Оспоренные клинки

Я направился к центральному внутреннему двору, где всё уже было подготовлено с особым размахом. Центральную площадку увядающего сада засыпали тонким слоем песка и опилок. С одной стороны площадки собралось больше сотни зрителей, в основном – слуги и рабочие Цитадели.

Вдоль другого края площадки высился небольшой деревянный помост, где на стульях восседали знатные особы. Кастилия сидела в самом центре, рядом с герцогиней Вероникой; лица обеих были омрачены недовольной гримасой. Видно было, что они не рады этому зрелищу. Рядом с герцогиней сидела женщина в вычурном платье – судя по всему, графиня, мать герцогини Вероники. По другую сторону от графини расположился поджарый мужчина лет тридцати с небольшим. На его лице блуждала самодовольная ухмылка; казалось, он искренне наслаждался предстоящим развлечением. Несколько слуг Цитадели суетились вокруг четырёх почётных гостей на этом импровизированном помосте. Среди них я заметил и Ларин.

С третьей стороны площадки к бою готовились бойцы нашего отряда. Когда я подошёл к ним, Мейвит стоял чуть позади остальных. Я обратился к нему:

— Мейвит, где ты пропадал весь день?

Мейвит удивлённо воззрился на меня:

— Эрик, Кастилия приняла меня в отряд охотником. — Его лицо так и светилось от гордости. — Я ходил к своей хижине, чтобы забрать кое-какие вещи и запереть её от непогоды и незваных гостей на время моего отсутствия. Ещё попросил Трека изредка приглядывать за ней. Вернулся вот только что и застал это. — Он кивнул в сторону тренировочной площадки.

— Мейвит, к чему весь этот пафос? — Спросил я, разглядывая сложные приготовления. — Я думал, мы устроим состязание только после ужина.

Адриан повернулся и подошёл ко мне, чтобы прояснить ситуацию. Голос его звучал раздражённо:

— Первый Гражданин Борис прознал о состязании, устроил всё это и заставил герцогиню надавить на Кастилию, чтобы та согласилась. Эрик, ты сам-то будешь участвовать?

— Да, конечно. Разве не все участвуют? — Спросил я. В этот момент я заметил, как Ларин подносит поднос с едой Первому Гражданину Борису. Тот откинулся на спинку стула, и они о чём-то зашептались.

— Пока только десять человек проявили интерес к клинкам, — сообщил Адриан, и в этом был смысл. К примеру, Блейз и Павел не собирались драться, так как им причитались рунические стрелы. Я заметил, как Ларин, шепчась с Борисом, указала пальцем в мою сторону. «Ох, Ларин, что же ты делаешь?»

Адриан держал в руке листок бумаги:

— В первом туре ты бьёшься с Кольмом. — Я посмотрел в сторону Кольма, который как раз разминался. Он был нашим временным кузнецом, а также чинил наши доспехи из просмолённой кожи. Ростом он не вышел, но его бицепсы по ширине не уступали бёдрам. Кольм служил щитоносцем в отряде, и я не помнил, чтобы он часто упражнялся с мечом.

— Могу я использовать воздушный щит во время боя? — Спросил я Адриана.

— Да, любые заклинания разрешены. Первый Гражданин пожелал, чтобы бойцы дрались с голым торсом ради пущего зрелища, — недовольно проворчал Адриан. — Старый целитель дежурит в толпе на случай, если кто-то поранится, но держите себя в руках – мне не нужны серьёзные травмы. Первая пара, готовьтесь, скоро начинаем. — Адриан отошёл, чтобы продолжить организацию этого мини-турнира.

Я подошёл к Кольму и, разговаривая с ним, краем глаза наблюдал за Борисом. Взгляд Бориса определённо был устремлён на меня.

— Кольм, похоже, в первом раунде мы дерёмся друг с другом, — с улыбкой сказал я.

— Сиськи гарпии! Серьёзно? За что Адриан так меня ненавидит? — Удручённо воскликнул он. — Ты же один из фаворитов, — уныло признал Кольм.

— Никогда не понимал этого ругательства. А кто ещё в фаворитах? — Спросил я у понурого великана.

Ферт тут же поспешил вставить своё слово:

— Сиськи гарпии, Эрик! Ну знаешь, с виду обычные женские, но всё остальное тело – жуткая тварь, которая пытается тебя сожрать. А фавориты – это мы с Брутом, — ухмыльнулся он.

