Паучьи лапы

У чёрного паука было восемь толстых мохнатых лап. Каждая толщиной с моё запястье, а волоски на них жёсткие, точно проволока. Но хуже всего был запах. Конечно, после стольких недель в городе никто из нас не благоухал чистотой, но от этого паука несло так, будто урина целый день простояла под палящим солнцем.

Позвали учёного Фавиана с его кулинарной книгой подземельных деликатесов. Хотя когда-то он так предвкушал возможность отведать тварей из подземелья, сейчас, подойдя ближе, он лишь брезгливо сморщил нос. — Похоже на чёрного паука-скалолаза, — сказал он. — В рецептах только у них упоминаются такие толстые мохнатые лапы.

Кастилия подтвердила его догадку:

— Я вошла в большой зал, и он свалился на меня сверху на своей паутине.

— Ну да, ну да. Посмотрим… — припомнил учёный. — Для начала лапы нужно отварить или подержать на пару. Потом расколоть, чтобы достать мясо. А само мясо можно обжарить на гриле в глазури или запечь с маслом.

— Пойду-ка проверю наши запасы, — саркастически заметил Леркин, наш повар. — Ну надо же. Ничего из этого нет… — Он запнулся. — У нас осталось лишь капля мёда…

Константин, баюкая раненую руку, остудил пыл желающих поскорее поужинать:

— Если мы собираемся разводить здесь огонь, лучше дождаться темноты. Дым может привлечь призраков или выдать наше убежище Призывателю.

— Согласна, осторожность не повредит, — подтвердила Кастилия. — Темнеть начнёт уже через пару часов.

— В книге написано, что у вас есть около восьми часов, прежде чем паучье мясо начнёт портиться, — добавил учёный Фавиан.

Леркин кивнул и поволок паука к камину таверны, попутно раздавая приказы принести воду и поднять большой чугунный котёл из нашего убежища в Подземном городе.

Кастилия жестом позвала меня к столу. Я уселся рядом с ней и Адрианом. Кастилия начала рассказывать о том, что увидела в подземелье:

— Вход отличался от того, что ты описывал, Адриан. Он был овальным, с двумя выходами. Каждый вёл к развилке примерно в сорока футах дальше. Я пыталась проследить за коридорами с помощью всевидящего ока, но подземелье заглушило его, едва они скрылись из виду.

— Что? — Удивлённо перебил её Адриан.

— В этом нет ничего необычного, — пояснила Кастилия и сделала глоток из фляги, прежде чем продолжить. — Стены подземелья, скорее всего, пропитаны концентрированным эфиром. Если это лабиринт, то вполне логично, что в нём есть защита от магической разведки. Я держалась правой стороны и вышла в большой зал, футов пятьдесят в ширину. Выманила одного из пауков с потолка, просто шагнув внутрь, вытащила его в коридор и там прикончила.

— Как думаешь, кто-нибудь из отряда сможет справиться с подземельем в одиночку? — Серьёзно спросил Адриан.

— Пожалуй, голиаф. И Константин, будь он здоров, — высказала своё мнение Кастилия.

— А как же я? — Спросил я и тут же пожалел об этом. Меня задело, что она даже не рассматривала меня как способного пойти туда в одиночку.

Кастилия внимательно посмотрела на меня, сдерживая улыбку. — Я бы назвала и тебя, если бы ты дал мне закончить. Вот проверим, насколько съедобен этот паук, и тогда решим, кто пойдёт следующим. Кому-то из нас нужно оставаться здесь, чтобы следить за котлом. А ещё я сконденсировала вот это. — Кастилия положила на стол небольшой шарик.

Тёмно-розовая сфера покатилась по дереву. Это была малая эссенция координации. Кастилия носила в своём рюкзаке большой собиратель Себастьяна, но прошло столько времени, что я уже и позабыл об эссенциях. Мой собственный, украденный собиратель был предназначен именно для подземелий. Кастилия спросила:

— Кто этого заслуживает?

Адриан ответил без колебаний:

— Бенито так и не укрепил свою координацию, но со сломанным запястьем от него сейчас всё равно мало толку в бою.

Тогда я предложил кандидатуру Мейвита:

— Мейвит не дал призракам смять нас. Он спас всем нам жизни.

Они переглянулись, и Кастилия, кивнув, согласилась:

— Пусть будет Мейвит. — Адриан припрятал эссенцию, чтобы позже передать её голиафу.

