Пробить проход в общей стене

Чу И наблюдал за матерью и двумя детьми, и уголки его губ изогнулись в довольной улыбке.

Женщина, которую он так глубоко хранил в своём сердце, неожиданно оказалась родной матерью его двоих детей…

Та, что жила в его сердце, и была человеком перед его глазами.

А человек перед его глазами был именно той, что жила в его сердце.

Оказывается, жизнь действительно может быть настолько совершенной.

Он произнёс:

— В ближайшие несколько дней, боюсь, придётся побеспокоить госпожу Юнь…

Юнь Чу с улыбкой поднялась:

— Как это может считаться беспокойством? Скорее уж мне следует…

— Есть ещё одно дело. — Чу И указал на стену с восточной стороны двора. — Я выкупил соседний двор. Планирую пробить проход в стене между двумя дворами. Тогда в будущем, где бы ни жили дети, всё будет удобно.

Юнь Чу была поражена.

После покупки этого двора она специально расспрашивала о соседях. Восточное поместье принадлежало чиновнику четвёртого ранга. Эта семья жила здесь по меньшей мере сорок или пятьдесят лет.

Он сказал, что купит — и действительно купил?

И они согласились продать?

Впрочем, он князь. Кроме Императорского дворца, пожалуй, нет ничего, что он не мог бы купить.

— Отец, значит, теперь вся наша семья переедет в соседний двор? — глаза Чу Хунъюя ярко сияли. — Няня Чжэн и управляющий Чэн тоже будут жить там вместе с нами?

Чу И кивнул:

— Разумеется. С этого дня тот двор станет поместьем князя Пинси.

— Замечательно, замечательно! — Чу Хунъюй был вне себя от восторга. — Чаншэн, ты слышала? Теперь мы сможем каждый день быть рядом с мамой! И отец больше никогда не станет возражать! Это просто прекрасно, по-настоящему прекрасно!

Маленькая девочка, поджав губы, тихо улыбалась.

Дети были счастливы, и Юнь Чу тоже невольно радовалась вместе с ними.

Чу И пробыл здесь ещё целый шичэнь. Лишь когда у него уже действительно не осталось повода задерживаться, он наконец поднялся и ушёл.

Юнь Чу сначала велела Юйэру закончить книги, которые тот должен был прочитать за день, а затем вместе с сыном и дочерью занялась подготовкой подарка ко дню рождения императорской наложницы Инь.

Женщине положения императорской наложницы Инь, естественно, ничего не недоставало. После обсуждения с Чу Хунъюем Юнь Чу единогласно решила лично приготовить для неё персики долголетия.

До дня рождения императорской наложницы Инь оставалось ещё три дня. В первый день они учились у повара замешивать тесто и правильно готовить выпечку на пару. На второй день под руководством повара учились придавать форму персикам долголетия. А на третий уже официально начали готовить, и выглядело всё весьма достойно.

Чу Хунъюй поднял сделанный им персик долголетия и положил его в пароварку:

— Мама, посмотри, какой красивый персик у меня получился.

Чу Чаншэн тоже подняла свой маленький персик и с гордостью показала его Юнь Чу.

Юнь Чу похвалила детей:

— Все персики получились очень красивыми. Когда ваша императорская бабушка увидит эти подарки, она непременно будет очень счастлива.

Вскоре персики долголетия были готовы. Во время приготовления они слепили слишком много лишних, поэтому вся пароварка оказалась заполнена персиками разного размера.

Юнь Чу взяла один маленький персик, подула на него и поднесла к губам Чу Чаншэн:

— Попробуй и скажи, вкусно ли.

Маленькая девочка откусила кусочек, и её глаза сразу загорелись. Она энергично закивала.

Юнь Чу спросила:

— И что означает твоё кивание? Вкусно или невкусно?

— В-вкусно! — произнесла Чу Чаншэн. — Мама, хочу… ещё.

Юнь Чу ещё несколько раз подула на персик, после чего вложила его дочери в рот.

Сбоку уже раздался голос Чу Хунъюя, подпрыгивающего на одной ноге:

— Горячо! Я сейчас обожгусь до смерти!

— Ну что ты так торопишься? — Юнь Чу достала один персик из пароварки, подула на него, пока он не остыл, и только потом протянула мальчику.

Заодно она и сама попробовала один.

Нужно было признать: после трёх дней обучения вкус действительно получился очень хорошим. Если дети подарят такой подарок, это можно будет назвать искренностью в полной мере.

Эти три дня Юнь Чу проводила с детьми день и ночь, ощущая невиданное прежде счастье и радость.

Очень скоро наступило утро четвёртого дня. Ещё до рассвета она подняла двоих детей с постели.

Чу Хунъюй отказывался открывать глаза.

Маленькая девочка обнимала одеяло и никак не хотела отпускать.

