День свадьбы Се Пин

Чу И прибыл верхом.

Он приехал раньше остальных, спешился и сказал Юнь Сылиню:

— Я специально пришёл проводить генерала. К счастью, не опоздал.

Юнь Сылинь отвёл его в сторону:

— Ваше Высочество уже подавил бесчисленное количество разбойников, заслужив глубокое доверие императора и любовь народа. Из-за этого наследный принц начал вас опасаться. Осознаёт ли это Ваше Высочество?

Чу И спокойно ответил:

— Если из-за опасений наследного принца я стану скрывать свои способности и откажусь от военной власти, то подведу и отца-императора, и народ. То, что я должен делать, я всё равно буду делать.

Юнь Сылинь кивнул.

Именно такой характер он и ценил в князе Пинси. Именно поэтому когда-то был готов взять его на поле боя для закалки.

Среди взрослых принцев дворца уже постепенно формировались три лагеря.

Наследный принц — сын императрицы.

Второй принц — прославленный своей добродетелью и талантами.

Третий принц, князь Пинси, предпочитал военное дело и пользовался огромным уважением среди народа.

Если семье Юнь предстояло выбрать достойного правителя, выбирать можно было только среди этих троих.

Возможно… князь Пинси…

Но всё равно следовало наблюдать ещё хотя бы два года.

— Отправляясь в Наньюэ, я не знаю, когда смогу вернуться, — произнёс Юнь Сылинь. — Если с семьёй Юнь что-нибудь случится, прошу Ваше Высочество присмотреть за ними.

Чу И без колебаний согласился.

Когда всё нужное было сказано, Юнь Сылинь простился со всеми, вскочил на коня и направился на юг.

Лишь когда его фигура исчезла вдали на большой дороге, Чу И отвёл взгляд.

Повернув голову, он увидел профиль Юнь Чу.

После того дня в горячих источниках он приказал людям расследовать всё, что происходило во внутреннем дворе семьи Се.

Он понимал, что тайно выяснять дела женской половины чужого дома крайне неподобающе…

Но то семя, что проросло в его сердце, уже успело превратиться в огромное дерево. Его ветви разрастались всё дальше, а сорняки чувств переплетались всё гуще. Он больше не мог сдерживать скрытые эмоции. Ему нужен был выход.

Чу И всегда считал себя прямым и честным человеком. Он не стал бы использовать грязные методы, чтобы получить желаемое.

Но когда подчинённые начали рассказывать ему о происходящем в семье Се, он вдруг почувствовал странное облегчение от того, что Юнь Чу жила плохо.

Словно это давало ему право думать о вещах, о которых он прежде не смел даже мечтать…

И всё же сильнее всего была боль.

Боль за те пять лет, что она провела в семье Се.

Он постепенно утвердился в решении: даже если придётся прибегнуть к некоторым средствам, он поможет ей покинуть семью Се.

После брачной ночи она больше ни разу не делила постель с мужем.

Её муж один за другим брал наложниц и обзавёлся целой толпой внебрачных детей.

Она совершенно не была счастлива в семье Се.

Юнь Цзэ уже собирался заговорить, когда заметил: Чу И всё это время смотрел только на Юнь Чу.

Он встретился взглядом с князем Пинси и увидел в его обычно холодных глазах нечто похожее на боль и жалость.

Сердце Юнь Цзэ невольно дрогнуло.

Он нарочно кашлянул.

Но Чу И будто ничего не услышал. Его взгляд по-прежнему был прикован к Юнь Чу.

— Старший брат, ты простудился? — обеспокоенно спросила Юнь Чу.

— Просто в горле пересохло, — небрежно ответил Юнь Цзэ. — Пойдёмте, пора возвращаться в город.

Линь Ши и Юнь Чу помогли беременной Лю Цяньцянь сесть в экипаж, а Юнь Цзэ и Чу И ехали впереди верхом.

Юнь Цзэ тяжело вздохнул.

— Лорд Юнь чем-то обеспокоен? — спросил Чу И. — Вас тревожит безопасность генерала Юня?

— Отец уехал с тремя сотнями личной охраны. Тут не о чем волноваться.

Юнь Цзэ подумал: Чуэр ведь даже подробно записала всё, что встретится им в пути — людей, опасности, события… Если после этого с отцом всё равно что-то случится, значит, судьба семьи Юнь действительно предопределена.

Помолчав, он добавил:

— Это касается Чуэр. Семейные дела… мне неловко обсуждать их с Вашим Высочеством.

Услышав это, Чу И сразу ответил:

— Ваш отец и я — друзья, несмотря на разницу в возрасте. А мы с вами выросли почти вместе. Если друга что-то тревожит, я готов выслушать и разделить заботы.

Пальцы Юнь Цзэ слегка сжались.

Значит, ему не показалось. Отношение князя Пинси к Чуэр действительно было особенным.

