Гамбит с пикси

Джинджер ритмично двигалась под до мной, пока я высматривал препятствия на пути. Лошадь чувствовала, как сильно мне хочется поскорее выбраться из этого леса. Если за нами увязались только молодые пикси, то, возможно, они не смогут нам помешать. Я резонно предположил, что их магия слабее и не так отточена, как у взрослых особей. Слева и справа от нас, пока мы мчались к опушке, начали мелькать искрящиеся огоньки, сопровождаемые жужжанием. Пикси подбирались все ближе, пытаясь отвлечь и, если получится, замедлить нас.

Минашу их потуги, похоже, ничуть не тревожили.

— Им нас не остановить, — уверенно произнесла она.

— Не сглазь, — огрызнулся я.

— Что значит – сглазить? — Спросила она. Я и сам не заметил, как ляпнул словечко с Земли.

Словно в ответ на ее вопрос, над лесом прокатился оглушительный, раскатистый гром.

— Вот это и значит, — раздраженно бросил я. — Пикси вовсе не пытались нас остановить. Они звали на помощь.

Гул доносился прямо по курсу, и я заподозрил, что пикси разбудили трента. Я направил Джинджер вправо, Минаша повернула своего скакуна следом, и тут лес справа от нас начал оживать. Хорошо хоть мы выбрались из той части, где лил дождь, но теперь главное – не заплутать в чаще и не уйти по ошибке еще глубже.

Окажись я в такой переделке до того, как попал в Дезию, меня бы наверняка охватила паника. Но сейчас голова оставалась ясной, а все мысли были сосредоточены на выживании. Сердце бешено колотилось, пока я взвешивал варианты по мере их появления. Минаша держалась не так спокойно: скорее всего, потому, что в бой она обычно ходила в окружении элитных орков. Здесь же мы были совершенно беззащитны.

— Налево! Поворачивай налево, как только проскочим эти просыпающиеся деревья! — Крикнул я. Ситуация была куда хуже, чем могло показаться по моим словам: весь лес вокруг словно приходил в движение, пусть и двигался пока невероятно медленно.

— Может, это иллюзия пикси? — Прокричала Минаша, пытаясь перекричать грохот копыт, пока мы лавировали между стволами. Мне и самому хотелось в это верить, но масштаб происходящего и полное отсутствие ментального давления подсказывали, что все это взаправду. Должно быть, разбудивший столько деревьев трент невероятно силен – если только он тут один.

— Просто думай о том, как убраться отсюда! — Рявкнул я на нее. Мы снова свернули, уходя в сторону от вздымающейся земли: прямо под копытами Джинджер оживали корни, извиваясь в грязи подобно змеям. К счастью, трент оказался слишком медлительным, да и дотянуться до нас не мог, так что вскоре живой лес остался позади. Однако мое эфирное зрение отчетливо фиксировало светящиеся следы в кронах деревьев – пикси не отставали.

Мелькнула мысль отпустить пленников, но это не гарантировало нам безопасность, да и сомневаюсь, что Минаша согласилась бы отдать их теперь, когда они у нее. Сквозь ветви пробились полосы дневного света. Похоже, мы приближались к травянистым равнинам. Теперь стало понятно, почему клирик Фиоаша со своим варлордом так неслись прочь, когда мы их встретили. Вовсе не из-за спешки. Они спасали свои шкуры.

Мне уже казалось, что мы почти у цели и спасение гарантировано. Но тут в чаще раздался оглушительный рев, и я резко осадил Джинджер. Минаша сделала то же самое; лошади испуганно заплясали на месте, шумно фыркая и переводя дух.

Рев повторился, но я никак не мог определить направление. Звучало так, словно по лесу бродит Кинг-Конг.

— Что это такое? — Дрожащим голосом спросила Минаша, судорожно проверяя свою ношу. Я лишь раздраженно зыркнул на нее: вообще-то этот лес находился в ее королевстве, а не в моем.

