подошли к зданию и беспрепятственно поднялись по ступеням. Большие входные двери отсутствовали, но Фавиан оказался прав. У здания действительно была каменная крыша.

Я достал свой свет-камень и вошел вместе с Константином. Нас встретил спектр, но мы быстро расправились с ним вдвоем. Даже в морозном воздухе мне в нос ударил резкий запах плесени. Вестибюль библиотеки был круглым, стены украшала мозаика, по большей части покрытая густой зеленой и черной плесенью. Второй и третий спектры встретили нас из глубины строения, пока остальные входили в помещение. Пока мы разбирались со спектрами, бойцы с благодарностью стряхивали с себя снег.

— Хватайте все, что можно, чтобы развести костер, — распорядился Адриан, забирая свой меч обратно. В комнате не было почти ничего, кроме засохших лоз.

Константин уже заглянул дальше:

— Там в глубине полно поваленных полок и заплесневелых книг. И я заметил всего трех спектров.

— Тогда двинемся глубже, — решила Кастилия.

Дрожащий от холода отряд прошел в следующее помещение. Это был огромный зал с высоким потолком, уставленный сотнями полок и книг. Большинство стеллажей были опрокинуты или просто рухнули от времени. Спектры, которых заметил Константин, находились на дальней стороне и, казалось, пока не интересовались нами. Как только мы принялись крушить полки на дрова, три спектра двинулись на нас, а вместе с ними еще два, которых мы не заметили. Кастилия использовала Котел Душ после того, как мы их уничтожили. Теперь урна звучала так, словно была наполовину засыпана песком. Кастилия тоже выглядела предельно истощенной.

Вскоре мы разожгли костер. Матео грел руки, кончики его пальцев побелели от обморожения. Он был не единственным, кто пострадал от холода. У некоторых бойцов пальцы опухли и покраснели, у других кожа побледнела, а у кого-то конечности начали чернеть, как у Матео. У меня наконец появилось время присесть и снять сапоги, так как ноги болели уже несколько часов. Феликс взял мой чёрный клинок, пока я отдыхал. На данный момент спектров не было.

Пальцы моих ног были ярко-красными, местами слезала кожа. Я непрерывно сражался в течение нескольких часов, что, вероятно, и спасло меня от более тяжелого обморожения. Я сосредоточил форму своего исцеляющего заклинания на ступнях, и поврежденная кожа сошла, уступив место свежей, здоровой розовой коже. Лайнус подошел и попросил меня отдать ему все зелья из моего пространственного кармана. Когда кожа чернела, это означало, что ткани отмерли и требовали лечения.

— Не жгите это! — Дрожащий Фавиан вскочил, когда Кольм собрался бросить в огонь несколько заплесневелых книг.

Кастилия повернулась на шум:

— Сначала жгите полки. Если дерево закончится, жгите в первую очередь поврежденные книги. — Фавиан благодарно кивнул. Было видно, что ему хочется изучить фолианты, но он все еще находился в жалком состоянии.

Я стоял достаточно близко, чтобы слышать разговор Адриана и Кастилии.

— Надеюсь, мы не просто загнали себя в ловушку внутри этого города, — произнес Адриан.

— Котел Душ делает свое дело, Адриан. Нам просто не нужно спешить вглубь города, чтобы нас не раздавили числом, — устало ответила Кастилия. Она сняла кожаные перчатки, которые я ей дал, и ее пальцы оказались совершенно черными.

Адриан прикрикнул на нее:

— Боги, Кастилия! Почему ты ничего не сказала! — Он взял ее руки, и они попытались согреть их. — Лайнус! Одно из малых зелий лечения для Кастилии. — Лайнус подбежал и протянул флакон, и она выпила его с помощью Адриана, так как ее пальцы не слушались. К ее почерневшей коже медленно возвращался нормальный цвет.

В итоге мы израсходовали половину нашего запаса зелий, пока разжигали большой костер. Мужчины снимали доспехи и раскладывали мокрую одежду для просушки. Спектры появлялись время от времени как изнутри, так и снаружи комплекса. С ними легко справлялись, и каждый раз, когда мы убивали одного, Кастилия поднималась и использовала на нем Котел Душ.

Снегопад не утихал, и к полудню сугробы достигли почти пяти футов. При такой высоте передвигаться по городу было невозможно. Мало того, что пришлось бы пробивать дорогу в снегу, так еще и спектров нельзя было увидеть, пока они не окажутся вплотную.

Тревога нарастала, и Флавий произнес:

— Не призыватель и не спектры станут нашей смертью. Он похоронит нас под десятью футами снега, и мы просто умрем с голоду. — Его заявление не улучшило настроение отряда, но он был прав. Большинство мужчин оставили большую часть своих запасов еды у башни, чтобы облегчить рюкзаки.

Мейвит великодушно предложил свой мешок:

— У меня осталось двадцать семь сухих пайков.

— Я лучше умру с голоду, — рассмеялся Ферт на предложение Мейвита. Если дела пойдут совсем плохо, я был готов раскрыть свои дополнительные возможности хранения, хотя, к моему сожалению, я только что избавился от большей части своих запасов провизии.

Делмар попытался проявить оптимизм:

— Если мы сможем найти подземелье, внутри должно быть полно мяса, которое можно добыть. Я еще не бывал в подземельях, где не нашлось бы чего-нибудь съедобного.

— И как мы будем искать его под десятью футами снега? — С горечью спросил Флавий.

— Я думаю, в этом городе есть канализация, — вмешался учёный Фавиан в разгоравшийся спор. Все взгляды обратились к нему, и страсти поутихли. — У большинства великих эльфийских городов были обширные подземные сети. Я думаю, в одной из книг, которые принес Эрик, подробно описывалось их обслуживание. К сожалению, карт внутри не было. — Немногие из нас, кто это понял, повернулись и посмотрели на море из тысяч книг. Большинство из них, вероятно, были бесполезны, но где-то в этом беспорядке должна была находиться карта подземных коммуникаций города.