– Перемена участи

Небольшое примечание к переписке. Это затронет главы с 307 по 311. Всё начнётся с объявления второго испытания и совета с Глашей насчёт Титанов перед их уходом. Я собираюсь немного изменить сюжет, чтобы Титаны всё же принимали Клириков. Они по-прежнему иногда бесследно исчезают, но это испытание призвано показать, обладает ли Верховный дипломатическими навыками. Кроме того, аудиокнига уже дошла до 35-й главы из 61, так что финал близок

Глава 312: «Перемена участи.»

Голубая луна ярко светила, пока мы спешно спускались со Шпиля. Стоило пройти сквозь туманные облака, как мы почувствовали себя в относительной безопасности. Я держал Минашу за руку, ведя нас обоих с помощью Голоса земли. Когда мы миновали облака, стало гораздо темнее: они застилали лунный свет. Минаша то и дело испуганно поглядывала вверх, словно боялась, что великаны передумают и вернут нас. Перебравшись через обломки старого сторожевого поста, она серьёзно спросила:

— Ты ведь не из Дезии. Ты чужеземец?

— В Телхе таких называли иномирянами. К тому же, слово «чужеземец», кажется, защищено авторским правом, — легкомысленно бросил я. Мои мысли были заняты другим: я лихорадочно пытался придумать, как сохранить свои тайны.

— Авторским правом? — Переспросила Минаша, явно не понимая значения слова.

— Что? — Отозвался я, погружённый в свои думы. В голове царил полнейший сумбур. Возможно, Титаны немного покопались в моих мозгах и взболтали их, потому что сосредоточиться было чертовски трудно. Я тряхнул головой, пытаясь прояснить разум. — Не бери в голову. Если верить Хрисосу, ты тоже из них, просто не оттуда, откуда явился я. — Я на секунду задумался. — Ну, по крайней мере, не из моего времени. Ты ведь не мурлок, верно?

— Мурлок? — Военный клирик попробовала незнакомое слово на вкус. Она и сама всё ещё пребывала в лёгком шоке.

Я отмахнулся:

— Забудь. Глупая шутка. Иномиряне с моей планеты, Земли, основали Тельхианскую Империю две тысячи лет назад. Меня же затянуло сюда всего два года назад. Иномиряне прибывают сюда с более сильным сродством к магии, что позволяет им быстро обретать могущество. В Тельхианской Империи на них охотятся, чтобы они не представляли угрозы для власти Первого Гражданина. — Я снова зашагал вперёд, рассудив, что лучшее место для засады на остальных клириков – это башня у подножия Шпиля.

— Стой! — Раздражённо бросила Минаша. — Я не иномирянка!

Я вздохнул и повернулся к ней. После встречи с грозовыми гигантами я чувствовал себя опустошённым и униженным.

— Не знаю, так это или нет. Ты помнишь хоть что-то из того, что было до того, как тебя младенцем взяли на воспитание? Иномиряне обычно прибывают группами. — Она ответила мне пустым взглядом: очевидно, раннее детство стёрлось из её памяти. Я вздохнул:

— Ну, твоя способность черпать эфир из лей-линий означает, что у тебя сильная Конвергенция. В скольких ещё редких видах магии ты сильна?

Мы долго и молча смотрели друг на друга в темноте.

— У тебя сильное сродство к пространству? — Наконец спросила она.

Я медленно кивнул. Глупо было отрицать очевидное после того, как мой пространственный карман выплюнул всё, что я копил последние два года. Она выдохнула и призналась:

— Из редких видов магии у меня сильное сродство к Конвергенции и Мирам.

Я одарил её взглядом в духе «я же говорил», хотя вряд ли она могла разобрать моё лицо в темноте. Орочье ночное зрение всё же уступало моему магическому взору.

— А в Халифате есть другие иномиряне? — С надеждой спросил я. Эту загадку мне всё некогда было разгадать. Но они обязаны были быть. Возможно, даже с Земли. Раньше я просто боялся искать слишком рьяно, чтобы не выдать себя.

Казалось, Минаша постепенно смирялась с этой правдой.

— Глаша знает об этом лучше меня, — настороженно ответила она. — Я помню разговоры, что лет сорок назад тут появились эльфы, но поговаривают, будто Верховный продал их в Эзенхем за выкуп. Меня тогда ещё и на свете не было, так что подробностей я не знаю, а вот Глаша – знает.

Зная, насколько сильны иномиряне, я сильно сомневался, что их просто отдали за выкуп. Дарить могущественных магов своему воинственному соседу-сопернику – глупость несусветная.

— Из того, что знаю я, и что только что подтвердили Титаны: иномиряне приходят из самых разных миров. Моя планета звалась Землёй, — повторил я. — Давай-ка спускаться к подножию горы, пока Титаны не передумали нас отпускать.

