Нулевые маги

Готовясь провести несколько часов в Мире Грёз, я то и дело возвращался мыслями к оркам на арене Колизея. Физически они, конечно, поражали: почти на голову выше среднего тельхианца и раза в полтора шире в плечах. Всё это представление затеяли лишь ради того, чтобы убедить жителей Телхи в превосходстве легионеров над элитными орочьими воинами. Но я-то по мимолётному всплеску силы понимал, что благодаря татуировкам-заклинаниям эти гиганты станут грозными противниками. В бою один на один обычный легионер наверняка оказался бы в невыгодном положении.

Войдя в Мир Грёз, я принялся изучать книгу по алхимии, ядам и порошкам. Мне нужно было подготовиться к первой попытке сварить целебную мазь, и я решил для начала самостоятельно изготовить порошок миконидов. Дело это было нехитрое: требовалось лишь нарезать плоть миконидов кусками, сложить в герметичный сосуд и оставить в тёплом месте. За ночь сырьё сгнивало, выделяя споры. Затем эти споры следовало промыть очищенной водой, хорошенько перемешать смесь и собрать их с поверхности – в воде они не растворялись. После этого оставалось лишь бережно высушить их на солнце и пересыпать во флакон.

Разумеется, я мог бы просто выписать уже готовые споры миконидов из Императорской алхимической академии. У Зайны как у канцлера, похоже, имелись огромные представительские фонды, которыми она совсем не пользовалась. И всё же я рассудил, что лучше самому потренироваться в очистке спор. В книге упоминалось, что существует несколько разновидностей этих грибных людей, и свойства их спор слегка различаются.

Закончив вечерние занятия, я воссоздал самого грозного орка из тех, что видел в Колизее. Ростом он был около шести футов и трёх дюймов – примерно на два дюйма выше меня. Его мускулистая грудь тяжело вздымалась, а тёмно-карие умные глаза внимательно меня изучали. Краем глаза я заметил Константина: тот прямо-таки изнывал от желания испытать себя в деле против нового противника.

Перед началом боя я вооружил орка таким же палашом и деревянным щитом, какие были у него на арене. Удары его оказались тяжелыми, но слишком предсказуемыми. Возможно, я переоценил орков, или же Мир Грёз воссоздал воина не совсем точно – со стофутового расстояния на трибунах бой выглядел куда эффектнее. Тогда я мысленно заставил фантом повторить то ускорение и прилив силы, которые мельком заметил при активации татуировок. И глазом моргнуть не успел, как сухожилия на тыльной стороне моей руки оказались перерезаны. Выронив Чёрный клинок, я был вынужден применить Заморозку, чтобы остановить орка.

Я принялся анализировать случившееся. Орк использовал свой клинок как рычаг для раскрытия моей защиты, но даже не попытался нанести смертельный удар, к которому я готовился, а удовлетворился тем, что просто вывел меня из строя. Легионеры, сражавшиеся на стадионе, получали лишь глубокие царапины на доспехах. Исцелив руку, я призвал на себя парадный доспех и продолжил тренировку. Теперь бой пошёл веселее, хотя главным моим неудобством остался ограниченный обзор из-за забрала. Случись мне драться против двоих, следить за обоими в таком шлеме стало бы сущим кошмаром. Я снял забрало, но это помогло лишь отчасти. Мой старый открытый шлем нравился мне куда больше этого церемониального ведра.

Хорошо, что все эти тонкости открылись мне здесь, в Мире Грёз, а не в первом же настоящем бою в новых латах. У моего прежнего шлема вырез для лица был шире, он защищал только щёки и шею. К новому шлему определённо нужно было привыкнуть, и я надеялся, что Зайна сумеет уговорить гладиатора потренировать меня. В крайнем случае можно попробовать наведаться на тренировочные площадки у Зала Имперского Легиона, что неподалёку от оружейных мастерских.

Я провёл с орком несколько часов, одной лишь силой мысли меняя его мастерство, скорость и силу. На несколько раундов я даже позволил ему приспособиться к моему воздушному щиту, чтобы лишить себя эффекта неожиданности. Вопрос заключался лишь в том, насколько точно мои наблюдения позволили воссоздать способности этого зеленокожего.

