Покидая семью Се

Юнь Чу подняла руку.

Стоявшая позади Тинсюэ достала из рукава лист бумаги и передала его ей.

Юнь Чу развернула тонкий лист. Три иероглифа наверху — «Разводное письмо» — потрясли всех присутствующих до крайности.

— Все хорошо рассмотрели? — холодно произнесла Тинфэн. — Наша госпожа… нет, наша барышня уже давно развелась с Се Цзинъюем. Здесь имя Се Цзинъюя и отпечаток его пальца. Когда семья Се попала в беду, наша барышня могла сразу достать разводное письмо и покинуть вашу семью Се. Но даже когда пришли люди семьи Юнь, наша барышня не ушла. Почему? Скажите, почему?

Эти повторяющиеся вопросы заставили всех замолчать.

Лицо Юань Ши было полно чувства вины.

Чу’эр вместе с семьёй Се прошла через все невзгоды, а теперь семья Се вынуждала Чу’эр разорвать связь с семьёй Юнь.

Члены семьи Се действительно были нехорошими людьми.

И она сама тоже не была хорошим человеком.

Юань Ши шагнула вперёд и схватила Юнь Чу за руку.

— Чу’эр, прости меня. Я не должна была…

— Мы с Се Цзинъюем давно развелись. И мне давно следовало уйти отсюда. — На лице Юнь Чу не отражалось никаких эмоций. — Когда семья Се нуждалась во мне, я была готова вместе с ней переносить все трудности. Теперь же, когда семья Се больше не нуждается во мне, действительно пришло время уйти. Аньэр, скоро тебе исполнится тринадцать лет. Я уже давно приготовила для тебя подарок ко дню рождения, так что отдам его заранее.

Она велела служанке принести кисть для письма.

— Надеюсь, ты сможешь стать таким же, как эта кисть — прямым и несгибаемым.

Се Шиань всё ещё не мог принять того, что перед смертью отец написал матери разводное письмо…

Мать вот так просто уходила.

А семья Се не получит ничего.

В его сердце поднялось глубокое нежелание смириться.

Но сразу после этого он начал презирать самого себя.

Мать так рано приготовила ему подарок ко дню рождения, а что насчёт него? Каждый день он думал лишь о том, как строить козни против матери…

Как он мог быть настолько эгоистичным человеком?

Он довёл до смерти свою родную мать.

Он прогнал приёмную мать.

Разве такой человек, как он, вообще заслуживает жить?..

— Аньэр, отныне семья Се будет зависеть от тебя. — произнесла Юнь Чу. — Если столкнёшься с трудностями, можешь прийти ко мне за советом…

Затем она горько усмехнулась.

— Хотя нет, лучше не приходи ко мне, иначе я могу навлечь беду и на тебя.

После этих слов чувство вины Се Шианя стало ещё сильнее.

После всего, что он сделал, мать всё равно продолжала думать о нём.

— Шлёп! Шлёп! Шлёп!

Не сумев сдержаться, он несколько раз ударил себя по лицу.

Длинные ресницы Юнь Чу скрыли эмоции в её глазах.

Развод именно в этот момент преследовал две цели.

Во-первых, заткнуть рты сплетникам по всей столице.

Во-вторых, она хотела, чтобы Се Шиань испытывал к ней вину. От чувства вины избавиться легче, чем от ненависти. Она не желала, чтобы в тени вечно скрывался голодный волк.

Юнь Чу приказала собрать свои вещи.

На самом деле всё её имущество уже давно было упаковано и сложено в сундуки в кладовой. Менее чем за час всё вынесли наружу.

Слёзы Юань Ши лились непрерывным потоком.

— Чу’эр, давай просто сделаем вид, что этих разводных бумаг никогда не существовало, хорошо? Я больше не стану заставлять тебя разрывать отношения с семьёй Юнь…

Она действительно не могла представить, как семья Се будет жить без Юнь Чу. Она действительно не знала, как продолжать такую жизнь…

Тинъюй стояла у ворот поместья и смотрела, как слуги грузят сундук за сундуком на повозки. Её выражение становилось всё мрачнее и мрачнее. Всё это должно было принадлежать Юньэру, но теперь всё увозила госпожа. Как она могла с этим смириться? Как могла принять это…

Столь громкий отъезд Юнь Чу привлёк множество прохожих.

— Что происходит?

— Почему госпожа Се вывозит свои вещи?

— Что случилось?

— Наша барышня развелась с семьёй Се. — Тинфэн стояла на повозке и холодно произнесла: — Это разводное письмо написано собственноручно Се Цзинъюем. После того как семья Се попала в беду, наша барышня не доставала его, потому что хотела вместе с семьёй Се преодолеть трудности. Однако теперь, когда беда пришла к семье Юнь, семья Се, опасаясь быть замешанной, вынудила нашу барышню разорвать отношения с семьёй Юнь. Именно поэтому ей пришлось показать разводное письмо!

— Небеса, члены семьи Се слишком бесстыдны!

— Госпожа Се… нет, теперь её следует называть госпожой Юнь. Сначала она пострадала из-за семьи мужа, а теперь, когда семья Юнь оказалась в беде, её снова затронули несчастья уже родного дома. Какая трагедия…

— Госпожа Юнь не бросила семью Се и была готова вместе с семьёй Юнь пережить бурю. Такая верность, такая твёрдость — она поистине образец благородной женщины.

