Всё это моя вина

— Нет, нет, нет, этот подданный не делал этого! — глаза Не Шэня округлились, как медные колокола, и он яростно замотал головой. — Этот подданный ни за что не стал бы вредить собственному старшему брату!

Едва эти слова прозвучали...

Юнь Цзэ шагнул вперёд, схватил его за запястье и одним движением разорвал на нём одежду.

Под верхним халатом неожиданно оказался ещё один верхний халат — совершенно такой же, как одежда покойного Не Чжоу.

— Это… это… — Не Шэнь начал заикаться. — Мы с братом всегда носили одинаковую одежду. Здесь нет ничего странного…

Юнь Цзэ внезапно усилил хватку, и запястье Не Шэня с треском сломалось. Раздался мучительный крик.

Только после этого Юнь Цзэ закатал ему рукав.

На коже отчётливо виднелись несколько свежих царапин.

— Это… это моя наложница поцарапала меня утром… — терпя боль, оправдывался Не Шэнь.

Но его оправдания звучали крайне бессильно.

Все присутствующие уже поняли, что произошло.

— Этот второй господин Не слишком жесток. Он действительно убил собственного родного брата.

— Господин Не в одиночку поддерживал всю семью Не. Теперь, когда он умер, род Не практически обречён. Ради чего второй господин Не вообще это сделал?

— Господин Не был верен вдовствующей императрице. А второй господин Не убил господина Не… вероятно…

Голоса обсуждающих постепенно стихли.

Юнь Чу посмотрела на Чу Жуя:

— Интересно, что думает об этом деле регент?

На лице Чу Жуя появилась мягкая улыбка:

— Этот подданный действительно был небрежен. Я не ожидал, что произойдёт подобное братоубийство. Дело можно передать Судебной палате для тщательного повторного расследования, чтобы восстановить справедливость для покойного.

— Судебной палате? — Юнь Чу тоже улыбнулась. — Это дело произошло прямо под носом министра Чана, и именно министр Чан лично осматривал тело. Когда эта вдовствующая императрица раз за разом задавала вопросы, министр Чан всё равно утверждал, что это смерть от падения… Осмелюсь спросить: достоин ли такой человек должности главы Судебной палаты?

Министр Чан поспешно выступил вперёд и низко согнулся:

— Этот подданный ошибся в суждении. Прошу вдовствующую императрицу успокоить гнев. Этот подданный непременно тщательно расследует дело дальше…

— Передайте наш указ! — холодно произнёс Чу Хунъюй. — Чан Юаньшань проявил халатность в службе и пренебрёг человеческой жизнью. Снять его с должности главы Судебной палаты и заключить под стражу для дальнейшего расследования!

Министр Чан с глухим стуком рухнул на землю:

— Ваше Величество, пощадите, Ваше Величество…

Чу Хунъюй пнул его ногой.

Министр Чан мог лишь беспомощно посмотреть на Чу Жуя.

Чу Жуй равнодушно отвёл взгляд.

После столь громкого провала прямо на глазах у всех даже он не мог больше защищать Чан Юаньшаня.

— Уведите его!

После приказа Юнь Чу стражники Императорской гвардии уже не смели медлить и сразу вытащили Чан Юаньшаня наружу.

Он занимал должность главы Судебной палаты чуть больше двух месяцев. Его кресло ещё толком не успело согреться, а его уже вот так сняли.

Юнь Чу снова посмотрела на коронера Чжэня:

— Ты даже не способен правильно определить основную причину смерти и позоришь звание лучшего коронера Великой Цзинь. С сегодняшнего дня тебе запрещено заниматься ремеслом коронера. Люди, уведите его и заключите в тюрьму на три года.

Коронер Чжэнь бессильно рухнул на землю.

Прошлой ночью к нему пришёл человек и дал десять тысяч лянов серебра, попросив лишь сказать на следующий день во дворце, что причиной смерти стало падение.

Одна фраза — и десять тысяч лянов. Почему бы не согласиться?

Он думал, что это пустяковое дело. Кто бы мог ожидать, что оно разрушит всю его карьеру.

— Конечно, если коронер Чжэнь назовёт человека, стоящего за этим, эта вдовствующая императрица может освободить тебя от тюрьмы. — спокойно добавила Юнь Чу.

Коронер Чжэнь всё так же держал голову опущенной.

Прошлой ночью он получил лишь пять тысяч лянов задатка. Он даже не видел того, кто передал деньги, не говоря уже о настоящем заказчике.

Увидев, что он продолжает молчать, Юнь Чу велела сразу увести его.

