Резня

Глава 40: «Резня.»Мы бежали в темпе спешащего стражника к дальней окраине верхнего города. Почему-то на бегу все невольно выстроились в шеренги. Уайли громко, так, чтобы слышали все, спросил:— А где были его гвардейцы-легионеры?Ферт хмыкнул:— У него должно было быть не меньше дюжины. Могу поспорить, они тоже все мертвы.Бежавший впереди Константин крикнул в ответ:— У него было пятнадцать человек. Я проверял сегодня утром и предупреждал их о врагах в городе.Мы свернули на широкую улицу с роскошными зданиями из белого мрамора, отделанными черным гранитом. В этой части города мы еще не патрулировали, и полированный камень являл собой внушительное зрелище. Даже дорога была выложена рельефным серым гранитом. Реджис пробормотал:— Черт. В следующей жизни хочу быть магом порталов.— Если Янус ниспошлет тебе такое благословение за ту распутную жизнь, что ты вел, я тоже могу больше не пытаться строить из себя праведника! — Буркнул Павел.— А кто такой Янус? — Спросил я, ни к кому конкретно не обращаясь.Ферт отозвался:— В твоих краях что, нет богов, Эрик? Янус – наш бог Возрождения. Бог концов и новых начал.Я слышал, что некоторые почитают старых римских богов, и даже проходил мимо нескольких храмов в городах, но никогда прежде не слышал, чтобы люди поклонялись им так открыто. Возможно, в мире, где есть магия, их чудеса казались менее значимыми. Хотя наш проводник-стражник уже едва переводил дыхание, мы могли спокойно переговариваться при его неспешном беге. Я спросил:— А скольким богам вы поклоняетесь в Тельхиане?Ферт весело хохотнул:— Богам не поклоняются. Их уважают и просят о милостях.Уайли дополнил мои познания:— Первый Легион принес с собой около тридцати ликов божеств. Но единственный истинный бог, которого ты когда-либо увидишь воочию, – это Древний Дракон, обрушивающий свое возмездие на город.Раздался согласный гул голосов.Мы перешли на шаг, заметив у одного из домов толпу бойцов из нашей роты Легиона. Похоже, непосредственной угрозы не было – они просто охраняли здание и никого не подпускали. Константин зашел внутрь, а мы заговорили с остальными.— Там внутри просто бойня. Они проломили стену в подвале, — поделился с нами Люциан.Орсон добавил:— Мерзкая магия, людей просто разорвало на куски.Ферт серьезно спросил:— Сколько наших погибло?— Маг и все его люди, всего человек двадцать, если считать его семью. Но там столько оторванных частей тела, что сосчитать трудно, — добавил Орсон.— А бартирадийцев они хоть сколько-то уложили? — Поинтересовался Уайли.Орсон кивнул:— Восемнадцать, кажется, или девятнадцать. Убив мага, они отступили обратно в канализацию.Из дома вышел Константин:— Эрик, ты нужен внутри.Я направился к двери в полном недоумении:— Какое зелье нести?Константин покачал головой:— Кастилия спускается в канализацию. Иди к ней. — Я мысленно выругался. Каждый раз, когда намечалось опасное дело, я оказывался в самой гуще. Лучше бы я таскал камни в каменоломне, чтобы расплатиться с фермерами. Пусть остался бы калекой, зато живым.Я вошел в дом и миновал прихожую; от крови и плоти пол стал скользким. Я застыл перед лицом бойни, осквернившей некогда великолепные полированные каменные стены и полы. Они не преувеличивали. Тела были разорваны пополам в районе торса. Но это зрелище уже не так выбивало меня из колеи, как всего месяц назад.К металлическому запаху крови я уже притерпелся. Остекленевшие глаза мертвецов все еще нагоняли жути, и я старался на них не смотреть. Мне махнули рукой в сторону подвала, и там я обнаружил Адриана, Делмара и Кастилию. Они совещались у пролома в стене, откуда несло жуткой вонью. Крупные камни из кладки были разбросаны по полу. Судя по тухлому запаху, это определенно был лаз в канализацию. Кастилия подняла взгляд, и я с содроганием ждал, что она скажет.— Эрик, мне нужно, чтобы ты собрал эссенцию с мертвецов, только с врагов. У меня нет времени заниматься этим самой. Держи. — Она протянула мне свой собиратель эссенции. Я растерялся. Пожалуй, «обрадовался» подошло бы лучше, ведь это означало, что лезть в канализацию мне не придется. Я покрутил в руках диск, который был вдвое больше моего собственного. Кастилия резко спросила:— Ты что, не умеешь им пользоваться?