– Подмастерье артефактора

Мой провожатый притих, стоило нам приблизиться к зданию, обращённому к Острову Мёртвых. Я попытался разговорить его, расспрашивая, почему он помог Антонии и зачем вернулся в Тельхианскую Империю, но в ответ удостоился лишь мимолётного взгляда и молчания.

Верховный Страж ждал в одиночестве в просторном зале совещаний. Каракалла Лепид оставил меня с ним, закрыв за моей спиной тяжёлые двери. Железные створки захлопнулись с гулким стуком, эхом разнёсшимся по каменному залу.

— Кажется, я его оскорбил, — произнёс я, обращаясь к эльфу, сидевшему в одиночестве во главе длинного стола.

Верховный Страж заинтересованно изогнул бровь:

— И что же ты ему сказал?

Я решил не лукавить:

— Спросил, неужели все, кто остался от Первого Легиона, теперь нежить.

— А-а, — прогудел он низким, звучным голосом. — Ну да. Этого вполне достаточно. — По его лицу невозможно было понять, как он сам относится к этой теме.

— Но почему? — Спросил я из чистого любопытства.

Вместо ответа Верховный Страж поднялся с места. Он подошёл к высокому окну позади себя и откинул щеколду. Створки со скрипом распахнулись, открывая вид на бушующие волны в угасающем свете дня. Над далёким островом возвышались зубчатые утёсы, а на их вершинах стояли пять замков. Я знал, что их там больше – по пути мы миновали по меньшей мере семь, – но отсюда виднелись только пять.

Высвободив из складок робы сильную, жилистую руку, он указал вдаль:

— Там обитает его легат. Лепид стал тем, кто он есть сейчас, только ради того, чтобы остановить своего командира.

— Остановить от чего? — Спросил я, подходя ближе к окну. У меня едва не возникло искушение достать подзорную трубу, чтобы рассмотреть указанный замок. Значит, там жил ещё один выходец из Первого Легиона.

Лицо Верховного Стража помрачнело:

— От того, что со временем пытается сделать любая высшая нежить: заставить живых присоединиться к ним.

Он осторожно прикрыл окно и снова повернулся ко мне:

— Но я позвал тебя сюда, чтобы поговорить откровенно. Я читал отчёты, которые написали Элиссара и Сольвар. Они не верят, что ты намерен остаться. Тебе позволили приплыть сюда лишь для того, чтобы гарантировать безопасность девочки, раз уж ты наотрез отказываешься отходить от неё ни на шаг.

— Отчёты? — Переспросил я, застигнутый врасплох тем, как быстро здесь расходятся новости.

Он кивнул:

— Их отправили с помощью книг вещания. К тому же Лепид рассказал мне о костяных начертаниях, которые он сделал для тебя, прежде чем привести сюда. Его преданность делу сохранения бьющегося сердца угасающей Империи вызывает уважение… но это не служит нашей цели. Мы здесь для того, чтобы удерживать мертвецов в узде и защищать всех живых.

— Вы собираетесь отправить меня обратно в Наусис, чего бы я ни хотел? Иви вернётся со мной, — спросил я напрямую. Мои мысли были заняты Иви, и я прикидывал, что за восемь-девять месяцев она сможет узнать достаточно, чтобы защитить себя и при желании вернуться вместе с нами.

Он отступил на шаг, оценивающе разглядывая меня, и под его пристальным взором по моему телу снова пробежал ледяной озноб. Моя крепость разума отозвалась вибрацией, но нападению не подверглась. Челюсть Фенлориана слегка напряглась, и он кивнул своим мыслям:

— В Обитель и правда тянет многих выходцев из других миров. Но я ещё никогда не видел никого с таким хаосом в эфирном ядре.

— Здесь есть и другие пришельцы? — Элиссара упоминала об этом, но я так и не удосужился расспросить подробнее или узнать, есть ли среди них люди.

Он вздохнул:

— Обычно они приходят в поисках пути домой, ведь стражи существуют со времён падения Титанов. Наша библиотека огромна, но ни на одной из её страниц ты не найдёшь дороги назад.

Мой камень сокрытия не нагрелся, значит, для осмотра моего ядра он использовал не магию ясновидения, а что-то другое. То, что он так легко читал меня, немного выбивало из колеи. Отрицать очевидное не имело смысла. — У меня нет желания возвращаться, но если бы я мог отправить обратно Иви, я бы это сделал. Ей здесь не место.

На его лице появилась сдержанная, натянутая улыбка:

— Благородно с твоей стороны, но, как я уже сказал, невозможно. — Похоже, он принял решение. — Я не стану разлучать тебя с ребёнком. Можешь остаться. Свести начертания, которые оставил тебе Лепид, будет непросто. Нам не придётся отнимать руки, как он предлагал, достаточно лишь удалить кости с начертанными формулами заклинаний. Вырастить кости заново гораздо проще, чем всю руку целиком, это займёт всего неделю или около того.

