Глубокие карманы нынче в моде
— Что это значит для нас? — Спросил я.
— В лучшем случае – еще шесть недель тренировок. До весны осталось восемь недель. Мы уже урезали подготовку в диких землях вдвое; городские тренировки мы сократим так же. Думаю, центурионы Корнелий и Сергий прибудут сюда через пару недель, чтобы осмотреть и отобрать лучших из этого выводка.
Савино резко сел, пораженный этой новостью. — Но мы еще не закончили ночные тренировки в дикой местности!
— И не закончите, — отрезал Константин. — Это самая сложная часть подготовки Гончей, и у нас просто нет на нее времени.
Савино сполз с кровати и направился к двери, чтобы рассказать новости остальным, оставив меня наедине с Константином. Я подождал, пока мы останемся одни, прежде чем спросить:
— Как они узнали, что у Зайны нет амулета Мира Грёз?
— Первый Гражданин Борис заставил своего дядю надавить на Коллегию Учёных, чтобы те принудили Зайну зарегистрировать амулет Мира Грёз в их архивах. Они донимали ее неделями и даже заявлялись к ней домой, пока она не была вынуждена признать, что артефакта у нее нет, — горько произнес Константин. — Тебе следовало оставить его ей. Уверен, Кастиану тоже об этом доложат. — Это было предупреждение держать ухо востро со вторым щенком.
Я переварил услышанное. — Мне обязательно оставаться здесь? — Спросил я Константина, кивнув на койки.
Константин ухмыльнулся. — Я дал тебе два дня отдыха. Если хочешь провести следующие две ночи в другом месте – это твое право. Но учти: до рассвета третьего дня ты должен быть в этой комнате. — Я кивнул, убрал выстиранное снаряжение Гончей и оружие в пространственный карман, закинул за плечи мешок, попрощался с Константином и вышел.
Я обошел главную улицу стороной, чтобы не столкнуться с другими Гончими, и направился в верхний город. Идти было недолго, и вскоре я зашел в первый же приличный трактир. Была середина дня, две уставшие женщины убирали столы и мыли пол. Лишь один посетитель за столом уплетал жареную курицу, смакуя каждый кусочек.
Трактирщик хрипло буркнул:
— Чем могу помочь, путник?
— Лучшую комнату на одного на две ночи, — ответил я.
Он выгнул бровь и внимательно осмотрел меня. — С едой?
— Только завтрак на завтра, — сказал я. Одна из подавальщиц поправила платье и лучезарно мне улыбнулась. Меня не интересовал флирт этой женщины средних лет, хотя ее взгляд так и оценивал меня. В ее облике было что-то экзотическое: смуглая кожа и длинные шелковистые черные волосы, собранные в хвост.
— Четыре крупных серебряных за комнату и два крупных медных за завтрак, — произнес трактирщик, выкладывая ключ на стойку. Я не стал платить монетами из подземелья, а достал обычные, тельхианской чеканки. Монеты из подземелий встречались редко и могли привлечь лишнее внимание хозяина. Комната оказалась гораздо дешевле, чем я ожидал для верхнего города, но вот завтрак стоил вдвое больше обычного. Похоже, цены на еду в Империи продолжали расти.
Подавальщица, выпятив грудь, кокетливо произнесла:
— Меня зовут Даниэль. Следуйте за мной, господин. — Я пошел за ней по широкой лестнице. От нее пахло пивом, потом и выдыхающимися сладкими духами. На верхнем этаже она дошла до самого конца коридора. Указав на дверь, она подождала, пока я вставлю ключ. — Вам нужно что-нибудь еще на вечер? Если хотите, я могу приготовить для вас ванну? — Она выжидающе посмотрела на меня, а ее стройная фигура так и манила дружелюбной улыбкой.
— Не сегодня. Я очень устал после работы, Даниэль. Мне нужно отдохнуть. — На ее лице отразилось разочарование. Наверное, удивляться не стоило. Это был не публичный дом, но, судя по упадку в городе, с деньгами у людей было туго, и они искали любой дополнительный заработок.