— Они тут весь день тренировались, — добавил Кольм. И Ферт, и Брут были копейщиками в отряде, поэтому я знатно удивился, узнав, что они считаются фаворитами в состязании на мечах. С другой стороны, три наших лучших мечника – Константин, Адриан и Делмар – уже владели руническим оружием.

Сзади ко мне подошёл Бенито:

— Эрик, слышал, ты участвуешь. С тебя десять серебряных. — Увидев моё недоумение, Бенито пояснил:

— Победитель забирает всё. Рунический меч и серебро. — Я протянул Бенито монеты, в очередной раз убедившись, что этот парень – неисправимый игрок. Похоже, этот призовой фонд учредили сами бойцы, а не Адриан.

Через полчаса, когда подтянулись новые зрители и принесли прохладительные напитки, объявили первую пару. Я вернулся к Мейвиту, чтобы наблюдать за боем. Брут дрался против Феликса. Оба легионера вышли на арену в одних лишь холщовых штанах и сапогах. В руках у этих мускулистых бойцов было по щиту и утяжелённому деревянному тренировочному мечу. Их босые ноги взрывали песок при каждом шаге. Матео стоял неподалёку, и я услышал, как он негромко произнёс:

— Песок и опилки нужны для того, чтобы наша кровь не испачкала камни двора. Всё как в колизее.

Зрители зашумели, когда противники сошлись в схватке. Моё внимание, однако, было приковано к Первому Гражданину Борису. Он то и дело о чём-то расспрашивал Ларин, и его взгляд то и дело косился на меня, а не на бой, которого он, казалось, так жаждал. Не прошло и минуты, как Феликс уже лежал на песке без сознания. Старый целитель поспешил к нему, чтобы осмотреть и подлечить.

Следующий бой разыгрался между Бенито и Матео. Я не особо следил за их схваткой и знатно удивился, когда, подняв глаза, обнаружил, что победил Бенито. Матео считался отличным мечником и явным фаворитом, но Бенито оказался на редкость юрким и хитрым малым.

— Эрик и Кольм! — Выкрикнул Адриан, объявляя следующий поединок.

Снимая доспехи, чтобы остаться в одних холщовых штанах для дуэли, я поймал на себе пристальный взгляд Первого Гражданина Бориса. Внутри меня закипела злость: я догадался, что он высматривает, нет ли на мне амулета Мира Грёз. Должно быть, именно поэтому он настоял на бое с голым торсом. А это значило, что Ларин предала меня и проболталась Первому Гражданину о моём артефакте.

Я вышел на песок к Кольму. На его бледной груди курчавились светлые волосы, в то время как шевелюра и борода были угольно-чёрными. Выглядело это довольно странно. Его челюсть сжалась – соперничество со мной явно не приводило его в восторг. Мы синхронно постучали утяжелёнными деревянными мечами о щиты, показывая готовность.

У Кольма была крепкая стойка, но двигался он тяжело – сказывалась привычка к тяжёлому ростовому щиту. Я начал заходить с его левого фланга, пытаясь запутать. Он приготовился уйти в глухую оборону под прикрытием щита, который был гораздо меньше его привычного, и выжидать момент для контратаки. Почувствовав его нетерпение, я резко рванулся вперёд и принял его замах на свой щит. Кольм планировал использовать мой блок, чтобы удивить меня неожиданным ударом снизу. Вместо этого я сам удивил его, проведя быстрый выпад с разворотом. Кончик моего деревянного меча ткнулся точно туда, где находилось сердце, оставив багровый след. Меч Кольма рассёк пустоту, а сам он поморщился от боли.

— Смертельный удар! — Зафиксировал Адриан. Кольм в сердцах отбросил щит и меч. Рабочие Цитадели захлопали и одобрительно закричали, приветствуя мою быструю победу. Я взглянул на помост: Кастилия понимающе кивнула, а глаза Бориса сузились. Ларин держала кувшин со стаканом, но на её лице сияла искренняя радость от моего триумфа. Графиня же, как мне показалось, удивлённо облизнулась, пристально изучая мою фигуру. Я подошёл к Кольму и приобнял его за плечи, пока целитель залечивал его ушиб. Несколько минут я объяснял ему его ошибки – по сути, он сам выдал всю свою атаку ещё до её начала.

