Побег Цинь Минхэна

Юнь Чу с недоверием смотрела на человека перед собой.

Это действительно был бывший маркиз Сюаньу Цинь Минхэн, отправленный в ссылку.

Из-за её письма Цинь Минхэн оказался замешан в скандале с принцем-консортом Лю, осквернившим дворец. Вдобавок Ло Ши ударила в барабан у дворцовых ворот, и в итоге поместье маркиза Сюаньу было уничтожено. Самого Цинь Минхэна приговорили к ссылке за три тысячи ли…

По всем расчётам он всё ещё должен был находиться в пути к месту ссылки.

Как он оказался в поместье Се?

— Удивлена меня видеть?

Цинь Минхэн снял чёрный плащ с головы и шаг за шагом приблизился к Юнь Чу.

Она увидела, что всё его лицо было покрыто следами от кнута. Старые раны ещё не зажили, а поверх уже появились новые. Даже шея была исполосована. Похоже, на всём его теле не осталось ни клочка здоровой кожи.

— Конечно удивлена, — с полуулыбкой ответила Юнь Чу. — Маркиза Сюаньу всего лишь сослали, но ты сам сбежал. Как думаешь, что тебя теперь ждёт?

Цинь Минхэн пристально смотрел на неё:

— То, что я дошёл до такого состояния… твоих рук дело?

— Ты обманул меня, унизил меня и всё ещё надеялся уйти невредимым? — голос Юнь Чу постепенно холодел. — После той грязной мерзости тебе стоило молиться, чтобы я никогда в жизни не узнала правду. Раз я теперь знаю, неужели ты думал, что я сделаю вид, будто ничего не произошло?

Если бы не Цинь Минхэн, она хотя бы провела брачную ночь с собственным мужем и смогла бы зачать ребёнка.

Дело было не в чувствах к Се Цзинъюю.

Просто… если бы ребёнок в её чреве был кровью семьи Се, Се Цзинъюй не сошёл бы с ума настолько, чтобы выбросить ещё живого младенца, и ребёнка хотя бы похоронили бы как следует…

Цинь Минхэну ещё повезло.

Повезло, что дети умерли не от его рук.

Иначе она бы не позволила поместью маркиза Сюаньу рухнуть так быстро.

Нет.

Как и с семьёй Се, она разрушала бы его жизнь понемногу: семья гибла бы шаг за шагом, люди умирали бы один за другим, страдания тянулись бы медленно, словно масло в лампе, догорающее капля за каплей…

— Ты… ты слишком жестокая женщина!

Цинь Минхэн стиснул зубы, и шрамы на его лице исказились ещё страшнее.

— Ты знаешь, как сильно я любил тебя? Когда мне было десять лет и я впервые увидел тебя в доме Юнь, я был пленён твоей красотой, — произнёс он, выделяя каждое слово. — Тогда в моём сердце родилась мечта. Мечта о тебе. Я ждал, пока вырасту, ждал, пока вырастешь ты. И наконец смог прийти к семье Юнь свататься… но твоя мать отказала мне. Ты знаешь, насколько мне было больно? Когда император даровал мне брак с Ло Ши, я даже думал отказаться от титула, лишь бы не подчиниться указу. Но я боялся… боялся, что если перестану быть маркизом, то больше никогда не смогу увидеть тебя… Я понимал, что не должен испытывать к тебе такие грязные чувства. Но ты не знаешь… ты занимала все мои юношеские мечты. Я не мог смотреть, как ты выходишь за другого… Я так сильно любил тебя. Почему же ты обращаешься со мной вот так?.. Я дал тебе любовь, а от тебя получил только ненависть… Почему… почему всё так вышло?!

Цинь Минхэн почти сорвался. Он опёрся руками о стол, слёзы текли по его лицу, грудь тяжело вздымалась.

На лице Юнь Чу не дрогнул ни один мускул.

Она спокойно дослушала до конца, а затем слегка улыбнулась:

— Разрушить человеку всю жизнь во имя любви… вот что ты называешь любовью?

— Да! Это моя любовь! Грязная, жалкая, постыдная! — взревел Цинь Минхэн. — Но Юнь Чу, знаешь ли ты… мужчина, который был с тобой в брачную ночь, был вовсе не я! Я ничего не сделал! Почему я должен нести на себе твою месть и ненависть?!