Внутри шевельнулась паника. Не проверка ли это? Не подозревает ли она, что я забрал эссенцию у остальных? Я прикинулся дурачком:— Нет, я никогда таким не пользовался, — я указал на прибор в руках. — Единственной магической вещью, с которой я имел дело, был переводческий амулет на тренировках.Кастилия на секунду впилась в меня взглядом, слегка прищурившись:— Тебе удавалось заряжать амулет? — Я кивнул. — Здесь то же самое. Просто держи центр собирателя между сердцем и головой, приложи его к телу, но держи ровно. Иначе сформировавшаяся эссенция скатится с диска.Больше ничего объяснять она не стала и шагнула в пролом, а за ней последовали Делмар, Адриан, Константин и двое городских стражников. В подвале лежали три тела, и я направился к первому. На нем была отличная кольчуга, но она не спасла его от удара копьем в сердце. Хотя использовать копье в тесных комнатах дома – не лучший выбор, как по мне.Я приложил диск, но меня прервал спустившийся по лестнице Ферт:— Они уже ушли внутрь?— Кастилия повела их в канализацию, — я указал на разрушенную стену.— Ну уж нет, я не позволю им развлекаться без меня, — проворчал Ферт, пробираясь к лазу.Если Ферт находил удовольствие в том, чтобы месить чужое дерьмо, то мне определенно стоило поискать других друзей. Остальные принялись выносить на улицу тела погибших легионеров, мага и его семьи. Я прошелся собирателем по врагам и в итоге получил одну высшую эссенцию силы. Три больших эссенции – по одной силы, стойкости и быстроты. И десять малых эссенций, представлявших собой смесь силы, телосложения и стойкости. Все это я сложил в мешочек. Из восемнадцати тел эссенцию дали четырнадцать.Я принялся помогать переносить тела. На улице уже ждала телега, чтобы увезти их. Уайли заметил, что трупы в осажденном городе разносят заразу, поэтому их нужно похоронить за стенами до того, как явится враг и замкнет кольцо. Тут я увидел мага Грегора, который шел по дороге в нашем направлении в сопровождении девяти своих людей, выстроившихся ровным квадратом три на три.Орсон, второй разведчик нашей роты, отправился поговорить с ним, поскольку все наше руководство сейчас по уши погрязло в нечистотах. Они стояли слишком далеко, чтобы расслышать разговор, и я вернулся в дом за следующими телами. Я спросил у Уайли:— Нам и кровь отмывать придется?— Нет, когда Кастилия вернется, она наймет для этого кого-нибудь из горожан. Это здание принадлежит Империи. Маг смещения просто жил здесь, это часть его щедрого жалованья, — пояснил Уайли, пока мы тащили на простыне верхнюю и нижнюю половины чьего-то тела. Дом по меркам того, что я успел повидать в Тельхианской Империи, был невероятно роскошным. Мебель из экзотического дерева, библиотека, заставленная книгами в кожаных переплетах, тканые ковры в каждой комнате, а спальни на мой взгляд выглядели почти современно. Разумеется, сейчас все это было залито кровью и завалено частями тел.Когда мы в очередной раз вышли на улицу, маг Грегор уже вовсю жестикулировал, и, судя по долетавшим обрывкам фраз, он был крайне недоволен тем, что магиня Кастилия отправилась в канализацию на поиски убийц. Думаю, больше всего он переживал из-за того, что остался единственным магом для защиты города от наступающей армии.В следующий заход мы поднялись наверх и забрали последнее тело. Я узнал этого человека – это был третий судья из Трибунала, перед которым я предстал, когда вернулся с останками людей Дурандуса.— Похоже, он погиб, защищая свою семью, — пробормотал Уайли. Я заметил, что пятна крови на полу остались, но сами тела другие бойцы уже унесли. Мы погрузили его на простыню и вынесли к остальным.Четверо легионеров Грегора спустились в подвал, пока мы грузили тело мага на телегу. Сам Грегор со свитой удалился. У меня за спиной все еще висел собиратель Кастилии, и мне было жутко интересно, какую эссенцию дал бы маг. Но, похоже, у Кастилии было правило собирать эссенции только с врагов, не трогая своих. Я спросил у Орсона, который вовсю костерил ушедшего мага Грегора:— Орсон, мне собрать эссенции со всех тел? Кастилия велела брать только вражеские.