Задумавшись, Адриан побарабанил пальцами по столу. — Мы собираемся составить карту подземелья? Вряд ли там слишком много входных залов.

— Давайте сначала просто всех накормим, — предложила Кастилия. — В лабиринте должны быть медведи, но на том небольшом пятачке, что я осмотрела, их не оказалось. На стене была эльфийская письменность – скорее всего, чтобы искатель понимал, в какую безопасную комнату он попал и куда идти дальше.

Адриан ненадолго задумался:

— В залах, куда входил я, тоже были надписи. Может, стоит отправить туда Учёного, чтобы он прочитал их и вернулся?

— Не сейчас. Первая встреча слишком опасна для одного человека. На потолке сидело не меньше десятка этих пауков, они выжидали. Мне кажется, мы чего-то не понимаем, — Кастилия глубоко задумалась.

Я тоже поразмыслил над этим:

— Если количество входных залов ограничено, разве нельзя просто выходить и заходить снова, пока не окажешься в одной комнате с кем-то ещё?

— Возможно. Адриан, почему бы тебе не попробовать сделать это вместе с легионером? Нам нужно понять правила этого подземелья, — распорядилась Кастилия.

Адриан встал и оглядел комнату, выбирая спутника. — Флавий, мы с тобой попытаемся разгадать этот Лабиринт. Иди за мной.

Кастилия тоже поднялась и тихо шепнула ему:

— Не отходите от входа в безопасную комнату. К вашему возвращению еда будет готова.

Флавий, похоже, был не в восторге от того, что выбор пал на него. Он коротко переговорил с Адрианом, после чего оба скрылись в снежном туннеле. Я остался дежурить у котла, пока Кастилия отдыхала, и мы все ждали захода солнца.

Как только стемнело, разожгли огонь. Вода в чугунном котле, притащенном из библиотеки, закипела примерно через два часа. Паучьи лапы опустили в воду, и вскоре во всей таверне запахло мокрой псиной. Котёл пенился и бурлил через край, отчего воздух стал ещё более зловонным. Спустя пятнадцать минут Леркин оттащил котёл с углей и достал дымящиеся лапы. Они побелели. — Идеально! — Взволнованно воскликнул Фавиан. — Именно так они и должны выглядеть! Теперь просто расколите их, достаньте мясо и приступайте ко второму этапу готовки.

Мейвит своим молотом расколол горячие лапы. Мясо внутри выглядело и пахло не так уж плохо – упругое, грязно-белого цвета. Леркин соорудил подобие гриля из рунического доспеха. Тот был слишком узким и длинным, так что никто в отряде не смог бы его носить. Конечно, мысль о том, что какой-то эльф-зомби таскал его полторы тысячи лет, вызывала брезгливость, но Леркин предварительно прокалил доспех на огне, да и не время было привередничать.

Глазурь представляла собой смесь мёда и вина, которую он уварил в котелке. Первый кусок мяса коснулся рунического доспеха и зашипел. Запахло почти как от курицы на гриле. Повар перевернул его, смазал поджаренную сторону глазурью, затем снова перевернул и смазал другую. Первый кусок паутины был готов к употреблению. У меня невольно потекли слюнки, даже несмотря на то, что я прекрасно знал, чьё это мясо. Пахло действительно вкусно!

В таверне собрались все: камин отлично согревал комнату, а перед запахом готовой еды устоять было невозможно. Вопрос был в том, кто решится попробовать первым. Леркин поднял готовое мясо, и Матео вызвался сам:

— Давай мне. Если я умру в страшных муках, Леркин, моя душа будет преследовать тебя целую вечность. — Повара эта угроза ничуть не смутила, и он передал поджаренное паучье мясо Матео.

Все затаили дыхание, глядя, как Матео вгрызается в кусок. Он жевал медленно, и на его лице сменяли друг друга самые разные эмоции. Он откусил второй раз, затем третий. И, не прожевав, объявил:

— А ведь это даже вкусно!

Вскоре Леркин уже вовсю жарил ряды паучьего мяса на безумно дорогом гриле. Когда подошла моя очередь и я вонзил зубы в хрустящую сладкую корочку, мои давно позабытые вкусовые рецепторы буквально ожили. По текстуре паутина напоминала морские гребешки. Само по себе мясо было довольно пресным и волокнистым, но определённо съедобным, а медово-винная глазурь добавляла приятную сладкую нотку.

