День рождения юного императора

На день рождения юного императора во дворцовый банкет были приглашены все чиновники пятого ранга и выше вместе с женщинами своих семей.

Лишь после того как все собрались в зале пира, Юнь Чу пришла вместе с тремя детьми.

После вступления в двенадцатый месяц брату Цзюэ уже исполнился год и шесть месяцев. Он начал понемногу говорить, хотя пока мог выговаривать лишь два-три слова и то очень невнятно.

Увидев столько людей, малыш возбуждённо захлопал в ладоши. Юнь Чу велела кормилице и дворцовым служанкам внимательно следить за ним, опасаясь, что маленький непоседа начнёт бегать и создавать неприятности.

Этот малыш был самым младшим князем во всей истории Великой Цзинь. Дворцовые слуги не смели проявлять небрежность — семь-восемь кормилиц и служанок окружали его, осторожно охраняя со всех сторон.

Пир официально начался. Первым поднялся регент Чу Жуй и, ведя за собой чиновников, поднял тост за юного императора:

— Да живёт Ваше Величество десять тысяч лет без конца! Да здравствует наш император, да здравствует, да здравствует!

Чу Хунъюй тоже встал. Подняв чашу с чаем, он громко сказал:

— Благодарю всех любимых министров. Давайте выпьем вместе.

Все вместе выпили, после чего началось угощение. Одновременно люди непрерывно преподносили подарки ко дню рождения.

Первыми были аристократы, в основном дарившие традиционные и подобающие вещи вроде кистей, туши, бумаги и тушечниц.

Лишь маркиз Пинцзинь, желая выразить благодарность за милость сохранения титула, специально потратил много сил и приобрёл светящуюся жемчужину, которую преподнёс юному императору.

Глаза Чу Хунъюя загорелись, едва он увидел жемчужину. Если сделать из неё шпильку и вставить в волосы Чаншэн, как же красиво это будет.

Он сразу улыбнулся:

— Маркиз Пинцзинь очень внимателен. Мне это очень нравится.

Чу Жуй, сидевший сбоку, внезапно отвлёкся, увидев светящуюся жемчужину.

Он вспомнил, что эта жемчужина была самой драгоценной вещью в приданом Су Цзыюэ. Чтобы помочь ему привлечь на свою сторону поместье маркиза Боюаня, она отдала жемчужину госпоже Боюань.

Но кто бы мог подумать, что маркиз Боюань окажется женщиной, а само поместье Боюань рухнет вот так.

Эту жемчужину, должно быть, заложили люди поместья Боюань, после чего она попала в руки маркиза Пинцзиня, а теперь стала подарком юному императору.

Подумав о Су Цзыюэ, а затем о ребёнке в её чреве, Чу Жуй надолго помрачнел.

Чиновники один за другим вручали подарки.

Наконец Чу Жуй поднялся и сказал:

— В этот холодный зимний месяц, кроме сливовых цветов, почти нечем любоваться. Этот подданный специально велел доставить с юга сто горшков свежих цветов в подарок ко дню рождения. Их разместили в тёплом павильоне Императорского сада. Ваше Величество, почему бы не пойти взглянуть?

Во дворце действительно существовал тёплый павильон, специально предназначенный для выращивания нежных цветов.

Людям, сидевшим в банкетном зале, всё равно было нечего делать, поэтому все захотели посмотреть, как выглядят цветы, привезённые с юга.

Чу Хунъюй поднялся, следуя общему желанию:

— Хорошо, тогда все любимые министры отправятся вместе со мной в Императорский сад любоваться цветами.

Главный зал, где проходил банкет, находился недалеко от Императорского сада — их разделял лишь дворцовый коридор.

Сливовые деревья в саду уже расцвели. Белый снег, падающий на красные цветы сливы, выглядел необыкновенно красиво и заставлял людей останавливаться и любоваться.

Когда они вошли в тёплый павильон, навстречу сразу хлынул аромат цветов.

Юнь Чу увидела цветы самых разных оттенков. Все они были прекрасно защищены, на лепестках не было ни малейшего повреждения. Уже по этому можно было представить, сколько людей, сил и денег потребовалось, чтобы доставить их с юга на север.

Многие госпожи и юные барышни восхищённо ахали.

— Как красиво… Таких цветов в столице ещё никогда не видели.

— Регент действительно очень внимателен. Благодаря ему и мы можем насладиться этим зрелищем.