— Бенито и Эрик! — Объявил Адриан следующий поединок. Похоже, передохнуть мне не дадут – хотя моя первая победа и не отняла много сил.

Я вернулся на песок и встал напротив невысокого Бенито. Бенито отличался скоростью, но во время тренировочных поединков один на один часто совершал глупые ошибки – по крайней мере, таков был мой опыт совместных тренировок. Тем не менее, в настоящем бою иметь такого союзника за спиной было бесценно. Бенито эффектно крутанул меч в руке, красуясь перед толпой. Мы соприкоснулись щитами и сошлись.

Я действовал осторожно, прикрывая ноги, так как ожидал от него удара по коленям. Клинки скрестились, мы прощупывали оборону друг друга. Наша скорость была примерно равной, но я определённо стал двигаться быстрее, чем пару недель назад. Бенито быстро начал терять терпение из-за моей осторожности – я просто не давал ему ни единого шанса для уловки. В какой-то момент Бенито слишком сильно потянулся вперёд, и я нанёс резкий удар по запястью его вооружённой руки. Раздался сухой хруст, и деревянный меч выпал из его пальцев. Будь он в наручах, это спасло бы его руку.

Бенито отступил назад, тихо выругавшись сквозь зубы. Он бросил щит и направился к целителю, явно раздосадованный собственной поспешностью. Думаю, он всерьёз рассчитывал забрать и монеты, и рунический клинок – уверенности в себе ему было не занимать. Я посмотрел на ухмыляющегося Адриана:

— Мне опять сразу драться? Или всё-таки дашь передохнуть?

— В бою передышек не бывает, — с улыбкой парировал он. Бойцы отряда дружно поддержали его издёвками в мой адрес. Адриан с ухмылкой объявил следующую пару:

— Брут и Ремус!

Ремус оставался единственным уцелевшим бойцом из отряда Грегора. Его длинные рыжие волосы сразу выделяли его из толпы. С первых же секунд боя стало ясно, что соперники отлично знают повадки друг друга, и исход был предрешён. Брут был великолепным мечником, упражнявшимся с самого детства. Спустя пару минут он обезоружил Ремуса, нанеся точный удар по пальцам и сломав несколько из них. Следом прилетел тяжёлый удар под рёбра. Адриан провозгласил:

— Тяжёлая травма! Брут побеждает!

Брут победно вскинул руки, словно гладиатор на арене, и рабочие Цитадели разразились бурными овациями. Я заметил, что Ларин не радовалась ни одной из моих побед так, как радовались другие. Мне даже стало немного завидно: толпа не кричала мне так громко – если не считать конюхов, но их обожание я попросту купил. Я отдыхал и мелкими глотками пил воду, наблюдая за происходящим и ожидая своего вызова.

Мы устроили отличное зрелище для работников Цитадели. Кастилия по-прежнему выглядела недовольной, но трое Первых Граждан явно наслаждались этим развлечением перед ужином. Мы не пытались драться красиво – победа была важнее дешёвых эффектов. Бойцам отряда было плевать на настроение знати. Драться без доспехов нам почти не приходилось, так что ошибки были неизбежны.

Я внимательно анализировал чужие поединки, и вскоре нас осталось всего четверо: Ферт, Брут, Сорен и я. Сорен был одним из самых молчаливых парней в отряде. Ходили слухи, будто он когда-то убил пекаря за то, что тот продал ему заплесневелый хлеб. Я сомневался в правдивости этой истории, так как ни разу не видел, чтобы этот человек выходил из себя.

— Брут и Сорен! — Зычно крикнул Адриан.

Ферт подошёл и встал рядом со мной:

— Похоже, в следующем раунде мы бьёмся друг с другом, Эрик. Обещаю драться вполсилы, чтобы ты не выглядел совсем уж жалко. Если накинешь мне два золотых, я даже поддамся, — с ухмылкой протянул он руку. Я был уверен, что даже если заплачу ему, он всё равно будет драться во всю силу.

— За двадцать золотых я сам позволю тебе выиграть, но оплата вперёд, — ответил я с улыбкой. Ферт отошёл, уверенный в себе, так и не дождавшись золота. Я знал, что он служит в преторианской гвардии, и, возможно, скрывает свой истинный потенциал. Его задачей было устранить Кастилию, если она предпримет что-то против интересов Империи.