Крайне раздраженный Орсон бросил в ответ:— Кастилия считает, что если забрать у человека эссенцию, он родится более слабым в следующей жизни. Если хочешь завещать свою эссенцию семье после смерти, просто скажи ей. Она все устроит, если получится, — на ходу бросил Орсон, после чего скрылся в доме вслед за людьми Грегора. Двенадцать легионеров нашей роты стояли, перепачканные кровью, провожая взглядом уезжающие телеги.Возникла заминка, и я предложил:— Как насчет того, чтобы шестеро остались здесь, а остальные пошли на виллу, помылись и поели? Когда насытитесь и приведете себя в порядок, вернетесь и смените нас.Я выбрал тех, кого знал лучше, чтобы они шли первыми: Брута, Матео, Феликса, Павла, Реджиса и Уайли. Было немного неловко отдавать приказы – или, скорее, давать советы – будучи самым неопытным в группе. Но они послушались и ушли. Оставшимся троим – Донте, Бенито и Лайнусу – я велел спуститься в подвал и караулить проход.Сам я остался снаружи с двумя легионерами, с которыми раньше почти не общался, – Блейзом и Каем. Блейз считался лучшим лучником в роте, да и Кай от него не сильно отставал. К тому же Кай метал пилум без промаха шагов на пятьдесят. Мы стояли под солнцем, отгоняя мух, которые так и норовили облепить наши испачканные кровью мундиры и отложить яйца.Кай спросил:— Ты и правда уложил четверых, пока Константин только двоих? — В его голосе сквозило недоверие. Я уже знал, что Константин считается едва ли не лучшим бойцом в роте.— Нет, только четверых. Последняя сама себя убила, — ответил я, стараясь казаться скромным.Блейз вставил свои пять копеек:— Она была так потрясена твоим мастерством, что сама прыгнула на клинок? Может, нам стоит поставить тебя во главе армии, и ты завоюешь весь мир для Империи, о великий Сатис Гладио! — Добродушно поддразнил он меня, используя прозвище, которое ко мне намертво прилипло.Я возразил:— Она осталась последней и просто не хотела сдаваться в плен, — тихо произнес я, подумав, что сам вряд ли нашел бы в себе мужество принести себя в жертву подобным образом. Я не мог не уважать эту гномку.Какое-то время мы стояли молча, пока по дороге не не спеша подошли Матео и Феликс. Я отпустил Блейза и Кая на виллу. Похоже, я тут действительно оказался за главного. Следом вернулись Брут, Павел и Реджис, и я отправил их в подвал. Еще через полчаса показался Уайли, уплетая большую булку, какими торговали с тележек в городе. С широкой улыбкой он вытащил из-под доспеха еще одну и протянул мне. Я коротко поблагодарил его и ушел, оставшись последним, кто возвращался на виллу.Был уже поздний вечер, и я решил, что вполне заслужил визит в бани. Я успел отойти шагов на пятьдесят, когда сзади донесся крик:— Кастилия вернулась!Я замер на полушаге и медленно побрел назад.Когда они выбрались наружу, мы все поспешили отойти подальше – вонь стояла несусветная.— А где все остальные? — Спросила Кастилия.Я ответил с безопасного расстояния:— Я отправил половину людей умыться и поесть. Когда они вернулись, ушли остальные. Я уходил последним. — Затаив дыхание, я приблизился, протянул ей мешочек с эссенциями и собиратель, после чего сразу отступил назад. И добавил:— Четырнадцать эссенций с восемнадцати мертвецов.Кастилия кивнула:— Четырнадцать из восемнадцати. Хорошее соотношение, учитывая, сколько они пролежали. Нам вчера крупно не повезло собрать всего три из семи. — Она пристально посмотрела на меня, и я почувствовал, как она меня оценивает. Разорвав зрительный контакт, она объявила бойцам, которые не спускались с ней:— Они обрушили часть коллектора, так что преследовать их не удалось. С ними очень сильный маг воздуха. Нам придется продолжить прочесывать город, пока мы их не найдем. У нас есть три дня до того, как враг окружит город. Мы не можем позволить этому магу воздуха оставаться внутри наших стен и ждать момента для удара.Она развернулась и зашагала по дороге, высоко задрав подбородок, словно вся эта грязь ее не касалась. Остальные пахнущие мочой и нечистотами бойцы потянулись следом, и я в очередной раз порадовался, что у меня на вилле своя отдельная комната.Я выбрал другую дорогу, не желая идти за ними по пятам. Мой путь лежал к баням нижнего города – на случай, если наше руководство решит заглянуть в бани верхнего.