Краем глаза я уловил полосу света, стремительно пикирующую на нас сзади. Скорее всего, сама пикси была невидимой, но мое зрение различало эфир. Я мгновенно выставил воздушный щит на ее пути, так как она целилась прямиком в клетку на лошади Минаши, пытаясь освободить своих сородичей.

Пикси на полном ходу врезалась в щит и кувырком полетела на землю. Она по-прежнему оставалась невидимой, и Минаша даже ничего не заметила. Судя по тому, что маскировка не спала, кроха уцелела. Рев становился все громче. Я соскользнул из седла на землю, сгреб невидимую пикси и запихнул ее в один из своих кошелей, где лежали медные и серебряные монеты.

Третья пикси была нам ни к чему, но в случае худшего исхода она могла послужить рычагом давления – не то чтобы дела у нас и так шли хорошо. Да и, честно говоря, мне просто не хотелось, чтобы лошади растоптали малютку, пока мы готовимся встретить того, кто несся на нас напролом.

— Пожалуй, самое время пустить в ход молнии, — прошипел я Минаше, обнажая Погибель Магов. Следующий звериный рык раздался совсем близко и был полон ярости. И доносился он точно с той стороны, куда лежал наш путь к спасению. Пикси в вышине так и заплясали в предвкушении, словно безмолвно крича: «Ну все, вам крышка!»

— Мне нужна минута, здесь есть эфирные линии, из которых я могу черпать силу, — произнесла Минаша, спешившись и встав рядом со мной. Позади нас тренты все еще крушили лес. Впереди ревел зверь, а любой другой путь вел обратно в чащу, прямо к остальным клирикам, сражающимся с пикси. Ну почему все вечно так сложно?

Из зарослей с грохотом вывалилась огромная тень, и я невольно расслабился. Всего лишь здоровенный медведь. Сейчас я снесу ему башку и… Медведь вдруг поднялся на задние лапы и выхватил из-за спины массивный топор.

— Да что за… — прошептал я, глядя, как двуногий зверь переходит на бег.

— Медведь-оборотень! — Потрясенно выдохнула Минаша. В моей голове тут же все встало на свои места. Существовали редкие ликантропы, способные превращаться в медведей. Считалось, что они более дружелюбны, чем вервольфы, но этот конкретный экземпляр нашей компании явно был не рад. Наверное, потому, что мы похитили его друзей.

Яростный натиск ревущего получеловека-полузверя напугал серого жеребца Минаши, и она упустила поводья. Конь испуганно рванул в чащу, унося с собой нашу добычу, добытую с таким трудом. Из-за этого внезапного переполоха клирик сбилась с заклинания и разразилась ругательствами. Хорошо хоть Джинджер не поддалась панике, а лишь попятилась, прячась за мою спину. Я прямо-таки физически почувствовал, как она говорит: «С этим разбирайся сам». Я спешно выставил перед собой несколько воздушных щитов, готовясь встретить девятифутовую тушу.

Три из четырех воздушных щитов разлетелись в щепки при столкновении, но свое дело они сделали: несущийся напролом медведь замер как вкопанный, а удар вышиб воздух из его легких. Пока он стоял дезориентированный, я шагнул вперед и полоснул его по плечу. Погибель Магов была коротким клинком, но ее наполненное эфиром лезвие резало как бритва, легко рассекая свалявшуюся шерсть медведя-оборотня.

Ему потребовалось мгновение, чтобы осознать ранение, и едва он взревел от боли и злости, как я зашел сбоку и подрезал ему подколенное сухожилие. Удар вышел не слишком глубоким, и мне пришлось отскочить назад, уворачиваясь от опускающегося топора. Если тварь и использовала эфир, то теперь ей будет трудно с ним совладать. Но главное – зверь начал прихрамывать. Я метнул быстрый взгляд на Минашу: она никак не могла решить, то ли бежать за удравшей лошадью, то ли помогать мне.

