Чу Хунъюй наносит ответный удар

Юнь Чу спокойно ела.

После полугодового путешествия оба ребёнка заметно повзрослели и стали разумнее. Теперь они могли нормально есть без постоянной заботы взрослых.

Как раз когда Чу Хунъюй наливал сестре кашу, возле уха внезапно раздался голос:

— Брат Юй, твоя мать-консорт беременна. Интересно, это будет младший брат или сестра?

Он повернул голову и увидел лицо Чу Лань. Холодно ответил:

— Какое тебе до этого дело?

— Если твоя мать-консорт родит младшего брата, тогда будет на что посмотреть. — Чу Лань злорадно улыбнулась. — Моя мать-консорт сказала, что как только у твоей матери-консорта появится собственный ребёнок, она обязательно сделает своим наследником именно его. А ты тогда станешь никем.

Пальцы Чу Хунъюя замерли:

— Твоя мать-консорт действительно так сказала?

Чу Лань кивнула:

— Не только мать-консорт. Даже дворцовые служанки Восточного дворца говорят то же самое.

Едва она закончила, Чу Хунъюй внезапно поднялся:

— Императорский дедушка, у внука есть что доложить!

Император приподнял веки:

— Что такое?

— Внук хочет доложить, что наследная принцесса плохо управляет Восточным дворцом. Как говорится, если верхняя балка крива, нижняя тоже не будет прямой! — громко сказал Чу Хунъюй. — Прошу Императорского дедушку рассудить, как следует поступить в таком случае?

Лицо наследной принцессы мгновенно побледнело. Она поднялась и опустилась на колени перед ступенями:

— Отец-Император, эта невестка ничего такого не делала. Брат Юй просто шумит без причины.

— Я не шумлю без причины. У меня есть свидетель! — Чу Хунъюй указал на Чу Лань. — Сестра Лань сказала, что наследная принцесса говорила во Восточном дворце: моя мать-консорт родит младшего брата, а после этого я перестану быть наследником резиденции князя Пинси. И не только наследная принцесса так говорит — даже дворцовые служанки и евнухи Восточного дворца повторяют это. Позвольте спросить Императорского дедушку: разве это не называется «верхняя балка крива»?

Глаза Чу Лань тут же округлились:

— Нет… я не… я не говорила…

Чу Чаншэн тоже поднялась и мягко сказала:

— Императорский дедушка, я тоже это слышала.

Лицо Императрицы потемнело.

У неё и без того хватало собственных проблем, а Чу Лань ещё решила добавить хлопот.

Во всей столице только и обсуждали беременность Юнь Чу — мальчик или девочка родится, кто станет будущим наследником резиденции князя Пинси. Люди могли шептаться об этом за спиной, но эта глупая девчонка Чу Лань действительно посмела произнести такое в лицо.

Ещё тяжелее было принять другое — в детской ссоре брат Юй прямо поднял шум перед самим Императором.

Императрица холодно посмотрела на Юнь Чу.

Стоило Юнь Чу лишь шагнуть вперёд и сгладить ситуацию, как дети, естественно, успокоились бы и всё закончилось.

Но Юнь Чу сидела прямо и спокойно, совершенно не собираясь вмешиваться.

Императрице пришлось заговорить самой:

— Ваше Величество, эта подданная считает, что дети просто поссорились. Это не такое уж большое дело.

— Такие слова дети сами придумать не могут. — супруга гуна слегка улыбнулась. — Что за «наследник» и прочее — как дети могут понимать подобные вещи? Наверняка это взрослые обсуждали, а дети услышали и запомнили… Наследной принцессе действительно не стоило обсуждать дела резиденции князя Пинси при детях.

Лицо Императрицы окончательно потемнело.

Ли Цзиншу, Ли Цзиншу… Неужели она уже открыто бросает вызов ей, матери государства?

Наследная принцесса так испугалась, что руки у неё задрожали. Она инстинктивно начала оправдываться:

— Отец-Император, эта невестка действительно не…

Но Император внезапно ударил ладонью по столу:

— Наследная принцесса плохо воспитывает детей и не умеет управлять слугами. Лишить её жалования на полгода в назидание другим!

Лицо наследной принцессы стало горьким:

— Эта невестка принимает наказание…

Она вернулась на место и холодно посмотрела на свою «хорошую» дочь Чу Лань. Та сразу втянула голову в плечи, не смея встретиться с ней взглядом.