Я ведь лепил его по памяти, глядя, как четверо орков бьются за свои жизни. Но вдруг палаш – вовсе не их излюбленное оружие? Или они дрались не в полную силу, а то и вовсе были молоды и неопытны? Нет, исключено. Всё их тело покрывали многочисленные шрамы – явный признак ветеранов. К тому же этот орк был крупнее и опаснее тех работорговцев, которых Мейвит воссоздавал в Мире Грёз, вспоминая убийц своей сестры.

Выйдя из Мира Грёз, я почувствовал ещё большее рвение к физическим тренировкам. Я принял большую эссенцию земли и большую эссенцию телосложения. Земляные эссенции всё ещё усваивались с трудом, вызывая тошноту, но я твёрдо вознамерился покончить с ними и завершить запечатление новой структуры заклинания.

Выйдя в общую комнату, я наткнулся на большой деревянный ящик. Похоже, Игнис заглядывала поздно ночью и оставила моё снаряжение. Я принялся перебирать вещи. Сверху лежал круглый щит, подходящий к парадному доспеху, но на нём по-прежнему красовался герб Зайны с изображением кракена. Я невольно усмехнулся: похоже, Зайна очень хотела обозначить меня как свою собственность.

Эльфийские кинжалы и ручные топоры были вычищены, наточены и вложены в простые ножны. Осмотрев каждое оружие, я вынужден был признать, что мастерство эльфов Каэлории намного превосходило всё, что делали в Тельхианской Империи. Последним в ящике лежал короткий меч в ножнах под стать доспеху. Обнажив его, я сразу понял, что это руническое оружие, пусть и не выкованное в подземелье. Я нахмурился: клинок оказался чуть короче Погибели Магов. Значит, мой верный меч не поместится в эти ножны, как я планировал.

Из своей комнаты вышла Зайна и удивлённо выгнула бровь. Тут до меня дошло, что она уже готова идти на занятия, а я всё ещё не оделся, увлёкшись осмотром ящика. Спустя пятнадцать минут лихорадочных сборов я наконец был готов и спустился вслед за ней по лестнице.

Моя поспешность, похоже, забавляла Зайну.

— Я поговорила вчера с Игнис, когда она принесла ящик, — заметила она. — И сама не заметила, как пролетело пять лет с нашей последней встречи. Странно, что ты к нам не присоединился. Мы вели себя довольно шумно.

— Я использовал амулет, — честно ответил я.

Зайна задумчиво кивнула:

— Смотри не увязни в этом призрачном царстве. Слишком многие ученики в Магической Академии, стоит им получить амулет Мира Грёз, начинают предпочитать тамошние иллюзии нашей реальности. — Я молча кивнул, прекрасно понимая, о чём она говорит.

— Игнис была впечатлена эльфийским оружием. — Я промолчал, чувствуя, что Зайна клонит к чему-то конкретному. Когда мы подошли к классу, она прощупала почву:

— Ты не перестаёшь удивлять меня тем, сколько всего вмещает твой пространственный карман. — И, не дожидаясь ответа, скрылась за дверью. Интересно, она оставит эту тему или продолжит выпытывать?

Впрочем, следующие три дня она больше ни разу не упоминала мой пространственный карман. За это время я успел искренне возненавидеть трёхчасовые караулы, зато научился подолгу стоять неподвижно. Я даже нашёл применение ростовому щиту: упирал его в пол и переносил на него вес тела, давая отдых ногам. На самих занятиях я не узнавал почти ничего нового – всё то же самое можно было прочесть в книгах в моём Мире Грёз. Радовало хотя бы то, что Зайна так и не использовала меня в качестве живой мишени перед всем классом, на что намекала ранее.

После полудня я упражнялся в алхимии. Сваренная мной целебная мазь ярко вспыхнула, когда я напитал ингредиенты своим эфиром. Это означало, что она будет долго храниться и сохранит приличную силу. Конечно, она могла лишь затягивать неглубокие раны и останавливать кровь. Сращивание мышц, сосудов, органов или костей было ей не под силу. Но в случае ранения спутников или если у меня самого иссякнет эфир, она придётся как нельзя кстати. Я спрятал небольшой флакон с мазью под кирасу на всякий случай. По моим подсчётам, она должна сохранять свойства почти месяц.