— Молнию! — Зло крикнул я. Она что, думает, я в одиночку завалю эту полутонную тушу?! — Пикси все равно упущены!

— Ты слишком близко к нему! — Огрызнулась она.

— Бей уже! — Заорал я. Огромные черные глаза хищника впились в меня, и мне очень не хотелось тратить весь свой эфир, чтобы прикончить его. Впереди нас ждало слишком много неизвестного. Да и живой лес наверняка подбирался все ближе, пока мы тут возились.

Сверкающее лассо из молний захлестнуло торс медведя-оборотня. Тот озадаченно уставился вниз, но в следующее мгновение в его глазах отразились понимание и дикий ужас. Цепная молния сорвалась с пальцев Минаши и с треском перекинулась на зверя.

Я ощутил мощную взрывную волну: воздух в каких-то нескольких футах от меня мгновенно раскалился и расширился. В ушах больно зазвенело, в нос ударил резкий запах озона и паленой шерсти. Вокруг пояса полумедведя образовалась полоса обугленной плоти. Шерсть полностью выгорела, сам он едва держался на ногах. Я активировал свое исцеляющее плетение, пока Погибель Магов раз за разом вонзалась в его массивные мускулистые конечности. Медведь-оборотень рухнул на землю; одна нога и рука у него теперь безжизненно висели.

— Уходим! — Крикнул я Минаше. У меня не было времени добивать оборотня и забирать его эссенцию. Шкура оказалась слишком толстой и прочной даже для рунического оружия. К тому же пробудившийся лес подступал все ближе. Минаша, не снимая одежды, вовсю исходила паром из-за огромного количества эфира, которое ей пришлось пропустить через себя. Я свистнул, и Джинджер, пусть и неохотно после всего этого грохота битвы и магии, подошла ко мне.

Я взлетел в седло и помог Минаше забраться сзади.

— Нам нужно вернуть пикси, — произнесла она, с тоской глядя в ту сторону, куда умчался ее конь.

— Обойдемся! — Я запустил руку в кошель и нащупал там отчаянно барахтающуюся пленницу. Я вытащил ее наружу: крошечные ручки бессильно колотили по моим пальцам.

— Ты поймал еще одну! — Воскликнула Минаша, крепче обнимая меня за талию, чтобы удержать равновесие. Я пустил Джинджер в галоп. Это была та самая отважная пикси, которая пыталась спасти остальных, что не могло не вызывать уважения. Одно ее крылышко было замято, как бумага – видимо, пострадало при ударе о мой воздушный диск. На крошечном личике с тонкими женскими чертами застыла гримаса ярости и злобы.

Я легко заблокировал ее слабые попытки пробиться в мой разум. Ростом она была точь-в-точь как прежние пленницы – дюймов шесть, не больше, с мерцающими крыльями за спиной, которые я сейчас надежно зажал пальцами в перчатке.

Пока мы скакали, я аккуратно сложил ее крылышки, как делал с остальными. Малютка подергалась лишь мгновение, а затем затихла, смирившись со своей участью. От этого почти человеческого выражения лица мне стало не по себе. Несколькими быстрыми витками бинта я спеленал ее в кокон, а затем засунул обратно в поясной кошель, чтобы лишний раз не смотреть на нее.

В небе над нами больше не было видно ни светящихся следов, ни вспышек: похоже, остальные пикси увязались за серым жеребцом Минаши. Наконец мы выбрались на опушку, и перед нами раскинулись травянистые равнины. На исходе дня серое небо затянуло тучами, сеял мелкий дождь, и мое настроение полностью соответствовало этому унылому пейзажу.

— Надо скорее возвращаться к Старейшинам. Остальные могут нагнать нас в любой момент, — поторопила меня Минаша.

— Джинджер не сможет долго бежать галопом с двумя седоками, — сухо отрезал я, понимая, что очень скоро мне, скорее всего, придется топать пешком.

