Момо Эр делает ход

После того как момо Го прожила в резиденции князя Пинси восемь-девять дней, она более-менее обучила четырёх приданых омо Юнь Чу.

Эти четыре приданые омо: одна управляла всеми делами внутреннего двора, другая отвечала за связь с Управлением внутренних дел дворца, третья заведовала кладовыми, а четвёртая вела счётные книги.

Это означало, что вся власть над управлением княжеской резиденцией оказалась у них в руках.

Все прежние слуги, занимавшиеся этими делами, превратились лишь в помощников, и ни один из них не хотел с этим мириться.

Поэтому один за другим они пришли просить совета у момо Эр.

Взгляд момо Эр был тяжёлым.

Когда момо Го уедет и положение окончательно закрепится, у неё уже никогда не останется возможности всё изменить.

Она холодно произнесла:

— Вы и сами всё видели — княгиня-консорт не терпит чужаков. Как только её люди окончательно возьмут власть, следующим делом они начнут сводить счёты с нас, старых слуг.

В сердцах нескольких служанок поднялось сильное сожаление.

Они больше десяти лет служили в княжеской резиденции, занимая должности главных управляющих, и успели получить бесчисленные выгоды. Их жизнь была невероятно комфортной. А теперь всё исчезло.

В тот день, когда княгиня-консорт подняла такой шум, им следовало сразу же покорно присягнуть ей на верность — тогда всё не закончилось бы так.

Но сожалеть теперь было поздно.

Момо Эр равнодушно сказала:

— Я кормилица князя. Что бы ни случилось, я всё равно смогу спокойно провести старость в княжеской резиденции. Но вы все — другое дело… Если не придумаете какой-нибудь выход, совсем скоро княгиня-консорт найдёт любой предлог, чтобы выгнать вас одну за другой.

Сказав это, она сразу ушла.

Несколько служанок переглянулись.

Одна из них стиснула зубы:

— Пока у княгини-консорта не будет надёжных людей под рукой, мы точно сможем остаться.

Другая поспешно замахала руками:

— Забудьте, забудьте. Я не стану вмешиваться. За эти годы я и так заработала достаточно в княжеской резиденции. Даже если меня выгонят — пусть.

В итоге осталось лишь три служанки. Каждая увидела решимость в глазах других.

Постепенно наступила ночь.

Юнь Чу и Чу И ужинали вместе с двумя детьми.

— Матушка, сегодня учитель похвалил меня. — Чу Хунъюй не удержался от хвастовства. — Учитель велел мне и Девятому дяде сочинить стихи, и у меня получилось немного лучше!

Юнь Чу ущипнула его за щёчку:

— Наш Юй-гэ самый способный.

Малыш поднял лицо:

— Тогда Матушка должна наградить меня поцелуем.

Юнь Чу уже собиралась наклониться, но Чу И протянул руку и остановил её:

— Как насчёт того, чтобы Отец наградил тебя поцелуем вместо матушки?

Чу Хунъюй: «…»

Он поспешно втянул шею и отодвинулся подальше.

Юнь Чу притянула малыша к себе и поцеловала в лоб. Малыш сразу просиял и бросил на Чу И вызывающий взгляд.

Лицо Чу И слегка потемнело.

Юнь Чу хлопнула его по руке:

— Почему ты всё время соперничаешь с ребёнком?

Ему ведь всего пять лет — она не понимала, что этот мужчина постоянно высчитывает.

Чу И кашлянул и сменил тему:

— Разве ты не говорила, что уже нашла учителя для Чаншэн? Кто это?

— Пока есть два кандидата, и я ещё не решила. — ответила Юнь Чу. — Один — учительница Хуан, которая раньше обучала принцесс во дворце, а другая — госпожа Лю из учёной семьи Лю.

Учительница Хуан преподавала во дворце и была весьма известна в столице, но пригласить её было непросто.

Госпожа Лю приходилась кузиной по боковой ветви семье старшей невестки Юнь Чу. Она прекрасно писала каллиграфию, и многие талантливые девушки столицы были её ученицами.

Чу И слышал об обеих женщинах и кивнул:

— Чу’эр, это дело решай сама.

Юнь Чу больше склонялась к госпоже Лю. Как раз собираясь заговорить, она увидела вбежавшего слугу из внешнего двора:

— Мой князь, княгиня-консорт, беда! В кабинете пожар!

С тех пор как они поженились, Чу И больше ни разу не возвращался в кабинет. Теперь он занимался делами в восточном крыле главного двора — так было удобнее всего.

Хотя сам он больше не работал в кабинете, там всё ещё хранилось множество официальных документов и древних книг. Эти вещи были чрезвычайно ценными — даже такой высокопоставленный человек, как князь, не мог позволить им просто сгореть.