— Что ты сказал?

Выражение лица Юнь Чу наконец изменилось, взгляд стал острым как лезвие.

Цинь Минхэн громко рассмеялся:

— Я сказал: мужчина, который провёл с тобой брачную ночь, был не я. Я вообще ничего не сделал. Так почему я должен расплачиваться за это? Почему?!

Зрачки Юнь Чу резко сузились. Она схватила его за ворот:

— Если не ты… тогда кто?!

— Я ничего не сделал, но потерял всё. Юнь Чу, ты мне должна!

Внезапно он прижал её за плечи, грубо рванул ворот её одежды и прижал к столу.

— Я уже получил возмездие. Так почему бы теперь действительно не довести всё до конца?! Мне больше нечего терять!

Его губы уже почти коснулись её шеи, когда резкая боль пронзила правое плечо.

Короткий меч, который Юнь Чу всё это время сжимала в руке, с силой вонзился в его плечо.

Она не вытащила клинок, а наоборот, вдавила его ещё глубже.

Лицо Цинь Минхэна исказилось от боли.

— Ты уверен, что тебе уже нечего терять? — Юнь Чу слегка улыбнулась. — Та женщина, которую ты держал снаружи, Чу Нян — после твоего падения она избавилась от ребёнка и исчезла… Теперь единственная кровь семьи Цинь — это законный сын, которого ты имел от Ло Ши.

Зажимая раненое плечо, Цинь Минхэн недоверчиво произнёс:

— Ты… угрожаешь жизнью ребёнка?

— Жизнь твоего сына — это жизнь, а мои недоношенные близнецы жизнью не были? — Юнь Чу смотрела на него ледяным взглядом. — Ты сам сказал: когда Се Цзинъюй выбросил детей, они ещё были живы… Ты спокойно наблюдал, как умирает пара младенцев. Так почему я не могу использовать жизнь наследника твоего рода, чтобы узнать правду? Цинь Минхэн, я дам тебе только один шанс. Скажешь правду — твой сын будет жить. Но если я узнаю, что хоть одно слово было ложью, твой род Цинь оборвётся на тебе.

В её глазах он увидел настоящую жажду крови.

Когда он впервые встретил её, она улыбалась так ярко, а её глаза были чистыми и наивными.

Он всегда знал: Юнь Чу была доброй и мягкой женщиной.

Когда же она стала такой холодной и жестокой?..

— Хорошо… я расскажу, — Цинь Минхэн закрыл глаза и с трудом заговорил. — В ночь перед твоей свадьбой я сам нашёл Се Цзинъюя и заключил с ним сделку. Я дал ему семейное тайное лекарство и снотворное. Он подмешал снотворное в брачное вино. После того как ты выпила, ты уснула. Тогда я уже находился в вашей брачной комнате.

— Се Цзинъюй хотел, чтобы я взял тебя прямо там, в доме Се. Но я не желал совершать такое священное дело в комнате, принадлежащей тебе и другому мужчине. Поэтому я увёз тебя в поместье маркиза Сюаньу. Положил тебя на свою кровать… В тот момент, знаешь ли ты, насколько я был счастлив? Моя юношеская мечта наконец должна была исполниться. Я наконец мог получить тебя…

— Я приказал служанкам снять с тебя свадебный макияж, раздеть тебя, искупать и переодеть в одежду, которую я заранее приготовил…

Пальцы Юнь Чу медленно сжались.

Она не хотела слушать эти подробности.

Но понимала: этот человек хранил тайну столько лет. Ему нужен был выход.

Она заметила силуэты служанок у двери. Дверь уже была приоткрыта. Юнь Чу жестом приказала им пока не входить.

— Я так сильно любил тебя… конечно, я хотел, чтобы наша брачная ночь была совершенной. Поэтому сам тоже пошёл купаться. И знаешь, о чём я жалею больше всего? О том, что слишком долго мылся. Когда я вышел… тебя уже не было. Ха-ха-ха… Я столько сил потратил, чтобы привезти тебя в поместье, а тебя в итоге перехватил кто-то другой!

Лицо Цинь Минхэна было полно ярости.

Он действительно сожалел.

После всего, что сделал, он получил от Юнь Чу лишь ненависть и месть.