— …

Женщины любовались цветами в тёплом павильоне, а мужчины сочиняли стихи среди белого снега и красных слив. Атмосфера была чрезвычайно приятной.

И именно в этот момент кто-то испуганно вскрикнул:

— Скорее смотрите, что это там?

Все одновременно посмотрели в указанном направлении.

Там стоял Павильон созерцания луны — самое высокое строение дворца в девять этажей. Из любой точки дворца можно было увидеть его.

И прямо сейчас на подоконнике девятого этажа сидел человек. Он устроился на перилах, его фигура опасно раскачивалась взад-вперёд, заставляя сердце замирать от страха.

— Кто это? Это слишком опасно. Если он упадёт, боюсь…

— Судя по одежде, это разве не младший наставник Не? Как министр Не оказался на вершине Павильона созерцания луны?

— С начала банкета и до сих пор я, кажется, не видел министра Не. Возможно, министр Не просто пошёл не туда.

— По-моему, у министра Не в руках кувшин с вином. Неужели он слишком много выпил и забрёл не туда?

— …

Услышав шум снаружи, Юнь Чу сразу вышла из тёплого павильона.

С этого места в Императорском саду Павильон созерцания луны был виден особенно ясно. На перилах действительно сидел человек. Судя по одежде и фигуре — это действительно был Не Чжоу.

Однако ещё вчера Не Чжоу специально пришёл во дворец просить прощения, сказав, что состояние его пожилой матери внезапно стало критическим и он должен оставаться рядом, чтобы проводить её в последний путь. Поэтому сегодня он не сможет присутствовать на банкете ко дню рождения и просит прощения у неё и Его Величества. Естественно, Юнь Чу не стала бы винить его — сыновняя почтительность стоит выше всего. Людей, ставящих пожилую мать на первое место, она глубоко уважала. Более того, она даже специально отправила вместе с ним двух императорских врачей.

Что-то здесь было не так.

Она сразу приказала Цютун:

— Немедленно отправляйся в Павильон созерцания луны и посмотри, что происходит.

Цютун кивнула, развернулась и быстро ушла.

Юнь Чу неотрывно смотрела на Не Чжоу. Она увидела, как он внезапно поднял кувшин с вином и начал пить прямо из него.

Сразу после этого его тело качнулось. К счастью, он не упал наружу, а рухнул внутрь, ниже линии подоконника. Из-за стены невозможно было разглядеть, что именно произошло.

Но по крайней мере он больше не сидел на такой высоте. Юнь Чу наконец немного выдохнула.

Однако в следующий миг...

Человек, только что упавший внутрь, вдруг снова поднялся, одним движением перелетел через перила и бросился вниз с девятого этажа.

Хотя расстояние было слишком большим, чтобы услышать звук удара о землю, госпожи и юные барышни всё равно в ужасе закричали.

— Небеса…

— Министр Не… он… он действительно прыгнул.

— С такой высоты — это верная смерть.

— Почему такое произошло…

В голове Юнь Чу на мгновение всё опустело.

Но она тут же пришла в себя и быстрым шагом направилась к Павильону созерцания луны.

Она шла очень быстро, почти бежала, приподняв подол одежды и совершенно забыв о придворных приличиях, не смея терять ни секунды.

Чиновники и женщины их семей, ставшие свидетелями всего произошедшего, тоже последовали за ней.

Хотя из Императорского сада Павильон созерцания луны казался близким, на самом деле между зданиями лежало большое расстояние. Даже быстрым шагом путь занял четверть часа.

Вход в Павильон созерцания луны уже был оцеплен Цютун, никому не позволяли входить внутрь.

Увидев приближающихся Юнь Чу и юного императора вместе с остальными, она выступила вперёд с докладом:

— Ваше Величество, вдовствующая императрица, когда эта подчинённая прибыла, министр Не уже упал с башни. Было слишком поздно… Эта подчинённая проверила — министр Не уже не дышит.

В её голосе звучало сожаление. Если бы она прибыла хоть немного раньше, наверняка смогла бы спасти министра Не…

Министр Судебной палаты выступил вперёд:

— Позвольте этому подданному осмотреть место происшествия и разобраться в случившемся.

Юнь Чу подняла руку, преграждая ему путь:

— Не нужно. Эта вдовствующая императрица сама посмотрит.

Она прекрасно знала: министр Судебной палаты был человеком, которого лично продвинул Чу Жуй. Она не могла доверять никому, особенно ему.

Она первой вошла внутрь.

Шаг за шагом Юнь Чу подошла к человеку, лежащему на земле.