Переезжает, чтобы стать соседями

— Мать считает, что её происхождение делает её недостойной меня, недостойной стать хозяйкой княжеского поместья. — медленно произнёс Чу И. — Раз так, тогда этот сын больше не желает ни княжеского титула, ни самого поместья.

Глаза императорской наложницы Инь резко расширились.

Она недоверчиво воскликнула:

— Иэр, что ты сейчас сказал?!

Чу И снял с пояса нефритовый жетон, символизирующий принадлежность к императорскому роду.

— С этого дня этот сын больше не принц. Я просто Чу И.

— Это ты сошёл с ума или я?! — взревела императорская наложница Инь. — Ради какой-то деревенской девки ты готов на подобное безумие! Если об этом узнает твой отец-император, ты хоть понимаешь…

— Тогда прошу мать лично сообщить об этом отцу-императору. — тон Чу И был твёрдым и непреклонным. — Управляющий Чэн, собирайте вещи. Мы переезжаем из поместья.

Управляющий Чэн кивнул и повёл слуг и служанок собирать вещи.

По их виду всё происходящее вовсе не выглядело притворством.

Грудь императорской наложницы Инь тяжело вздымалась, а в голове всё кружилось.

Она беспомощно смотрела, как слуги один за другим выносят наружу сундуки и ящики.

Только сейчас она поняла, что совершила ошибку.

Изначально никто не знал, что третий принц настолько безумно влюбился в какую-то деревенскую девушку. Но после устроенного ею скандала об этом очень скоро узнает весь дворец.

У третьего принца уже были дети, даже наследник уже утверждён. А теперь ещё появилась любимая женщина. Какая благородная девушка столицы захочет выйти замуж за такого мужчину?

— Этот сын велит людям проводить мать обратно во дворец.

Чу И подозвал дворцовую стражу поместья.

— После того как сопроводите мать во дворец, можете там и оставаться. Возвращаться больше не нужно.

Эти стражники были выделены княжескому поместью по дворцовому уставу. Раз он больше не желал оставаться принцем, то, естественно, должен был вернуть и их.

Императорская наложница Инь указала на него пальцем, едва сдерживая ярость:

— Какой же ты у меня хороший сын!

С этими словами она резко взмахнула рукавом и ушла.

Пришла она с большим размахом, и ушла точно так же.

Чэнсюй обеспокоенно произнёс:

— Госпожа наверняка ужасно разгневана. Если она заболеет от злости, это будет плохо.

Чу И поднял нефритовый жетон, который императорская наложница Инь так и не забрала.

— Сейчас во дворце слишком неспокойно. Вместо того чтобы позволять ей участвовать в этих интригах, лучше пусть все её мысли будут заняты мной.

Его мать не отличалась особой проницательностью и очень легко могла стать пешкой в руках вдовствующей императрицы или императрицы.

Подняв весь этот шум, он преследовал сразу несколько целей. Во-первых, из личного эгоизма. Во-вторых, чтобы отвлечь мать и занять её мысли. А в-третьих — чтобы наследный принц и сторонники князя Гунси могли вдоволь над ним посмеяться.

— Отец, мы сегодня переезжаем? — Чу Хунъюй подбежал во внешний двор, с разбега запрыгнул на Чу И и, обняв его за шею, тихо спросил: — Значит, теперь мы сможем каждый день быть рядом с мамой?

Чу И хлопнул сына по маленькому заду:

— Иди собирай свои вещи. Мы скоро отправляемся.

Мальчик был так счастлив, что совсем потерял голову. Он тут же помчался упаковывать свои сокровища. Одних только его мелочей хватило, чтобы заполнить больше половины экипажа.

Кортеж выехал из ворот поместья князя Пинси и направился в переулок Юйлинь.

Простолюдины, наблюдавшие за происходящим, ничего не понимали и просто смотрели на необычное зрелище.

Но в высших кругах столицы уже начали ходить слухи.

— Вы слышали, почему князь Пинси покинул своё поместье?

— Говорят, у князя Пинси появилась любимая женщина, но она всего лишь простолюдинка и недостойна стать княгиней. Чтобы жить вместе с возлюбленной, князь Пинси даже отказался от титула, владений и поместья. Императорская наложница Инь чуть не лишилась чувств от гнева.

— Князь Пинси совсем обезумел! Ради женщины отказаться от всего — разве это не безумие?

— Раньше я думал, что князь Пинси тоже способен побороться за то место. Ха! Человек, настолько привязанный к чувствам, никогда не сможет добиться великих свершений.

— Интересно, чья дочь сумела так околдовать князя Пинси?

— Посмотрим, надолго ли его хватит.

— …

Эти слухи очень быстро достигли и семьи Юнь.