— Я зайду к вам на рассвете, чтобы вынести судно, — неохотно проговорила она наконец и ушла. Как только Даниэль скрылась, я запер дверь и окно. В комнате пахло затхлостью, словно вещи здесь годами лежали в сундуках. Тут стояла большая кровать с темно-синими шерстяными одеялами и огромный платяной шкаф. В небольшой ванной комнате находилась кадка и два больших ведра для воды. Перед зеркалом стояли два полных кувшина с водой, а под туалетом пряталось ночное судно.
Осмотрев комнату, я задернул шторы и достал эльфийский планшет-считыватель. Мне не терпелось узнать, что принесли мне все эти эссенции и недели изнурительных тренировок Гончих. Я действовал быстро: активировал планшет, считал данные и убрал его обратно в пространственный карман.
Физические показатели.
Ментальные показатели.
Магические показатели.
Сила (+6/+1)
62/82.
Интеллект (+2/+0)
35/56.
Эфирный резерв (+1/+0)
24/26.
Мощь (+5/+3)
57/87.
Логика (+0/+0)
51/61.
Каналирование (+6/+1)
36/61.
Скорость (+4/+8)
53/62.
Восприятие (+3/+0)
56/62.
Формирование эфира (+0/+0)
8/8.
Ловкость (+4/+5)
63/75.
Проницательность (+1/+0)
37/52.
Эфирная устойчивость (+0/+0)
50/56.
Выносливость (+6/+3)
76/98.
Стойкость (+2/+0)
54/71.
Сопротивление эфиру (+0/+0)
15/19.
Телосложение (+8/+1)
59/72.
Эмпатия (+0/+2)
19/24.
Первичное родство с эфиром.
Пространство.
Координация (+5/+1)
55/68.
Стойкость (+3/+0)
60/90.
Малое родство с эфиром.
Время.
Я остался доволен, лишь несколько характеристик не оправдали ожиданий. Потенциал скорости и ловкости оказался ниже, чем я рассчитывал, – похоже, эссенции постепенно теряли свою эффективность. Впрочем, это компенсировалось отличным физическим ростом от тренировок.
Теперь было понятно, почему я так легко превзошел остальных щенков. Показатель в пятьдесят единиц в Легионе считался выдающимся. Обычно бойцы отряда не распространялись о своих результатах на планшете, но в тех редких случаях, когда они проговаривались, максимальный упомянутый показатель составлял 62. У меня же сразу три характеристики достигли этой отметки или превысили ее. Без постоянного притока эссенций для подпитки мой дальнейший прогресс пойдет гораздо медленнее.
Затем я просмотрел свои магические склонности, попутно отмечая изученные структуры заклинаний.
Стихийная магия (Обычная)
Огонь.
0.
Воздух.
0.
Вода.
0.
Земля.
38.
Голос земли.
Молния (Энергия)
8.
Дух (Исцеление)
23.
Самоисцеление.
Природа (Растения)
0.
Внестихийная магия (Необычная)
Очарование (Разум)
5.
Иллюзия.
13.
Ясновидение.
0.
Защита (Хранитель)
30.
Воздушный щит.
Некромантия.
0.
Небесная магия (усиление)
0.
Магия Бездны (ослабление)
0.
Редкая магия
Пространство.
101.
Пространственный карман.
Время.
90.
Замедление старения.
Смещение.
80.
Материализм.
9.
Миры.
88.
Пустота.
22.
Конвергенция.
74.
Усвоение эссенций.
Все те эссенции смещения подняли мое родство до 80. Тем не менее, мне все еще не хватало эфира для использования желаемых заклинаний. Для родства с миром я тоже пока не нашел никаких структур заклинаний. Главной целью аренды этой комнаты было завершение запечатления «Очищения себя».
Я принял дополнительные меры предосторожности на случай, если меня побеспокоят во время пребывания в Мире Грёз. Привязав амулет к веревке, я закрепил ее на двери так, чтобы при ее открытии артефакт выдернуло у меня из рук. Я положил Погибель Магов и Мучение Орка в пределах досягаемости, а напоследок заклинил окно деревянными брусками.
Удовлетворившись подготовкой, я стал погружаться в Мир Грёз короткими двухчасовыми сессиями для изучения структуры заклинания. Перед началом занятий я всегда добавлял новые книги в библиотеку. Я чувствовал, что уже близок к завершению, и убрал все свои проекции в Мире Грёз – за исключением Оскара, который преданно дремал у меня на коленях, пока я учился.