— Если брать жену, то только дочь семьи Юнь. Жаль лишь, что семья Юнь, похоже, не удержится.

— …

Повозки постепенно удалялись под шум обсуждений толпы.

Се Шиань смотрел вслед экипажу и беззвучно произнёс:

— Мама, прости меня…

Он крепко сжал кисть в руке. Как бы сильно он ни давил, кисть оставалась прямой — несгибаемой и непреклонной.

Он тоже хотел стать таким человеком.

Но это было слишком трудно.

Новость о том, что старшая законная дочь семьи Юнь развелась с Се Цзинъюем, мгновенно разлетелась по всем улицам и переулкам столицы.

Юнь Чу приподняла занавеску экипажа и оглянулась назад, но уже не могла увидеть поместье семьи Се — даже кончика крыши.

Она множество раз представляла себе этот день.

Оказалось, подобное не способно было вызвать даже малейшей ряби в её сердце.

В один ясный позднеосенний день, в совершенно обычный день, она вот так покинула семью Се, которая опутывала её всю жизнь.

Боль прошлого, ненависть, скорбь и негодование… медленно рассеивались в осеннем ветре.

Не стоит преследовать прошлое.

Нужно смотреть вперёд.

Её ждёт лучшее будущее.

Цютун повела обоз к двору в переулке Юйлинь, а сама Юнь Чу отправилась в экипаже обратно в дом семьи Юнь.

Услышав новости, Линь Ши уже давно ожидала у ворот поместья семьи Юнь вместе с остальными.

— Чу’эр, ты наконец вернулась!

Линь Ши крепко прижала Юнь Чу к себе, снова и снова касаясь её.

Она посмотрела назад и нахмурилась.

— А где твоё приданое? Чу’эр, ты ведь не оставила его семье Се?

— Разумеется нет. — Юнь Чу улыбнулась. — Я велела Цютун отвезти его в тот двор в переулке Юйлинь. С этого дня я буду жить там.

Линь Ши выглядела недовольной.

Юнь Цзэ поспешил сгладить ситуацию.

— Это ведь совсем рядом, всего несколько шагов. Никаких проблем. Давайте сначала войдём внутрь.

Но едва они переступили порог главных ворот семьи Юнь, как у входа остановился целый обоз повозок.

Прибыли все боковые ветви семьи Юнь, жившие в столице.

Семья Юнь уже целое столетие находилась в столице, поэтому побочных ветвей у них, естественно, было немало. Весь двор заполнила плотная толпа людей.

Сейчас перед семьёй Юнь стояли важнейшие дела, поэтому почти никто не обращал внимания на развод Юнь Чу. Лишь задав несколько коротких вопросов, все перевели взгляды на старого генерала Юня.

Старый генерал Юнь сидел на мягкой кушетке и негромко произнёс:

— Семья Юнь пережила столько бурь и испытала всё на свете. Эта маленькая волна ничего не значит — всем сохранять спокойствие. Лишь замужним дочерям семьи Юнь приходится тяжело… Скажу это сейчас: если какую-либо дочь семьи будут притеснять в семье мужа из-за бед семьи Юнь, приводите стражу семьи Юнь и забирайте её обратно. С этого дня семья Юнь будет содержать её!

Все согласно закивали.

Семьи, в которые вышли замуж их дочери, естественно, не были настолько бесстыдны, как семья Се, и уж точно не стали бы создавать проблемы до окончательного выяснения ситуации.

Третий господин Юнь заговорил:

— Его Величество передал три тысячи воинов армии семьи Юнь посторонним. Неужели следующим шагом станет отстранение чиновников семьи Юнь от должностей?

Главная ветвь семьи Юнь была поместьем генерала первого ранга. Среди побочных ветвей самый высокий пост занимал Юнь Жунь — чиновник пятого ранга. Остальные же в основном были чиновниками седьмого ранга, занимавшими незаметные мелкие должности в шести министерствах — министерстве кадров, военном министерстве, министерстве финансов, министерстве общественных работ… Именно эти члены семьи Юнь, находившиеся на самом низу чиновничьей лестницы, поддерживали существование этого прославленного рода… Если всех представителей семьи Юнь лишат должностей, тогда семья Юнь действительно окажется уничтожена.

Старый генерал Юнь погладил бороду.

— Конечно нет.

Его Величество уже столько лет сидел на троне и довёл искусство баланса сил до совершенства. Чтобы подавить влияние вдовствующей императрицы, Его Величество ни за что не позволит семье Юнь окончательно пасть.

Его Величество непременно приложит все силы, чтобы найти Юнь Сылиня и руками семьи Юнь уничтожить племянника вдовствующей императрицы — генерала колесниц и конницы, тем самым лишив фракцию вдовствующей императрицы любых возможностей.

Семья Юнь всё ещё была полезна, а значит, Его Величество не позволит ей рухнуть вот так.

К тому же Чу’эр говорила в своём сне, что через два года Юнь Сылинь вернётся ко двору, неся голову князя Южного Юэ…