Всё-таки нужен именно третий брат

Ночь прошла словно в тумане.

Утренний свет, отражаясь от белого снега, проникал через окно. Чу И прижал пальцы к вискам и открыл глаза.

К этому времени уже почти наступил конец часа чэнь.

Он сел на кане и смутно вспомнил: прошлой ночью, кажется, произошло что-то важное.

Сильный снег.

Фруктовое вино.

Алые губы.

Это был сон… или всё случилось наяву?

— Ваше Высочество наконец проснулись. — Чэнсюй толкнул дверь и вошёл внутрь. — Дворцовые момо уже трижды приходили звать вас.

Чу И сразу вспомнил.

Сегодня проходил турнир по цуцзю с иностранными послами.

Он был одним из ключевых игроков. Если не появится, Великая Цзинь, скорее всего, проиграет.

Пока он одевался, небрежно спросил:

— Что-нибудь произошло прошлой ночью?

Но едва он задал этот вопрос, как заметил: смуглое лицо Чэнсюя подозрительно покраснело.

Пальцы Чу И на мгновение замерли.

Он смутно вспомнил те соблазнительные губы…

Неужели он прямо при Чэнсюе и остальных слугах поцеловал Юнь Чу…

Он действительно совершил настолько дерзкий поступок?

Он сошёл с ума?

Его кадык тяжело дёрнулся:

— Юнь Чу… как она отреагировала?

— Госпожа Юнь… пока ещё не знает. — лицо Чэнсюя покраснело ещё сильнее.

Чу И резко поднялся.

Неужели он воспользовался тем, что Юнь Чу опьянела, и совершил такой бесстыдный поступок?

Что теперь делать?

Пойти к Юнь Чу и признаться?

Или сделать вид, будто ничего не произошло?

Чу И никогда прежде не испытывал таких мучительных сомнений. Даже обсуждать подавление разбойников было проще.

Чэнсюй сгорбился и тихо пробормотал:

— Я и сам не понимаю, почему вдруг обнял Тинсюэ. Я так напугал её, что она чуть не расплакалась. Как вы думаете, что мне теперь говорить госпоже Юнь?..

Чу И: «…»

Этот разговор больше невозможно было продолжать.

Он вышел наружу и посмотрел в сторону прохода между дворами. Юйэр уже ушёл в школу, а из тёплой боковой комнаты доносился голос Юнь Чу, обучавшей Чаншэн чтению.

Он немного помедлил, затем подошёл и остановился у дверей:

— Чаншэн, отец-князь идёт во дворец. Что тебе принести поесть вечером?

Сразу раздался мягкий голосок девочки:

— Хочу… конфеты.

— Хорошо. Отец-князь принесёт тебе сладостей. — Чу И немного помолчал и добавил: — Госпожа Юнь, а вам чего хотелось бы?

Голос Юнь Чу быстро ответил:

— Жареная утка в прошлый раз была очень вкусной. Придётся побеспокоить Ваше Высочество.

Напряжение в сердце Чу И мгновенно исчезло:

— Никаких хлопот. Всё равно по пути.

Уголки его губ слегка приподнялись. В хорошем настроении он повёл коня к дворцу.

По дороге Чэнсюй всё ещё уныло шёл следом:

— Ваше Высочество так и не сказали, что мне делать.

Чу И едва заметно улыбнулся:

— В военном лагере полно женатых людей. Сегодня вечером собери их всех в башне Дэшэн и спроси совета.

Глаза Чэнсюя округлились:

— Башня Дэшэн страшно дорогая. Даже обычный стол с вином и блюдами стоит минимум семь-восемь лянов серебра!

Конь Чу И остановился у дворцовых ворот. Он холодно произнёс:

— Не отпустишь ребёнка — не поймаешь волка. Подумай сам: что важнее, серебро или жена?

Лицо Чэнсюя мгновенно сморщилось.

Серебро важно.

Жена, конечно, тоже важна.

Неужели действительно нужно выбирать только что-то одно?

Разве нельзя получить и то и другое?

В это время матч по цуцзю уже начался.

Со стороны Великой Цзинь наследный принц вёл группу молодых аристократов против команды иностранных послов. Но за первую половину часа противники уже забили три мяча. Положение было крайне тяжёлым.

— Третий брат, ты наконец пришёл! — наследный принц увидел Чу И словно спасителя. — Молодой господин Пинцзинь, уступи место. Пусть третий брат выходит на поле!

Нынешний молодой господин Пинцзинь был новым наследником рода. Предыдущего мастер Дин Юань предсказал как человека, из-за которого линия маркиза Пинцзинь прервётся в его поколении, поэтому маркиз поспешно сменил наследника.

