Жаркое из кабана

Мой вопрос о разнообразии великанов был скорее риторическим, но Мейвит все равно принялся объяснять:

— Титаны бывают самых разных видов. В туманных горах живут облачные и туманные великаны. Есть еще оскверненные двухголовые эттины, но с ними ты уже знаком. Каменные великаны – строители, но они почти вымерли, так как все великие города Титанов давно разрушены. Штормовые великаны правили всеми остальными еще до Гражданской войны, бушевавшей эпохи назад. Холмные и горные великаны – жестокие воины и самые многочисленные среди своего племени. Они сторонятся других рас и живут обособленными племенами.

Мейвит загибал пальцы, пытаясь вспомнить:

— Ах да, ледяные великаны обитают на суровом, холодном севере. Но они не высовываются и не любят чужаков.

— Ты забыл огненных великанов, — вмешалась Зайна, услышав наш разговор. — Огненные великаны любят битву больше всего на свете и всегда ищут повод ввязаться в драку.

— Почему же тогда великаны не захватили весь мир? — Бенито вклинился в беседу, распутывая снаряжение, раскиданное порывом ветра от взлетавшего дрейка.

Зайна пожала плечами:

— Я не сильна в истории, но, кажется, когда-то Титаны правили всей Дезией.

Мейвит кивнул:

— Так и было. Штормовые великаны по положению походили на ваших Первых Граждан. Они управляли всеми остальными расами великанов. Голиафы когда-то были связаны узами крови с каменными великанами и помогали им возводить чудеса этого мира. В моем племени из уст в уста передаются легенды о временах до раскола и Гражданской войны среди Титанов. Расы великанов воевали и истребляли друг друга по всей земле. Ни один из их великих городов не уцелел до наших дней. — Я благоразумно промолчал.

Мейвит посмотрел на Бенито:

— Отвечая на твой вопрос: все Титаны прокляты. Мало того, что зачать ребенка для большинства из них – задача невероятно сложная, так еще и на взросление уходит больше пятидесяти лет. У некоторых есть и другие неизлечимые недуги. К примеру, холмные великаны по уму остаются на уровне трехлетнего ребенка.

Бенито съязвил:

— Я встречал довольно смышленых трехлеток.

Адриан недовольно зыркнул на Бенито, оставив без комментариев его оценку детского интеллекта. — К тому же в Дезии на большинство видов великанов ведется охота, — добавил Адриан. — Не утруждайте себя палатками. Просто ложитесь отдыхать. Ночной марш будет изнурительным, а в конце нас ждет бой.

Мы привели в порядок лагерь после визита Себастьяна и уложили вещи. Зайна расстелила небольшой кусок брезента в паре футов от моего спального мешка. Она без труда погрузилась в сон, а мне, как ее временному телохранителю, полагалось присматривать за ней, пока она спит под открытым небом. Я прислонил свой спальный мешок к пню, устроившись полусидя.

Брут принес мне ужин – соленую рыбу, сваренную с овощами в подобие супа. Иногда приходится запихивать в себя самую неаппетитную бурду, чтобы поддерживать силы, но это был не тот случай. Я вылил содержимое миски в дупло пня, на котором сидел. Надеюсь, какому-нибудь лесному обитателю это варево придется по вкусу больше, чем мне.

Когда стемнело и на небе еще не показалась голубая луна, я достал из своего пространственного кармана твердую салями и сыр. Сьел я больше, чем следовало, но сильно сомневался, что до начала боя представится еще один шанс перекусить. Весь лагерь ворочался без сна – обычное дело перед битвой. Когда Делмар скомандовал строиться, мы поднимались неохотно, без особого восторга предвкушая встречу с холмными великанами.

Мейвит решил идти с другой стороны от верховного мага Зайны, за что я был ему искренне благодарен. На небе воцарилась голубая луна, и безоблачное небо заливало лес жутким лазурным светом. Замыкающий в нашей колонне, Матео, нес единственный тусклый фонарь, чтобы дрейки могли ориентироваться на нас сверху.

Продвигались мы медленно. Колонну вели Константин и Флавий. Лишь однажды за весь путь, когда мы пересекали прогалину, я заметил силуэт дрейка на фоне голубого диска луны. Мысль о том, что над нами кружат три свирепых хищника, вселяла уверенность. Бойцы изредка перешептывались. Вдруг верховный маг Зайна задала вопрос, которого я всегда так боялся:

— Эрик, ты ведь из Цинги? Обожаю их национальное лакомство – карамельный хлеб.

— В моей глухой деревушке это слово произносят немного иначе, — гладко соврал я. — Мы пекли его только по особым праздникам, ведь коз у нас было мало и молока вечно не хватало. — Название деревни я держал наготове на случай, если она решит расспросить подробнее.

