Телха, столица Тельхианской Империи

Я вышел из портала собранным, твердо держась на ногах, и тут же принялся оглядываться. Лошадей герцога как раз уводили в проход в стене справа от нас. Мы очутились в глубоком каменном колодце квадратной формы, футов сорок в поперечнике. На уступах тридцатифутовых каменных стен с каждой стороны замерли по шесть лучников и по одному человеку в мантиях магов. Доспехи лучников ярко блестели на солнце. Маг смещения оставался позади нас, у самой арки портала, окруженный дюжиной легионеров охраны.

Константин вывел меня из оцепенения:

— Вы четверо дуйте в Восточный Зал Легиона. Найдите там целителя. А я направляюсь в Зал Магистратов. Из Зала Легиона никуда не отлучайтесь, что бы ни случилось. Я найду вас там позже. — С этими словами Константин поспешно удалился, не став ничего объяснять.

— Кто-нибудь знает, как пройти к этому нижнему Восточному Залу Легиона? — Спросил я. Мои спутники стояли, держа сапоги под мышками, кто босиком, а кто в окровавленных носках.

Лайнус, морщась от боли, натянул носки и ответил:

— Этот город строили так, чтобы в нем было легко ориентироваться. Я уже бывал здесь раньше.

Павел со стоном добавил:

— Я тоже знаю дорогу. Но отсюда топать почти милю. — Ему явно не хотелось снова обуваться, но деваться было некуда.

Бенито пояснил:

— Это самый маленький из трех Залов Легиона в Телхе. В Зале Имперского Легиона расквартирована личная гвардия Императора. Он тут совсем рядом, — он указал на проход, куда увели лошадей. — А Западный Зал Легиона находится за городскими стенами, неподалеку от тренировочных полей. Там обучают тех, кто идет в Легион добровольцем.

— Брут упоминал об этом. Он там тренировался, — добавил я, когда мы наконец тронулись в путь. Я был единственным, кто шел ровной, уверенной походкой. Мы отмахали больше восьмидесяти миль примерно за восемнадцать часов. Наверное, остальным было бы гораздо легче, если бы магиня Ларита перед выходом не исцелила их ступни. Свежая, нежная кожа просто не выдержала сурового марша. Сам я за время пути научился подлечивать ноги так, чтобы не сгонять натоптанные мозоли.

— Именно там тренируются легионеры-патриоты, — проворчал Лайнус. — Им начинают платить с первого же дня службы, а обучают их вдвое дольше, чем нас, призывников.

— Не вдвое, а просто полный год, зато и учат на совесть, — болезненно прокряхтел Павел между шагами. — По-моему, Адриан как раз из добровольцев, только вот не знаю, как его занесло в нашу роту.

Мы поднялись по пологому пандусу, и перед нами раскинулся величавый город. Дороги здесь были вымощены безупречными, крупными гранитными плитами. Все здания выглядели удивительно единообразно и аккуратно выстраивались вдоль улиц. Строения возводились из белого камня и украшались вставками из черного мрамора. В архитектуре преобладали величественные арки и колоннады. Это было по-настоящему красиво. Но больше всего поражала высота каменных домов. В некоторых из них я насчитал по десять этажей, судя по рядам окон. Сами окна тоже были огромными – футов десять в высоту и не меньше пяти в ширину.

Прохожие на улицах щеголяли в легких, ярких одеждах самых разнообразных фасонов. На перекрестке я невольно замер. Улица, на которую мы свернули, явно была главной столичной артерией. Об этом можно было судить хотя бы по тому, что слева от нас высилось колоссальное сооружение высотой не меньше пятисот футов, сияющее белизной и серебром в лучах предзакатного солнца. — Никогда не видел Императорского дворца, Эрик? Уму непостижимо. Такая махина – и всего для одного человека, — заметил Лайнус.

Павел бросил взгляд в ту сторону и добавил:

— Там внутри наверняка сидит целая тысяча легионеров охраны, да еще столько же в здании справа. Это Зал Имперского Легиона. И сколько там у Императора? Сотня наложниц и сотни слуг? Уверен, дворец забит под завязку. — Говорил он совершенно равнодушно.

— Сколько наложниц? — Переспросил я, вообразив себе огромный гарем. — И детей у него тоже сотни?

— На самом деле у него семь официальных жен, — фыркнул Лайнус, осаживая Павла за его выдумки. — И по закону он может объявить Первыми Гражданами только семерых своих детей. Остальных он просто выдает замуж или отправляет на службу за границу.