Юнь Чу лишь потакала им.

Она велела служанкам осторожно умыть и одеть детей, а затем лично вынесла их к главным воротам.

У ворот уже ожидал экипаж княжеского поместья. Няня Чжэн поклонилась Юнь Чу:

— Эти три дня доставили госпоже Юнь много хлопот.

С самого детства именно няня Чжэн заботилась о жизни двоих детей, поэтому Юнь Чу очень уважала её и с теплотой улыбнулась:

— Как это может быть хлопотами? Небо ещё даже не рассвело. Будьте осторожны в дороге.

Няня Чжэн опустила голову в знак согласия.

Раньше, видя, насколько госпожа Юнь близка к двум маленьким господам, она лишь удивлялась, но думала, что госпожа Юнь всё же женщина семьи Се, а значит, ничего не произойдёт.

Теперь же госпожа Юнь покинула семью Се. Будь она вдовой или разведённой женщиной, в конце концов она всё равно может вновь выйти замуж.

Отношение детей было не столь важно. Главное заключалось в том, что Его Высочество действительно позволил молодому господину и юной княжне прожить здесь три дня.

Похоже, в княжеском поместье скоро появится хозяйка.

Няня Чжэн увезла детей во дворец. Лишь когда экипаж исчез в конце переулка, Юнь Чу повернулась обратно.

Все эти три дня она откладывала любые дела.

После отъезда детей люди из внешнего двора начали по очереди входить с докладами.

Она только недавно переехала в этот двор, и рядом с ней пока оставались лишь личные служанки. Ей ещё предстояло купить домашних слуг, а многие мелкие дела пока не имели установленных правил — всё требовало её личного контроля.

После завершения дел внутреннего двора настал черёд внешнего.

Чэнь Дэфу принёс целую стопку бухгалтерских книг. Во-первых, пришли ежемесячные отчёты из поместья с горячими источниками, и их нужно было лично проверить. Во-вторых, требовалось утвердить предварительное распределение средств для приюта. В-третьих, на строительство океанского корабля не хватало денег.

В кладовой Юнь Чу всё ещё хранилось более ста тысяч лянов серебра, а поместье с горячими источниками продолжало приносить доход. На первый взгляд она действительно казалась очень богатой.

Но строительство океанского корабля… Первоначальных пятидесяти тысяч лянов хватило лишь на половину работ. Она утвердила ещё пятьдесят тысяч серебра, надеясь, что следующей весной, когда корабль выйдет в море, удастся быстро вернуть вложенные средства.

— Госпожа, есть ещё одно дело. — Чэнь Дэфу убрал бухгалтерские книги и поднял голову. — Дин Июаня пригласил в поместье князя Пинцзиня наследник князя Пинцзиня.

Юнь Чу невольно улыбнулась:

— Какая удача.

О поместье князя Пинцзиня среди жителей столицы ходило множество разговоров. В прошлой жизни поместье князя Пинцзиня время от времени становилось источником громких скандалов и предметом обсуждений всей столицы.

Если бы Дин Июань отправился в какое-нибудь другое поместье, ей, возможно, пришлось бы ломать голову, вспоминая события прошлой жизни. Но стоило упомянуть поместье князя Пинцзиня — и некоторые события сами всплывали в памяти.

Она написала письмо левой рукой и велела Чэнь Дэфу через нескольких посредников передать его Дин Июаню.

Пока она занималась этим, снаружи вошла Цютун и доложила:

— Госпожа, управляющий Юнь прибыл по приказу и просит госпожу вернуться в поместье семьи Юнь.

Юнь Чу сменила одежду и направилась в поместье семьи Юнь.

Войдя внутрь, она обнаружила, что здесь присутствуют и несколько двоюродных братьев из побочных ветвей — Юнь Жунь, Юнь И и остальные тоже были здесь.

— Чу’эр, ты пришла. — Линь Ши потянула Юнь Чу сесть рядом. — Чем ты была занята все эти три дня? Мы совсем тебя не видели.

Юнь Чу уклончиво ответила:

— По какой причине здесь собрались несколько старших братьев? Случилось что-то важное?

Юнь И тяжело вздохнул:

— Сегодня утром нас троих неожиданно понизили в должности.

— Этого следовало ожидать. — произнёс старый генерал Юнь. — Нужно встречать перемены спокойствием.

Это всего лишь тот человек, скрывающийся в тени, использовал младших представителей побочных ветвей семьи Юнь, чтобы проверить реакцию императора.

Юнь Жунь нахмурился:

— Но если это произошло один раз, будет и второй. Сначала Юнь И и ещё двое, а вскоре очередь дойдёт и до других членов семьи Юнь. Если мы не примем меры, то в конце концов любой сможет наступить на семью Юнь.