В темноте мы продвигались быстро, но этот спуск забирал последние силы. Воды у нас не осталось – вся она разлилась там, наверху. Меня мучила жажда, во рту пересохло. Кольцо насыщения по-прежнему требовало, чтобы я пил, а нагрузка была приличной. Минаша тоже выбилась из сил: завидев наконец башни, она едва не споткнулась от облегчения. Рассвет был уже не за горами, и я оставил попытки найти способ взобраться на башню.

— Почему мы остановились? — Спросила Минаша.

Я колебался, стоит ли раскрывать ей свой замысел.

— Ступай в город и возвращайся со своим трофеем. А я подожду остальных здесь. — По её лицу я понял, что она в замешательстве.

Впрочем, она быстро обо всём догадалась:

— Ты хочешь их убить. Это бесчестно, из-за этого меня снимут с Испытания.

В её голосе не было злости – она лишь констатировала факты.

— Я не могу позволить им узнать о моих силах, — твердо отрезал я.

Сквозь ночную темень я разглядел её недоверчивый взгляд.

— Силах? Твой пространственный карман? Ты думаешь, ты один такой особенный?

Это был удар ниже пояса, учитывая, сколько я для неё сделал.

— Да.

Я заметил, как она едва сдерживает смешок.

— Вовсе нет. У доброго десятка клириков есть свои карманные пространства.

— Такие же огромные, как у меня, и способные вмещать живых существ? — Парировал я. К счастью, мой пространственный карман был заполнен лишь на две трети, когда Хрисос разорвал его. Надо будет разузнать, как именно он это провернул.

Минаша всё ещё переваривала информацию. Я не торопил её, высматривая путь наверх, к башне. Наконец она заговорила, вновь привлекая моё внимание:

— Нет. Думаю, твой карман побольше, чем у остальных. Но это всего лишь одно заклинание, оно не угрожает Халифату. — О, как мало эта девица знала! — Есть маги куда могущественнее тебя. Некоторые клирики способны менять погоду и насылать буран в самый разгар лета. Другие могут призвать кракена, чтобы потопить целый флот. Есть те, кто возвращает мертвых к жизни. Твой собственный Император был самым грозным магом пустоты за последнее тысячелетие. А я могу обрушить молнию и стереть город с лица земли за милю отсюда.

Похоже, она так и не сопоставила факты и не поняла, что я могу прятать там людей – или то, что от них осталось. Моё мнение о её проницательности изрядно пошатнулось.

— И всё же я подожду их здесь, — ответил я, развернулся и быстро взобрался на тридцать футов вверх, к уступу, ведущему внутрь пустой башни. К моему удивлению, Минаша полезла следом. Я вопросительно взглянул на неё.

Заметив моё удивление, она с довольным видом уселась на большой валун внутри башни.

— Я подожду с тобой. Мой долг чести перед тобой слишком велик, так что, если ты выбрал этот путь, я встану рядом. У тебя есть что-нибудь перекусить? — Спросила она, изогнув бровь.

Я был слегка потрясен её решением остаться. Она сама признала, что если мы нападём на других кандидатов, она, скорее всего, лишится шанса стать Верховным. Покопавшись в поясных сумках, я наткнулся на зелья, монеты и алхимические шарики, о наличии которых и так знал. Но в одном из кармашков обнаружилась небольшая горсть яблок – всего пять штук, о которых я совершенно забыл; я держал их под рукой для Джинджер. Одно я протянул Минаше, другое взял себе. Джинджер будет очень недовольна, когда узнает, что у меня осталось всего три яблока.

Тень от встающего солнца, отбрасываемая Шпилем, медленно ползла по земле. Пока она двигалась перед нами, мы ждали решения участи остальных кандидатов. Через несколько часов от яблок осталось всего одно, а Минаша уснула. В моей голове без конца крутились слова Хрисоса.

После первых месяцев на Дезии я редко задумывался о возвращении на Землю, но где-то в глубине души всегда верил, что способ найдется. Моя здешняя жизнь определенно была ярче, да и сам я обрел некоторую значимость – ну, по крайней мере, для своих друзей. Да, я был доволен своей жизнью здесь, но мне хотелось узнать, смогу ли я отыскать других землян. Возможно, никого и нет, но если они найдутся, я мог бы им помочь.

Около полудня живот Минаши протестующе заурчал, отчего она и проснулась. Она отошла в дальний угол башни, чтобы справить нужду. Никакого смущения она при этом не испытывала и продолжала разговаривать прямо в процессе:

— А что, если они вообще не спустятся?

— Что? — Об этом я как-то не подумал. И сколько мне здесь торчать? — Прожду до конца дня.

— У нас нет еды. Может, вернемся в город, а потом придем обратно? — Предложила она, возвращаясь ко мне на уступ.

— А если вернешься только ты одна? Станешь ли ты Верховным? — Спросил я, размышляя: если я прикончу остальных так, чтобы Минаша об этом не знала, её неосведомленность, возможно, позволит ей занять престол.