Глава 40: «Резня.»

Мы бежали в темпе спешащего стражника к дальней окраине верхнего города. Почему-то на бегу все невольно выстроились в шеренги. Уайли громко, так, чтобы слышали все, спросил:

— А где были его гвардейцы-легионеры?

Ферт хмыкнул:

— У него должно было быть не меньше дюжины. Могу поспорить, они тоже все мертвы.

Бежавший впереди Константин крикнул в ответ:

— У него было пятнадцать человек. Я проверял сегодня утром и предупреждал их о врагах в городе.

Мы свернули на широкую улицу с роскошными зданиями из белого мрамора, отделанными черным гранитом. В этой части города мы еще не патрулировали, и полированный камень являл собой внушительное зрелище. Даже дорога была выложена рельефным серым гранитом. Реджис пробормотал:

— Черт. В следующей жизни хочу быть магом порталов.

— Если Янус ниспошлет тебе такое благословение за ту распутную жизнь, что ты вел, я тоже могу больше не пытаться строить из себя праведника! — Буркнул Павел.

— А кто такой Янус? — Спросил я, ни к кому конкретно не обращаясь.

Ферт отозвался:

— В твоих краях что, нет богов, Эрик? Янус – наш бог Возрождения. Бог концов и новых начал.

Я слышал, что некоторые почитают старых римских богов, и даже проходил мимо нескольких храмов в городах, но никогда прежде не слышал, чтобы люди поклонялись им так открыто. Возможно, в мире, где есть магия, их чудеса казались менее значимыми. Хотя наш проводник-стражник уже едва переводил дыхание, мы могли спокойно переговариваться при его неспешном беге. Я спросил:

— А скольким богам вы поклоняетесь в Тельхиане?

Ферт весело хохотнул:

— Богам не поклоняются. Их уважают и просят о милостях.

Уайли дополнил мои познания:

— Первый Легион принес с собой около тридцати ликов божеств. Но единственный истинный бог, которого ты когда-либо увидишь воочию, – это Древний Дракон, обрушивающий свое возмездие на город.