Новый молодой господин Пинцзинь был учёным и совершенно не умел играть в цуцзю. Его поставили лишь для количества.

Теперь, когда пришёл Чу И, он сразу освободил место.

Едва Чу И вышел на поле, как боевой дух Великой Цзинь мгновенно взлетел.

Игроки противника тут же насторожились, и больше половины команды специально начали следить именно за ним.

Но даже так не могли за ним угнаться.

Чу И резко развернулся, подпрыгнул и с силой ударил по мячу в воздухе.

Мяч влетел прямо в ворота.

— Прекрасно! Великолепно! — наследный принц был вне себя от восторга. — Всё-таки нужен именно третий брат!

Он подошёл и хлопнул Чу И по плечу:

— Если принцесса Гули увидит, насколько ты доблестен и силён, то наверняка без колебаний согласится выйти за тебя замуж!

Но, повернув голову, наследный принц внезапно заметил: принцесса Гули вовсе не смотрит на поле, а оживлённо беседует с князем Гунси, Чу Мо.

Он удивлённо пробормотал:

— Почему принцесса Гули так радостно разговаривает со вторым братом?

Чу И лишь мельком взглянул в ту сторону, а уголки его губ слегка приподнялись.

Похоже, вчерашнее геройское спасение красавицы действительно покорило сердце принцессы.

Настроение у него сразу стало ещё лучше.

Развернувшись, он перехватил мяч и одним ударом снова отправил его в ворота противника.

По всему полю раздались восторженные крики.

Князь Гунси незаметно заслонил принцессе обзор и мягким голосом произнёс:

— Принцесса, вы, наверное, устали стоять. Почему бы не присесть вон там и не выпить чаю? Это знаменитый чай Иньшань Маоцзянь Великой Цзинь. Я подумал, что вам может быть непривычно пить его без добавок, поэтому велел добавить сахар.

Лицо принцессы Гули сразу покраснело.

Прошлой ночью, получив разрешение императрицы Великой Цзинь, она вместе с двумя служанками отправилась гулять по ночной столице.

Ночная столица оказалась куда оживлённее Хуннаня. Повсюду горели огни, а уличные торговцы продавали множество вещей, которых она никогда прежде не видела.

Она слишком увлеклась и случайно потерялась, отстав от служанок.

Пока искала их, неожиданно столкнулась с несколькими бандитами. Хотя она немного умела драться, против нескольких мужчин оказалась бессильна.

И именно в тот момент, когда её честь уже почти была погублена, перед ней внезапно появился князь Гунси и заслонил её собой.

Этот утончённый учёный ради неё даже получил порез на руке. Кровь тогда окрасила всю одежду.

Принцесса тихо спросила:

— Ваше Высочество, рука всё ещё болит?

Князь Гунси улыбнулся:

— Всего лишь пустяк. Не стоит внимания.

Принцесса Гули подняла чашку и сделала глоток. Густой аромат чая вместе с сахаром казался немного странным, но вполне терпимым.

— Принцессе ведь только шестнадцать? — князь Гунси вздохнул. — В таком юном возрасте стать матерью чужих детей… это слишком тяжело.

Принцесса Гули растерянно замерла:

— Что значит стать матерью?

Князь Гунси сделал вид, будто случайно проговорился:

— Разве… мне не следовало этого говорить?

Принцесса тут же насторожилась:

— Ваше Высочество, если хотите что-то сказать — говорите прямо.

— Отец-император намерен устроить ваш брак с третьим братом. Я вижу, что третий брат вам тоже понравился. — медленно произнёс князь Гунси. — Но если вы выйдете за него, вам придётся стать законной матерью его сына и дочери…

Принцесса Гули ошеломлённо распахнула глаза:

— Но князь Пинси ведь не женат. Откуда у него дети?

— Он действительно не женат. И никто не знает, кто мать этих детей. — князь Гунси покачал головой. — В молодости третий брат был довольно необузданным человеком. Но за эти годы он сильно изменился. Принцесса, прошу, не поймите его неправильно.

Принцесса Гули крепко сжала губы.

Вчера князь Пинси действительно ей понравился. Но потом он бросил на землю конфету, которую она лично приготовила, и симпатия уже заметно угасла.

А после того как князь Гунси спас её, в её сердце и вовсе почти не осталось места для князя Пинси.

Теперь же, узнав, что у князя Пинси ещё до брака появились дети, прежнее расположение окончательно превратилось в неприязнь.