Затем она холодно посмотрела на Не Шэня:

— Говори! Почему ты убил собственного родного брата?

— Этот подданный… — Не Шэнь дрожал всем телом. — Этот подданный не…

Несколько дней назад его нашёл регент Чу Жуй и пообещал: если он убьёт старшего брата, то станет новым главой семьи Не.

Более того, Чу Жуй пообещал продвинуть его на должность старшего брата и подарить семье Не большой особняк.

Все эти годы род Не становился всё многочисленнее, но дом оставался всё тем же — маленький особняк на три двора, который не мог сравниться даже с жилищами обычных богатых торговцев, несмотря на то что его брат был министром второго ранга.

Семья старшего брата жила в главном дворе, а его собственная семья — в боковом. Из-за тесноты он смог взять лишь двух наложниц, потому что больше просто негде было селить.

Он никак не понимал: почему при наличии в семье министра второго ранга род Не всё ещё живёт так бедно.

Из-за этого он постоянно спорил и ссорился со старшим братом, но всё было бесполезно — брат обладал слишком упрямым характером.

Пока однажды регент не предложил ему всевозможные условия. Он не смог устоять и последовал плану Чу Жуя, убив собственного старшего брата.

Но в тот миг, когда брат умер, он пожалел.

Теперь сожаление разъедало его до самых внутренностей.

Но у него уже не было выбора. Он не мог назвать настоящего заказчика.

Иначе погибнут его жена и дети.

Не Шэнь поднял глаза и посмотрел на Чу Жуя среди толпы.

В этих глазах он увидел угрозу.

— Я завидовал старшему брату, завидовал его успешной карьере, завидовал тому, что он получил благосклонность вдовствующей императрицы! — Не Шэнь закрыл глаза. — Я раскаиваюсь. Я готов заплатить жизнью за смерть старшего брата!

Сказав это, он резко поднялся и со всей силы ударился головой о декоративный камень во дворе Павильона созерцания луны, мгновенно погибнув.

Во всём дворе поднялся шум.

Юнь Чу закрыла глаза.

Пока противостояние между ней и Чу Жуем не закончится, люди будут продолжать умирать.

Погибнуть на поле боя — значит умереть за великое дело.

Но умереть во внутренних распрях… что это вообще значит?

Она медленно произнесла:

— Банкет ко дню рождения императора на этом заканчивается. Все могут разойтись.

Чиновники вместе с женщинами своих семей начали покидать дворец.

Дворцовые служанки быстро привели Павильон созерцания луны в порядок, словно здесь никогда ничего не происходило.

Вскоре прибыла и семья Не. Забрать тела двух законных сыновей пришёл старый господин Не.

Утром он только пережил боль утраты жены. А менее чем за полдня оба его законных сына тоже погибли. За один день он потерял троих самых близких людей.

— Мои сыновья… — сердце старого господина Не разрывалось. — Вдовствующая императрица, второй сын этого старого подданного совершил преступление. Этот старый подданный готов понести наказание вместо него…

Глаза Юнь Чу слегка покраснели:

— Это я не смогла защитить Не Чжоу. Всё это моя вина… Старый господин, прошу, будьте спокойны. Я непременно отомщу за Не Чжоу. Прошу, поверьте мне.

Голос старого господина Не дрожал:

— По сравнению с местью важнее стабильность государства. Вдовствующая императрица ни в коем случае не должна позволить этой внутренней распре повлиять на великое дело.

— Сначала достойно похороните Не Чжоу. — тихо сказала Юнь Чу. — Эта вдовствующая императрица велит семье Юнь помочь найти благоприятное место для захоронения, чтобы господин Не мог обрести вечный покой.

Семья Не была бедна. Возможно, они даже не смогли бы найти достойное место и просто похоронили бы его где-нибудь на склоне холма.

Старый господин Не снова и снова благодарил её, после чего ушёл с телами двух сыновей.

Глядя на его сгорбленную фигуру, Юнь Чу вдруг почувствовала, как защипало в носу. Она поспешно вытерла уголки глаз платком.

— Вдовствующая императрица оказалась умнее, чем я предполагал.

Позади раздался голос.

Юнь Чу обернулась и увидела Чу Жуя.

Чу Жуй подошёл ближе:

— Я убиваю одного из генералов вдовствующей императрицы, вдовствующая императрица ломает одну из моих рук. Этот обмен ударами туда и обратно в конечном счёте приносит потери только двору. Хотя всё вовсе не обязано было заходить так далеко. Скажите, зачем напрасно множить убийства?