Каждому досталось по куску размером с ладонь. К сожалению, мёд, ушедший на глазурь, был последним, что оставалось у Леркина. Я принёс порцию Кастилии и присел рядом. Она наслаждалась нормальной едой не меньше остальных, но умудрилась растянуть удовольствие почти на полчаса. Моя же порция исчезла за несколько секунд. Вскоре после того, как она закончила, вернулся Адриан и присел к нам. Кольм принёс ему кусок паутины и положил перед ним. Было видно, как у Адриана текут слюнки, но он сдержался, чтобы сначала сообщить дурные вести. — Там больше пятидесяти входных залов. Флавий не двигался с места, а я выходил и заходил обратно почти сто раз. И ни разу не оказался в одной комнате с ним. В каждом входном зале были эльфийские надписи.

Терпеть больше он не мог. Он принялся за паучье мясо, и кусок исчез в три укуса. Кастилия подождала, пока он закончит, прежде чем расспрашивать дальше:

— Как ты понял, что в лабиринте больше пятидесяти входов?

— Я делал пометку на стене каждый раз, когда заходил. На девятый раз я оказался в комнате, которую пометил второй. За все девяносто две попытки я так и не встретил Флавия, пока не истекли условленные два часа. — Я видел, как Адриан косится на огонь в надежде получить добавку, но одного паука едва хватило, чтобы наши двадцать три человека наелись хотя бы вполовину.

Кастилия, казалось, размышляла над этим. — Эрик, завтра пойдёшь ты. Постарайся добыть хотя бы одну тварь из подземелья. — Её лицо затуманилось тревогой. — Пожалуй, я не дам тебе собиратель, на случай если ты встретишь там свой бесславный конец.

— Я понимаю, — машинально ответил я. Кастилия подозревала, что у меня есть собиратель Дурандуса, так что это была отличная возможность проверить, как он работает на монстрах подземелья. К тому же я с нетерпением ждал возможности побыть в одиночестве. И теперь, когда у отряда появился доступ к подземелью, я не буду чувствовать себя виноватым, если съем немного еды из своих запасов.

Адриан указал пальцем на мою грудь:

— Тебе, пожалуй, стоит оставить и свой амулет Мира Грёз у Кастилии.

Лицо Кастилии оставалось бесстрастным – она ни разу не просила амулет с тех пор, как освоила заклинание «Кошмар». — Перед тем как войти завтра, я оставлю его, — пообещал я, хотя расставаться с вещью очень не хотелось.

Леркин потушил огонь, и Адриан скомандовал всем возвращаться в Подземный город. Настроение у всех было приподнятое, даже шумное, пока мы устраивались на ночлег. Кастилия усыпила семерых мужчин своим заклинанием «Кошмар», а пятеро остались в первом карауле. Я лёг спать рядом с Мейвитом, который продолжал идти на поправку после недавней схватки.

Войдя в Мир Грёз, я тут же отправился к паучьему мосту в промежуточном пространстве. Восемь часов я тренировался сражаться с огромными пауками. Они были сущими монстрами по сравнению с тем, которого добыла Кастилия, но я рассудил, что опыт лишним не будет. Затем я ещё немного поучил эльфийский язык, понимая, что любые знания пригодятся, если на стенах будут надписи. Когда я покинул Мир Грёз, неподалёку шептались люди. Разговор, похоже, шёл о том, удастся ли сегодня раздобыть ещё нормальной еды. На меня ложилась большая ответственность.

Кастилия повела передовой отряд к таверне, а мы последовали за ними через час. Я подошёл к Кастилии, сидевшей за столом, и она сообщила мне:

— Семь призраков и два полтергейста за это утро. Хорошо, что мы прореживаем их ряды, но я всё ещё боюсь, что в городе их могут быть тысячи.

Я с неохотой протянул Кастилии амулет Мира Грёз. Она тут же надела его на шею:

— Я сберегу его. Будь осторожен, Эрик. Добудь всего одного паука и возвращайся.

Я проверил снаряжение и, пригнувшись, двинулся по снежному туннелю, держа в руке свет-камень. Кое-где вокруг двери снег подтаял – это могло стать проблемой, если бы мы продолжили жечь камин в таверне. Я добрался до чёрной маслянистой поверхности. Мой свет-камень не отражался в портале подземелья, что показалось мне странным. Помедлив лишь мгновение, я сделал осторожный шаг и шагнул в чёрную пелену.