На третий заход в Мир Грёз я почувствовал, как структура заклинания наконец закрепилась на моем ядре. С облегчением разобравшись, как его применять, я вернулся в реальный мир. Спрятав амулет, я сосредоточился.
Заклинание «Очищение себя» должно было отлично сочетаться с моим самоисцелением. С помощью самоисцеления я мог обнаружить инородное тело, а затем направить на него очищение. Я начал с крошечного наконечника стрелы, который откололся и застрял во мне после стычки со следопытом. Направив эфир через структуру заклинания, я сфокусировал его на металлическом осколке. Тот исчез, поглотив лишь малую долю эфира.
«Очищение себя» предназначалось для борьбы с болезнями и ядами, но могло воздействовать и на более крупные объекты, хотя с большими объемами следовало проявлять осторожность. Следующим шагом я сосредоточился на своем мочевом пузыре. Судя по описанию в книгах, такое очищение следовало проводить медленно. Слишком резкое воздействие могло создать болезненный вакуум. В течение следующих пятнадцати секунд я плавно высвобождал эфир, нацеливаясь на мочу. На мгновение я почувствовал легкие спазмы, но вскоре все прошло. На это ушло почти половина моего эфирного резерва, что меня неприятно поразило. Эксперимент удался, но часто повторять такое я не планировал.
Затем я достал флакон с паралитическим ядом Гончих. Его можно было ввести через кровь или принять внутрь. Обмакнув палец, я лег на кровать и облизал его. Горький яд подействовал мгновенно: я почувствовал, как его усиленный эфиром эффект расходится по телу, мышцы перестали повиноваться, и я бессильно распластался на мягкой постели. Я пропустил импульс эфира через структуру заклинания. Прошло всего несколько секунд, и контроль над телом полностью вернулся ко мне.
Я понял, что моя поспешность в бездумном использовании заклинания очистила организм и от других опасных элементов вроде вирусов, токсинов и бактерий, на которые я специально не нацеливался. Я продолжал принимать яд небольшими порциями, чтобы отточить точность применения заклинания.
По мере тренировок у меня получалось все лучше фокусировать магию. На нейтрализацию конкретного яда уходило всего пара секунд, если только я не очищал все тело разом мощным потоком эфира. Последнее было опасным, так как магия могла затронуть кишечник и мочевой пузырь, вызвав тот самый эффект вакуума.
И все же заклинанием я остался доволен. Теперь мне не страшны ни яды, ни болезни. Я сел, чувствуя легкое головокружение от большой потери эфира. Вытащив теплое буррито, я принялся его жевать. Сон не шел, поэтому я решил пересобрать свой вещевой мешок.
Разложив все вещи на кровати, я тщательно проверил каждый комплект, плотно уложил их и разместил самые тяжелые предметы внизу. Когда очередь дошла до пояса Призывателя, я замялся. Помня о ментальной отдаче, я понимал, что либо этот пояс, либо мантия, которую я отдал Зайне, обладали пространственным хранилищем.
Собравшись с силами, я осторожно попытался убрать один только пояс в свой пространственный карман. Раздался громкий хлопок, пояс с силой отбросило в дальнюю стену, а в голове все поплыло от мощной отдачи. Я повалился на кровать, ожидая, пока прояснится в сознании и раздастся неизбежный стук в дверь. Но стука так и не последовало. Я сделал глоток прохладного сока кровавого апельсина. Возможно, в трактире никого не было, или же постояльцы решили, что я просто что-то уронил, и не стали проверять.
По крайней мере, теперь я был уверен, что пояс – это пространственный артефакт. Вопрос заключался в том, как он работает? Когда я осматривал подсумки, они были пусты. Может, нужно кодовое слово? В таком случае его мог бы выявить свиток откровения. Пояс не совсем походил на мой ремень Гончей, но по цвету они были близки. Пояс Призывателя определенно был сделан из более мягкой, качественной кожи.
Поднявшись на ноги, несмотря на головную боль, я примерил пояс и застегнул его. Посмотрев в зеркало, я решил, что выглядит он неплохо. Я попробовал опустить несколько монет в левый боковой подсумок, и моя рука ушла куда-то вглубь! Я услышал, как монеты звякнули обо что-то стеклянное. В зеркале это смотрелось как забавный фокус: половина моего предплечья просто исчезла в подсумке. Пошарив внутри, я прикинул, что объем пространства составляет около одного кубического фута.