— О, значит, ты умеешь его готовить? Когда закончим с этой охотой, я, пожалуй, проведу пару дней в Собрале, — с воодушевлением произнесла Зайна. Я не мог понять, говорит ли она искренне или пытается поймать меня на лжи. К счастью, рецепт этого хлеба был записан в одной из книг в Мире Грёз.

— Я бы тоже не отказался попробовать! — Подал голос Мейвит, чей бас легко заглушил чужой шепот. Осознав оплошность, голиаф попытался говорить тише, но шептать он толком не умел:

— Слышал, это потрясающий десерт. Тает во рту – одновременно соленый, пряный и сладкий!

Зайна не стала больше расспрашивать о моем прошлом, но попыталась выведать другие секреты:

— Кастилия так и не призналась мне, есть ли у тебя другие заклинания, кроме хранилища и воздушного щита. — Не дождавшись ответа, она продолжила мягким, почти материнским тоном: — Через мои руки в Магической Академии прошли сотни магов. Тебе нужна помощь в освоении новых заклинаний?

Я тщательно взвесил каждое слово, прежде чем ответить:

— Нет, Кастилия помогла мне со всем необходимым. Мое формирование эфира слишком слабое, чтобы я мог полноценно колдовать.

В паре миль от нас в небо взметнулся огненный столб. — Они что, дерутся прямо в воздухе? — Спросил Блейз в пустоту, пока мы все завороженно смотрели на пламя.

Зайна раздраженно ответила:

— Нет, они обнаружили холмных великанов и обозначают для нас цель.

Феликс, шедший позади меня, отозвался:

— Но это же лишает нас эффекта неожиданности. Он фактически раструбил на весь лес, что их нашли.

Зайна сердито фыркнула:

— Думаю, в этом и был весь смысл. Себастьян так демонстрирует свое недовольство тем, что последнее слово осталось не за ним. Идем, Эрик, выдвигаемся вперед. Великаны, похоже, всего в двух милях отсюда.

Я кивнул, хотя про себя решил, что быть телохранителем верховного мага – сомнительное удовольствие, если они вечно лезут на передовую. Мы протиснулись вперед, где Адриан прошипел:

— Складывайте рюкзаки здесь! Мы уже близко!

Двадцать три бойца роты быстро и бесшумно сбросили ношу. Все были предельно сосредоточены, вглядываясь в чащу и прислушиваясь к каждому шороху. В голубом полумраке лунного света любое движение угадывалось легко, но если враг замирал, он мгновенно сливался с окружением. Кастилия шла впереди, используя свои поисковые заклинания. Зайна положила руку ей на плечо и наклонилась:

— Видишь их?

Кастилия помедлила с ответом, а затем указала направление:

— Вон там… великаны собирают камни… швыряют их в дрейков. — Издалека донесся глухой грохот – один из запущенных валунов рухнул глубоко в лесную чащу. После этого все лесные звуки мгновенно смолкли, сменяясь шорохом падающих камней.

Делмар, стоявший справа от меня, пробормотал:

— Они ни за что не попадут по летящей цели. Но с другой стороны, умом эти твари не блещут. Будут пытаться до последнего.

Зайна распорядилась:

— Мы используем это как отвлекающий маневр. Лучники, держитесь за мной, пока я выдвигаюсь для атаки. Кастилия, оставайся сзади и будь готова прикрыть, если понадобится. — Кастилия недовольно нахмурилась в лунном свете, но кивнула. — Щитоносцы, приготовьтесь принять лучников, если им придется отступать. Копейщики, поддержите щитоносцев в случае чарджа великанов. — На этом ее указания закончились, и она уверенно двинулась вперед. Я следовал за ней шаг в шаг, а Мейвит прикрывал меня со спины.

Наши доспехи из жесткой кожи слегка поскрипывали при ходьбе, но долгие тренировки с Константином и Мейвитом принесли плоды – я двигался почти бесшумно. Константин бесшумно соскользнул из-за дерева:

— Верховный маг, их всего двое, насколько мы можем судить. Оба – взрослые самцы. Пока дрейки их не растревожили, они пожирали тушу медведя.

Зайна спокойно спросила:

— Что они делают сейчас?

— Швыряют в небо булыжники размером с человеческую голову, — ответил Константин, и я инстинктивно поднял глаза. Над нами шелестела поредевшая осенняя листва, сквозь которую почти ничего не было видно, но яркая вспышка подсказала, что Себастьян продолжает дразнить холмных великанов.

— Есть следы Призывателя? — Поинтересовалась Зайна.

— Никаких, — коротко бросил Константин, не сводя глаз с позиций врага.

— Тогда веди меня к ним. Покончим с великанами, а потом попробуем взять след Призывателя, — решительно произнесла Зайна.