Он снова тонко улыбнулся:

— Впрочем, утёсы Обители покрыты артефактами, защищающими нас от воздействия некротической эссенции, которую источают подземелья. Твоё ядро крупнее, чем у большинства, так что у тебя будет в запасе лет десять, чтобы решить, готов ли ты зайти так далеко и принять формулу заклинания «чистоты», которую носят стражи.

— Ту самую, что на черепе? И что она делает? — Спросил я с неподдельным интересом. Ни в Вейлмарке, ни во время плавания об этом не заходило и речи.

— Она медленно вытягивает и выводит из тела всю эссенцию смерти. А также дарует небольшую сопротивляемость к заклинаниям некромантии. — Он машинально почесал затылок. — И ещё она нестерпимо зудит в присутствии нежити. Однако, чтобы она оставалась активной, в теле носителя должен циркулировать эфир. Мне жаль, но у твоего маленького спутника нет и подобия эфирного ядра.

Он не мог иметь в виду Лесну, ведь она владела магией. — Бенито? — Я не сдержал весёлого смешка. — Надо же, единственный среди нас, кто действительно спит и видит, как стать стражем, не может этого сделать.

Тон Верховного Стража оставался серьёзным:

— Без эфирного ядра он также более уязвим для пагубного влияния некротического тлена, даже несмотря на защитные барьеры вокруг Обители. Ему следует отплыть на «Солёной вдове» при первой же возможности, — с сожалением произнёс Фенлориан.

— Будет ли он в безопасности до тех пор, пока «Солёная вдова» не отплывёт в Наусис через восемь месяцев? — Спросил я, теперь уже всерьёз беспокоясь о благополучии Бенито. Мне не хотелось отправлять его на другой континент в одиночку, хотя я был почти уверен, что Лесна по крайней мере составит ему компанию.

Командир медленно кивнул:

— Я велю целителям присматривать за ним, но оставаться здесь надолго ему не стоит. Пожалуй, лучше всего ему будет отправиться в Бубенге. Четыре месяца вдали отсюда пойдут ему на пользу. Что касается остальных твоих спутников, они могут получить начертание чистоты, если пожелают примкнуть к нашим рядам. — Он говорил вежливо и дружелюбно. Но меня это не обмануло. Его главным интересом была Иви, и он тщательно старался этого не показывать.

— Спасибо, что разъяснили мне всё, — я кивнул и откланялся. Наш разговор затянулся, и на Обитель уже опускались сумерки. В ночном воздухе чувствовался холодок, и дело было вовсе не в температуре. Доносился глухой грохот прибоя. Вернувшись, я застал своих спутников на кухне, где они безуспешно пытались сообразить ужин. Я тут же взял дело в свои руки и к своему удовольствию обнаружил, что кладовая ломилась от припасов.

Мне пришлось покрутиться среди эльфийских послушников, но в итоге я испёк пышные караваи содового хлеба, нарезал тонкими ломтиками солёную говядину, быстро обжарил её, на вытопившемся жире карамелизовал лук и расплавил сверху мягкий сыр, приготовив отличные сэндвичи с сыром и стейком. Завистливые взгляды эльфов заставили меня застрять у плиты до поздней ночи: я делился кулинарным мастерством и заводил новые знакомства.

Помимо нас, в нашем корпусе жили девять эльфов, три дворфа и один полуорк. Этот полуорк был наполовину эльфом и держался особняком. С четырьмя эльфами мы познакомились ещё во время плавания, и Лесна, Блейз и Бенито изо всех сил старались с ними подружиться. По крайней мере, орк принял моё дружеское предложение отведать сэндвич, но разговаривать был не настроен. Закончив с готовкой, я пристроился к трём дворфам, которые всё ещё безуспешно пытались освоить эльфийский язык.

Все они приходились друг другу кузенами и разделяли общее уныние по поводу своего правительства. Они прибыли с другого континента, из страны под названием Домен Кондевар. Вместо того чтобы служить нынешнему суверену, они решили, что лучшим выходом будет примкнуть к стражам. Из нашего короткого разговора стало ясно, что по прошествии первого года они уже начали жалеть о своём решении: никто из них так и не продвинулся дальше послушника, и они до сих пор с трудом пытались думать и говорить на эльфийском.

Спонтанное застолье подошло к концу, и все разошлись по комнатам. Я пошёл за своими спутниками вглубь здания, минуя множество пустующих помещений. Они облюбовали себе крыло в самом конце коридора на втором этаже. Моя маленькая комнатушка располагалась между комнатами Блейза и Иви, а Бенито и Лесна устроились напротив через коридор. В комнате были открытый шкаф, длинная деревянная кровать и маленький письменный стол со табуретом. Я-то думал, что организация, существующая тысячи лет, могла бы предоставить своим новобранцам более комфортные условия.