Павел тихонько буркнул:

— Сильно сомневаюсь, что он ограничивается только этими семью. Все знают, что он привык брать то, что пожелает.

Мы отвернулись от дворца и пошли в противоположную сторону. Широкая улица была полна народу – близился вечер. То и дело мимо проходили патрули из двух легионеров в поблескивающих латах. На их фоне мы в своих доспехах из кожи тура выглядели какими-то оборванцами. С другой стороны, кожаный доспех куда легче, дешевле в изготовлении и проще в уходе. Меньше всего на свете мне хотелось бы каждый вечер до одури начищать металлическую кирасу. Мне и с шлемом хватало забот, чтобы он не покрылся ржавчиной.

Вскоре нам попались на глаза лоточники с едой, и я купил на всех жареного мяса на деревянных шпажках. Торговец уверял, что это свинина, но по вкусу она больше напоминала острую курятину. Перекусив прямо на ходу, мы продолжили путь. Всем не терпелось поскорее добраться до целителя. Пустые шпажки мы выбросили в мусорную бочку на углу. Столица оказалась на редкость чистой, и с санитарией здесь все было куда лучше, чем во всех тех местах, где мне доводилось бывать раньше. Чем дальше мы уходили от дворца, тем гуще становилась толпа горожан.

На некоторых перекрестках журчали большие фонтаны, дно которых было выложено мозаичными картинами. Мы не стали задерживаться, чтобы рассмотреть их поближе, но, кажется, там были изображены легионеры, сражающиеся с какими-то чудовищами.

Вдруг я резко обернулся, и у меня буквально отвисла челюсть. По улице на поводке вели человека-леопарда с ошейником на шее.

— Это табакси, из кошачьего народа, — Лайнус удивленно посмотрел на меня. — Я думал, в джунглях неподалеку от Цинги они на каждом шагу встречаются?

Я лихорадочно соображал, что ответить:

— Меня удивил не сам кошачий народ, а то, что его ведут на поводке, словно какую-то собачонку.

Он грустно кивнул:

— В Империи зверолюдам не положена свобода. Их и так редко встретишь, да и дикие они слишком, приручить тяжело. — Я проводил взглядом табакси, который вскоре скрылся в толпе.

— А кто еще относится к зверолюдам? — Спросил я, пытаясь разглядеть в толпе другие необычные лица.

Лайнус охотно принялся перечислять:

— В верхнем городе есть зверинец, я ходил туда как-то. Дай-ка вспомнить… минотавры – это люди-быки. Табакси – кошачий народ. Сатиры – козлолюди. Кентавры – люди-кони. Ааракокра – люди-птицы. Юань-ти – змеелюди… Был кто-то еще.

— Ящеры, — подсказал Павел. — Но вообще всем зверолюдам в Тельхианской Империи рады примерно так же, как эльфам или гномам.

— А орки к кому относятся? — Поинтересовался я.

Лайнус ответил:

— Их причисляют к гоблиноидным расам, но упаси тебя бог назвать орка гоблиноидом при личной встрече. Они не глупее нас с тобой. Ну, может, чуток умнее Бенито. — Лайнус выжидающе посмотрел на Бенито, но тот шагал дальше, пропустив колкость мимо ушей. Лайнус ухмыльнулся и продолжил: — К гоблиноидам относят багбиров, гоблинов, хобгоблинов, кобольдов, гноллов, огров и троллей.

Павел тяжело кряхтел на каждом шагу:

— Я не ученый, конечно, но это уж слишком обобщенно. Мне орков встречать не доводилось, но если ты назовешь его гоблином, не удивляйся, если он тут же поклянется на крови прикончить тебя на месте.

Мы свернули налево, и дома в стороне от главного тракта стали заметно скромнее. Они по-прежнему оставались каменными, но вместо ровных белых плит теперь пестрели смесью самого разного камня. Да и высота зданий здесь не превышала трех этажей. Впереди показалась городская стена – по крайней мере, я решил, что это она, так как она была вдвое выше окрестных домов. Лайнус наконец произнес:

— Пришли.

Мы свернули в тихий переулок, где почти не было прохожих. В конце улочки зеленел небольшой скверик, за которым высилось внушительное здание из темного камня. У широкого входа замерли двое легионеров охраны в кожаных доспехах. Строение выглядело сурово, а крышу его венчала одинокая большая статуя. Павел облегченно выдохнул.

Лайнус пояснил:

— Это старый город. Здание когда-то построили для себя бойцы Первого Легиона. Конечно, оно уступает Залу Имперского Легиона или Западному, но это лучший Зал Легиона, какой тебе доведется увидеть за время службы призывником.