Он медленно произнёс:

— Пять лет назад родители долго выбирали жениха для Чуэр и в итоге остановились на первом учёном страны Се Цзинъюе. Тогда всем казалось, что это прекрасный брак. Кто бы мог подумать… что у Се Цзинъюя уже были дети до свадьбы. После замужества Чуэр с утра до ночи только и делает, что ведёт хозяйство и воспитывает чужих детей. Если подумать, что ей приходится растить детей другой женщины… это невыносимо.

Взгляд Чу И резко потемнел.

У него тоже были сын и дочь.

Если Юнь Чу станет его женой… разве в глазах семьи Юнь это не будет тем же самым — воспитанием чужих детей?

Юнь Цзэ бросил на него быстрый взгляд.

Смысл его слов был предельно ясен.

Даже если Чуэр разведётся, семья Юнь вряд ли позволит ей снова выйти замуж за мужчину с детьми.

Он надеялся, что князь Пинси поймёт это.

Но глаза Чу И помрачнели лишь на миг и вновь прояснились.

Раз Юнь Цзэ сказал именно это, значит, он уже разгадал его чувства.

И всё же Юнь Цзэ не упомянул, что Чуэр — замужняя женщина. Он говорил только о детях…

Разве это не означало, что главным препятствием между ним и Юнь Чу были дети, а не её статус?

Выходит, семья Юнь уже задумывалась о разводе для неё?

— Быть родителем — величайшая добродетель под небесами, а сыновняя почтительность — величайшая обязанность, — медленно произнёс Чу И. — Ваша сестра как законная госпожа семьи Се поистине добродетельна и благородна. Но дети семьи Се… — он покачал головой. — Разве семья Се стоит такой самоотверженности? Лорд Юнь, если пришло время оборвать связь — её нужно оборвать.

Юнь Цзэ плотно сжал губы.

Похоже, князь Пинси совершенно не принял его намёки близко к сердцу.

— Я слышал, лорд Юнь недавно занимается восстановлением древних текстов и столкнулся с трудностями, — продолжил Чу И. — Есть ли что-то, в чём я мог бы помочь?

— Это пустяки. Не стоит тревожить Ваше Высочество.

Сказав это, Юнь Цзэ пришпорил коня и уехал вперёд.

Чу И совершенно не обиделся на его отношение и спокойно последовал за экипажем до самого дома Юнь.

Когда Юнь Чу вышла из экипажа, он подошёл и сложил руки в приветствии:

— Через несколько дней в доме Се будет праздник. Осмелюсь ли я попросить приглашение?

Юнь Чу вспомнила о двух детях и кивнула:

— Хорошо. Я велю доставить приглашение в княжескую резиденцию.

Время пролетело быстро, и вскоре наступил день свадьбы князя Аньцзина и старшей дочери семьи Се.

Весь дом Се был украшен фонарями и алыми лентами. Слуги сияли от радости, главный зал был переполнен шумом и весельем. Даже Се Цзинъюй, который всё это время болел, казался полностью выздоровевшим.

В новой одежде, аккуратно причёсанный и подтянутый, он стоял у ворот, встречая гостей. Невозможно было догадаться, что больше месяца он провёл в болезни.

— Господин Се, госпожа Се, поздравляем, поздравляем!

— Я приготовил небольшой подарок, надеюсь, господин Се примет его!

— Господин Се, когда приходит счастье, и дух поднимается! Позже мы обязаны выпить вместе!

К воротам подходили коллеги по службе. Один за другим они вручали подарки и осыпали хозяев лестью. Цвет лица Се Цзинъюя становился всё лучше.

Вскоре у входа остановился экипаж.

Первым из него вышел Чу И в чёрных парчовых одеждах. Затем он помог спуститься двум детям.

Толпа зрителей ахнула.

— Это же князь Пинси!

— С каких это пор у господина Се появились связи с князем Пинси?

— Если князь Пинси пришёл на свадебный пир, разве ему не следовало отправиться во дворец князя Аньцзина? Почему он приехал в дом Се? Видимо, дружба у них необыкновенная.

— Возможно, всё из-за госпожи Се. Всё-таки она законная старшая дочь семьи Юнь.

Чу И, держа дочь на руках, подошёл прямо к Се Цзинъюю:

— Господин Се, поздравляю.

Хотя Се Цзинъюй был удивлён, он всё равно с широкой улыбкой пригласил его внутрь.

Князь Пинси, разумеется, был самым высокопоставленным гостем из всех присутствующих. Се Цзинъюй сразу перестал встречать гостей у ворот и лично сопровождал Чу И в дом.

Пройдя несколько шагов, Чу И остановился:

— Прошу госпожу Се присмотреть за детьми.

На лице Юнь Чу появилась улыбка, и она взяла маленькие ладошки обоих детей.