На кровати лежал тонкий скатанный матрас и пара плотных, пахнущих сыростью одеял. Я решил постучать к Иви. — Как ты? — Спросил я, когда она открыла дверь.

Она поёжилась, хотя в комнате было вполне тепло:

— Я чувствую это в воздухе. Почти ощущаю вкус эссенции смерти. — Она выглядела такой потерянной. — Мне страшно.

Её уверенность, накопленная за время плавания, таяла на глазах. Я зашёл в её комнату, которая выглядела точь-в-точь как моя, разве что на её кровати лежало несколько слоёв одеял, чтобы матрас казался мягче. Видимо, она потихоньку утащила их из пустой комнаты, пока я беседовал с Верховным Стражем. В моей руке появилась одна из шкурок ласки, и я расстелил её на её постели:

— С этим спать будет куда приятнее, Иви. — Я с неохотой призвал свою подушку из грифоньего пуха и уложил её у изголовья. — Эта подушка меня ещё никогда не подводила. Как только обустроимся, я покажу тебе, как тренироваться в Мире Грёз.

Я подождал, пока она перестелет постель и поудобнее устроится на подушке. Ей эта подушка подходила куда больше. Вернувшись к себе, я и сам спал беспокойно. Мне определённо нужно будет раздобыть новую подушку из грифона.

С первыми лучами солнца к нам пожаловал портной. Не знаю, как он проведал, какие именно комнаты мы заняли, но он уверенно постучал в каждую дверь и представился:

— Я Саэвор Вирет. Пожалуйста, следуйте за мной, нужно подобрать вам подобающее облачение.

Он забрал не только нас, но и тех четверых эльфов, с которыми мы прибыли. Волосы Саэвора были прямыми, отливающими серебром, и убраны за уши, где их скреплял серебряный зажим. Его серые одежды мягко переливались, пока мы шли за ним вглубь здания и спускались по длинной винтовой лестнице. Он свернул в комнату с тяжёлой, обитой железом дверью. Внутри тянулись бесконечные стеллажи с аккуратно сложенными робами, стопками тяжёлой кожаной обуви и сложенными желтоватыми рубахами и бельём. Здесь скопилось столько запасов, что хватило бы на тысячи человек.

Первым делом он занялся эльфами: быстро снял с них мерки и ловко пошёл вдоль полок, собирая семь одинаковых комплектов, за исключением серой робы – её каждому послушнику полагалось лишь по одной. Последним штрихом в их стопках стал медальон в виде сияющей звезды на шёлковом шнуре, уложенный поверх одежды. Это был знак послушника, а когда они дослуживались до дозорного, к нему добавлялся череп. Эльфы ушли, чтобы оставить вещи в комнатах и приготовить завтрак. Из вчерашнего разговора мы знали, что нам предстоит встреча с кастеляном Обители, который распределит нас на работы для поддержания порядка.

— Зачем так много одежды? — Спросил Бенито, который первым из нашей группы сделал шаг вперёд.

Саэвор кивнул, показывая, что услышал вопрос:

— С каждым рейсом за припасами мы привозим сырьё, и наши ткачи и портные без дела не сидят. — Он указал на полки: — Это плоды их трудов. Они шьют настолько качественные вещи, что те не изнашиваются годами, а Верховный Страж наотрез отказывается продавать излишки.

Бенито с уважением кивнул, оценив годы чужого труда:

— А у вас есть что-нибудь красное? Или синее? — Саэвор замер, не сразу поняв, что Бенито говорит серьёзно, ведь в этой складской комнате не было ни намека на яркие цвета.

Похоже, он пытался подыскать достойный ответ:

— Можешь попросить алхимиков приготовить синий краситель из черники, что растёт на острове, но собирать её тебе придётся самому. — Бенито растерялся, не распознав эльфийского юмора.

Лесна вмешалась, чтобы разрядить неловкость:

— Он возьмёт стандартный комплект. — Саэвор кивнул, быстро обмерил Бенито и вручил ему стопку одежды. Затем он перешёл к остальным. Трудности возникли только с Лесной и Иви: детскую одежду здесь шили редко, так как те немногие дети, что были на острове, уже выросли. В итоге им достались поношенные вещи, но они были отлично разношены и в прекрасном состоянии.

Моя стопка одежды оказалась слегка жестковатой из-за алхимического консерванта. Саэвор предупредил, что потребуется несколько стирок, прежде чем он полностью вымоется. Лесна уверенно повела нас обратно через лабиринт лестниц на плато, и мы переоделись. Обувь оказалась сшита из какой-то мягкой, податливой кожи. Она немного сдавливала стопу, но отлично поддерживала свод. Блекло-коричневый цвет не вызывал восторга, но ботинки выглядели практичными, к тому же теперь у меня было ещё шесть точно таких же пар.