Раздался согласный гул голосов.

Мы перешли на шаг, заметив у одного из домов толпу бойцов из нашей роты Легиона. Похоже, непосредственной угрозы не было – они просто охраняли здание и никого не подпускали. Константин зашел внутрь, а мы заговорили с остальными.

— Там внутри просто бойня. Они проломили стену в подвале, — поделился с нами Люциан.

Орсон добавил:

— Мерзкая магия, людей просто разорвало на куски.

Ферт серьезно спросил:

— Сколько наших погибло?

— Маг и все его люди, всего человек двадцать, если считать его семью. Но там столько оторванных частей тела, что сосчитать трудно, — добавил Орсон.

— А бартирадийцев они хоть сколько-то уложили? — Поинтересовался Уайли.

Орсон кивнул:

— Восемнадцать, кажется, или девятнадцать. Убив мага, они отступили обратно в канализацию.

Из дома вышел Константин:

— Эрик, ты нужен внутри.

Я направился к двери в полном недоумении:

— Какое зелье нести?

Константин покачал головой:

— Кастилия спускается в канализацию. Иди к ней. — Я мысленно выругался. Каждый раз, когда намечалось опасное дело, я оказывался в самой гуще. Лучше бы я таскал камни в каменоломне, чтобы расплатиться с фермерами. Пусть остался бы калекой, зато живым.

Я вошел в дом и миновал прихожую; от крови и плоти пол стал скользким. Я застыл перед лицом бойни, осквернившей некогда великолепные полированные каменные стены и полы. Они не преувеличивали. Тела были разорваны пополам в районе торса. Но это зрелище уже не так выбивало меня из колеи, как всего месяц назад.

К металлическому запаху крови я уже притерпелся. Остекленевшие глаза мертвецов все еще нагоняли жути, и я старался на них не смотреть. Мне махнули рукой в сторону подвала, и там я обнаружил Адриана, Делмара и Кастилию. Они совещались у пролома в стене, откуда несло жуткой вонью. Крупные камни из кладки были разбросаны по полу. Судя по тухлому запаху, это определенно был лаз в канализацию. Кастилия подняла взгляд, и я с содроганием ждал, что она скажет.

— Эрик, мне нужно, чтобы ты собрал эссенцию с мертвецов, только с врагов. У меня нет времени заниматься этим самой. Держи. — Она протянула мне свой собиратель эссенции. Я растерялся. Пожалуй, «обрадовался» подошло бы лучше, ведь это означало, что лезть в канализацию мне не придется. Я покрутил в руках диск, который был вдвое больше моего собственного. Кастилия резко спросила:

— Ты что, не умеешь им пользоваться?

Внутри шевельнулась паника. Не проверка ли это? Не подозревает ли она, что я забрал эссенцию у остальных? Я прикинулся дурачком:

— Нет, я никогда таким не пользовался, — я указал на прибор в руках. — Единственной магической вещью, с которой я имел дело, был переводческий амулет на тренировках.

Кастилия на секунду впилась в меня взглядом, слегка прищурившись:

— Тебе удавалось заряжать амулет? — Я кивнул. — Здесь то же самое. Просто держи центр собирателя между сердцем и головой, приложи его к телу, но держи ровно. Иначе сформировавшаяся эссенция скатится с диска.

Больше ничего объяснять она не стала и шагнула в пролом, а за ней последовали Делмар, Адриан, Константин и двое городских стражников. В подвале лежали три тела, и я направился к первому. На нем была отличная кольчуга, но она не спасла его от удара копьем в сердце. Хотя использовать копье в тесных комнатах дома – не лучший выбор, как по мне.

Я приложил диск, но меня прервал спустившийся по лестнице Ферт:

— Они уже ушли внутрь?

— Кастилия повела их в канализацию, — я указал на разрушенную стену.

— Ну уж нет, я не позволю им развлекаться без меня, — проворчал Ферт, пробираясь к лазу.