Мне доставили три вида упругой шкуры миконидов. Эти грибные люди часто встречались в Бесконечной Тьме. Споры собирались так же легко, как и утверждалось в книге. Нужно было лишь аккуратно сушить их в безветренном месте, так как они легко разлетались от малейшего сквозняка. Главная трудность со многими порошками из алхимического гримуара заключалась в том, что распылять их следовало с крайней осторожностью, чтобы самому не подхватить заразу.

Моё сродство с землёй перевалило за двадцать пять и достигло двадцати восьми единиц, а ведь у меня в запасе оставались ещё все шесть малых земляных эссенций. Благодаря шести большим эссенциям земли я уже получил девять очков. Малые эссенции принесут мне ещё от трёх до пяти очков, так как эффективность их употребления постепенно снижалась. Я понимал, что со временем только высшие эссенции земли смогут поднять моё сродство ещё выше.

Кроме того, я принял последнюю большую эссенцию телосложения, большую эссенцию силы и три малые эссенции координации. Столь быстрое поглощение такого количества эссенций пагубно сказывалось на моих и без того перенапряжённых каналах эфира. Я понимал, что долго не выдержу в таком темпе: хотя тело успешно усваивало силу, я чувствовал себя совершенно опустошённым. Пожалуй, стоило на время переключиться на более слабые эссенции. К тому же мои запасы были не бесконечны и стремительно таяли.

По мере приближения боевой практики кандидаты в маги Флора и Ливия с каждым вечером волновались всё сильнее. Из-за нервов у них даже пропал аппетит. Закончив с уборкой, я принимался готовить ужин, пока Зайна в общей комнате помогала Ренне, Ливии и Флоре осваивать магию.

С глазу на глаз Зайна как-то обмолвилась, что из двух кандидаток в маги только у Флоры есть шанс создать полноценную структуру заклинания. У Ливии, конечно, была сильная характеристика формирования эфира, но ей не хватало ловкости рук, чтобы быстро чертить знаки заклинаний в воздухе. Можно, конечно, обходиться и без жестов, но это требовало куда более высокого мастерства.

Наконец наступило утро, когда кандидатов в маги должны были отправить в западные деревни для истребления мелких вредителей. К моему облегчению, мне позволили надеть старый легионерский доспех вместе со шлемом. Когда я явился к месту сбора, на конюшне уже стояли девятнадцать императорских легионеров в начищенных до блеска латах. Они одарили мой поношенный доспех презрительными взглядами, но вслух никто ничего не сказал. В руках я держал круглый щит поменьше, украшенный гербом Зайны – скорее всего, именно поэтому они и прикусили языки.

Ко мне подошёл коренастый легионер:

— Страж Зайны? — Он не стал ждать моего ответа и тут же спросил:

— В седле держаться умеешь?

— Да, легионер, — почтительно ответил я.

— Забирай лошадь у конюхов. Выезжаем навстречу каретам через час. — Он развернулся и пошёл раздавать указания остальным бойцам, назначенным в сопровождение.

Молодые конюхи отвели меня к стойлам с лошадьми, которых я мог выбрать. Большинство скакунов здесь либо принадлежали офицерам, либо уже были распределены. Глядя на предложенных кляч, я невольно вспомнил Джинджер и заскучал по ней. Интересно, как она там? Может, заплатить кому-нибудь из конюхов, чтобы отправили весточку и разузнали о ней? Я применил все знания, полученные от Луциана, и тщательно осмотрел лошадей. Мой выбор пал на огромного тёмно-серого жеребца – из-за его внушительных размеров и спокойного нрава. Разумеется, имён местным коням не давали, так что я мысленно нарёк его Тайфуном.