— В этом мире родители всё равно не способны победить собственных детей. Рано или поздно императорская наложница Инь уступит и даже сама станет уговаривать Его Величество даровать этот брак. — Линь Ши тяжело вздохнула. — Но если эта женщина войдёт в дом, будут ли у Юйэра и Чаншэн хорошие дни впереди? Бедные дети…

Лицо Юнь Цзэ потемнело.

— Как только появляется мачеха, появляется и отчим. Сейчас князь Пинси, возможно, дорожит детьми, но если любимая женщина родит ему собственных детей, тогда Юйэр и Чаншэн… Нам нужно как можно скорее найти способ официально вернуть детей в семью Юнь.

Пока семья обсуждала всё это, слуга поспешно вбежал с докладом:

— Госпожа, князь Пинси просит аудиенции.

Линь Ши тут же поднялась:

— Только утром устроил такой скандал, а теперь зачем-то явился в поместье Юнь?

Чу И прождал во внешнем дворе около четверти часа, прежде чем появились Линь Ши и Юнь Цзэ.

Он достал из рукава приглашение и протянул его.

Увидев карточку, Линь Ши вздрогнула. Первой мыслью было, что это свадебное приглашение.

Но затем она подумала: если князь Пинси сразу после ссоры с императорской наложницей Инь устроит свадьбу, разве это не станет слишком большим неуважением к императорскому дому? Наверняка он не настолько безрассуден.

На холодном и строгом лице Чу И появилась едва заметная улыбка.

— Дети и этот сын официально переехали в переулок Юйлинь. Сегодня подготовлен скромный новосельный ужин. Прошу госпожу Юнь, господина Юнь, молодую госпожу Юнь и молодого господина Юнь почтить нас своим присутствием.

Юнь Цзэ застыл:

— Переулок Юйлинь?

— Именно тот переулок Юйлинь, что находится позади поместья семьи Юнь. — Чу И сделал приглашающий жест. — Экипажи уже готовы. Прошу.

Линь Ши слегка нахмурилась.

Утром князь Пинси покинул своё поместье, а уже днём устраивает новоселье. Разве это не слишком поспешно…

Лю Цяньцянь, опираясь на руку служанки, шагнула вперёд и с улыбкой спросила:

— Осмелюсь спросить: кого ещё Ваше Высочество пригласили на новосельный ужин?

Чу И прекрасно понимал, что перед ним умная женщина.

— Только семью Юнь.

Лю Цяньцянь улыбнулась:

— Мама, муж, давайте возьмём Цзянъэра и пойдём.

Сев в экипаж, приготовленный Чу И, Линь Ши подложила дочери в поясницу подушку и тихо спросила:

— Почему он пригласил только нашу семью Юнь?

— Мама, отношение князя Пинси к Чу’эр, скорее всего… — Лю Цяньцянь не решилась договорить слишком прямо. — Во всяком случае, князь Пинси, вероятно, не настолько безумен, как говорят окружающие.

В голове Линь Ши роились самые разные мысли.

То она думала, как вести себя при встрече с детьми.

То гадала, что за женщина является возлюбленной князя Пинси.

То размышляла, как сама Чу’эр относится ко всему происходящему…

Но дорога оказалась совсем короткой, и прежде чем она успела всё обдумать, экипаж уже остановился у ворот двора.

Линь Ши потрясённо произнесла:

— Разве это не прямо рядом с домом Чу’эр?

Управляющий Чэн уже вышел встречать гостей.

— Госпожа Юнь, господин Юнь, молодая госпожа Юнь, молодой господин Юнь, прошу внутрь.

Линь Ши вошла и сразу увидела Юнь Чу, а рядом с ней — двоих детей, окруживших её со всех сторон.

— Мама, старший брат, невестка. — Юнь Чу подняла голову и улыбнулась. — Хотпот уже готов. Все скорее садитесь.

Линь Ши огляделась по сторонам, но так и не увидела никакой другой женщины. Зато именно её Чу’эр выглядела здесь настоящей хозяйкой дома, хлопочущей вокруг детей…

Чу И стоял у стола, лично подкладывал еду в котёл, накладывал мясо сыну, дочери и Цзянъэру, совершенно не показывая княжеского высокомерия…

Линь Ши временно отбросила все мысли и посмотрела на двоих детей:

— Юйэр, Чаншэн.

Чу Хунъюй сразу откликнулся открыто и уверенно:

— Приветствую госпожу Юнь. Моя сестра мало говорит, поэтому я поздороваюсь и за неё.

— Ах, какие хорошие дети… — Линь Ши достала приготовленные подарки. — Не нужно называть меня госпожой Юнь, это слишком официально. Зовите меня бабушкой по материнской линии. Это подарки от вашей бабушки…