Быстро перекусив, мы отправились на зов кастеляна. Посыльный эльф оказался совсем молодым и то и дело с интересом поглядывал на Иви и Лесну. В Обители сразу бросалось в глаза то, что женщин здесь было крайне мало. На первый взгляд – примерно одна на пятерых, но пока что мы видели от силы сотню жителей. Я предположил, что большинство из них трудились глубоко в недрах скалы, как и Саэвор.

Кабинет кастеляна располагался по соседству с залом совещаний, где мы побывали вчера. За просторным столом, заваленным бумагами, сидел мужчина. Я узнал в нём одного из тех, кто присутствовал на совете. Он поднял на нас нечитаемый взгляд:

— Обычно я встречаюсь с каждым с глазу на глаз и расспрашиваю о прошлом, чтобы понять, где вы принесёте Обители больше пользы, но Верховный Страж велел мне заняться вами как группой.

Он поднялся и обошёл стол:

— Я Ялориэн, и я поддерживаю порядок в Обители уже 239 лет. Здесь каждый обязан приносить пользу, и я уже получил краткие сведения о каждом из вас. — Первым делом он повернулся к Иви: — От детей вашего народа не ждут работы до пятнадцати лет, но, возможно, ты захочешь помогать с курами и гусями в инкубаторе?

Иви посмотрела на меня, и я кивнул. — Звучит здорово, — согласилась она. Блейз кашлянул, сдерживая смешок. Я не сомневался, что выращивание птицы на крошечном острове – адский труд.

— Бенито? — Спросил кастелян следующим, и тот отозвался. — Ты поступишь в распоряжение Дургина, он обучит тебя на матроса и рыбака. — Вчера вечером я уже предупредил Бенито, что в следующий рейс он отправится на «Солёной вдове», и объяснил, почему это необходимо.

— Блейз, мастера-оружейники с радостью примут тебя? — Блейз расплылся в безумной улыбке. Эльфийские мастера по изготовлению стрел славились на весь континент, и теперь ему выпал шанс поучиться у них.

— Спасибо, я с благодарностью принимаю это предложение, — он не мог скрыть ликования.

Кастелян, похоже, остался доволен тем, что мы без возражений согласились на его назначения. — Лесна, полурослик. Признаться, подобрать дело для тебя оказалось сложнее. Нашим лицедеям пригодились бы твои навыки иллюзиониста. Они ставят новую пьесу каждую неделю, хотя у большинства есть и другие обязанности. Или, быть может, ты хочешь пойти в подмастерья к какому-нибудь ремесленнику?

— Я всегда мечтала стать актрисой, — заявила Лесна с улыбкой чуть ли не во всю ширину лица. Я понимал, что эта девица ещё наживёт себе неприятностей, особенно учитывая, сколько в Обители магов, способных с лёгкостью раскрыть её невидимость.

— Превосходно! — Кастелян искренне улыбнулся. — Остаёшься только ты. Судя по отчёту, из тебя вышел бы отличный хранитель книг в наших библиотеках или даже способный подмастерье алхимика.

Так я и знал. Мне предстояло стать первым, кто отвергнет его предложение. Поговорив в пути с Велкрином, я загорелся созданием артефактов. Не то чтобы я рассчитывал когда-нибудь создавать их сам, но разобраться в их устройстве и выучить руны мне очень хотелось. Схемы заклинаний в артефактах высекались по металлу, а мой Голос земли и раньше позволял мне видеть их гораздо лучше, чем остальным.

— Вообще-то я надеялся поучиться у мастеров-артефакторов, — произнёс я с полуулыбкой, заметив, как эльф напрягся. — Мне говорили, что мы можем сами выбирать себе обязанности?

Он проявил сдержанность, стараясь говорить мягко:

— Создание артефактов – это ремесло, на изучение которого уходят годы, а на освоение – десятилетия, — объяснил он мне, словно неразумному ребёнку. — Не думаю, что за то короткое время, что тебе отведено здесь, ты сумеешь хотя бы прикоснуться к основам, — дипломатично добавил он. Он имел в виду либо краткость моей человеческой жизни, либо то, что я не планировал задерживаться в Обители надолго.

— Для меня это не станет помехой, — уклончиво ответил я.

— Что ж, ладно. — Было видно, что он с трудом сдерживает колкость. — В таком случае пусть мастера-артефакторы сами с тобой разбираются. Но учти: если они вышвырнут тебя из своих мастерских, назад дороги не будет. — Я лишь улыбнулся. Пусть я не освою ремесло до конца, зато смогу создать справочную библиотеку в Мире Грёз. — Можете осваиваться в Обители. Завтра вам выдадут расписание послушников. — Он выпроводил нас и громко захлопнул дверь, явно адресуя этот жест мне.