Вскоре я понял, почему Тайфун остался невостребованным. Его отвлекало буквально всё вокруг: другие лошади, сочная трава, чужие голоса, пробегающие мимо собаки. Мне приходилось постоянно держать поводья в натяжении, чтобы он смотрел на дорогу. Когда мы догнали колонну из пяти крытых повозок, мне приказали ехать в замыкании. Зайна устроилась на козлах первой повозки рядом с возницей. В каждой повозке ехали по шесть кандидатов в маги, возница и один преподаватель из Академии.

Как я понял, на каждую группу выделили по одному магу и по четыре легионера для охраны юных учеников во время охоты. От самих кандидатов в маги ждали, что они будут сражаться исключительно с помощью своих заклинаний, ведь творить настоящее волшебство никто из них ещё не умел. Вся эта поездка живо напомнила мне времена, когда наш учебный легион отправляли на охоту за бурыми гоблинами.

Пока мы ехали по мощёным дорогам, ведущим из столицы, повозки катились ровно. Но спустя пять часов мы свернули с тракта, и под копытами зашуршала неровная, укатанная земля. Повозки начало ощутимо трясти, хотя рессоры между осями немного смягчали удары. Судя по недовольным лицам изнеженных кандидатов в маги, к таким дорожным прелестям они привыкли не были.

Флора и Ливия ехали в первой повозке вместе с канцлером Зайной. Не считая мимолётных улыбок, которыми они одарили меня, когда их повозка проезжала мимо, я не видел их до тех пор, пока мы не въехали в раскинувшуюся деревню примерно в двадцати пяти милях от столицы. Настроение у местных жителей было хмурым, они провожали нас настороженными взглядами. Очевидно, подобная процессия прибывала в их края не впервые. Несколько легионеров в поношенных имперских доспехах несли караул у бревенчатого здания, служившего крошечным местным Залом Легиона.

Измученные дорогой кандидаты в маги потянулись наружу, потирая отбитые зады и покачиваясь на неслушающихся ногах. Зайна окинула взглядом группу из тридцати одного юноши и девушки, за её спиной выстроились остальные преподаватели. Мы с легионерами остались в сёдлах, образовав вокруг них широкое кольцо. Зайна обратилась к ученикам:

— Приветствую вас в деревне Крествью. Сегодня они приютят вас на ночь, а с рассветом ваши наставники поведут вас на охоту. Каждый преподаватель был отобран с учётом его заклинаний поиска целей. В каждой вашей группе есть как минимум один кандидат в маги с исцеляющим заклинанием и двое с атакующими.

Молодые люди переглянулись с теми, с кем ехали в повозках, на их лицах появилось понимание. Зайна продолжила:

— У остальных членов ваших групп заклинания поддержки. Ваша задача – работать сообща и уничтожить местных хищников, которые нападают на отдалённые фермы.

Вперёд выступил другой преподаватель, перехватив инициативу. По одному виду этого седеющего мужчины было ясно, что он внушает не меньший трепет, чем сама Зайна.

— Завтра с рассвета до заката за каждым вашим шагом будут пристально следить, — его голос звучал сурово. — Те из вас, кто проявит себя с лучшей стороны, получат дополнительные уроки по сотворению истинных заклинаний. Для остальных же… — он сделал зловещую паузу, — …этот день может стать последним в стенах Магической Академии.

Среди будущих магов пронёсся тревожный шёпот. От Зайны я знал, что угроза эта пустая. Каждому кандидату в маги давали как минимум год, прежде чем отчислить. К концу этого срока большинство отсеявшихся успевали запечатлеть в своём ядре одну-две структуры заклинаний. После этого они либо переводились в другие имперские академии, либо поступали на службу Империи. Те же, в чьих жилах не текло благородной крови, в любом случае находили способ послужить государству.

Преподаватели увели магов в большую таверну, которая смотрелась слишком роскошно для такого захолустья. Я же поехал вслед за легионерами к конюшням за Залом Легиона. Пока остальные сдавали коней на попечение конюхам, я принялся сам чистить своего скакуна. Тайфун всю дорогу вертелся по сторонам, из-за чего трое легионеров, ехавших со мной в хвосте колонны, то и дело надо мной подшучивали. И всё же доверие боевого коня могло спасти жизнь в критический момент. Закончив с чисткой серого великана, я угостил его сочным подземельным яблоком.