— Кто-то идет со стороны леса, — предупредила Минаша спустя несколько минут. Я вытянул шею и увидел двух крупных вороных скакунов, несущихся по траве. Мы только-только выбрались на дорогу, когда они поравнялись с нами. Но вместо того чтобы проехать мимо, всадники притормозили – явно для того, чтобы поглумиться.

Кожа клирика имела темно-серый оттенок, а его кожаное облачение промокло и было покрыто чем-то липким. Видать, им тоже пришлось несладко, но у них по-прежнему оставалось две лошади, а у нас – всего одна.

— Минаша! Не ожидал увидеть тебя на пути назад. Неужто уже сдалась? — Так и сочился самодовольством клирик. К задней части его седла был приторочен ящик, в котором, по всей видимости, и находилась его добыча.

Я мысленно понадеялся, что Минаша проявит благоразумие, и она не подвела.

— Саркаша, признаться, я удивлена, что ты оставил своего пса Налграшу позади, — сокрушенно вздохнула она. — На нас напал медведь-оборотень, мой конь понес и умчался в чащу. Клетка и сеть, что были закреплены на седле, пропали. — В ее голосе так натурально смешались досада и отчаяние, что я едва сам не поверил.

Я придержал Джинджер, чтобы заставить и эту парочку остановиться. Они охотно подчинились, желая продлить свой триумф. Мне только это и было нужно: чтобы они замерли и я мог без помех выкрасть пикси, не покалечив ее.

— Жаль, что тебе не представится шанс возглавить нас, — ухмыльнулся Саркаша. — Но впредь тебе стоит быть уступчивее в делах и знать, когда нужно склонить колени.

Руки Минаши в ярости сжали мою талию. Мой эфир устремился вперед, и, судя по всему, ящик остался невредим – кража прошла как по маслу. Надеюсь, пикси внутри не пострадала.

Минаша сплюнула на землю, и в ее голосе прорезалась неприкрытая враждебность:

— Если тебя посвятят в Верховные, я навсегда покину Халифат!

Саркаша громогласно расхохотался:

— Брось, тебе ведь нравилось проводить со мной время. Что ж, поспеши, если хочешь увидеть мое триумфальное выступление во втором Испытании. Думаю, Налграша уже наступает мне на пятки.

Он развернул коня, и его варлорды пристроились следом, после чего оба умчались по дороге, вздымая комья грязи.

— Из прошлых увлечений? — Спросил я, сползая с седла. Минаша недоуменно воззрилась на меня.

— Бывший любовник, — процедила она сквозь зубы. Бывший – это точно, учитывая, что Саркаша был старше ее как минимум вдвое. Впрочем, я лишь пожал плечами: не мне судить.

— Тебе нужно спешить. Джинджер быстрая, она доставит тебя на место раньше них. — Я не торопясь скормил лошади пару яблок, ласково нашептывая ей на ухо напутствия. На самом деле я не столько беседовал с кобылой, сколько тянул время, чтобы восстановить эфир.

И как раз в тот момент, когда Минаша уже начала терять терпение, я извлек пикси. Девушка опешила: малютка была обмотана бечевкой, а не бинтами, да и ростом она была фута под два, а вовсе не шесть дюймов. На лице Минаши отразилось крайнее замешательство. Не дожидаясь, пока она все поймет, я быстро вытряхнул содержимое одной из седельных сумок.

— Спрячь ее понадежнее, чтобы никто не прознал, пока не придет время предстать перед Старейшинами. — Я старался не смотреть новой пикси в глаза, чтобы не бередить совесть.

Вскоре Джинджер уже неслась по дороге вслед за Саркашей. Я проводил их взглядом, отчетливо понимая, что впереди меня ждет долгая пешая прогулка в четырнадцать миль. Но для начала я сделаю небольшой крюк и вернусь к лесу, чтобы хоть немного заглушить голос совести…