Но прежде чем наследная принцесса успела что-то сделать, наследный принц холодно произнёс:

— Раз не можешь нормально воспитывать ребёнка, передай его тому, кто сможет.

— Да, Ваше Высочество…

Наследная принцесса прикусила губу.

Только когда она под предлогом ушла со своего места, Чу Лань осмелилась снова поднять голову.

Она сердито уставилась на Чу Хунъюя:

— Ябедник!

Чу Хунъюй спокойно съел фрикадельку и только потом ответил:

— В следующий раз не смей говорить при мне такие вещи. Каждый раз услышу — каждый раз буду жаловаться. Я просто обожаю ябедничать. И что ты мне сделаешь?

Чу Лань так разозлилась, что ей захотелось опрокинуть тарелку ему на голову.

Но она не посмела. Если он снова пожалуется, Императорский дедушка окончательно решит, что мать-консорт совсем не умеет воспитывать детей…

Чу Хунъюй гордо перебрался ближе к Юнь Чу:

— Матушка, я был молодец?

Юнь Чу погладила его по голове.

Использовать чужую силу для ответного удара — это действительно был один из способов.

Она мягко улыбнулась:

— Между детьми можно пользоваться такими методами. Но если тебя обидит взрослый, сначала обязательно скажи мне и отцу.

Чу Хунъюй кивнул:

— Конечно.

Пир постепенно подходил к концу.

Во время банкета Юнь Чу заметила, что Император и супруга гуна отсутствовали больше четверти часа.

А лицо Императрицы стало заметно хуже.

Когда пир Лаба уже завершался, Император поднялся, чтобы выпить вместе со всеми. И в этот момент раздался звон.

Мягкий меч на глазах у всех выпал из одежды наследника дома гуна.

Сам клинок был гибким, но рукоять выкована из стали, поэтому удар о землю прозвучал тяжело и отчётливо.

Наследнику дома гуна было уже около тридцати. Он всё ещё держал в руках чашу вина и, увидев упавший меч, совершенно оцепенел.

— Дерзость! — могучий генерал выхватил меч и направил его на наследника дома гуна. — Пронести оружие в императорский дворец тайком! Какое это преступление!

По законам династии все чиновники, входя во дворец, обязаны были сдавать оружие и доспехи. Носить оружие имели право лишь генералы третьего ранга и выше, а также императорская стража.

Положение наследника дома гуна никак не позволяло ему носить меч.

— Этот подданный невиновен! — наследник дома гуна с глухим стуком рухнул на колени. — Этот подданный предан Его Величеству и двору. Я никак не мог замышлять убийство или мятеж. Прошу Ваше Величество тщательно расследовать дело и вернуть этому подданному доброе имя!

— Меч выпал именно из твоей одежды. Что тут ещё расследовать? — холодно сказал наследный принц. — По мнению этого сына, наследник дома гуна уже более двадцати лет занимает своё положение, но Отец-Император так и не даровал ему титул. Он затаил обиду и решил воспользоваться банкетом ради мести. Намерения заслуживают казни!

— Невозможно! — Ли Цзиншу резко поднялась. — Ваше Величество, Ци-эр никак не мог сделать подобное. Кто-то намеренно подставил его!

Министр наказаний выступил вперёд:

— Это дело нетрудно расследовать. Нужно лишь выяснить происхождение меча.

Супруга гуна кивнула:

— Нужно провести тщательное расследование!

Но едва она закончила говорить, как увидела, что наследник дома гуна дрожит всем телом. Она в полном неверии спросила:

— Этот меч действительно принадлежит тебе?

Наследник дома гуна медленно кивнул.

Меч и правда был его, но он не прятал его при себе. Он не понимал, почему всё обернулось именно так…

Супруга гуна повернула голову к Императрице и увидела глубокую улыбку в уголках её губ.

Императрица встретилась взглядом с супругой гуна, и улыбка на её лице стала ещё шире.

Все эти годы супруга гуна, опираясь на благосклонность Императора, нажила бесчисленных врагов. Теперь, когда этот случай всплыл наружу, многие семьи захотят наступить на неё. С этого дня дом гуна исчезнет из столичной элиты.

И ради этого стоило потратить десять тысяч лянов серебра на подкуп слуг дома гуна…