Проходя мимо тренировочной площадки, я заметил нескольких местных легионеров, отрабатывавших удары. Сбросив вещи в казарме, я вернулся, чтобы тоже немного разомяться. Как выяснилось, местный гарнизон насчитывал всего пятнадцать человек, и к магическим ротам они отношения не имели. Обычные караульные, которые подчинялись местному магистрату и развозили депеши в столицу. Сейчас гарнизон был урезан наполовину: четырнадцать бойцов отправили на усиление в Маху.

Я провёл пару тренировочных боёв с четырьмя местными легионерами, но достойных противников среди них не нашлось. Похоже, мои боевые навыки тоже росли. Отказавшись от ужина в общей казарме, я вернулся в спальню. Настроение подпортил тот факт, что мои седельные сумки кто-то переложил и, скорее всего, обыскал. Там лежало лишь стандартное походное снаряжение легионера, но сам факт неприятно царапнул. Кто из этих людей шпионил за мной?

В итоге я решил не оставаться в казарме, а перебраться в таверну. Все комнаты там были забиты магами, но за увесистую серебряную монету хозяин разрешил мне устроиться в крошечной каморке кухарки, которая пустовала. Поскольку для отдыха мне требовалось всего пару часов, уже за полночь я проснулся бодрым и свежим. Остаток ночи я просидел у камина в общем зале, листая учебник по алхимии для начинающих.

Зайна спустилась по лестнице первой, задолго до рассвета, когда кухарка только-только принялась за работу. Из кухни потянуло ароматами свежего хлеба и жарящегося мяса, женщина тихонько напевала себе под нос. Заметив меня, Зайна слегка удивилась:

— Маг Джудис установил защитные чары. Охранять таверну нет никакой нужды.

— Кто-то из легионеров копался в моих вещах, — раздражённо бросил я, закрывая книгу.

В глазах Зайны промелькнуло любопытство:

— Вот как? Что-нибудь пропало?

— Нет, — ответил я, заставляя книгу исчезнуть.

Зайна села напротив меня. Суетливая кухарка тут же принесла ей ранний завтрак.

— Тогда не бери в голову, — отмахнулась она от моего недовольного вида. — Я уверена, что всё мало-мальски ценное ты держишь при себе. — И она принялась за жирные колбаски и варёные яйца.

Я подождал, пока она закончит есть, а к столу начнут подтягиваться остальные преподаватели. Очевидно, они собирались дождаться учеников и устроить им нагоняй за неторопливость.

— Каков план на сегодня?

Зайна сделала глоток сладкого ягодного вина, аромат которого я почувствовал даже на другом конце стола:

— Мои люди вчера прочесали окрестные фермы. Единственную серьёзную опасность представляла крупная медведица с медвежатами, но они ушли на юг. Моя группа будет выслеживать крупную лисицу милях в пяти к югу. В последние недели она задрала несколько овец и сейчас готовится принести потомство.

Как я и думал, спускающиеся сонные кандидаты в маги тут же получили нагоняй от наставников.

— Мне седлать Тайфуна? — Спросил я Зайну, которая внимательно наблюдала за происходящим.

— Нет, пойдёшь пешком с нами. Этим троим легионерам из нашей группы можно доверять, так что оставь свою паранойю. Это будет обычная прогулка по лесу, — ответила Зайна, поднимаясь и собирая вокруг себя небольшую группу учеников, среди которых были Флора и Ливия.

Час спустя я уже шагал рядом с Зайной в хвосте нашего отряда. Перед выходом она переговорила с каждым из сопровождавших нас легионеров. Теперь она спокойно сообщила мне:

— Тот легионер, что обыскивал твои вещи, приходится кузеном Первому Гражданину Джастину Цицерону. Наказывать его я не стану, но его дерзость меня удивляет.