Брут одолел Сорена, но рунический клинок ему ещё не был гарантирован. Адриан объявил:

— Поздравляю, Брут! Один из клинков твой. Но тебе всё ещё предстоит сразиться с победителем пары Ферта и Эрика, чтобы решить, кто будет выбирать первым! — Адриан вошёл во вкус и вовсю заводил толпу, размахивая руками. Единственной проблемой было то, что у целителя, похоже, совсем иссяк эфир после лечения Сорена.

Я встал напротив Ферта. Его взгляд сделался жёстким и сосредоточенным. Было очевидно, что Ферт намерен выложиться на полную. Я подумывал о том, чтобы применить воздушный щит. До этого момента он мне не требовался, но интуиция подсказывала, что Ферт скрывает свои истинные возможности. Мы соприкоснулись щитами и начали кружить по арене.

Я абстрагировался от шума толпы, сосредоточившись исключительно на движениях соперника. Осторожность в его шагах выдавала высокого мастера. Это напомнило мне Ксавье, нашего мастера меча. Ферт пытался показать как можно меньше, но мастерство всё равно проглядывало в мелочах. Этот завсегдатай борделей оказался куда опаснее, чем казался на первый взгляд. Он резко рванулся вперёд, я ушёл в глухую оборону, гася его выпады щитом.

Кто-то в толпе бойцов удивлённо пробормотал, что сегодня Ферт двигается быстрее обычного, и я был с этим согласен. Он продолжал давить, заставляя меня тратить все силы на блоки и парирование. Спустя почти минуту бешеного темпа он наконец отступил назад, тяжело дыша:

— Эрик, а ты сильно вырос. Всё должно было закончиться гораздо быстрее. — По его уставшим глазам я догадался, что он, возможно, использовал какое-то заклинание. Этот характерный, опустошённый взгляд выдавал человека, который только что сжёг весь свой эфир. Если это и было заклинание, то довольно слабое, и у него почти не осталось энергии для его поддержания.

Ферт салютовал мне мечом:

— Я признаю поражение. — К явному разочарованию толпы и особенно Бориса, Ферт просто развернулся и ушёл с песка. Я понимал, что это был равный бой, возможно, даже с небольшим перевесом в его пользу. Что бы он ни предпринял для усиления своих сил, это знатно истощило его, и он предпочёл сдаться сам, нежели проиграть у всех на виду. Или, возможно, он просто не хотел раскрывать свои козыри. Не у меня одного в этом отряде были свои секреты.

Адриан тоже выглядел озадаченным и удивлённым. Я сошёл с арены и встал рядом с Мейвитом, хотя следующий бой снова был моим. К нам подошёл Бенито:

— Эрик, это было мощно. Теперь мне не так обидно, что я проиграл тебе. По крайней мере, не чувствую себя бесполезным, как сиськи минотавра.

Мейвит назидательно поправил его:

— Вообще-то, Бенито, у самок минотавров вполне рабочие молочные железы.

Матео, стоявший неподалёку, тут же заинтересовался:

— И какое оно на вкус, молоко минотавра? Такое же, как коровье? И как его вообще доить? — Это вызвало дружный хохот среди бойцов. В этот момент на помосте возникло оживление: слуги вынесли два клинка и положили их к ногам герцогини Вероники.

Адриан подозвал нас:

— Брут, Эрик, подойдите и взгляните на ваше оружие.

Рабочие Цитадели потянулись вперёд, вытягивая шеи, чтобы разглядеть трофеи. Мы с Брутом подошли ближе. Перед нами лежали два длинных меча. Длина каждого клинка составляла около тридцати трёх дюймов, а рукоять – около восьми. На обоих красовались рунические символы, но один из них был покрыт тёмным налётом и щербинами, а второй – из безупречно отполированной стали – выглядел невероятно древним.

Герцогиня Вероника снисходительно улыбнулась нам:

— Эти два клинка принадлежали гвардейцам из рода моей матери. Она любезно предоставила их нам. Тёмный клинок выковал последний рунный кузнец Тельхианской Империи для особых целей. Он прошёл сотни сражений и верой и правдой служил своим хозяевам. Второй же клинок выковали орки Бутанского Халифата. Мой дед лично добыл его в бою, сразив орочьего воина.

Брут уловил в её словах ту же деталь, что и я. Он спросил:

— То есть после похода к эльфийским руинам мечи придётся вернуть?