— Старейшины узнают судьбу остальных с помощью прорицания, — ответила она на мои невысказанные мысли. — Твои деяния сочтут моими.

Магия вечно путала все карты. Я принял решение:

— Возвращаемся в Бекар. — Заметив удивление на лице Минаши, я пояснил:

— Для нас лучше всего, если ты станешь Верховным. А я заберу своих спутников, голиафов и покину Халифат до того, как всё это всплывет наружу.

— Если ты этого хочешь, — проговорила она, и по её голосу было слышно, как у неё отлегло от сердца. Мы начали спускаться по камням. Она испуганно ахнула, когда ей показалось, что я прыгнул с последних десяти футов. Вместо этого я создал воздушные диски, соорудив из них ступени для быстрого спуска. Вскоре мы уже шагали по каменистой тропе обратно к городу.

— Каков твой мир? Он сильно отличается от Дезии? — С любопытством спросила Минаша.

Я немного замедлил шаг. За всё время пребывания на Дезии я ни с кем не говорил о Земле.

— Там нет магии, зато технологии превосходят всё, на что способны маги. И людей там гораздо больше. У нас есть мифы о Титанах и некоторых тварях, что живут на Дезии. Так что когда-то в прошлом люди с Дезии определенно бывали на Земле.

Некоторое время мы шли молча. Минаша погрузилась в глубокие думы, пока на горизонте не показались очертания города. Навстречу нам выбежали несколько черных овец. Наконец Минаша озвучила свои мысли:

— Если я не из Дезии, интересно, каков мой родной мир? Есть ли у меня там семья? Сложилась бы моя жизнь иначе, если бы меня не перенесли сюда? — Теперь мне стало окончательно ясно, почему она так легко готова была отказаться от сана Верховного. Вся её жизнь теперь казалась ей сплошным вопросом.

Мы вошли в город, где нас встретил клирик Вулаша под прицелом взглядов местных жителей.

— Вы ушли последними, а вернулись первыми! Вас можно поздравить с успехом?

Минаша оставалась предельно серьезной:

— С Титанами было непросто договориться, но мой Первый выменял артефакт.

Глаза Вулаши загорелись, и он расплылся в клыкастой улыбке:

— Великолепно! Я отправлю весточку Глаше, что вы возвращаетесь! И дам ей знать, если кто-то увяжется за вами. За вашими скакунами отлично ухаживали, их сейчас оседлают. — Словно по зову, двое мальчишек вывели серого коня и Джинджер. Кобыла заволновалась, но сдержалась, чтобы не повалить молодого орка.

Джинджер ткнулась головой мне в плечо, требуя ласки и яблока. У меня язык не поворачивался сказать ей, что осталось всего одно. У меня даже овса не было, чтобы сдобрить её травяной рацион. Пока она хрустела самым последним подземельным яблоком, мы вскочили в седла и выехали на дорогу. Я бросил последний взгляд на далекий Шпиль, чья вершина пряталась в облаках, и невольно задумался о том, что же сейчас происходит там, наверху.

Мы не гнали лошадей в Бекар, оберегая их силы. Все наши разговоры с Минашей сводились к Земле. Воспоминания о прежнем доме бередили душу, вызывая тоску. Интересно, что подумали мои родители и сестры, когда я бесследно исчез?

Глаша и Тарнаша встретили нас у сторожевого поста на въезде в Долину Старейшин. Глаша, нарядно одетая, так и сияла. Было видно, что они ждут нас уже прилично. Глаша едва ли не закричала:

— Вы преуспели и вернулись первыми!

— Есть новости об остальных? — Спросила Минаша, сползая с седла. Ноги у неё подкашивались, и Глаша тут же поспешила применить к ней исцеление.

— Фиоаша мертв, — почти с радостью сообщила Глаша. — Клирик Джуаркаша и варлорд Руук покинули Розенрок через два дня после вас. Они тоже преуспели и добыли артефакт у Титанов. — Новость о том, что Руук жив, мне не понравилась. Что-то в его взгляде всегда внушало мне тревогу.

Тарнаша тоже не скрывал радости:

— Старейшины переругались между собой, не зная, что делать теперь, когда Фиоаша выбыл из игры. Мы сомневаемся, что у Джуаркаши хватит сторонников среди Старейшин, чтобы его нарекли Верховным.

— Как и у Минаши, — весело вставила Глаша. — Но наши позиции прочны, и Старейшинам придется объявить финальное испытание, когда Джуаркаша вернется.

Когда мы добрались до нашего длинного дома, я так и застыл на пороге. Внутри суетились десяток орков и несколько человеческих рабов, стояла новая мебель и громоздились ящики с припасами. Глаша самодовольно ухмыльнулась:

— Некоторые варлорды уже страхуются на случай, если ты станешь следующим Верховным. Больше десятка желают разделить с тобой трапезу или просят аудиенции ради совета.

У Минаши буквально отвисла челюсть от того, как стремительно переменилась её участь.