Если Ферт находил удовольствие в том, чтобы месить чужое дерьмо, то мне определенно стоило поискать других друзей. Остальные принялись выносить на улицу тела погибших легионеров, мага и его семьи. Я прошелся собирателем по врагам и в итоге получил одну высшую эссенцию силы. Три больших эссенции – по одной силы, стойкости и быстроты. И десять малых эссенций, представлявших собой смесь силы, телосложения и стойкости. Все это я сложил в мешочек. Из восемнадцати тел эссенцию дали четырнадцать.

Я принялся помогать переносить тела. На улице уже ждала телега, чтобы увезти их. Уайли заметил, что трупы в осажденном городе разносят заразу, поэтому их нужно похоронить за стенами до того, как явится враг и замкнет кольцо. Тут я увидел мага Грегора, который шел по дороге в нашем направлении в сопровождении девяти своих людей, выстроившихся ровным квадратом три на три.

Орсон, второй разведчик нашей роты, отправился поговорить с ним, поскольку все наше руководство сейчас по уши погрязло в нечистотах. Они стояли слишком далеко, чтобы расслышать разговор, и я вернулся в дом за следующими телами. Я спросил у Уайли:

— Нам и кровь отмывать придется?

— Нет, когда Кастилия вернется, она наймет для этого кого-нибудь из горожан. Это здание принадлежит Империи. Маг смещения просто жил здесь, это часть его щедрого жалованья, — пояснил Уайли, пока мы тащили на простыне верхнюю и нижнюю половины чьего-то тела. Дом по меркам того, что я успел повидать в Тельхианской Империи, был невероятно роскошным. Мебель из экзотического дерева, библиотека, заставленная книгами в кожаных переплетах, тканые ковры в каждой комнате, а спальни на мой взгляд выглядели почти современно. Разумеется, сейчас все это было залито кровью и завалено частями тел.

Когда мы в очередной раз вышли на улицу, маг Грегор уже вовсю жестикулировал, и, судя по долетавшим обрывкам фраз, он был крайне недоволен тем, что магиня Кастилия отправилась в канализацию на поиски убийц. Думаю, больше всего он переживал из-за того, что остался единственным магом для защиты города от наступающей армии.

В следующий заход мы поднялись наверх и забрали последнее тело. Я узнал этого человека – это был третий судья из Трибунала, перед которым я предстал, когда вернулся с останками людей Дурандуса.

— Похоже, он погиб, защищая свою семью, — пробормотал Уайли. Я заметил, что пятна крови на полу остались, но сами тела другие бойцы уже унесли. Мы погрузили его на простыню и вынесли к остальным.

Четверо легионеров Грегора спустились в подвал, пока мы грузили тело мага на телегу. Сам Грегор со свитой удалился. У меня за спиной все еще висел собиратель Кастилии, и мне было жутко интересно, какую эссенцию дал бы маг. Но, похоже, у Кастилии было правило собирать эссенции только с врагов, не трогая своих. Я спросил у Орсона, который вовсю костерил ушедшего мага Грегора:

— Орсон, мне собрать эссенции со всех тел? Кастилия велела брать только вражеские.

Крайне раздраженный Орсон бросил в ответ:

— Кастилия считает, что если забрать у человека эссенцию, он родится более слабым в следующей жизни. Если хочешь завещать свою эссенцию семье после смерти, просто скажи ей. Она все устроит, если получится, — на ходу бросил Орсон, после чего скрылся в доме вслед за людьми Грегора. Двенадцать легионеров нашей роты стояли, перепачканные кровью, провожая взглядом уезжающие телеги.

Возникла заминка, и я предложил:

— Как насчет того, чтобы шестеро остались здесь, а остальные пошли на виллу, помылись и поели? Когда насытитесь и приведете себя в порядок, вернетесь и смените нас.