— У вас это звучит так просто, — тихо буркнул я.

Константин тихонько прыснул:

— О, Эрик, сейчас ты увидишь настоящее световое шоу. Поймешь, почему ее зовут верховным магом.

Мы потянулись за Константином по сухому каменистому руслу ручья, которое служило отличным укрытием. Мы рассчитали время как нельзя лучше: на востоке уже брезжил серый рассвет, окрашивая небо в пепельные тона. Я разглядел в вышине три кружащих силуэта. Каждые несколько мгновений в их сторону летел очередной камень. Холмные великаны едва могли дотянуться до ящеров своими стофунтовыми снарядами, но, по крайней мере, эта канонада отвлекала их от нашего приближения.

Зайна поднялась во весь рост и уверенно взошла на небольшой холм. Я не ожидал от нее такой дерзости, но остался рядом. Лучники уже выстроились в ряд – семеро бойцов с натянутыми тетивами, среди которых были Константин и Флавий. Позади них замерли шестеро щитоносцев с ростовыми щитами.

Когда я наконец смог рассмотреть поле боя, у меня перехватило дыхание: перед нами возвышались шестнадцатифутовые холмные великаны. Они облюбовали голый каменистый склон, где было полно подходящих снарядов. Своими грузными телами и неуклюжими движениями они походили на капризных перекормленных детей, когда нагибались и ковырялись в земле в поисках очередного камня.

Один из них по ошибке схватил слишком мелкий обломок и с досадой швырнул его в сторону дрейков. Легкий снаряд полетел гораздо дальше и быстрее. По какому-то нелепому стечению обстоятельств камень угодил прямо в крыло одного из ящеров. Раздался пронзительный шипящий крик боли, и раненый дрейк по спирали пошел к земле. К моему сожалению, это был не ящер Себастьяна – самый крупный зверь по-прежнему держался в воздухе. Великаны даже не заметили нас и с улюлюканьем бросились к падающей добыче. Земля задрожала под их тяжелыми шагами.

Зайна выругалась:

— Аид его побери! Они уходят из зоны досягаемости моих заклинаний, а всаднику конец, если они до него доберутся. — Она обернулась: — Рассредоточить лучников на том холме! А я попробую выманить их обратно. — Не дожидаясь ответа, она начала швырять крошечные, размером с дротик, огненные стрелы в спины убегающих гигантов. Снаряды со свистом преодолевали разделявшее нас расстояние, точно находя свои цели.

Целый рой огненных игл вонзился в великанов, оставляя на их спинах лишь легкие подпалины. Что примечательно – эти твари были одеты во что-то отдаленно напоминающее одежду. Лохмотья выглядели убого, но это была плотная ткань или грубая шкура. Один из великанов хлопнул себя по спине, словно отгоняя назойливого комара, но тут же взвыл, осознав, что его одежда занялась пламенем.

Зайна неуклонно приближалась к врагам, сокращая дистанцию, пока лучники занимали высоту. Оба великана остановились, помогая друг другу сбить огонь. Зайна скомандовала:

— Стрелы! — И прекратила собственную атаку. Я стоял справа от нее, а за нашими спинами возвышался Мейвит. Позади меня раздался характерный звонкий щелчок тетивы его огромного лука. Великаны находились примерно в трех сотнях футов, когда наши семеро лучников открыли беглый огонь. Половина стрел нашла свои цели в тушах чудовищ.

Гиганты продолжали возиться с огнем, какое-то время не обращая внимания на стрелы, но вскоре до них дошло, что их обстреливают. Эти существа были крайне тугодумными и могли концентрироваться только на чем-то одном. Мейвит не врал про их скудоумие. Я ожидал, что они бросятся на нас, но великаны лишь нагнулись и начали швырять валуны в сторону холма с лучниками.

— Проклятье! — Процедила сквозь зубы Зайна. Она рванулась вперед, чтобы достать их своей магией. Я бросился за ней, готовый в любой момент активировать воздушный щит. Но прежде чем мы успели приблизиться, огромный валун угодил Квентину прямо в грудь, буквально разорвав его тело пополам. — В укрытие! — Закричала Зайна, пока между ее ладоней стремительно переплетались огненные струи.

Я не понял, обращалась ли она ко мне или к лучникам, но остался на месте, завороженно наблюдая, как из пламени рождается голова огненного змея и устремляется ввысь. Змей стремительно разрастался, и великаны замерли, глядя, как огромная огненная тварь извивается в воздухе, подпитываемая эфиром Зайны. Вот она – магия истинной мощи. Даже в пятидесяти футах от этого колоссального огненного создания я кожей чувствовал нестерпимый жар.

