Примените семейное наказание.
После утреннего приветствия Се Шиань всё ещё должен был идти в школу.
Каждый день он приходил более чем за полчаса до начала занятий, чтобы читать книги и упражняться в каллиграфии. Он был очень прилежен.
Он уже собирался уходить.
В этот момент во дворе внезапно поднялся шум.
Юнь Чу нахмурилась.
Тинфэн поспешно вошла снаружи.
— Госпожа, второй молодой господин приглядел сверчка в руках дядюшки Чэня. Что нам делать?
При упоминании сверчка в голове Юнь Чу сразу возник вчерашний очаровательный пухлый комочек.
Хотя у того ребёнка совершенно не было манер и он бесцеремонно запрыгнул ей на руки, почему-то она не испытывала к нему отвращения.
Она поднялась и направилась во двор.
Дневной свет был ярким. Наложницы привели сыновей и дочерей на утреннее приветствие, поэтому во дворе было оживлённо.
Как раз в этот момент пришёл Чэнь Дэфу с клеткой для сверчка. Обе стороны столкнулись, и Се Шивэй сразу заметил сверчка.
Восьмилетний Се Шивэй поднял подбородок и приказал:
— Отдай мне сверчка!
На лице Чэнь Дэфу появилось затруднение.
— Отвечая второму молодому господину: этого сверчка госпожа специально велела этой старой слуге найти для…
— Раз я сказал принести — значит принеси! Откуда столько болтовни! — Се Шивэй фыркнул. — Матушка всегда была самой щедрой. Неужели она пожалеет одного сверчка!
— Ух ты, какой сильный сверчок! — четырёхлетний Се Шиюнь широко раскрыл глаза. — Второй брат, можно мне тоже поиграть со сверчком вместе с тобой?
Се Шивэй немного помрачнел.
Матушка всегда любила третьего брата больше всех. Третий брат получал всё, что хотел, а теперь ещё пришёл отнимать у него какого-то сверчка…
— Малявка, что ты понимаешь в игре? Проваливай!
Он сердито посмотрел на Се Шиюня и подошёл к Чэнь Дэфу.
Чэнь Дэфу всё же был всего лишь слугой и к тому же знал, что госпожа всегда потакала этим молодым господам.
Он и сам не был уверен — может, госпожа действительно отдаст сверчка второму молодому господину и просто велит найти другого…
Пока он колебался, клетку уже вырвали у него из рук.
Се Шивэй резко открыл клетку, и сверчок выпрыгнул наружу, метнувшись к зарослям травы сбоку.
— Ещё смеешь убегать!
Се Шивэй швырнул клетку и бросился в погоню.
Восьмилетний мальчик был очень ловким. Одним прыжком он прижал сверчка ладонью к земле.
Поднявшись, он увидел Юнь Чу, стоявшую на ступенях неподалёку.
Он поспешно поклонился.
— Матушка.
Только тогда остальные во дворе заметили, что Юнь Чу вышла, и тоже поспешно поприветствовали её.
Взгляд Юнь Чу остановился на Се Шивэе.
Второй молодой господин семьи Се не унаследовал ни ума, ни усердия Се Цзинъюя. По натуре своевольный, он не любил учиться. В восемь лет он всё ещё отказывался ходить в школу.
Каждый день он спал до позднего утра. Если за полмесяца приходил приветствовать её три-четыре раза — это уже считалось хорошим результатом.
Хотя Се Шивэй не был ребёнком, которого она любила больше всего, она никогда не выделяла никого. Она вкладывала все силы в воспитание каждого ребёнка…
У Се Шивэя не было таланта к учёбе, поэтому она попросила старшего брата использовать влияние семьи Юнь, чтобы отправить этого сына в военный лагерь… Именно из-за этой ошибочной договорённости Се Шивэй получил возможность свободно входить и выходить из военного лагеря семьи Юнь. Доказательства, подтвердившие мятеж семьи Юнь, были лично спрятаны Се Шивэем среди писем её отца…
Чем больше она думала, тем страшнее становилась аура вокруг неё.
Стоявший рядом Се Шиань тонко уловил перемену в её настроении.
— Шивэй. — Се Шиань выступил вперёд с видом старшего брата. — Брать чужое без разрешения — недостойно благородного человека. Наша семья Се основана на учёной традиции. Твоё поведение позорит семью Се. Если бы дедушка и отец узнали об этом, они непременно наказали бы тебя стоянием лицом к стене для размышлений. Быстро положи сверчка обратно в клетку и извинись перед матушкой!