Я нащупал и вытащил один из флаконов – это было зелье! Разобрав эльфийские письмена, я понял, что это зелье выносливости. Я снял пояс и попытался достать еще одно зелье. Ничего не вышло; отделение снова стало пустым и неглубоким. Значит, все это время мне нужно было просто надеть пояс на себя? Мне захотелось дать себе затрещину за то, что я не додумался до этого раньше.
Убрав снаряжение Гончей, я решил полностью опустошить пояс на кровать. Снова надев его, я вытащил все зелья – всего тринадцать штук. Когда я полез в следующий подсумок, он оказался забит испорченными овощами. Желтая морковь и что-то похожее на лаймы. Все они размякли, и я предположил, что Призыватель собрал их еще в подземелье. Это говорило о том, что подсумки уступали моему собственному пространственному карману – время внутри них не останавливалось. А значит, часть зелий тоже могла испортиться. С момента моей схватки с Призывателем прошло уже три месяца.
В третьем подсумке обнаружился набор для готовки, термальный камень, специи и четыре свет-камня. С воодушевлением я принялся вытаскивать из четвертого подсумка разнообразные кости. Скорее всего, они принадлежали различным тварям, которых Призыватель использовал в своих ритуалах. Это подтвердилось, когда в пятом подсумке я нашел десятки мешочков с разным порошком, происхождение которого мне было неизвестно.
В последнем подсумке лежала дюжина рукописных тетрадей. Все они были на эльфийском, а почерк Призывателя оставлял желать лучшего. На самом дне этого отделения скопилось приличное количество монет из подземелья, в основном крупное серебро. Очевидно, за время своих странствий Призыватель вскрыл несколько наградных сундуков, но где же были магические предметы? Я еще раз безрезультатно обыскал каждый подсумок.
На кровати образовался жуткий беспорядок, и мне верилось с трудом, что этот пояс вмещал в себя столько вещей. Он давал около шести кубических футов объема и при этом совершенно не прибавлял в весе. До моего пространственного кармана ему было далеко, но вещь все равно полезная.
Вскоре меня постигло разочарование: срок годности всех эльфийских лечебных зелий истек еще месяц назад. Лишь три зелья выносливости казались пригодными, да еще среди них нашлось одно великое зелье исцеления из подземелья, которое не портилось со временем – доказательство того, что Призыватель все же раздобыл один из наградных сундуков.
Я начал собирать вещи и отправлять их в свой пространственный карман. Я решил носить пояс Призывателя вместо своего ремня Гончей, но нужно будет проложить дно чем-нибудь, чтобы со стороны не казалось, будто моя рука проваливается в пустоту каждый раз, когда я что-то достаю.
Внезапный стук в дверь заставил меня замереть. Донесся приглушенный голос Даниэль:
— Я принесла ваш завтрак. Желаете, чтобы вам приготовили ванну этим утром? Повара как раз греют воду, у меня есть ароматное мыло.
Я подумал над ее предложением, а затем посмотрел на заваленную кровать. — Нет, спасибо. Можете оставить поднос у двери. Я заберу его, когда соберусь позавтракать, — ответил я. Я услышал, как она потопталась у двери, а затем раздался тихий стук подноса о пол. Когда ее шаги затихли, я занес завтрак в комнату. Жуя хлеб, вареные яйца и джем, я попутно укладывал свой новый пояс.
К сожалению, нефритовый кубок, превращающий воду в эльфийскую амброзию, в подсумок не поместился. А ведь это решило бы мою проблему, позволив артефакту перезаряжаться за пределами стазиса моего пространственного кармана. Закончив сборы, я надеялся провести оставшиеся два дня, периодически погружаясь в Мир Грёз для тренировок перед возвращением.
В казарму я вернулся еще до рассвета третьего дня. В коридоре негромко переговаривались Герн и Катон, выглядевшие вполне отдохнувшими. Катон заметил мое приближение:
— Мне нравится твой новый ремень.
— Спасибо, нашел во время прогулок по городу, — ответил я, с трудом сдерживая улыбку. Из коридора донеслись тяжелые шаги Константина, и я услышал, как остальные начинают просыпаться еще до общего подъема. Пришло время возвращаться к тренировкам Гончих.
.