Змей сделал петлю в воздухе и с разинутой пастью рухнул на одного из великанов. Тот в ужасе выставил вперед руки, но ничто не могло остановить заклинание: пламя поглотило гиганта целиком, впечатав его в землю. Вверх взметнулся яростный столб огня, сжигая чудовище заживо. Его жирное тело плавилось, лишь сильнее подпитывая пожар. Великан успел издать лишь короткий хриплый вопль, прежде чем огонь выжег его легкие изнутри.

Второй великан в ужасе отпрянул, но сразу понял, откуда пришла беда. Он запустил тяжелый валун прямо в Зайну. Я был наготове и выставил перед ней наклонный воздушный щит. Камень скользнул по преграде и улетел в небо, полностью уничтожив мой щит, но сохранив магине жизнь. — Спасибо, — коротко бросила Зайна, уже сплетая в руках следующее заклинание.

Над ее головой соткался огромный огненный шар и со свистом полетел в сторону великана, стоявшего всего в сотне футов. Снаряд врезался в цель и взорвался с оглушительным грохотом. Волна горячего воздуха ударила мне в лицо, мгновенно высушив глаза и горло, а в нос ударил отчетливый запах горелой свинины. Взрыв сбил холмного великана с ног, его одежда намертво спеклась с обгоревшей плотью. Он с трудом поднялся на ноги, истошно воя от боли; его глаза побелели – роговицу полностью выжгло взрывом.

— Лучники! — Крикнула Зайна. Первым выстрелил Константин, за ним последовали Мейвит и остальные. Ослепший великан метался из стороны в сторону, пытаясь спастись. Стрелы с трудом пробивали его толстую шкуру и жировую прослойку. Он спотыкался, падал, снова поднимался, тщетно пытаясь нащупать дорогу к спасению.

Лучники начали целиться ему в голову, и чудовище закрывало лицо обгоревшими ладонями. Но расстояние было слишком мало, и промахов почти не было. Великанье чудище выло от боли и бессилия, и этот звук вызывал почти жалость. Зайна, взмокшая от пота после сотворения столь мощных чар, соткала на ладони последнее заклинание. Крошечная копия огненного змея сорвалась с ее пальцев, вонзилась великану прямо в пасть и оборвала его мучения, заглушив жуткие крики.

Я с содроганием смотрел, как тело великана бьется в предсмертных судорогах. — Не жалей его, — произнесла Зайна, заметив выражение моего лица. — Эти твари охотно питаются людьми. Предпочитают жрать их сырыми и еще живыми. — Труп содрогнулся последний раз и затих. Зайна повернулась ко мне с признательностью, но не без лукавства:

— Спасибо за щит. У меня была наготове защита от камня, но я ценю твою заботу.

Остальная рота подтянулась к нам на каменистый склон. Тело погибшего Квентина принесли назад – у него полностью отсутствовала правая часть грудной клетки. Квентин был из людей Дурандуса, а значит – пошел в легион добровольцем, а не по призыву. Он оставался охранять наши вещи у дороги, пока мы сражались со штормовым великаном. Не знаю, насколько легко ему далась служба в нашей вольной компании, но видеть гибель еще одного товарища было невыносимо горько.

Зайна и Кастилия отошли в сторону для разговора, пока часть бойцов отправилась за нашими рюкзаками, другие принялись копать могилу для Квентина, а третьи начали обустраивать лагерь. Я смотрел на обугленные туши великанов и гадал, останется ли после них хоть какая-то эссенция.

Поразмышлять об этом мне не дали: огромный дрейк Себастьяна бесцеремонно уселся на первый труп и оторвал огромный кусок мяса, словно явился на праздничное жаркое. Выглядело это так, будто он заявлял свои права на добычу. Затем Себастьян достал собиратель и прижал его к телу великана, активируя устройство. Это был крупный прибор, похожий на тот щитообразный собиратель, что когда-то принадлежал Кастилии. В воздухе соткалась эссенция, но с такого расстояния я не мог разобрать ее ранг.

Меня изрядно задело, что Зайна и Кастилия никак на это не реагируют. Себастьян дал своему ящеру насытиться, забрал эссенцию со второго великана, а затем подошел к Зайне и с недовольным видом вручил обе сферы ей. У меня от сердца отлегло. Они обменялись парой резких фраз, после чего Себастьян скрылся в лесу, отправившись на поиски своего сбитого дрейка и его всадника.

Делмар повернулся к отряду и объявил:

— Разбиваем лагерь до полудня. После обеда выступаем на поиски Призывателя. Константин, Флавий и Эрик – отправляйтесь на разведку.

Константин ухмыльнулся, глядя на меня:

— Идем, Эрик. Попрактикуемся в чтении следов. — Черт бы все побрал, опять меня вызвался учить.