Он немедленно поднялся:

— Пусть все срочно идут тушить пожар!

Юнь Чу погладила обоих детей по головам, велев им послушно доесть ужин, после чего вместе с Чу И направилась к кабинету.

К счастью, пожар заметили вовремя. Огонь был не слишком сильным — сгорела лишь одна пустая боковая комната, серьёзного ущерба не случилось.

— Будда милостив! — момо Эр стояла снаружи кабинета с затянувшимся страхом на лице. — С тех пор как княжеская резиденция существует уже больше десяти лет, ничего подобного никогда не происходило. Мой князь, это дело необходимо тщательно расследовать. Иначе кто знает, какие беды могут случиться в будущем!

Юнь Чу спокойно сказала:

— Позвать всех служанок и слуг, дежуривших сегодня ночью.

Тинфэн немедленно отправилась выполнять приказ.

Очень скоро она вернулась, ведя за собой нескольких слуг и служанок. Впереди шла одна из приданых момо Юнь Чу по фамилии Хэ, которую звали момо Хэ.

— Эта старая служанка приветствует князя и княгиню-консорта. — лицо момо Хэ было слегка бледным. — Сейчас всеми делами дворов княжеской резиденции заведует эта старая служанка. После наступления темноты я распорядилась, чтобы стража обошла всю резиденцию. Лишь убедившись, что всё в порядке, отправилась ужинать. Это вина этой старой служанки!

Она только недавно приняла на себя управление делами княжеской резиденции и лично распоряжалась всем большим и малым, не смея проявить ни малейшей небрежности.

Она и сама не понимала, почему произошло такое.

Но знала: раз это случилось, значит, виновата именно она как управляющая.

Она была готова понести наказание. Больше всего боялась, что из-за её халатности князь станет обвинять княгиню-консорта…

Колени момо Хэ подкосились, и она опустилась на землю:

— Всё из-за халатности этой старой служанки. Прошу князя наказать меня!

— Пожар уничтожил боковую комнату и едва не спалил библиотеку княжеской резиденции. Ты хоть понимаешь, насколько ценны те книги? Даже десяти твоих жизней не хватит, чтобы возместить ущерб. — строго сказала момо Эр. — Сейчас ты главная управляющая всего внутреннего двора княжеской резиденции. Какое наказание ты заслуживаешь за такое?

В этот момент, услышав о происшествии, поспешно прибыла момо Го.

Увидев почти полностью сгоревшую крышу боковой комнаты, она слегка нахмурилась.

Неужели она ошиблась?

Люди при княгине-консорте раньше служили семье Юнь. Пока была госпожа Юнь, естественно, им не доставалось никаких серьёзных дел.

Позже, когда княгиня-консорт вышла в семью Се, эти несколько служанок пять лет управляли делами семьи Се, но как могла та пришедшая в упадок семья сравниться с княжеской резиденцией?

Похоже, она всё-таки переоценила способности людей рядом с княгиней-консортом. Ей следовало действовать постепенно, а не сразу отнимать власть у момо Эр.

Момо Го вздохнула, собираясь что-то сказать.

Но тут услышала спокойный голос Юнь Чу:

— Тогда как, по мнению момо Эр, следует наказывать людей, совершивших ошибку?

Момо Эр уставилась на момо Хэ:

— Согласно правилам княжеской резиденции, за такую тяжёлую ошибку положено забить палками до смерти. Однако момо Хэ — приданая служанка княгини-консорта, поэтому решать княгине-консорту.

Тело момо Хэ невольно задрожало.

Она знала, что княжеская резиденция отличается и от семьи Юнь, и тем более от семьи Се — здесь людям, совершившим ошибку, второго шанса не дают.

Хотя княгиня-консорт не прикажет забить её до смерти палками, остаться в княжеской резиденции ей, вероятно, уже не удастся.

Но в душе ей было очень обидно.

Сегодня вечером она лично приходила проверять кабинет — там не было ничего, что могло бы вызвать пожар, поэтому она и ушла спокойно.

Но если начать оправдываться, это будет выглядеть как попытка уйти от ответственности, поэтому ей оставалось лишь смириться.

— Княгиня-консорт, эта старая служанка…

Только она открыла рот, как Юнь Чу подняла руку, давая понять, что продолжать не нужно.

В этот момент Цютун поспешно подошла и произнесла:

— Княгиня-консорт…

— Мой князь! — Чэнсюй тоже быстро вошёл снаружи. — Мы всё выяснили — пожар был устроен намеренно!

Юнь Чу повернулась к Чу И.

Чу И тоже посмотрел на неё и мягко сказал:

— Пока я здесь, тебе не нужно утруждаться.

А затем его голос внезапно стал суровым:

— Чэнсюй, рассказывай всё подробно!