Я выбрал тех, кого знал лучше, чтобы они шли первыми: Брута, Матео, Феликса, Павла, Реджиса и Уайли. Было немного неловко отдавать приказы – или, скорее, давать советы – будучи самым неопытным в группе. Но они послушались и ушли. Оставшимся троим – Донте, Бенито и Лайнусу – я велел спуститься в подвал и караулить проход.

Сам я остался снаружи с двумя легионерами, с которыми раньше почти не общался, – Блейзом и Каем. Блейз считался лучшим лучником в роте, да и Кай от него не сильно отставал. К тому же Кай метал пилум без промаха шагов на пятьдесят. Мы стояли под солнцем, отгоняя мух, которые так и норовили облепить наши испачканные кровью мундиры и отложить яйца.

Кай спросил:

— Ты и правда уложил четверых, пока Константин только двоих? — В его голосе сквозило недоверие. Я уже знал, что Константин считается едва ли не лучшим бойцом в роте.

— Нет, только четверых. Последняя сама себя убила, — ответил я, стараясь казаться скромным.

Блейз вставил свои пять копеек:

— Она была так потрясена твоим мастерством, что сама прыгнула на клинок? Может, нам стоит поставить тебя во главе армии, и ты завоюешь весь мир для Империи, о великий Сатис Гладио! — Добродушно поддразнил он меня, используя прозвище, которое ко мне намертво прилипло.

Я возразил:

— Она осталась последней и просто не хотела сдаваться в плен, — тихо произнес я, подумав, что сам вряд ли нашел бы в себе мужество принести себя в жертву подобным образом. Я не мог не уважать эту гномку.

Какое-то время мы стояли молча, пока по дороге не не спеша подошли Матео и Феликс. Я отпустил Блейза и Кая на виллу. Похоже, я тут действительно оказался за главного. Следом вернулись Брут, Павел и Реджис, и я отправил их в подвал. Еще через полчаса показался Уайли, уплетая большую булку, какими торговали с тележек в городе. С широкой улыбкой он вытащил из-под доспеха еще одну и протянул мне. Я коротко поблагодарил его и ушел, оставшись последним, кто возвращался на виллу.

Был уже поздний вечер, и я решил, что вполне заслужил визит в бани. Я успел отойти шагов на пятьдесят, когда сзади донесся крик:

— Кастилия вернулась!

Я замер на полушаге и медленно побрел назад.

Когда они выбрались наружу, мы все поспешили отойти подальше – вонь стояла несусветная.

— А где все остальные? — Спросила Кастилия.

Я ответил с безопасного расстояния:

— Я отправил половину людей умыться и поесть. Когда они вернулись, ушли остальные. Я уходил последним. — Затаив дыхание, я приблизился, протянул ей мешочек с эссенциями и собиратель, после чего сразу отступил назад. И добавил:

— Четырнадцать эссенций с восемнадцати мертвецов.

Кастилия кивнула:

— Четырнадцать из восемнадцати. Хорошее соотношение, учитывая, сколько они пролежали. Нам вчера крупно не повезло собрать всего три из семи. — Она пристально посмотрела на меня, и я почувствовал, как она меня оценивает. Разорвав зрительный контакт, она объявила бойцам, которые не спускались с ней:

— Они обрушили часть коллектора, так что преследовать их не удалось. С ними очень сильный маг воздуха. Нам придется продолжить прочесывать город, пока мы их не найдем. У нас есть три дня до того, как враг окружит город. Мы не можем позволить этому магу воздуха оставаться внутри наших стен и ждать момента для удара.

Она развернулась и зашагала по дороге, высоко задрав подбородок, словно вся эта грязь ее не касалась. Остальные пахнущие мочой и нечистотами бойцы потянулись следом, и я в очередной раз порадовался, что у меня на вилле своя отдельная комната.

Я выбрал другую дорогу, не желая идти за ними по пятам. Мой путь лежал к баням нижнего города – на случай, если наше руководство решит заглянуть в бани верхнего.