Миновав темную арку входа, охраняемую двумя бойцами, мы очутились во внутреннем дворике под открытым небом. Здесь на каменных скамьях сидели легионеры; кто-то был в доспехах, кто-то без. При нашем появлении они дружно подняли головы. Вид у нас был тот еще. Лайнус шагнул вперед:

— Есть дежурный маг-целитель?

Один из сидевших поднялся и неторопливо подошел к нам:

— Ну и вид у вас, ребята. Будто только что из задницы огра вылезли. — Он представился: — Я Север. Бани вон там, — он указал рукой на арку слева. — А я пока схожу за целителем. Приведу из лечебницы, что на соседней улице. Наш штатный маг-целитель сейчас на штурме Махи.

Мы с благодарностью поспешили в бани. Стены внутри были выложены тем же черным обсидианом, но помещение ярко освещалось свет-камнями. Пока мы раздевались, четверо служек забрали наши грязные вещи и доспехи. Мы встали под струи воды, вооружившись щетками и мылом. Смывая грязь, Павел удивленно покачал головой:

— Надо же, Эрик, а у тебя ноги почти целые.

— Да, Ларита их не трогала. Мозоли остались на месте, да и носки успели просохнуть на солнце, — спокойно отозвался я. Тот лишь хмыкнул и больше ничего не сказал. Я первым забрался в горячую купель. Надо признать, эта баня была куда роскошнее той, что находилась в верхнем городе Махи. Каменные сиденья под водой идеально повторяли форму тела, да и вода была погорячее.

Остальных мне пришлось ждать около получаса. Они дождались прихода целителя и только потом скользнули ко мне в бассейн. Лайнус спросил:

— Тебе помощь целителя не нужна, Эрик? — Я качнул головой, и он махнул рукой лекарю, оставшемуся в предбаннике. Опустившись в теплую воду, Лайнус добавил: — У него всего лишь одна структура заклинания, но дело свое знает туго. Павел сейчас роется в вещах, хочет подкинуть ему пару монет на чай.

Тут в купель с разбегу, словно мальчишка, плюхнулся Бенито, подняв тучу брызг и пустив по воде волны. Похоже, он заранее знал, что в центре бассейна довольно глубоко. Вынырнув, он весело расхохотался:

— Эх, хорошо-то как! Сразу забываешь про все мучения за последние три дня.

Он пристроился рядом с нами, а вскоре к нам присоединился и повеселевший Павел. Кожа на его пятках теперь была нежно-розовой, и кость больше не пугала своим видом. Мы отмокали в блаженном молчании, под которое Бенито вскоре сладко захрапел. Прошел целый час, прежде чем в купели появился чистый и голый Константин. Он с шумом опустился в воду и легонько пихнул Бенито, чтобы тот проснулся.

Убедившись, что все его слушают, командир начал:

— Трибунал назначен на завтра. Нам крупно повезло, что мы успели проскочить до того, как маг смещения закрыл портал. Теперь его откроют не раньше чем через неделю.

Лайнус спросил:

— И что от нас требуется?

Константин кивнул:

— Я только что из Зала Магистратов, где все и будет происходить. Сегодня вечером мы все должны явиться туда и дать показания Искателям Истины. Завтра на суде эти записи используют для защиты Кастилии. Сами мы будем ждать снаружи на случай, если потребуется что-то уточнить.

— А у Кастилии хороший адвокат? — Поинтересовался Павел.

Константин неопределенно пожал плечами:

— Понятия не имею, кто представляет ее интересы. Судьями на Трибунале будут герцогиня Вероника, герцог Октавиан и герцог Вито. Про Вито я знаю лишь то, что он приехал из своей провинции навестить Императора. Единственная хорошая новость – Император не стал назначать того герцога, которого прочил Октавиан.

Пробыв в воде от силы десять минут, Константин поднялся:

— Сейчас пойдем к каптенармусу Зала Легиона, получим чистую одежду и сандалии, пока наши вещи стирают. Чем быстрее мы переговорим с Искателями Истины, тем лучше для всех. — Спорить с ним никто не решился. Правда, я с некоторым раздражением отметил про себя, что стоимость одежды и обуви тут же записали на мой счет в счет долга Легиону. Даже Бенито сообразил, что с нас содрали вдвое больше их реальной цены.

Вскоре в угасающих лучах солнца мы уже шагали вслед за Константином к Залу Магистратов. Оружие командир велел оставить в казарме. На душе у меня было неспокойно: я совершенно не представлял, чего ждать от встречи с Искателями Истины, но выбора у меня все равно не было.