Герцогиня улыбнулась шире:

— Да, если только вы не пожелаете поступить ко мне на службу. В таком случае вы сможете оставить оружие себе, чтобы защищать меня.

Брут нахмурился, почувствовав себя обманутым. Я перевёл взгляд на Кастилию – по её лицу было видно, что она знала об этом условии заранее.

Адриан прервал наше разочарование по поводу временного владения оружием:

— Эрик, Брут, выходите в центр и готовьтесь к бою. — Ступая на песок, я размышлял о том, что в этом решении была своя логика: по словам Делмара, хороший рунический клинок стоил не меньше тысячи золотых. Впрочем, эти два меча и близко не стояли по качеству с оружием Делмара или Константина. Меч Делмара был добыт в подземелье, а клинок Константина выковал эльфийский мастер.

Брут по-прежнему был полон решимости победить, пусть даже приз и был временным. Мы коснулись щитов, и Брут сразу же ринулся в атаку. Мы кружили по арене, взбивая песок, а наши мечи с бешеной скоростью сталкивались со щитами. Бойцы отряда подбадривали нас выкриками.

— А ты стал лучше, чем я помню, — бросил Брут после того, как я отразил три его быстрые атаки подряд.

— Может, это ты просто стареешь и замедляешься? — С улыбкой парировал я, проводя контратаку.

— Да я моложе тебя! — Рявкнул он и выдал серию ударов, которую я прекрасно знал по тренировкам с Ксавье. Я просто уклонялся и разрывал дистанцию, заставляя его впустую тратить силы. На его лице проступило явное раздражение. А ведь я до сих пор даже не задействовал воздушный щит. Похоже, мои тренировки в Мире Грёз приносили куда больше пользы, чем реальная практика.

Брут владел щитом лучше меня. Я многому учился прямо по ходу боя, наблюдая, как его выверенные, минимальные движения не позволяли мне воспользоваться открытыми зонами. Этот поединок стал самым долгим за весь вечер. Зрители были в восторге, и этот нарастающий гул толпы придавал мне сил. Брут попытался провернуть трюк, чтобы закончить бой: он хотел зацепить краем своего щита мой и отвести его в сторону, открывая меня для удара. Но я уже сталкивался с подобным приёмом в Мире Грёз, когда дрался с Константином. Едва почувствовав, как его щит зацепил мой и потянул руку, я мгновенно сориентировался и использовал это движение против него, создав брешь в его собственной обороне.

Я нанёс мощный удар, целясь ему в колено. Брут вовремя разгадал мой замысел и попытался развернуться, чтобы смягчить удар. Меч всё же достиг цели, хоть и не так жёстко, как мог бы.

— Тяжёлая травма! — Тут же выкрикнул Адриан, останавливая поединок. Думаю, он переживал, чтобы все были на ногах перед выходом, особенно учитывая, что целитель был полностью истощён. Брут заковылял в сторону, с трудом наступая на ногу. Похоже, я знатно повредил ему коленную чашечку.

Я подошёл убедиться, что с ним всё в порядке. Он злился из-за поражения, но держался достойно. Целителю требовалось несколько часов для восстановления сил, прежде чем он сможет помочь ему, но Брут заверил меня, что всё будет нормально.

— Отличная контратака, Эрик. Я её совсем не ждал. Заслуженная победа. — Он похлопал меня по плечу, одновременно поздравляя и опираясь на меня, чтобы устоять на ногах. — Иди выбирай свой клинок, Первые Граждане явно не любят ждать.

В толпе воцарилась тишина, когда я приблизился к помосту под пристальными взглядами герцогини, её семьи и Кастилии. Я взял тёмный клинок, оценивая его вес, затем проделал то же самое со вторым. Чёрный клинок оказался чуть тяжелее и, несмотря на странные следы времени, казался более острым.

— Я возьму этот, — указал я на тёмный меч. Брови герцогини удивлённо приподнялись – вероятно, этот артефакт считался менее ценным из двух.

Первый Гражданин Борис привлёк к себе внимание, громко захлопав в ладоши:

— Отличная демонстрация мастерства, легионер! Я и сам не прочь испытать свои силы против лучшего мечника сегодняшнего дня. Уверен, магиня Кастилия окажет мне честь и позволит провести тренировочный бой с победителем этого вечера прямо перед почтенной публикой?