Се Шивэй сначала взглянул на Юнь Чу.
Обычно в такие моменты матушка говорила бы, что это всего лишь сверчок, ничего страшного, и позволила бы ему забрать его поиграть.
Но сейчас лицо матушки было мрачным, а её взгляд — пугающим.
У него не оставалось выбора, кроме как раскрыть ладонь.
— А? Почему сверчок не двигается? — воскликнул рядом Се Шиюнь. — Ой, второй брат, кажется, задушил сверчка!
Се Шивэй ткнул его пальцем. Сверчок совсем не двигался.
Он нахмурился.
— Как он так легко умер…
— На колени!
Юнь Чу холодно бросила два слова.
Се Шивэй не мог поверить своим ушам.
— Почему?
— Все эти годы я слишком тебя баловала, поэтому у тебя развился такой беззаконный характер! — голос Юнь Чу был суровым. — Взять без спроса — это кража. Законы нашей династии ясно говорят: ворам клеймят лоб. Это позор на всю жизнь. Как после этого твой отец будет держаться в чиновничьих кругах? Как твой старший брат будет учиться и строить карьеру…
— Я ничего не крал!
Се Шивэй немного запаниковал. Каким бы своевольным он ни был, он понимал, что обвинение в воровстве — серьёзное дело.
— Матушка, этот сын просто играл. Этот сын ошибся. Больше такого не повторится…
Раньше он тоже так брал вещи матушки, а она лишь улыбалась и позволяла ему.
Почему теперь из-за этого поднялся такой шум…
Но он не смел задавать лишних вопросов и мог лишь послушно признать ошибку в надежде, что матушка не станет продолжать.
Юнь Чу слегка повернула голову и посмотрела на стоящего рядом Се Шианя.
— Ань-гээр, как ты считаешь, как следует поступить с этим делом?
Се Шиань опустил голову.
— Признать ошибку и исправиться — величайшее благо. Раз Шивэй уже понял свою вину, пусть возместит стоимость сверчка и найдёт такого же.
На лице Се Шивэя появилось страдальческое выражение.
Старший брат был ему родным по матери братом, так почему он не только не заступился за него, но ещё и предложил заставить его возместить сверчка?
Он уже потратил все свои деньги на еду, развлечения и игры. Где ему взять серебро, чтобы компенсировать матушке? Разве это не намеренное усложнение жизни?
Юнь Чу улыбнулась.
— Ань-гээр, ты знаешь, кому я собиралась подарить этого сверчка?
Се Шиань покачал головой.
— Молодому господину резиденции князя Пинси. — Улыбка Юнь Чу исчезла, и она холодно продолжила: — Если Шивэй взял мои вещи — пусть так. Мы одна семья, и я, естественно, не стала бы мелочиться! Но какой статус у князя Пинси? Ты ведь слышал об этом. Может ли семья Се позволить себе оскорбить молодого господина резиденции князя Пинси? Сегодня Шивэй задушил сверчка молодого господина. Завтра он может испортить одежду какой-нибудь княжны. Послезавтра — сорвать цветы, которые бережно выращивала княжеская супруга… Если его как следует не наказать, ты думаешь, Шивэй усвоит урок?
Се Шиань был глубоко потрясён.
Матушка действительно сумела установить связь с таким высоким домом, как резиденция князя Пинси. Должно быть, она потратила немало усилий.
Сверчок, которого она с таким трудом нашла, чтобы угодить молодому господину, погиб от рук Шивэя. Неудивительно, что матушка так разгневана.
Се Шиань медленно произнёс:
— Тогда следует применить семейное наказание.
Губы Юнь Чу слегка изогнулись.
— Как и ожидалось, Ань-гээр понимает приличия и умеет видеть общую картину. Кто-нибудь, позаботьтесь о наказании.
— Нет! — глаза Се Шивэя расширились от ужаса. — Я не хочу, чтобы меня били палкой! Не хочу! Разве нельзя просто возместить сверчка…
Когда семья Се только основала дом, было установлено правило: за серьёзные проступки применяется семейное наказание — минимум двадцать тяжёлых ударов палкой.
Раньше одна служанка сговорилась с внешним слугой и украла серебро семьи Се. Старая госпожа велела избить её так, что она осталась калекой и больше никогда не вставала с постели.
Этот случай оставил огромную тень в сердце Се Шивэя.
Он боялся быть избитым до разодранной кожи и мяса, боялся навсегда остаться прикованным к постели…