Я лишь тихо выругался про себя: похоже, Первые Граждане не оставят меня в покое и здесь. Тем временем шедшие впереди кандидаты в маги развлекались охотой на мелкую дичь: ловили белок магией ветра и сбивали птиц ледяными иглами. Бессмысленное убийство, ведь тушки они даже не собирали. Зайна пояснила:

— Пытаются обойти по количеству добычи другие группы. Тем, кого отправили к зернохранилищам, повезло больше – там они перебьют десятки крыс. Убить больше всех тварей считается здесь почётным.

Вскоре мы вышли к лисьей норе. Зайна подтвердила, что зверь внутри, и предоставила ученикам возможность самим спланировать нападение. Из шести магов один умел сгущать воздух, замедляя цель. Второй мог видеть в темноте. Третий умел собирать влагу из воздуха и создавать ледяные иглы, хотя летели они довольно вяло. Флора могла выращивать путы из лозы, а Ливия – исцелять раны. Ещё один маг прыгал выше чем на десять футов, а последний владел Оглушением при прикосновении.

Командование взял на себя маг льда. Он велел остальным приготовить ловушку для бедной лисы. Флора вырастила плети лозы прямо перед входом, а прыгающий маг вызвался выманить зверя наружу. Наблюдать за их попытками, когда лиса наотрез отказалась покидать нору, было довольно забавно. Никто из шестерых так и не набрался смелости заглянуть внутрь. Зайна лишь хмурилась, а мы, легионеры, молча наблюдали за этим балаганом с края поляны.

В конце концов мага с Оглушением буквально силой заставили войти в нору. Зайна тут же подобралась и сделала шаг вперёд, готовая вмешаться в любой момент. Но стоило парню сделать несколько робких шагов к лазу, как терпение у лисы лопнуло. Она пулей вылетела наружу, целясь зубами прямо в голову несчастному. Надо признать, лисица оказалась огромной – крупнее самого мага и весом далеко за сотню фунтов.

Она сбила его с ног, вцепившись мёртвой хваткой в плечо и шею. От страха бедняга напрочь забыл про своё Оглушение, а его товарищи попытались спасти его градом ледяных игл. Толку от этого было мало: маг воздуха как раз сгустил пространство вокруг лисы, чтобы замедлить её, и это же замедлило ледяные иглы. Они лишь безвредно осыпали крупную лисицу, которая прижимала вопящего мага к земле. Поняв, что окружена, лиса разжала челюсти и метнулась в чащу. Её брюхо было заметно раздуто – она явно ждала потомство.

Лоза, которую вырастила Флора, лишь на мгновение задержала зверя и тут же лопнула под его напором. Но тут в воздухе прочертила след огненная стрела Зайны. Снаряд пробил бок лисицы и с глухим треском швырнул её на ствол дерева. Ливия уже хлопотала над раненым магом, пытаясь затянуть следы от укусов.

Зайна с хмурым видом подошла к притихшей группе:

— Отвратительное зрелище. Никакой слаженности, а при виде зверя вы и вовсе впали в панику. Я разочарована. — Она отвернулась от учеников. Никто из этих ребят не принадлежал к знатным родам – все они были простолюдинами, как Флора и Ливия. Сама Зайна когда-то начинала точно так же, и теперь ждала от них большего. Хотя, как по мне, винить стоило скорее их наставников, а не самих ребят.

Обратный путь до деревни прошёл в полном молчании. В таверне магов накормили, и они принялись слушать рассказы других групп, которые постепенно возвращались с охоты. Одни убили двух волков, другие перебили семнадцать гигантских крыс и два десятка обычных. Третья группа выследила двух зелёных гоблинов, но легионерам пришлось помогать загонять их в лесу. Последние выследили и прикончили гигантского крота, который подгрызал корни деревьев в саду. Наша же группа могла похвастаться лишь тремя невинными белками да парой лесных птиц.

Мы провели в деревне ещё одну ночь. Я снова устроился в каморке кухарки, а утром наша кавалькада двинулась обратно в столицу. Все молодые маги, так или иначе, понюхали крови, и теперь Зайна лучше понимала, из кого могут получиться боевые маги. Но я понимал: когда на следующей неделе мы с Ренной и настоящими магами отправимся охотиться на гноллов, уровень опасности будет совершенно иным.